Дорогами Эльзы

ГЛАВА 2. В которой народ рвется выяснять отношения

Герцог Рид Ланс, спустя месяц после исчезновения Эльзы

Рассвет над Озерённым миром застал Рида на ногах. Каждое утро он просыпался очень рано, раскрывал окна, впуская в свою комнату порой откровенно ледяной воздух.

А затем, насладившись свежестью, шел в ванную комнату, где принимал контрастный душ. Эта процедура повторялась изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год… И до недавнего времени подобное расписание казалось незыблемым.

Досадную корректировку в планы самого ректора Нейстрийского университета магии посмела бывшая невеста, да что там говорить, просто какая-то пигалица, взбрыкнувшая во время брачного обряда! Она выставила его посмешищем! Перед всеми? Рид не видел ухмылки обиженных женщин, но точно заметил, как приподнялись уголки губ Мари…Его любовница имело все права обижаться, ведь предпочел он не её, а девчонку, по сути случайную в его жизни.

Вот и сегодня Рид распахнул окна, выглянул на улицу. Старый, но все еще проворный дворник подметал мощёную гладким булыжником мостовую под окнами его университетской квартирки, примыкающей к основному учебному корпусу. Где-то вдалеке прогремела колесами повозка, а значит, свежее молоко для студентов прибудет вовремя. Приглушенные хлопки, доносящиеся откуда-то из-под земли, рассказали о том, что для факультета некромантии поступил свежий рабочий материал. А значит, для экзамена магов все готово.

Все текло своим чередом. И только мелкой пигалицы здесь нет и неизвестно будет ли. Едва в голову пришла мысль об Эльзе Вайс, как настроение сразу упало. И что его толкнуло на такой необдуманный поступок? Конечно, девчонка не горела желанием выходить за него замуж, да и сам Рид до того момента вовсе не рвался надеть обручальное кольцо. Но быть униженным принародно оказалось как-то неожиданно болезненно. И Ланс не выдержал, разозлился, решив наказать упрямую Эльзу. Кто знал, что её мать подольет масла в огонь, пытаясь оттолкнуть свою дочь с места, куда сам ректор направлял свое проклятие. В тот момент мысль мгновенно сформировалась в его голове, а губы тут же зашептали заученные слова… Инна Вайс попыталась вклинить свою магию, чтобы спасти дочь, но тем самым сломала всю его игру, и пигалица не избежала наказания. И совсем не того, что ей уготовил он лично.

Размышляя, Рид обратил внимание на идеально белого голубя, приближающегося к нему. Этот императорский вестник плавно размахивал крыльями, словно он сам имел капельку голубых кровей. Птица села на подоконник мага и взглянула не него своими маленькими глазками.

— Чем порадует нас Фред, а? — вслух сказал Рид, протянув руку к голубю, чтобы отцепить привязанное к лапке письмо. Конечно, император мог себе позволить прислать курьера порталом, но Гилмору нравились голуби. Кто-то держит выводок кошечек, к то-то собак, а император предпочитал птиц. Он даже приказал построить голубятню, в которой содержалось несколько сотен пернатых. И какие-то сообщения, не содержащие тайну, птицы доставляли быстро и в любую погоду. Даже любые погодные катаклизмы, магнитные бури не были способны помешать птицам доставить известия адресату.

Птица улетела, а ректор, глянув на часы, приказал подавать завтрак. Кто знает, что на уме у августейшего, а то и пообедать не удастся.

Спустя какое-то время конь ректора простучал копытами по дворцовой площади. А потом сам маг, бросив поводья выскочившему слуге, быстрым шагом отправился к императору, не позволяя себе задержаться около желающих побеседовать с ним аристократов и аристократок.

Император поджидал своего поданного в саду. В руках молодой мужчина держал бумажный пакет, наполненный семечками. А перед ним, воркуя и расталкивая друг друга, топтались голуби. Прикормленные самолично Фредериком, эти птицы беззастенчиво гадили вокруг, включая на близлежащие скамейки и даже мраморный памятник почившей императрицы-матери. Но Гилмор приказал все содержать в полном порядке, а значит слуги-народ подневольный, ежедневно оттирали пятна, оставленные любимцами самого императора.

— Вы звали меня, ваше величество? — обратился Рид к монарху с полупоклоном.

— Звал! — радостно воскликнул Фредерик, резким движением руки вытряхнув содержимое пакета на каменную дорожку.

Птицы, не ожидавшие подобной щедрости, вначале вспорхнули, ожидая от человека нападения. Но после, поняв, что эти действия сулят исключительно сытые желудки, вернулись и продолжили клевать семечки, щедрой рукой посыпанные самим монархом.

— Пойдем, прогуляемся, пока нет дождя, — предложил император и двое мужчин, примерно одного возраста, неспешно направились вглубь дворцовых аллей. — Ты скажи, Рид, — продолжил Фредерик, когда после последней произнесенной фразы прошло целых пять минут, — ты в кого-то влюблен?

Герцог мог ожидать чего угодно от Фреда, от разговоров о политике до талантливых учеников последнего выпуска, но чтобы об этом… После случая с Эльзой на эту тему не было произнесено ни одного слова.

— Нет, ваше величество, пока сие счастье обходило меня стороной, — с чуть заметной усмешкой отозвался Ланс.

— Брось звать меня величеством, не та обстановка, — заметил Фредерик, поморщившись. — Я к тебе как к другу обращаюсь. Мне важен был твой ответ, и ты мне его дал.

— А положительный ответ имел какое-то значение? — правая бровь герцога приподнялась. Но маг не мог занимать место ректора университета Нейстрии, если бы не предугадывал действия императора. Ему не нравился сам вопрос и его постановка, но приходилось ждать, когда Фред сам разовьет свои рассуждения.

— Скажем так, — император говорил неторопливо, взвешивая каждое слово, — ты мой друг и мне не хотелось бы идти против каких-либо твоих личных планов. Особенно когда у меня для тебя есть прекрасное предложение.

