Дорога охотника 2

Глава 7

— Я стоял над тушей, тяжело дыша, и не мог поверить в то, что только что сделал. Завалил зверюгу в четыре раза больше и тяжелее меня. Кулаком. Без лука, без копья, без ни хрена.

— Охуеть, — а ведь и правда, что тут скажешь.

Мгновенно накатил период уязвимости после сокрушительного удара — колени подогнулись, и я сел прямо в грязь рядом с добычей. Несколько секунд абсолютной беспомощности, когда любой хищник мог бы легко меня убить.

Но хищников рядом не было. Только я и мой трофей.

Разделка трофея заняла несколько часов. Без нормального ножа приходилось импровизировать — острые камни, осколки раковин, куски кремня. Грязная, тяжёлая работа, но навыки-то остались, руки-то помнят. В результате всё равно был покрыт кровью с головы до ног… и не только кровью, но результат стоил затраченных усилий.

Мясо. Много мяса. Достаточно, чтобы продержаться неделю, а то и больше. Шкуру тоже сохранил — кое-как очистил, растянул на ветках для просушки. Не идеально, но сгодится для чего-нибудь. И кости. Из костей можно сделать инструменты — ножи, шила, иглы. Ремесла каменного века, привет, давно не виделись. Если честно, я за вами не скучал.

К вечеру у меня было, если не считать дичайшей усталости, запас мяса на несколько дней; примитивный костяной нож (средних размеров кость, расколотая вдоль и заточенная о камень); несколько костяных шил; шкура для… чего-нибудь. Пригодится. И, на сладкое, кое-как обломанные рога. И для крафта нужны, и как простенькое оружие, и вообще это красиво.

Отдохнув и отожравшись, я наконец почувствовал себя достаточно окрепшим для серьёзной вылазки. Надо ж посмотреть, чего там у новых друзей происходит. А при случае ещё и немножко сократить их количество. Регенерация залечила все повреждения. Еда восстановила силы. Новое достижение и повышенные навыки придавали уверенности. Пора, пора было узнать, что происходит в лагере этих гадских гомогеев.

Покинул болото на рассвете, когда туман ещё стелился над водой. Двигался осторожно, используя все навыки маскировки — скрытность, камуфляж, знание местности. Каждый шаг — после проверки, каждый донесшийся звук тщательно анализировал. Охотничий инстинкт работал на пределе, выжимал из меня максимум, сканируя окрестности. Мелкая живность, птицы, какая-то крупная тварь далеко на востоке — всё фиксировалось, каталогизировалось, оценивалось.

К лагерю подобрался к полудню.

Они расширились, обустроились, сучары… За дни моего отсутствия периметр вырос вдвое — новые участки частокола, новая вышка, новые палатки внутри. Работа кипела — солдаты таскали брёвна, копали ямы под столбы, маг — старый, Грей — чертил что-то на земле у входа. Всегда знал, что он чертила.

Устроился на дереве в двухстах метрах от периметра — достаточно далеко, чтобы не попасть в зону обнаружения их магической сигнализации (если она всё ещё работала… а чего б ей не работать), достаточно близко, чтобы видеть детали. Наблюдение требовало терпения. Много терпения. Часы неподвижности, когда нельзя было шевелиться, чтобы не привлечь внимание. Часы, когда единственным развлечением было отслеживание перемещений людей внизу.

Но это того стоило.

Я видел, как Марек отдаёт приказы — устало, без огонька, словно робот выполняет заложенную программу. Видел, как Виттор Крейг — в лицо я его не знал, но описанию соответствует — прохаживается по лагерю, улыбаясь и здороваясь с солдатами, — политик, блядь, настоящий политик. Видел, как Рейнард сидит в углу, точа меч и бросая злобные взгляды по сторонам. Видел, как Веда носится между башней и лагерем, таская какие-то ящики и свитки. Видел магов — всех троих — собравшихся у входа в башню и о чём-то споривших. Видел монашку — очевидно, Марту, которая сидела в стороне и наблюдала за всеми с выражением кошки у мышиной норы. И, судя по всему, они неплохо так взялись за башню — небольшие отряды бодро пересекали пустошь и возвращались с грузом — ящики, мешки, какие-то странные предметы.

