Дорогами Эльзы

ГЛАВА 4

Аркадий Евгеньевич ушел, а я заперла за ним дверь и направилась в ванную комнату. Там я, сняв одежду, подошла к большому зеркалу и принялась рассматривать свое отражение. Синяков почти не было, а ранки, которые точно помню, еще ночью были на животе и на руках, затянулись… Я приложила ладошку ко лбу, на котором красовалась приличных размеров ссадина и постаралась выполнить все то, чему нас учили. Тепло полилось, наполняя меня каким-то сонным состоянием. Но я все грела и грела ладошку… в конце концов я поняла, что сил не осталось и убрала руку. Бледный, нечеткий след красовался у меня, словно звезда во лбу. Но теперь никому в голову не могло прийти, что рана можно сказать еще свежая. И что нанесена она, конечно же не случайно.

И тут же меня осенила догадка. Мои мысли переключились на другое. Я сосредоточилась и постаралась поджечь обертку после конфетки, потом применить элементарную бытовую магию, чтобы почистить собственную одежду, на которой сохранились следы крови… Что-то получилось, а что-то нет. Но итог был один — я очень устала, буквально валилась с ног. Словно была грузчиком, переносящим тяжести в течении целого дня. Озаренный мир, наполненный магией, щедро делился ей со мной в период целительства или просто использовании простейших заклинаний. А здесь, на Земле, у меня нет такой подпитки. Поэтому моя сила тает, опустошая меня до капли. И единственная возможность хоть как-то восполнить потраченное — это еда.

Поэтому я заказала себе в номер несколько пирожных и фрукты. Сладкое-самый простой способ восполнить затраты энергии.

В этот день я с интересом продолжила изучать здешний мир. Мы взяли экскурсию по городу, а затем отправились дегустировать крымские вина прямо на завод. И надо сказать, я просто была впечатлена проведенным днём. Там, в Озаренном мире, ничего подобного нет. Конечно, у нас тоже все замечательно и есть, на что посмотреть, но все несколько по-другому. Но самое лучшее, что было в этот день — не нужно было идти на пляж и демонстрировать всем подряд свое тело. Не нужно было напряженно выискивать взглядом Сержа, чтобы, не дай Бог, не встретиться с ним.

К тому же огромный плюс от этой прогулки- я снова устала, а значит, буду хорошо спать. Не от использования собственной магии, а от того, что мы прошли довольно большое расстояние, плюс сдобрили все это хорошим вином.

Экскурсия закончилась и наступил поздний душный вечер. Усталые, но довольные, мы вернулись в гостиницу.

— Ну что, может быть поплаваем? Элла, я же тебе обещал? Пойдёмте все вместе, — вдруг предложил Аркадий Евгеньевич и мы поддержали его решение аплодисментами. Дружно переоделись и отправились плавать в бассейн, оглашая вечернюю тишину весёлыми криками.

В этот раз я была не одна. Я испытывала огромную благодарность к тому человеку, который в данный момент считает себя моим отцом. И пусть мой взгляд то и дело обращался к полумрачным кустам, освещенными лишь тускло светящимися подсветками, но я была уверена — сейчас меня никто не посмеет обидеть. Конечно, я сомневалась, что Серж посмеет явится, чтобы снова на меня напасть… Хотя кто знает, к каким он пришел выводам спустя сутки.

— Эллочка, — таинственно прошептала мне Сима в тот момент, когда "отец" отплыл от нас подальше на другой конец бассейна. — Мне нужно с тобой посекретничать.

— Слушаю, — тут же отозвалась я, в то же время интуитивно покосившись на шезлонг. Тот самый. Который сейчас пустовал.

— Ты не очень обидишься, — в голосе "мачехи" появились просительные нотки, но я отмахнулась от своих ощущений, продолжая внимательно её слушать, — если мы завтра с твоим отцом устроим вечер при свечах.

— Вечер при свечах? — удивленно переспросила я и перестала плыть, остановилась, достав ногами до дна. — Это здорово. Я только за!

Моя память тут же услужливо напомнила мне ту историю в моей жизни, когда я тоже мечтала провести свою первую брачную ночь при свечах. И чтобы белоснежные простыни могли соперничать своей белизной с первым снегом. А множество свечей были расставлены не только в подсвечниках, но и на полу, на полках… И чтобы в эту ночь светила не магия, а живой огонь, способный таинственно мерцать и дарить тепло. Я представила свечу, которая постепенно сгорает, превращаясь в оплывший огарок. Она сгорела, как и мои мечты и надежды.