— Я весь во внимании, — вставил свое слово Ланс, глядя на замолчавшего Гилмора. Император заложил руки за спину, широко расставил ноги и сейчас стоял так, как во время своего выступления перед народом с дворцового балкона.

— Что же… я хочу, чтобы ты женился на молодой и хорошенькой вдове, виконтессе Алисии Кернер. Из Аквитании.

Ланс был поражен. Но гром среди ясного неба не прозвучал и снег не упал на голову беседующим мужчинам. Рид считал Гилмора дальновидным политиком, а значит ждал озвучки причины столь неожиданного решения. Неожиданного, если считать пропавшую месяц назад девушку.

— Фред, а не часто ли ты выбираешь мне жен? — слова мага прозвучали с легкой иронией, но знающий ректора много лет император уловил в тоне мужчины ядовитые ноты. — Или ты считаешь, что я сам не способен подобрать себе спутницу жизни? Найти достойную этой чести супругу и будущую мать своих детей?

— Ну-ну, Рид, поостри, — отмахнулся Гилмор, ничуть не обидевшись на мага. Во время разговора мужчины подошли к пруду, через который был перекинут небольшой мостик. И теперь, облокотившись о перила, друзья смотрели на водную гладь и продолжили вести свою неспешную беседу. — Ты наверное уже понял, к чему я все веду?

— Граница?

— Да. Земли Кернеров простираются, соприкасаясь с землями Вайсов и с нашей границей. Это даст нам возможность защитить мои владения в случае военных действий с Аквитанией. Опять же иметь своих людей при правителе той страны. Сам понимаешь, сегодня мир, а завтра кто знает…

— И ты решил упрочить положение Нейстрии путем устройства моей личной жизни с молодой вдовушкой? — Рид не сдержался и поморщился. И ведь прекрасно понимал, что Фредерик не шутит и настроен вполне серьезен. — Позора от молоденькой пигалицы тебе показалось мало, и ты решил подставить теперь меня по-крупному? Интересно насколько вздорная и капризная эта вдовушка, что не нашла себе мужа в Аквитании? Или она "черная вдова"? В себе я лично уже чувствую задатки Синей Бороды!

— Но, а ты сам-то как думаешь? Нужны ли Нейстрии такие союзники? — произнёс император таким тоном, словно сейчас он разговаривал не с ректором самого известного университета в мире, а с нерадивым студентом.

— Фред, ты конечно извини, но бежать и укреплять границы по первому требованию я не буду. Хочешь-наложу еще пятый круг плетений на наши окраины, хочешь- сам лично буду это проверять.

— Твоя любовница против? — поинтересовался монарх с каким-то интересом. — Смени, проблем будет меньше. Не надо, не держи такую около себя, сердцу спокойнее, а для тела усладу всегда найти можно.

— Думаешь, женщины бывают "за", когда их любовники женятся, да еще и не на них? Извини, Фред, но у меня есть еще не законченное дело. Эльза Вайс. И я должен её вернуть родителям.

Слова словно тяжелые капли упали в воздухе и пропали. Но осадок остался у обоих мужчин. Тогда, месяц назад, никто поначалу не понял, что произошло…

— Брось корить себя, — Фред участливо похлопал друга по плечу, — кто знал, что её мать изменит твоё слово. Магия в храмах нестабильна. Хорошо, что Вайсы сами осознали, как не вовремя вмешались со своей защитой и испортили твою задумку.

— Я должен бы быть сдержаннее, — в который раз повторил Ланс. Он не любил сожалеть о сделанном. Ведь многое уже не исправишь. Но все это было из ряда вон выходящее.

— Должен. Но не был. И рано или поздно, но она может появиться, ведь так? Или нет? — поинтересовался император.

— Кто знает. Подозреваю, что девчонка жива. Перед свадьбой я преподнёс ей подарок- охранный амулет в виде снежинки. И все вместе сыграло с ней злую шутку.

— Ты точно ничего такого ей не желал?

— Нет. Не сомневайся. Я все помню. И постараюсь найти её.

Риду вовсе не хотелось признаваться, что несмотря на всю импульсивность в тот момент, слова его имели вполне определенный смысл и это не было убийством. Эта мелкая пигалица задела его гордость. И пусть свадьбы он хотел не больше, чем она сама, но ведь задела же!

— Ваше величество, Рид! — нежный голосок императрицы Аурелии прервал мужские разговоры. И Ланс даже облегченно вздохнул, не желая продолжать эту беседу. — Я вам не помешаю?

— Ваше величество, моя дорогая императрица! — Фред сделал знак молчать о только что состоявшемся разговоре своей жене, а затем направился навстречу любимой. — Вы никогда не можете мне помешать!

Каждый в государстве знал, что монарх обожает свою жену. А про фавориток никто и не слышал с момента их свадьбы. Но если и были у его величества интрижки на стороне, то все было покрыто таким мраком, что все скорее походило на вымысел завистников, нежели на чистую правду.

— Рид, ты должен разделить с нами обед, — сказала Аурелия, подавая руку своему супругу. И монарх тут же поднёс её к губам, поцеловав каждый пальчик, не отрывая преданного взгляд от жены. — Я права, Фредерик?

— Конечно, моя несравненная, конечно! — воскликнул император вроде бы и радостно соглашались с императрицей. Но Рид слишком давно и очень хорошо знал своего друга и сюзерена. Фред не горел желанием "разделить обед с другом", он скорее готов был "съесть его сам", вернее остаться наедине со своей возлюбленной.

У Рида давно были подозрения, что сам Гилмор иногда ревнует свою красавицу жену к ректору. Что поделать, Аурелия училась вместе с ним в этой самой академии, которую он сейчас возглавляет. И когда однажды принц Фредерик посетил студенческий бал, то, конечно же, увидел и оценил миловидную платиновую блондинку, которая танцевала с кем-то из соседнего факультета. Принц был сражен грацией незнакомой девушки и весь танец простоял как громом пораженный, наблюдая за её движениями в паре с каким-то кавалером. Ланс, обративший внимание на друга, не стал углубляться в причины такого странного поведения, а просто познакомил его Аурелией.

