Дизайн своего мира

Глава 34. Последствия контратаки

Впрочем, реакция Юрия Ивановича не заставила себя долго ждать. Осознав, что его план рухнул, Храмов рванул было к Мироновым, тускло блеснуло в руке оружие, но он даже прицелиться не успел – совершенно не ожидал, что «Пётр Миронов» так стремительно окажется около него и…

– Вот именно так тот чудак летал, благодаря которому я Сашу обнаружил! – отметил про себя Хак, бережно придерживая за вывернутую руку отчего-то нервного черноглазого «Иван Ивановича».

– Ну, куда, куда вы так торопились-то, дорогой коллега? Вы думали, что я господина Миронова вам привезу? Изумительная фантазия, право же! Сценаристы вселенной Марвел прямо-таки и в подмётки вам не годятся.

Тот диковато покосился на Хантерова и чуть ли не против воли просипел:

– А… а кто это тогда?

– Саш, подойди к нам, пожалуйста! – Хантеров подмигнул откровенно улыбающемуся мужчине в форме, придерживающему одного из подчинённых Храмова – того самого «говоруна», который и привёз Николая к заговорщикам.

Правда, «говорун» и не думал бежать. Он во все глаза смотрел, как к ним подходит… Миронов-старший. Нет, ну точно он! Только… только что-то не так!

– Да-да. Он идёт теперь сообразно своему возрасту, – хмыкнул Хантеров.

– Какие распоряжения будут, Кирилл Харитонович? – молодой голос, походка, иная жестикуляция – только сейчас стало понятно, что это вовсе и не Пётр Иванович Миронов, а какой-то талантливый оперативник в многослойном и сложном гриме.

Хак передал в крепкие руки сотрудников полиции черноглазого «коллегу», и распорядился:

– Николая Петровича пригласи в нашу машину и скажи, чтобы наши ребята его автомобиль достали.

– А вы куда так заспешили-то, а господин Храмов? Аж в снег зарылись! Аааа, это вы, наверное, оружие ищете? Так мой оперативник его у вас сразу из руки изъял, вы, наверное, в полёте и внимания не обратили – оно и понятно, не до того было!

– Ты ж смотри, какой шустрый! – удивились полицейские, перехватывая бросок Храмова на невозмутимого Кирилла Харитоновича. – И ножик у него имеется…

– И ещё один должен быть, – лениво сообщил Хак, – У него давняя привычка на щиколотках ножи носить. Правый попытался метнуть, а второй пока на месте.

– Уууумный такой, всё знаешь, да? – провыл Храмов, изо всех сил выдираясь из рук сотрудников полиции. Правда, это у него конечно не вышло.

– Надо же… столько человеку лет и никакого самоконтроля, – Хак пожал плечами, подходя к Николаю Миронову. – Зато самомнения немыслимо много! Надо же, он был так уверен, что его план точно сработает, что даже ничем не подстраховался, – Хантеров покосился на Николая.

– И что это у тебя такой странный взгляд? – поинтересовался он у Николая.

– Да я как-то в себя никак не приду – я же действительно сначала подумал, что это отец. Вблизи бы не ошибся, конечно, но так… С ума сойти! Даже походка та же!

Хак хмыкнул: – Я же тебе сказал, чтобы ты не удивлялся!

– Да ну тебя! – Николай зачерпнул из-под ног снег и протёр лицо, с недоумением уставившись на красные полосы. – Ааа, краска! Тьфу, совсем я для таких дел не гожусь!

– Как раз годишься, Коль. Другое дело, что ими тебе теперь и заниматься нет нужды, а так – справился-то отлично! – похвала Хака дорогого стоила, и это Николая неожиданно утешило.

Хантеров присмотрелся к кому-то, потом махнул рукой и из толчеи у машин вышел совсем молодой парень с белой шапкой волос на голове.

– Вот шустрый какой, уже и грим снять успел. Николай Петрович, познакомьтесь – это Александр Котиков, наш оперативник. Очень талантливый! Вы уже виделись, но без официального представления это не то.

Николай протянул руку пареньку, который был ещё в одежде его отца, а потом недоуменно перевёл взгляд на Хантерова.

– А когда это мы виделись?

– Как же… газовщик к тебе давеча приходил, а потом курьер в офис, помнишь? – Хак улыбнулся.

– Эээээ? – Николай припомнил абсолютно, просто совершенно разных типов и воззрился на Сашку Котикова с неподдельным изумлением. – Газовщик, курьер…

– Геодезист, который выследил место, куда тебя возили, был ещё лучше, – хмыкнул Хак. – Саша талантливый! Ладно, с тобой сейчас ребята из следственного комитета побеседуют, а потом тебя Бошинов с Петровским домой проводят.