— Эллочка, дорогая, я тут подумала… Ты прости, конечно же, что так вышло. Но мы с Аркашей еще никогда не оставались наедине на море. А в том ресторане, где мы были, есть отдельные комнаты, с видом на море. И я заказала там на завтра столик на двоих, — продолжала шептать на одном дыхании женщина. — Ты ведь не обидишься, нет? Правда, я очень хорошо все придумала?!

— Хорошо, — согласилась я, ощущая себя немного задетой. — Очень романтично!

Нет, в принципе Серафима права. Она имеет полное право побыть со своим мужем наедине не только ночью, но и провести с ним "романтический вечер при свечах". Судя по всему, сам Аркадий Евгеньевич, как человек деловой, не так уж и часто возвращался домой вовремя. И уделял не так много времени своей "молодой" жене, как ей бы хотелось. Он постоянно задерживался, а то и вовсе отсутствовал, мотаясь по каким-то объектам.

— А ты можешь в это время книжечку почитать. Ну или просто погулять по городу, посмотреть, как освещена набережная. Ну, или пойти в ночной клуб потусить с молодежью… Или даже…

— Я лучше в кино схожу, кинотеатр-то рядом. Чуть ниже по улице, — остановила я её поток предложений, не одно из которых, кстати, мне не понравилось. Я, конечно, девочка большая, но… Гулять одной по ночному городу мне как-то не очень хотелось, даже если вокруг будет множество людей.

— Вот и хорошо, значит, сюрприз удастся. А то я чувствую, что Аркаша стал от меня отдаляться. Словно он еще раз женился, но теперь исключительно на своей работе. А теперь мы хоть вдвоем в сласть побудем! — обрадовалась Серафима и замолчала, потому что к нам приближался "отец".

— Ну что, накупались? — поинтересовался Аркадий Евгеньевич — может спать?

— Отличная идея, — согласилась я, ощущая, что вода принесла моим ногам облегчение. И нет уже того ощущения гудения от усталости во всем теле. Я восстановилась. Теперь мне тоже хотелось спать. Поэтому спустя час я уже лежала в кровати, прикрыв глаза.

"Спокойной ночи, мама. Спокойной ночи папа", — прошептала я, мысленно представив родителей. Я всегда их представляла перед сном, стоило темноте опуститься на мир. Как они там без меня, ищут ли? Не оставили ли надежду вернуть меня?

Одинокая слезинка покатилась по моей щеке. И я тут же вспомнила, что завтра вечером останусь одна, даже без этих "импровизированных" родителей. Но ведь спать-то надо, как ни крути. Мысленно приказав себе расслабиться, я заснула.

А на другое утро я испугалась. Очень.

Супруги Беловы всё еще спали. Поэтому я одна направилась в просторную и светлую столовую, решив позавтракать на открытой веранде. Раннее утро радовало утренней прохладой, ласковым ветерком со стороны моря и нежным проснувшимся солнышком. Омлет и бутерброд с ветчиной, чашка какао меня взбодрили и я, довольная начавшимся днём, направилась в свой номер. Сегодня я решила непременно посетить ближайший кинотеатр, поесть мороженное и просто расслабиться. Правда этого расслабления за последние дни у меня было просто завались. Только сиди, лежи и только делай, что ничего не делай. Но, как говорится, под лежачий камень вода не течет. А развлечения, они просто так ниоткуда не возьмутся и сами к тебе не придут. К тому же мне действительно хотелось побывать в кинотеатре. Узнать, что это за зверь такой. Хорошо хоть, что с деньгами этого мира я немного разобралась.

Я поднималась по лестнице и уже размышляла, что именно сегодня надеть вечером: полосатую юбочку и легкую тунику или брюки и…

— Попалась, — прошептал до боли знакомый бархатный голос. И тут же мужские руки легли мне на глаза.

Ланс? Орлов?.. Всё-таки нашел… приехал?.. Но когда?

— Ты?.. — я постаралась не выдавать своего состояния и волнения. А затем оступилась.

Но упасть мне попросту не дали. Он стоял позади меня, поэтому, падая, я прислонилась к его широкой груди. И тут же его ладони переместились с моих глаз, скользнув по плечам на руки.