Спустя два года состоялась свадьба между принцем Фредериком, наследником императоров Нейстрии, с Аурелией, представительницей древнего рода, возглавляющего пусть маленькую, но очень гордую страну Брейтань. У супругов уже подрастал двухлетний наследник, чем весьма гордились монархи. И тем не менее император оказался собственником до мозга костей и ужасным ревнивцем.

— Прошу меня извинить, — отозвался Ланс, — но у меня скоро начнутся экзамены.

— Вот вечно ты, Рид, так! — шутливо погрозила пальчиков императрица. — Кстати, ничего про пропавшую невесту не слышно?

— Нет, но я ищу способы вернуть девушку, — ответил Рид как можно вежливее. — И потом мне все-таки нужно расторгнуть с ней помолвку, раз уж она была заключена официально.

На лице Фреда пробежала мрачная тень и тут же скрылась под завесой благодушия. Нет, маг не желал становиться таким же, зависимым от собственной жены, каким стал, влюбленный до сих пор в свою жену, император.

— Тогда удачи, — рассмеялась Аурелия, прощаясь с ректором, поспешившим скрыться с глаз правителя долой.

День подошел к концу. Распланированный по минутам, он то тянулся, как толстая ленивая гусеница, то бежал, как веселый горный ручей. И Ланс был рад этому обстоятельству по одной простой причине- каждая минута приближала его к тому моменту, когда он останется один и сможет спокойно сесть за изучение очередного древнего фолианта, который хоть в чем-то прояснит ситуацию с Эль. Это даже стало теперь своеобразным ритуалом и какой-то идеей фикс- решить эту каверзную загадку. И чем дольше он над ней думал, тем больше склонялся к выводу- ему просто необходимо увидеться с родными Эльзы…

Почтовый голубь влетел в окно учебного класса, и ректор привычным жестом поймал птицу, отцепил с лапки письмо, скрученное трубочкой.

Класс уже был пуст, и никто из студентов не увидел, как презрительно скривились губы ректора университета. И если до этого момента Ланс до конца не отдавал себе отчета в том, почему он согласился на брак с Эльзой, то теперь точно знал- другого подобного случая он императору больше не представит.

— Запрещено порталом через границу? Мне? — зло усмехнулся Рид, — так я только до неё. А дальше согласно указа Вашего императорского величества. И в гости загляну, обязательно, но не к морю.

Отдав необходимые распоряжения, уже к вечеру герцог Ланс покинул пределы вверенного ему университета и перенесся порталом поближе к границам Нейстрии. И только у самой границы взял коня, чтобы спокойно пересечь разделительную черту между своей страной и Аквитанией.

Пыль песчаных дорог. Она везде одинакова, взять хоть путь по левую строну границы, хоть по правую. Границу герцог пересек, но открыть портал на территории несостоявшихся родственников не смог. Охранное плетение, словно невидимая сетка покрыло их графские земли. Что говорило о том, что не только целительство удел Вайсов. Хотя, о чем речь? Раз мать Эльзы не побоялась влезть со своей магией против его…

Остановившись в какой-то небольшой гостинице, Ланс взял номер на ночлег, а только потом спустился в обеденный зал и заказал себе овощи, тушеные с говядиной и кружку пенного пива. Народа в помещении было немного, что порадовало мага. Приглушенные разговоры нисколько не мешали его раздумьям. Герцог путешествовал один и имел достаточно свободного времени для размышлений.

Эх, сидел бы сейчас в собственном кресле и читал увлекательный шедевр — новую книгу стихов. Или принял бы очередное приглашение от Мари, встретиться с ней наедине…

Два дня назад любовница Ланса устроила ему необычное свидание. Стоило Риду открыть портал в её дом, как он застал весьма странную картину. Боящаяся пауков и прочую гадость женщина, бесстыдно лежала обнаженной на низкой тахте, в окружении множества подушек. Но не это удивило в тот момент видавшего виды мужчину. Гладкие и белые, словно молоко бедра женщины опоясывала змея, черная мамба. Одна из самых опаснейших рептилий! Она вольготно расположила свою голову на ягодице молодой женщины. Лансу это зрелище показалось даже чем-то весьма завораживающим. — Мари, не двигайся, — прошептал ректор, решив наслать на мамбу заклинание оцепенения.

Можно было бы её уничтожить сразу, но ведь змея соприкасается с телом молодой женщины, а значит, и неприятная сторона может отразиться на любовнице. Ланс поднял руку, чтобы приготовиться сделать то, что должен каждый, не боящийся внезапного нападения весьма коварной рептилии… Но было что-то странное в её поведении, равно и в действиях самой любовницы. Глаза женщины на миг сверкнули веселыми искорками, но этого было достаточно смелому мужчине. Догадка тут же созрела в его голове и Ланс произнёс:

— Она мертва? Или спит?

— Я — то думала догадаешься или нет, — тихо рассмеялась Мари, — но ты как всегда на высоте. Эта змейка спит, глубоким сном. Ей пришлось уснуть после огромной дозы лекарства.

— И как давно она так отдыхает? — поинтересовался Рид, одновременно присмотривая для мамбы место хранения — большая стеклянная ваза отлично подходила для этого. Быстрым движением маг перевернул сосуд, вода сразу же пролилась на ковер. И все это великолепие сверху украсили выпавшие цветы.

— Полчаса или даже час, — прошептала любовница, — у меня уже ноги затекли так лежать и тебя ждать. Пожалуйста, Ри, сделай что-нибудь. Хотя нет! Оставь… она меня так возбуждает!

— Хм… усмехнулся маг, который потянулся было за змеей. Но после слов, сказанных женщиной, остановился. — Тогда может быть мне уйти? Третий лишний, это знает каждый…

— Нет, прошу тебя, останься! — тут же выпалила женщина. — Просто это так щекочет нервы, знаешь! И это так опасно и.… хорошо! — Мари застонала. Впрочем, её округлый зад от этих манипуляций не пошевелился.

— Значит возбуждает? — прошептал он, склонившись над любовницей.