Хранилище. Неужели эти уроды таки вскрыли хранилище? Так быстро?

НАВЫК ПОВЫШЕН: СКРЫТНОСТЬ УР. 5 → УР. 6

СЛИЯНИЕ С ТЕНЯМИ

В условиях низкой освещённости ваша скрытность значительно повышается. Вы становитесь практически невидимым для существ, полагающихся на обычное зрение.

— Окак, — прошептал я, читая описание. — Теперь я официально ниндзя.

Новый перк был именно тем, что нужно. В этом лесу, где тени царили почти круглосуточно, способность сливаться с ними давала огромное преимущество. И как раз вовремя — потому что впереди была по-настоящему опасная охота.

А ещё Система явно одобряла мой подход — сидеть тихо и смотреть, вместо того чтобы лезть напролом. Мне, кстати, тоже нравилось — пиздюли объясняют доходчиво.

К вечеру я собрал достаточно информации для первых выводов.

Экспедиция работала. Башня лутается, добыча вывозится. Всё идёт по плану — их плану. Внутри оной экспедиции царит напряжение. Марек и Виттор явно не ладят. Грей держится особняком. Рейнард злится на весь мир. Марта следит за всеми. И, самое главное, — меня действительно считают мёртвым. Никаких поисковых групп, никаких патрулей в моём направлении. Они списали меня со счетов.

Вот и ладненько.

Каждое утро — выход из болотного укрытия. Каждый день — часы наблюдения за лагерем с разных позиций. Каждый вечер — возвращение, анализ увиденного, планирование на завтра. Скрытность прогрессировала — явно сказывались удачные попытки прятаться от серьёзного противника, в том числе магическими методами обнаружения.

НАВЫК ПОВЫШЕН: СКРЫТНОСТЬ УР. 6 → УР. 7

Ещё один уровень очень годного навыка. Ещё один шаг к совершенству. Нравится.

На шестой день после падения случилась первая по-настоящему опасная встреча. Я возвращался с очередной разведки, когда охотничий инстинкт завыл тревогой. Крупная сигнатура — очень крупная — впереди по курсу. Хищник. Агрессивный.

Замер, вжавшись в землю. Активировал камуфляж. Контролировал дыхание, стараясь не издавать ни звука. Тварь появилась из зарослей через минуту.

Сумеречный охотник. Явно не из стаи тех, которых я хорошо запомнил, — этот был меньше, моложе. Но всё равно — три метра в холке, чёрная шкура, горящие жёлтые глаза. Шёл по моему следу? Или просто проходил мимо? Неважно. Главное — не двигаться. Не дышать. Не существовать.

Тварь остановилась в пяти метрах от моего укрытия. Принюхалась. Повела головой из стороны в сторону, сканируя окрестности. Я лежал неподвижно. Сердце колотилось где-то в горле, но внешне — ни единого движения. Камуфляж размывал контуры, скрытность делала меня частью пейзажа.

Секунда.

Другая.

Третья.

Зверь фыркнул — недовольно, раздражённо. Что-то почуял, но не мог определить источник. Постоял ещё немного, потом развернулся и ушёл в лес, бесшумно растворившись в тенях. Я выдохнул только когда его сигнатура удалилась на сотню метров. Руки дрожали. Адреналин зашкаливал. А от качества работы скрытности я был просто в восторге.

Быть живым мне, в целом, понравилось. А чтоб продолжать это увлекательное дело, нужно добыть нормальное оружие. Не из лагеря экспедиции — это было бы самоубийством. Но в лесу водились твари, чьи части тела могли послужить материалом для оружия. Клыки, когти, кости — всё это годилось для изготовления чего-то более серьёзного, чем мой костяной нож.

Недобровольным донором стал гривастый кабан. Не секач, как тот, которого я убил перед повышением уровня, — поменьше и попроще. Обычный представитель местной фауны, опасный, но не запредельно. С клыками, которые идеально подходили для наконечников копий.

Выследил его к полудню. Самец, средних размеров, роется в подлеске в поисках кореньев. Охотничий инстинкт выдавал: агрессивен при провокации, но первым не нападёт, если не загнать в угол.

Значит — не загонять в угол. Атаковать с умом — потому что у меня не было копья. Не было лука, был только костяной нож и сокрушительный удар. И новая способность — слияние с тенями.