– Да не надо меня…

– Надо-надо – чего тебе так с камерами да микрофонами и жить? И в офис заедете, там тоже надо снять всякое такое непотребство.

Хантеров не стал говорить, что ему так просто спокойнее – финансиста-то ещё не задержали. Нет, тот, конечно, не по силовой части, но рисковать Николаем не хотелось категорически.

Он покосился на объект своих размышлений, который как раз в этот момент позвонил отцу и хмыкнул:

– А ведь не зря Пётр столько сил вкладывал в сыновей – классные получились! Видел бы Коля себя со стороны, когда Котикова в гриме увидел! Он же рванул из машины – отца спасать. Петру надо обязательно видео показать, благо всё записано – у Николая на машине мы чего только не установили – она-то как ни крути в центре событий оказалась!

Звонок Петра, который поговорил с сыном, а теперь хотел узнать подробности, Хак принял, отошёл подальше от машин, посмотрел в серое небо, с которого падал и падал снег, и пояснил другу:

– Да, Петь, всё как мы и ожидали – наша контратака для него была полнейшей неожиданностью. Нет я, конечно, подстраховался, благо с момента первого звонка Николая до «ДТП» времени на то, чтобы подогнать подстраховывающие группы и дождаться приезда силовиков было более чем достаточно – спасибо пробкам, на них можно было списать любые задержки твоей машины. И да, как я думал, Николай рванул тебя прикрывать, то есть, конечно, Котикова в гриме, я тебе потом видео пришлю.

– Коля… – выдохнул Петр Иванович.

– Ну да, твой блудный сын вернулся к тебе окончательно и бесповоротно! – негромко рассмеялся Хантеров. – Он молодец вообще-то. Ты только не пугайся, он выглядит битым, но это краска – его Храмов так «загримировал», чтобы ты, когда приедешь, уже по сторонам бы не смотрел, а побежал прямиком к сыну.

– Ты возвращаешься?

– Нет, финансиста надо проведать. К нему сейчас полиция поедет. Но он опытный крысюк, и я бы не хотел оставлять его без внимания. С Колей я отправлю Бошинова и Петровского – на всякий случай, да и сам присмотрю.

Пётр Иванович отложил в сторону смартфон и с облегчением откинулся на спинку кресла.

– Счастье какое, что всё обошлось! Да, Коля… Коля такой молодец! Но до чего же самонадеян Храмов!

Его давнишний начальник службы безопасности прославился тем, что едва-едва не проморгал покушение на Миронова, а также совершенно не занимался контролем за региональными предприятиями, отдав всё на откуп своим ставленникам.

Когда предшественник Храмова, с которым Пётр Иванович когда-то начинал работать, выйдя на заслуженный отдых, но понимая, что преемник у него «мышей не ловит», порекомендовал Миронову молодого, но весьма многообещающего Хантерова, Юрий Иванович возненавидел «выскочку» всеми фибрами души.

Как он пытался Кирилла подставить, уволить, а то и попросту физически устранить, раз за разом отправляя в самые опасные и безнадёжные ситуации!

– И почему он постоянно был уверен в том, что его интриги и мерзостное поведение никто не видит? Не понимаю… – Миронов даже сейчас вспомнил и удивился. – Хотя… да, наверное, дело в крайней самоуверенности! Даже сейчас он так себя убедил в том, что он самый-самый умный, что его план безупречен и никаких сбоев и быть не может, что попался даже без задействования дополнительных групп, на всякий случай приготовленных Кириллом. Вот уж кто умеет просчитывать наперёд действия даже не одного человека, а группы людей! А Юрий, видимо, все эти годы даже мысли не допускал, что он в чём-то слабее Хака, вот и поплатился!

Юрий Храмов Хантерова уже не занимал – он ехал к тому самому коттеджу, куда должны были привезти для «беседы» Петра и его самого.

Подъезжать совсем близко он не стал, остановил машину вне зоны видимости возможных наблюдателей.

И именно поэтому обнаружил, как практически перед его машиной пересекает дорогу седовласый мужчина, нервно натягивающий на голову вязаную шапку, категорически не подходящую к остальной его одежде.

– О как… И куда же это вы так поспешаете-то, а? Прямо-таки очень мне интересно! – пробормотал Хантеров. – Вот, понимаете, невежливо как, вас полиция ищет в доме, а вы бегом-бегом и в сторону.

Он быстро набрал номер Котикова: – Саш, сейчас я смотрю на объект, который мы разыскивали – бежит через сквер по направлению к станции, как скоро ты сможешь его перехватить?

– Уже могу! Я переоделся, – Сашка на этот раз выглядел как обычный молодой человек, вчерашний студент, глаза были устремлены в смартфон, на голове капюшон, в ушах – наушники. Такой хорошо если с деревом не встретится, куда уж там за кем-то следить!