Сам Рид не боялся быть укушенным. В детстве он имел неосторожность отравиться отцовскими запасами ядов, и ему повезло выжить после этого. С тех пор его родные капля по капле приучали своего ребенка к различным отравам. И сейчас Ланс с уверенностью мог сказать, что все те, кто пытался его отравить давно мертвы. А он сам — нет, даже довольно бодр и весел.

— Даааа, — прошептала Мари, а затем томно застонала, стоило черной мамбе пошевелиться во сне. А когда голова сонной рептилии сползла, замерев у женщины между ягодиц, она прошептала, — Ри-и-и-ид, ты даже не представляешь, что я чувствую сейчас.

Как не завораживающе смотрелась Мари в этот момент, сам герцог знал с чем и с кем имеет дело. Он подхватил шелковый женский халат, обмотал им свою руку и только после этого занялся рептилией, схватив её под челюстями. Змея, словно только этого и ждала. Она забила хвостом, словно плетью, попадая по розовой коже Мари. Женщина завизжала, не ожидая подобного исхода. Но Ланс не кинулся утешать бьющуюся в истерике любовницу. Он затолкал змею в вазу, закрыв ей выход с помощью все того же халата и завязав для надежности горловину сосуда пояском.

— Ну что, — усмехнулся маг, присев на постель, на которой еще совсем недавно так томно вздыхала, соблазняя его молодая женщина, — ты по-прежнему настроена на секс? Или мне уйти? Кстати, прикажи выгнать прочь того, кто надоумил тебя познакомиться с этой змеей. Считай сегодняшний день днем твоего второго рождения…

— Нет! — спешно оборвала его Мари, залпом выпивая бокал вина. — Не знаю! — добавила она, посматривая на дергающуюся вазу… — Но змею оставь здесь. Я прикажу её умертвить, подальше от моего дома!

Рид усмехнулся, понаблюдав немного за любовницей, развернулся и направился к выходу. Похоже, после сегодняшних потрясений обычно любвеобильная женщина не готова выразить ему свою благодарность за спасение. Что же, это можно понять.

— Постой! — раздался крик и грохот за его спиной и маг обернулся, чтобы посмотреть, что произошло. Ему даже показалось, что Мари пытается трусливо сбежать от ядовитой змеи.

Но все оказалось несколько иначе. Женщина имела абсолютно другие намерения, не совпавшие с догадками Ланса. Она мгновенно оказалась стоящей на коленях перед ректором, хватаясь руками за его брюки:

— Прошу тебя, постой! — хрипло прошептала она, умоляюще глядя на него снизу вверх.

— Ты хочешь мне что-то предложить? — отозвался мужчина, наблюдая, как пальцы женщины ловко расстегивают его ремень, как осторожно, с каким-то маниакальным наслаждением, она проводит одним пальчиком по его плоти, как благоговейно руками поглаживает все увеличивающееся мужское естество, а затем со стоном прикасается к нему губами, накрывает ртом…

— Ты извращенка, Мари, — шутливо прошептал Ланс, в перерывах между ласками. — Только что тряслась от страха, а теперь стонешь от наслаждения.

— Да, мой герой! — рассмеялась женщина и снова принялась за свое, то даря ему поцелуи, то прикасаясь языком, — но тебе же нравится? А, Рид?! Скажи!

— Ты же знаешь, что нравится! — судорожно произнес мужчина, запуская руки в волосы женщины, расплетая её густые косы.

Любовница была на высоте и действовала весьма умело. Это понравилось бы любому мужчине, даже такому искушённому, как герцог. Ланс тут же подхватил женщину под руки, перевернул её, заставив упереться руками в пол.… Рид вколачивался в податливое тело, а Мари стонала и извивалась, иногда настороженно замирала и посматривала на затихшую змею. По ее поведению было понятно, что ей непременно хотелось бы повторить то ощущение хождения по острию ножа, когда спящая черная мамба касалась оголенной кожи ягодиц. Но Ланс решил избавить даму от навязчивых дурных идей, витавших в её голове. Он решил забрать кувшин с рептилией вместе с собой.

Спустя некоторое время ни в чем неповинная змея была отдана на опыты восторженным университетским зоологам, с радостью приявшим такой колоритный экземпляр.

Погрузившись в приятные воспоминания, Рид незаметно для себя съел все что заказал. Затем сделав знак рукой официанту, стал дожидаться, когда принесут еще и пиво.

— Господину, понравилось у нас? — произнес незнакомец, который до этого сидел совершенно незаметно стороне. Теперь же он осмелел, вероятно, этому способствовало то, что он немного выпил, поэтому и решил подсесть поближе к приезжему и поговорить.

— Понравилось, — кивнул Рид, решивший поддержать разговор. Вообще-то Аквитания на стыке границы (где они сейчас и находились) ничем особенным не отличалась от рядом расположенных земель Нейстрии. Но маг не стал в это углубляться.

— Да! У нас просто бесподобно! — поддержал довольный незнакомец, знаком пальцев показывая официанту, что ему тоже не хватает пива и исправить это упущение надо как можно быстрее.

— Только почему везде на флагах голубая гента? Что-то произошло? Я ничего не слышал, — поинтересовался Рид, поднося глиняную кружку к губам. И тут же ощутил, как приятная жидкость с горчинкой полилась по его горлу.

— Это все из-за пропавшей дочери графа Вайса. Её любимый цвет, — ответил собеседник и помрачнел. — И зачем только она отправилась учиться? К чему и без того грамотной женщине науки?

— Вы знали девушку лично? — спросил Ланс. Интуиция подсказывало ему, что во всем этом что-то тут не так. Но он не мог понять, что именно…

— Да нет, что Вы, кто я такой. Так, мелкий молочник. А вот моему брату повезло однажды встретиться наеё пути. Надо сказать, в этот момент он переживал не лучшие свои времена. Шутка ли сказать — погибла беременная жена. Брат и жить-то не хотел. И надо же такому случиться, что в лесу повстречал молодую леди…

— В лесу? — удивленно прервал собеседника Рид.