Солнце клонилось к западу, тени удлинялись. Я скользил между деревьями, используя каждое тёмное пятно как укрытие. Двигался медленно, почти незаметно — даже для себя, если честно. Скрытность плюс камуфляж плюс слияние с тенями — тройной эффект.

Кабан меня не видел. Не чуял. Не подозревал даже о моём присутствии.

Я был прямо за ним, когда он наконец что-то почувствовал. Дёрнулся, начал разворачиваться…

Сокрушительный удар.

Кулак врезался в основание черепа — та же точка, что и у оленелосЯ. Но кабан был крепче, с более толстыми костями. Удар оглушил его, но не убил. Тварь завизжала, закрутилась на месте. Клыки мелькнули в опасной близости от моего живота. Я ушёл вниз… ну ладно, упал. Зато уклонился от удара, как раз прошёл период уязвимости, те чёртовы несколько секунд беспомощности.

Кабан пришёл в себя быстрее, чем я. Развернулся, опустил голову, бросился в атаку. У меня было полсекунды на решение этого вопроса.

Молниеносные рефлексы замедлили время. Видно было каждую деталь — пену на морде, налитые кровью глаза, траекторию движения клыков. Уклонился в сторону — едва-едва, клыки прошли в сантиметрах от бока. Перехватил костяной нож. Полоснул по шее — там, где пульсировала артерия. Кровь хлынула потоком. Кабан пробежал ещё несколько шагов, по инерции, потом ноги подогнулись, и туша рухнула в траву. Склонился над ним, тяжело дыша, и смотрел, как жизнь уходит из маленьких злых глазок.

— Сорян, Пятачок, — сказал я мёртвому кабану. — Но мне правда нужны твои клыки.

К ночи у меня были два превосходных клыка, идеально подходящих для наконечников. А ещё много мяса, шкура (грубая, но прочная) и сухожилия для тетивы и верёвок. И самое главное — ощущение, что я возвращаюсь в привычный ритм, ловлю тот самый кураж. Что я снова становлюсь тем самым охотником. Может, даже лучше.

Я сидел на своём островке, у маленького костра (наконец-то добыл огонь — кремень нашёлся в русле ручья), и смотрел в огонь.

За эту неделю многое изменилось.

Я был на волосок от смерти — и выжил. Потерял всё снаряжение — и начал заново. Охотился голыми руками — и преуспел. Шпионил за целой армией — и остался незамеченным.

И накопил прилично опыта, для повышения хватило невинно убиенного броском камня зайца.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН

ДОСТУПНО РАСПРЕДЕЛЕНИЕ: 5 ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК

Двенадцатый уровень. Новая ступень.

Открыл статус, изучая цифры.

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 28

Ловкость: 15

Выносливость: 28

Интеллект: 7

Мудрость: 6

Восприятие: 20

Куда вкладывать?

На прошлом уровне я поднял силу до порогового значения — и получил сокрушительный удар. Отличный выбор, который не раз спасал жизнь. Теперь — новые пять очков. Новые возможности.

Сила уже на пороговом значении. Следующий порог — 56, слишком далеко. Ловкость? Пятнадцать сейчас, пороговое значение — тоже 28. Тринадцать очков не хватает. Не вариант. Выносливость? Уже на пороге, регенерация работает отлично. Следующий порог — опять 56. Интеллект и мудрость… ну, можно было бы подкачать. Семь и шесть — это, есть подозрение, уровень деревенского дурачка. Но что это даст? Магию я всё равно использовать не умею. А для выживания мозги важны, но не в виде игровой характеристики. Оставалось восприятие. Двадцать сейчас. Пороговое значение для перка — 28. Ровно пять очков, и три на следующем уровне, чтобы добить.

И охотничий инстинкт — мой главный козырь — напрямую зависел от восприятия. Я понимал это логически, чувствовал интуитивно, хотя система прямо не говорила. Чем выше восприятие — тем дальше радиус обнаружения, тем точнее информация, тем раньше я узнаю об опасности.

Логика была железной. Что спасло меня за эту неделю? Не сила — хотя она помогала в охоте. Не выносливость — хотя регенерация вытащила с того света. Нет. Спасла информация. Знание того, где враги, куда они идут, что делают. Охотничий инстинкт. Восприятие. Если бы радиус обнаружения был больше — я бы засёк засаду раньше. Может, избежал бы болта в ногу. Может, ушёл бы от голема.