– Хороший камуфляж – повезло нам с пареньком! – машинально отметил Хантеров, провожая взглядом худощавую фигуру Котика.

Финансиста они караулили два дня, Хак уже был готов просто сдать его полиции, но какое-то чутьё его останавливало.

– Спрятаться было бы логичнее где-то в другом месте – не тут. Слишком здесь заметны чужаки – сейчас ведь не лето с кучей приезжих дачников. Что он здесь забыл?

Предусмотрительный финансист, оказывается, загодя снял небольшую квартирку у пожилой пары, и теперь там отсиживался, кого-то или чего-то дожидаясь.

Наконец, тридцать первого числа, когда Хантеров уже предчувствовал, что его Маша, которой он обещал приехать уже несколько дней назад, рассорится с ним окончательно и бесповоротно, финансист активизировался.

– О как… бодренько так собрался и поехал. А куда?

Ответ на этот вопрос оказался интересным – седовласый тип прибыл к цехам Миронова, закончившим работу на праздничные дни.

– Ну? И что мы придумали? Неужели же полезем на территорию? – заинтересовался Хантеров. – Ааа, знает, что забор в одном месте не очень-то прочный? Прекрасно! Очень предусмотрительно! А сторож? Сторожа-то ты как минуешь?

А сторож, выйдя к пришельцу, который мило заглянул «с заднего крыльца», оказался вовсе даже и не против…

– Замечательно! Просто чудесно! – порадовался Хантеров. – Да тут у нас просто слёт крыс. В смысле, дружеское собрание! И что делать будем?

«Крысы» действовали вполне ожидаемо – сторож приволок какие-то здоровенные канистры, а финансист вынул из спортивной сумки, которую принёс с собой, несколько небольших свёртков.

Ненавистный голос, раздавшийся над головой заговорщиков, заставил их нервно присесть, потом заметаться по огороженной территории.

– Господа, а вам не кажется, что в новогоднюю ночь ваши затеи как-то особенно неуместны?

Звонок Николаю Миронову, который как раз собирался выезжать в Москву, заставил его отложить все планы, перезвонить отцу, и ринуться к своим драгоценным цехам.

– Коль, чего ты так переживаешь? Всё уже чудесно! – безмятежно объяснял ему Хантеров. – Я только одного не могу понять – зачем это было сторожу? мотивы этого «Басилашвили» я ещё как-то разумею – он просчитал, что в бега лучше всего отправляться в праздники – типа меньше контроля, но больше народа, а напоследок решил тебе «подарочек» устроить.

– Уничтожить цеха?

– Да… хоть как-то, да отомстить. Но вот сторож… не понимаю, а он пока молчит.

Сторожа нанимал сам Николай, ничего плохого про него сказать не мог – человек как человек, правда, непонятно, зачем пошёл на такую малоинтересную и не очень-то привлекательную в плане оплаты работу.

Николай его спросил, и тот ответил:

– Хочу поменьше дома быть – у жены характер трудный.

Теперь же в попытках понять, что именно сподвигло этого человека принять подобное предложение, Николай только недоуменно разводил руками. Ну, да, посулил ему финансист денег за помощь, но, чтобы ради этого так рисковать…

Всё разрешилось, когда в отделение полиции громогласным вихрем принеслась жена задержанного. Она вопила пронзительным и неприятным голосом о том, что это всё произвол, что она этого так не оставит, и тут-то Николай её вспомнил.

– А я ведь её знаю! Это она с мужем в лесу Виня оставила. Да я рассказывал – связанного скотчем и в пластиковом мешке.

– Даже так… – удивился Хак. – Но я думал, что ты их не видел.

– И не видел – тогда. Потом эта самая тётка ко мне на работу завскладом пришла устраиваться, да мужа хотела устроить, он водитель погрузчика, но ты ж голос слышишь, да? Я сообразил, что что-то мерзко-знакомое, а со мной на работе в тот день Винь был, и так перепугался, что стало понятно – это точно она. Спросил про собаку, она и сказала, что такса была, якобы соседи отравили. Я ей и ответил, что ни она, ни её муж у меня работать точно не будут.

– А она, значит, всё-таки мужа к тебе устроила… только не водителем, а сторожем, – покачал головой Хантеров. – Вполне могла решить, что, если будет возможность, можно тебе в качестве мести какую-то каверзу устроить. Вот шило в мешке не утаить – если люди пакостные, это и в отношении со зверьём видно, и так по жизни где-то да вынырнет! Правда, со зверьём нагляднее и видно быстрее, этакая лакмусовая бумажка. Ну, дурень её мужик, что сказать… Зато хоть всё понятно. И кто и почему. Одно непонятно – что со мной жена сделает, если я к Новому году домой не успею.