— В лесу. Леди вместе со слугами каждое лето ходила за ягодами или грибами. И так случилось, что она наткнулась на моего братца. Уж не знаю, как она догадалась, что он собрался свести счеты с жизнью. И не где-нибудь на темном чердаке, а именно в лесу… Что говорила она брату, не знаю. Только после этого он вернулся из лесу, пришел ко мне и рассказал все. И с того самого дня жить начал как с чистого листа. Стал как-то внимательнее к людям что ли… Отпустил он эту тянущую его боль. До сих пор, говорит, что помнит свою первую жену и не родившегося младенчика-то. Только от мысли наложить на себя руки отказался, как отрезал. И спустя год женился, теперь опять пополнение ждет. Но со второй жены теперь глаз не спускает и бережет ее, как зеницу ока.

— Вот так история, — удивленно протянул Ланс, гадая, что же такого могла сказать эта мелкая пигалица какому-то здоровенному мужику с такой трагедией в жизни. Да еще и так чтобы он отказался от намеченного дела и снова захотел жить, любить, быть любимым.

— Да, такая вот история, — согласился собеседник. — Я теперь и своим дочкам говорю- незачем учебой голову-то забивать. Вышли замуж и сидите дома, детей рожайте, да мужей дожидайтесь. А все проблемы от ума, да от безделья. Вы со мной согласны?

— Вполне, — вздохнул Ланс, подумав о своем.

А вечером, едва голова усталого мужчины коснулась подушки, на ум пришло воспоминание о знакомстве с взбалмошной пигалицей, что привело к этой фатальной свадьбе.

Фредерик Гилмор, укоряя друга, не раз говорил, что не дело ректору такого знаменитого университета ходить холостым и отвлекать молодых девчонок своей персоной от учебного процесса. И пусть сам Рид придерживался совсем иного мнения, но и не спорил. Раз и навсегда, решив, что раз дожил до тридцати лет, а свою женщину не встретил, то значит не судьба, и пусть все идет своим чередом. И как-то раз, находясь в гостях у императорской четы, герцог подвергся допросу со стороны Аурелии:

— Рид, вот скажи нам честно, — рука императрицы успокаивающе коснулась колена мужа, — у тебя ежедневно перед глазами мелькает множество хорошеньких девушек. Неужели же ни одна не понравилась, не зацепила?

— Да как вам сказать, — Ланс на миг задумался, а потом рассмеялся, — хорошеньких много, да. И красивых тоже! Многие из них даже еще и умны.

— И? — улыбнулась императрица, ожидая продолжения.

— И все.

— Ну нет, это не годится, да дорогой?

— Угу, — поддакнул Фредерик, полностью согласный в этом вопросе со своей супругой. И Рид понимал его мотивы, но… — Ты нам лучше скажи, что за ссадина у тебя на руке? Неужели к лекарям лень было заглянуть?

— А, пустяки! — отмахнулся тогда Ланс, — это я сегодня проверял, как идут занятия у первокурсников. На меня свалилась полка.

— Полка?

— Да. Вместе со всем своим содержимым. Одна девица с факультета целителей попыталась достать с верхней полки порошок красной медузы, чтобы излечить им специально зараженного соседа по парте. Так вместо того, чтобы попросить о помощи этого самого высокого соседа, она решила сама достать нужный ингредиент. И в разгар этого действия вошел я… Лестница, на которой стояла девушка, покачнулась и… результат вы видите.

Звонкий смех Аурелии не дал до конца рассказать эту весьма печальную для Ланса историю. И только спустя несколько минуту, отсмеявшись, уже Фред продолжил расспрашивать пострадавшего:

— А сама-то девица жива? Без синяков? Ноги не переломала?

— Да, что ей сделается! Как истинный рыцарь, я успел её поймать на собственные руки. И заслонил своей широкой грудью от летевшей сверху на неё полки со всеми ингредиентами и лестницей за одно, — усмехнулся Рид. — Встреча с полом в этот раз ей явно не грозила. Так что я выступил в этот раз в нескольких ролях и как спаситель, и как злой ректор, и как пострадавший. Сразу отвечу на Ваши дальнейшие вопросы: девушка молода, красива, и, к сожалению, умна. Она еще и меня обвинила в том, что пришел не вовремя!

— И как её имя? — поинтересовалась императрица, хитро прищурившись. В её светлую головку, на беду герцога, пришла какая-то мысль и она решила не упускать её…

— Кажется Эльза Вайс, уроженка Аквитании, — небрежно добавил герцог, но отчего-то имя девчонки на тот момент в памяти уже засело.

— А, Вайсы. Уж не с ними ли мы граничим?

— С ними, — подтвердил Рид. Он несколько раз пересекал границу именно через земли графа Вайса и был с ним немного знаком.

Именно после этого случая "друг" Фредерик вдруг "озаботился" холостой жизнью ректора, что возможно и послужило первой ступенью в исчезновении его несостоявшейся невесты.

Новый день в Аквитании грозил новыми проблемами, но герцога это не останавливало. Гораздо сложнее было встретиться с родителями Эльзы, но и к этому моменту Ланс был готов. Не зря ведь он проехал столько километров, чтобы испугаться отсутствия любезности со стороны Вайсов. И когда замок родителей Эльзы показался на горизонте, герцог облегченно вздохнул. Наконец-то его появилась она- конечная точка его пути.

Но как назло, конь под Ридом стал прихрамывать. Ланс ловко спрыгнул с коня, взял его за ногу, посмотрел на копыто… Подковы как не бывало. Маг, взяв животное под уздцы, пошел искать кузнеца, чтобы решить очередную возникшую проблему. К счастью, пришлось пройти не больше километра, и мастер, которого рекомендовало сразу несколько повстречавшихся на пути человек, был найден.

— У Вас артрит? — поинтересовался герцог, наблюдая, как мужчина ловко завернул согнутую ногу коню и примерил уже готовую подкову. Но, несмотря на мастерство и сноровку в этом деле, пальцы кузнеца были сильно скрючены.

— Да, есть такое, — усмехнулся мужчина, — но Вы, господин не бойтесь. Вашего друга я не обижу.