Решение принято.

Характеристики обновлены

Восприятие: 20 → 25

Визуально всё осталось почти прежним, ну чуть чётче, ярче, контрастнее. Аналогично с остальными органами чувств — всего понемногу, в итоге ощутимо так усилившие сенсорку в целом. И да, я угадал про охотничий инстинкт — он так же апнулся, пускай и не так радикально, как прошлый раз. Радиус обнаружения расширился, превысил сто метров. Сто двадцать? Сто пятьдесят? Нет, столько не будет, но всё ж ощутимо.

Я ощущал каждую живую тварь в этом радиусе. Не просто сигнатуры — полноценные образы. Размер, скорость, эмоциональное состояние, уровень угрозы. Лягушка в болоте. Птица на ветке. Змея под корягой. Какой-то грызун в норе. Всё, абсолютно всё.

СТАТУС:

ИМЯ:???

УРОВЕНЬ: 12

КЛАСС: ОХОТНИК

ХАРАКТЕРИСТИКИ

Сила: 28

Ловкость: 15

Выносливость: 28

Интеллект: 7

Мудрость: 6

Восприятие: 25

НАВЫКИ

Выживание: ур. 11

(способности: идентификация флоры, идентификация фауны)

Поиск следа: ур. 6

(способности: чтение следа, память следа)

Скрытность: ур. 8

(способности: камуфляж, слияние с тенями)

Ближний бой: ур. 7

(способности: чувство расстояния, боксер)

Ремесло: ур. 12

(способности: оценка материалов, понимание, руки мастера, экономия)

Установка ловушек: ур. 8

(способности: маскировка, цепкость)

Стрельба: ур. 4

(способности: упреждение)

ТАЛАНТЫ

Охотничий инстинкт (усилен)

Регенерация

Молниеносные рефлексы

Несокрушимый дух

Сокрушительный удар

Шестое чувство

ОСОБЫЕ СПОСОБНОСТИ

Болотная стойкость

ДОСТИЖЕНИЯ

ЕЩЁ ЖИВ? НИЧЕГО СЕБЕ!

ПЕРВАЯ КРОВЬ

ГУРМАН ПОНЕВОЛЕ

СОБИРАТЕЛЬ

ДОМОСЕД

КУСТАРЬ-САМОУЧКА

ТРАППЕР

КРЫСОЛОВ

УБИЙЦА ЧУДОВИЩ

ПАРТИЗАН

УБИЙЦА РАЗУМНЫХ

ОХОТНИК НА ОХОТНИКОВ

СКВОЗЬ ТРЯСИНУ

БОСС ПОЛЯНКИ

ГОЛЕМОБОРЕЦ

НА ВОЛОСОК ОТ СМЕРТИ

В целом, неплохо для недели, которая началась с получения воистину эпических звездюлей…

Идея пришла сама собой — когда я наблюдал за ней из своего укрытия на дереве. Она была недовольна происходящим, это читалось во всём — в резких движениях, в спорах с Грейем, в том, как она смотрела на Виттора. Потенциальный союзник? Возможно. Но как выйти на контакт?

Прямой подход — опасен. Появиться в лагере — ну, так себе идея, прибьют без разговоров. Подкараулить её снаружи — рискованно, она редко выходила одна. Оставалось ждать подходящего момента.

На девятый день такой момент представился. Веда вышла из лагеря на рассвете — одна, с сумкой через плечо. Направилась к ручью на восточной стороне периметра, туда, где собирала какие-то растения ещё в первую экспедицию. Я следовал параллельным курсом, используя все навыки маскировки. Слияние с тенями работало отлично — раннее утро, длинные тени от деревьев. Шестое чувство молчало — опасности не было. Когда она остановилась у ручья, я вышел. Открыто, без камуфляжа. Руки на виду.

— Веда.

Она вздрогнула, обернулась. Рука метнулась к поясу — к ножу? К алхимическому реагенту — местному варианту балончика?

— Стой, — сказала она. — Кто… — И осеклась, разглядев моё лицо. — Ты⁈

— Я.

— Ты жив⁈

— Как видишь.