— Я знаю, — кивнул Ланс, уверенный в своих словах и, продолжая наблюдать, как очень цепко и одновременно бережно ухватил мастер копыто зверя, вытащил оставшиеся там гвозди. Затем очень уверенно снял верхний роговой слой и кусачками подровнял. — Вы, наверное, любите свое дело? — спросил герцог, привалившись к спинке кованой скамейки.

— Люблю, — согласился кузнец, подкладывая под подкову резину, — но было такое, что едва без него не остался.

— Как это? — поинтересовался Ланс из вежливости. В его мыслях сейчас была только встреча я родителями Эльзы. Именно о ней он думал, едва пересек границу двух стран и до настоящего момента.

— А вот приключилось когда у меня эта болячка, думал все, урод уродом. Скрюченный и никчемный. За исключением мужской части, разумеется, — исправился кузнец и тут же усмехнулся. — Но ведь на этом далеко не уедешь и на хлеб с маслом не заработаешь. Да и как мужик не красавец стал. Запил я тогда крепко. И чем больше пил, тем больше крючило меня.

— Как справился? — спросил герцог, на этот раз уже более заинтересованно. — Кто-то заговорил или дошел до крайности, болезнь подточила?

— А почти и дошел… даже стыдно сказать, едва инструмент свой не пропил, — кузнец кивнул в сторону наковальни. — И ведь остановился-то не сам! Помогли добрые люди.

— Травами?

— Травы тоже были. Но потом. А поначалу к нам заехал граф со своей дочуркой. Тоже коня подковать по пути. А я не могу… руки гнет, трясутся больше после от похмелья, чем от болезни. Стыд, да и только! А она, светлая душа, даром что дитя, так со своей лошадки соскочила, ко мне, несуразному подбежала, ручонки свои на мои пальцы положила и спрашивает: "Болят, да? Сильно?". И столько в ней было трогательности, доброты и нежности, а еще сострадания ко мне, забулдыге, что в груди моей как что-то зажгло, прямо как каленым железом.

— Помогло? — с затаенным дыханием поинтересовался Рид, хотя уже знал ответ, даже предвкушал его. — Болят руки-то?

— Руки-то? — усмехнулся кузнец, отпустив ногу коня и на всякий случай проверяя другие подковы, — руки болят. А вот душа-нет. И пить я завязал, как отрезал. Вот оно — слово чистого человека. Его не купишь ни за какие деньги. От сердца оно должно идти.

— От сердца, — кивнул Ланс, уже понимая, что по-другому девчонка вряд ли бы смогла.

И появились в голове ректора мысли о даре целительства у Эльзы. Но не о простом, а о каком-то весьма редком… Сам Рид прочел очень много книг по этой теме, ведь разнообразию и совершенству нет предела. Чтобы возглавлять лучший университет магии в Нейстрии, надо не просто уметь оживить и усыпить умертвие, не просто вырвать сердце у восставшего вампира. Нужно еще уметь спасти и вместе с тем, чтобы этот спасенный потом выжил и мог продолжить нормально жить дальше и приносить пользу. Нужно суметь собрать такой коллектив, чтобы учителя, по большей части люди и нелюди весьма своеобразные, чтущие только свой предмет превыше всего и абсолютно наплевательски относящиеся ко всему остальному в их мире, составили единую команду. Чтобы они горели желанием делиться своими знаниями с бесшабашной молодежью. А еще нужно осуществлять руководство и управление, дабы сам университет не только брал деньги попечителей, но и зарабатывал их сам, и, затем умело тратил, оставаясь одним из самых передовых и престижных университетов магии не только в своей стране, но и во всем магическом мире. И чтобы после выпуска студенты могли бы все знания применять самостоятельно…

Но вот и кузница осталась позади. Одной проблемой меньше. Приближаясь к замку Вайсов, Рид пожалел, что выглядит, не так презентабельно, как обычно. Сейчас же маг представлял собой путешественника в запыленном костюме и стойким запахом здорового мужского пота. Поэтому увидев реку, герцог выбрал укромное место и нырнул в прохладные воды. С походной одеждой все было гораздо проще. Лёгкое заклинание и от дорожных пятен не осталось и следа. Усталый, но настроенный решительно, Ланс въехал на территорию замка Эльзы Вайс.

Каменные стены, ничем не примечательные дворовые постройки… Все во владениях несостоявшейся невесты было обычным и ничем не примечательным. И те же люди, с интересом посматривающие на чужака. Рид подъехал к широкому парадному крыльцу, бросил медную монету и поводья подбежавшему тут же мальчику-слуге. Посмотрел, куда это самый мальчишка повел его коня и направился вверх по серым ступеням.

— Как прикажете доложить? — учтивый лакей возник, словно из воздуха, умело скрывая свой интерес к новому посетителю.

— Герцог Ланс, — коротко бросил Рид и тут же заметил огонек понимания в глазах слуги.

Лакей ушел на доклад, оставив его одного в просторном холле, среди картин и живых цветов. И Рид принялся рассматривать разнообразные работы, на которых был изображены охота и живописные окрестные пейзажи.

— Кого я вижу, — раздался голос графа Вайса и герцог обернулся. Язвительность и неприступность сквозили в этом высоком худощавом человеке. — Неужели сам господин ректор соизволил нас навестить? Напрасно. Эльзы здесь нет. Благодаря Вам, как помните. Так чем обязан?

Губы отца Эльзы Вайс презрительно скривились, но Ланс понимал, что где-то тот был прав. По большей части, но не во всем. Рид отметил, что его не пригласили в кабинет или куда-либо еще для приватного разговора. Хорошо хоть согласились принять вообще. После случившегося могли не пустить дальше порога, не смотря на его титул.

— Граф Ирвин, я понимаю Ваше недовольство и неприязнь ко мне. Но уверяю Вас, что мой приезд не связан с каким-либо поручением императора или праздным любопытством. Я здесь исключительно по собственной воле, — произнес Рид, прекрасно понимая, что любви к собственной персоне ему ждать не следует, да и не желает он таких чувств от чужих людей.

— И чего же хочет наш достопочтенный ректор?

— Он наверно думает, что у нас есть еще одна дочь, с которой нужно расправиться, отправив непонятно куда, — голос Инны Вайс трудно было спутать с каким-то другим.

— Леди, Вы, конечно же, правы! Особенно в той части, что Эльза отправилась "непонятно куда". Но все же, вы прекрасно знаете настоящую причину исчезновения девушки, не правда ли? — Ланс старался не переходить на повышенные тона, понимая, что сейчас перед ним страдающая по единственной дочери мать. Да и граф сейчас переживает не меньше, только держится, как мужчина, не показывая вида. — И я не скажу об этом больше ни слова, — Ланс глянул в ледяные глаза женщины, — но хочу, чтобы вы знали. Я приехал, чтобы помочь вам как можно быстрее найти девушку.

— Зачем она вам? Совесть замучила? — Инна Вайс попыталась язвить, а дрогнувший голос и расстроенный вид рассказали о многом. Графиня жестом руки указала на один из низких диванчиков, стоящих в холле, приглашая присесть. В её глазах не стояли слёзы, но они были припухшие и покрасневшие. И в то, что это действительно происходит регулярно, Ланс даже не сомневался. А темные круги под глазами тому прямое свидетельство.

— В том числе и это, — согласился Ланс, переводя взгляд с одного настороженного Вайса на другого. — А впрочем, считайте как угодно: желание расторгнуть помолвку, научный интерес, совесть. Я проделал этот длинный путь для того, чтобы вернуть Эльзу. А примите вы это или нет- ваше право. Моё же решение неизменно.

— Что же, я тоже не буду добавлять лишних слов от себя, хоть они и просятся, — произнес граф, обращаясь к прибывшему герцогу. — И если вы действительно решили нам помочь, то мне плевать, какими словами вы это аргументируете. Нам нужна живая и невредимая дочь. Только и всего.

Рид видел, как графиня Инна кивнула, признавая правоту мужа. И она даже что-то начала говорить:

— А знаете граф, почему Эль… — графиня осеклась и замолчала, услышав приближающиеся к ним шаги.

В этот момент двое слуг пересекли холл, где и происходил не самый приятный разговор. И граф, словно опомнившись, произнес:

— Герцог, прошу Вас следовать за мной. Думаю, в моем рабочем кабинете нам с Вами будет гораздо удобнее.

Вино приятно согревало, а диван, на котором сидел Ланс, был мягок. Но все же обстановка оставалась напряженной. И Рид, привыкший к разным перипетиям(все-таки здесь живые люди, а не монстры, воскрешенные для опытов студентов), был как обычно сосредоточен. Разговор коснулся пожелания, произнесенного герцогом и тут родителей Эльзы ждал, мягко говоря, шок.

— Значит, вот что Вы собирались пожелать нашей дочери… — произнес Ирвин, сидя за столом и сцепив руки в замок. — Мда…ну и фантазия у Вас, герцог. И я бы, возможно, порадовался за Эль, если бы не обстоятельства.

— Что сделано, то сделано, герцог, — Ланс, несмотря на усталость(все-таки проехать несколько дней в седле, это не портал открыть) встал и, заложив руки за спину прошелся по просторному кабинету Вайса. — Сейчас же я хочу предложить самый проверенный мной способ. Мне нужна ваша кровь.

— Нет, — произнесла графиня Инна и буквально рухнула в кресло, опустив плечи. — Герцог, этот способ не подходит. Придумайте что-то ещё.

— Почему не подходит? — удивился Рид, твердо уверенный в действенности этого способа. Он еще никогда не подводил его. — Идеальным вариантом было бы наличие крови самой Эльзы.

— Даже если бы она была, это не вариант, — устало выдохнула женщина, посмотрев в глаза застывшему в ожидании ответа ректору.

— Мы уже пробовали так найти Эль, — произнес Ирвин, решив прояснить ситуацию Лансу, — но ничего не помогло.

— Кто проводил поиски?

— Я сам, — заявил Ирвин, переводя взгляд с жены на герцога. — И будьте уверенны, делал это не раз.

— Что Вы видели? — научный интерес Рида никуда не денешь, ему самому хотелось все это провести. К тому же опыт Вайса вряд ли такой обширный, по-сравнению с его собственным навыком. Когда не раз приходилось искать нерадивых учеников, открывавших порталы и проваливающихся то в глубокие ущелья, то оказывающихся на вершине заснеженных гор. Один раз пришлось вытаскивать опешившего студента из пасти крокодила. Страх сковал беднягу, и он позабыл простейшие заклинания, которые легко могли бы справиться с любой страшной рептилией.

— Нечто странное, — произнёс граф, уставившись в синее сукно письменного стола, — движения крови не было. Вообще.

— То есть?

— Я распылил её над картой, как и полагается, сопровождая заклинанием. Сложное, понимаю, но будьте уверенны, Ланс, — все слова я выучил. И они у меня отскакивали от зубов. Однако капли просто растворились в воздухе, словно их и не было.

— Окна?

— Закрыты, — понятливо кивнул граф, — ни дуновения ветерка. — Ни-че-го!

— Граф, — Ланс задумчиво потер подбородок, отметив, что уже два дня не брился. А к подобным вольностям он как-то не привык. — Как я правильно понял, это происходит с кровью Вашей и графини?

— Совершенно верно, ректор, — легкий поклон головы Вайса предназначался Лансу.

— Ответьте мне пожалуйста на такой вопрос, — Рид понимал, что это не по теме, но было несомненно важно. Как и всё, что касалось его несостоявшейся невесты. — Зачем вы отправили Эльзу на обучение?

— То есть как это? — фыркнула Инна, но прозвучало как-то натянуто.

— Зачем Эльзе было нужно развивать целительство, врачевание по-другому. Вот Вы, граф, владеете целительством?

— Да, — кивнул Ирвин, — и если вы сейчас же, например, серьезно порежетесь, я Вам помогу. Заживление произойдет гораздо быстрее, чем при обычных обстоятельствах. Почти как у оборотней, — слова

— Благодарю. Я пока в силах сам себе помочь, но дело не в этом. Я имел ввиду, зачем вы отправили дочь развивать одно, хотя она, судя по всему, владеет совсем другим видом вашей магии.