Пауза. Она смотрела на меня — изучающе, оценивающе. Не испуганно, что удивило.

— Как ты выжил? — спросила она наконец. — После падения… мы думали…

— Много упрямства. Немного везения.

Про регенерацию, разумеется, говорить не стал. Да и вообще, старался говорить поменьше, чтобы не выдать своего истинного отношения к этой петушне поганой.

Молчание. Я ждал её реакции — побежит? Позовёт охрану? Попытается напасть?

Она не сделала ничего из этого.

— Зачем ты здесь? — спросила она. — Зачем вышел ко мне?

— Предложить союз.

— Союз? — Она приподняла бровь. — После того, что случилось?

— После того, что случилось — особенно.

Веда медленно опустила руку, убирая её от пояса.

— Говори.

И я заговорил.

Рассказал о том, что наблюдал за лагерем. О Витторе и его людях. О Грейе, который явно играл свою игру. О напряжении между разными группировками внутри экспедиции.

Она слушала, не перебивая. Потом — когда я закончил — медленно кивнула.

— Ты прав. Во всём прав. Виттор забирает всё ценное, Грей ему помогает. Марек бессилен, а я… — она криво усмехнулась, — я просто пешка, которую используют.

— Мы можем изменить это.

— Как?

— Вместе. Ты — внутри. Я — снаружи. Информация, поддержка, план. Когда придёт время делить добычу — мы будем готовы.

Веда молчала долго. Потом:

— Чего ты хочешь взамен?

— Для начала — гарантии безопасности, независимо от моих прошлых действий и результата переговоров.

— Много.

— Справедливо. Учитывая, что прошлый раз меня чуть не убили.

Снова молчание. Потом она протянула руку.

— Поговорю.

Я пожал её ладонь. Сделка была заключена.

— И ещё одно, — сказала она, когда мы разжали руки. — Марек. Он не враг. Он… — она помедлила, подбирая слова, — он просто оказался в ситуации, которую не контролирует.

— Допустим.

— Если решишь снова поговорить… — она посмотрела мне в глаза, — он выслушает. Без гарантии, что результат будет иной, но выслушает.

«А не пошёл бы он нахуй», — подумал я, но ответил уклончиво:

— Подумаю.

Веда кивнула.

— Я приду сюда завтра, в это же время. Если решишь — выходи.

Она развернулась и пошла обратно к лагерю. Я смотрел ей вслед, пока её фигура не скрылась между деревьями.

Потом — вернулся на болото, думать.

Чем и занимался следующие сутки.Вернуться к экспедиции — рискованно. Даже если сразу не прибьют — я буду под контролем, под наблюдением. В любой момент могут попытаться избавиться снова. Но — информация. Доступ к хранилищу, если его таки вскроют. Кстати, если бы таки уже — нафиг бы я им был нужен.И элемент влияния — Веда. Пусть ненадёжный, пусть преследующий свои цели — но уже какой-то крючок. Альтернатива — продолжать прятаться на болоте. Наблюдать издалека. Ждать… чего? Пока они уйдут? Пока кто-то другой не придёт и не отнимет добычу? Нет. Пассивность — не вариант.

Веда пришла на следующее утро, как и обещала. Я вышел навстречу.

— Я согласен, — сказал я. — Но с условиями.

— Какими?

— Первое: я не подчиняюсь Виттору. Вообще никак. Работаю только с тобой или с Мареком.

— Сложно, но выполнимо.

— Второе: моя доля — пять процентов от общей добычи. Не от того, что решит оставить Виттор, — от всего.

— Это…

— Не обсуждается.

Веда помолчала, оценивая.

— Ладно. Пять процентов. Но только если получится забрать что-то у Крейгов.

— Третье: если что-то пойдёт не так — я ухожу. Без объяснений, без предупреждений. Просто исчезаю.

— Справедливо.

— И последнее…

Договорить не успел. В постоянном ожидании ловушки я непрерывно сканировал окрестности, проверял северо-восточный сектор, когда охотничий инстинкт — усиленный выросшим восприятием, с радиусом под двести метров — засёк что-то странное.

Много сигнатур. Очень много. Человеческие, организованные, движущиеся по направлению к лагерю.

И совсем не похоже, что обитатели лагеря ждали этих гостей.