— Как вы узнали? — прошептала побелевшая леди Инна, вцепившись белыми пальцами в подлокотники кресла. Она не сводила своего напряженного взгляда с Рида Ланса и тот этот взгляд выдержал.

— Эль нарушила нашу просьбу, — расстроенно выдохнул Ирвин.

— Нет. Даже если и нарушила, то я об этом ничего не знаю, — поспешил уверить несчастных родителей ректор. — Мне кажется, что процентов девяносто пять из ста, узнай кто-то из студентов, а уж тем более преподаватели, то я бы точно был в курсе её способностей ещё там, в университете

— То есть, Вы хотите сказать, что … откуда Вы узнали, герцог? Кто проболтался? — леди Вайс спросила так строго, что Рид поневоле сдержал свою улыбку. Ей только бы быть учительницей…

— Никто, — признался Ланс, — встреченные мне люди были настолько благодарны вниманию юной леди. К тому же от этой встречи многим стало легче.

— Она не могла им отказать, — глухо подтвердил герцог. — Да и что толку в даре, если его не используешь. Только мы его как могли, скрывали от посторонних. Эль не должна светить свои способности.

— За меня не бойтесь, — голос герцога был более, чем серьезен. — Несмотря на произошедшее и не самые благоприятные обстоятельства, я никому не расскажу об услышанном. За прочих не поручаюсь. И все же, зачем ей простое целительство?

— Все дело в моем брате, — отозвалась леди Инна. — Он. как это сказать. завидовал Ирвину, его способностям. И постоянно присматривался к Эльзе. Мы никогда не замечали ничего странного, до тех пор, пока девочка в пять лет не рассказала, что Марк сковырнул свою болячку и заставил её положить ладошку на рану. Кровь должна сама остановиться, ведь болячка-это такой пустяк для истинных целителей.

— Ему не нравилась Эльза? — слова герцога оказались более, чем резко и он даже сам тому удивился. — Но почему? Они ведь родные?

— Марк ничем не владеет, даже бытовой магией. После смерти моих родителей имущество осталось ему. Но брат все промотал, а то, что осталось, не устраивало его. С тех пор ревность брата стала неприятной… И зачем-то он все-таки сковырнул свою болячку…

— Мы старались никому не рассказывать о её способности облегчать душевные страдания. Хорошо, что в тот раз и этого у малышки не было, — продолжил рассказ уже сам граф. — С тех пор Марк, даже если и появлялся, то никогда Эль не оставалась с ним. Поэтому, когда девочка повзрослела, её решено было отправить в университет, чтобы развить обычное целительство…

Рид приподнял бровь, как бы говоря, что целительство Вайсов без лекарств само по себе ценность. Но Ирвин, поняв это, только кивнул и продолжил:

— Это должно было бы стать ей прикрытием. И от Марка тоже. А вышло все так…

Возникла пауза, во время которой полная тишина воцарилась в кабинете графа. И только треск поленьев в камине доносился до слуха каждого из присутствующих.

— Не хотелось бы показаться назойливым, — произнес Ланс и оба родителя Эльзы вопросительно подняли на него глаза, — но могу я попросить принести самую точную карту Озарённого мира и провести над ней ритуал поиска на крови в моем присутствии? Я знаю, вы не хотите, чтобы кто-либо касался вашей крови и понимаю это. Кровь слишком ценна, чтобы разбрасываться ей или в момент ритуала давать прикоснуться к ней кому-то, в ком не уверен. Но я буду только рядом присутствовать. Мне этого вполне будет достаточно.

Граф Вайс согласно кивнул, открыл свой письменный стол и из верхнего ящика извлек то, что просил ректор — карту мира. Сам же Ланс подошел и начал внимательно рассматривать изображенные страны и названия островов.

— Приступаем, — удовлетворенно кивнул Рид, довольный увиденным. А затем только беспристрастно наблюдал, как граф Ирвин даже не поморщившись, маленьким острым ножом вспорол себе запястье, как с его губ сорвались знакомые самому магу слова заклинания… Кровь, что готова была сорваться вниз испачкать белую бумагу, вдруг застыла, образовав над поверхностью карты алый слой… и исчезла, буквально испарилась на глазах магов.

— Что теперь скажете, господин ректор? — с отчаянием произнесла леди Инна, — теперь Вы все видели своими глазами…

Вопросительный взгляд достался магу и от отца Эльзы, но Ланс уже чувствовал ту внутреннюю дрожь, что всегда посещала его во время опытов и каких-то открытий. Он еще раз посмотрел на карту, зачем-то перевернул руку Вайса, удовлетворенно заметив, что кровотечение остановилось.

— Ну же, герцог! Не молчите! — потребовала леди голосом, полным настойчивости и волнения.

— Мне кажется, Эльзы нет в нашем Озарённом мире, — Рид перевел дыхание, интуитивно осознавая, что прав, и продолжил. — Кровь никогда не лжет, а в эффективности заклинания я ни разу не усомнился. Но если так, то тогда нужна другая карта.

— Как это? — граф и графиня Вайс были шокированы и озадачены услышанным. Леди Инна в нетерпении подалась вперед, но по-прежнему не вставала со своего кресла.

— В библиотеке университета имеется немало любопытных карт, которые наши профессора не смогли привязать к какой-либо местности. Так может быть, попробовать опыт над ними? Опять же, существуют старинные карты, почему бы не и с ними не поэкспериментировать?

— Герцог, — голос Вайса теперь не был безжизненным, в нем появилась надежда и он зазвучал твердо, как сталь. — Надеюсь, вы сможете у нас задержаться? Наша библиотека тоже полна всевозможными книгами и картами…

— Благодарю, — Рид сделал учтивый полупоклон и его глаза остановились на графине, — но…

— Вы можете остановиться у нас, ведь так удобнее, — предложила леди Инна, в данный момент действительно напоминая радушную хозяйку.

— Так и поступлю, с вашего позволения, — для самого ректора это было более, чем удобно.