— Не надо, — произнесла я и отодвинулась от мужчины. Отчего-то сейчас мне привиделся Ланс. И чтобы не наговорить глупостей или еще чего-нибудь подобного, продолжила, — а Вы давно здесь? Где остановились.

Мужчина, в чьих глазах сейчас мелькнуло недоумение и тут же пропало, сменившись насмешкой, ответил:

— Ты так меня и не вспомнила. Что же, удобно! — последние слова он добавил с долей горечи.

Роман потянулся ко мне, почти коснулся моей щеки пальцами… и тут же отдернул руку, словно внезапно передумал или обжегся. Все-таки Орлов! Обиделся?

Ну хоть одно хорошо — больше никаких объятий со стороны мужчины не намечается. Хватит того, что после его прикосновений у меня горела кожа. Хотелось обхватить себя руками и… узнать, как называется его парфюм, со столь изысканным ароматом.

— Удобно для чего? — с подозрением отозвалась я, пропуская проходящую мимо по лестнице постоялицу гостиницы.

— Делать вид, что я тебе чужой, — карие глаза Орлова в этот момент смотрели на меня укоризненно и очень напоминали те, из Озаренного мира. У моего несостоявшегося жениха после моего отказа были точно такие же глаза. Упрек и доля бешенства плясали в них. Не хватало еще, чтобы и он меня сейчас ударил заклятием!

— А нам есть, о чем говорить? — с сомнением произнесла я, покосившись на Романа, у которого в этот момент брови взлетели в недоумении. Мне лично нечего ему сказать. И никогда я не мечтала встретить именно его, двойника Рида Ланса.

— Есть, будь уверена! — многообещающе усмехнулся Роман, беря меня под локоток.

— Ну нет! Сначала нужно предупредить отца! — воспользовалась я предлогом и тут же цепкие пальцы отпустили меня. — А то он беспокоиться будет.

— Согласен, — кивнул Орлов. И мы с ним направились к номеру Аркадия Евгеньевича и Серафимы.

Я понятия не имела, о чем буду разговаривать с бывшим женихом Эллочки Беловой. Но раз он хочет что-то прояснить, послушаю. Бегать от него мне долго все равно не удастся. А "серьезно поговорить" все равно придется рано или поздно…

— Вы надолго сюда приехали? — поинтересовалась я, пытаясь поддержать светскую беседу. Но этот вопрос бывшему жениху Эллы Беловой почему-то не понравился. Я понимаю, возможно, это тонкий намек… Но о чем еще мне с ним беседовать?

— Я еще не успел и двух слов сказать, а ты ждешь не дождешься, чтобы я поскорее уехал? — мужчина усмехнулся, но по-прежнему продолжал следовать рядом со мной.

— Отчего же, Вы вольны сами решать куда Вам ехать и сколько проводить там времени, — тут же отозвалась я. — Места на полуострове много, Крым большой.

— Как ты странно разговариваешь, — нахмурился Роман, — словно на приёме у какого-то высокопоставленного чиновника.

— Вы хотели сказать, слишком официально? — меня стало не по себе, а вдруг он о чем-то догадывается? Ведь он знал настоящую Эллу Белову и невозможно любить человека и потом спутать его с другой. Но мой мозг тут же услужливо подсказал, что как ни странно, но Аркадий Евгеньевич родную дочь во мне признал, чего уж тогда говорить про абсолютно чужого для меня Орлова.

— Что хотел, я уже сказал, — оборвал меня Роман.

От этих резких слов я повернулась к нему.

И тут же почувствовала, как крепкие мужские руки буквально схватили меня за плечи и притянули к себе. Орлов просто вжал меня в свое тело, обхватив руками. И я попыталась упереться руками ему в грудь, да только ничего не вышло. Поэтому с возмущением подняла голову и уставилась на наглеца:

— Что Вы себе позволяете? — выпалила я.

Вот напрасно я подняла голову…

Тут же оказалась припечатанной к стене, а если быть точной- зажатой в угол.

— Не пойму я тебя, Элька, — произнес этот образец наглости, внимательно разглядывая и при этом удерживая меня рукой за подбородок. — Раньше ты была готова на меня запрыгнуть даже в моем рабочем кабинете. И никогда этого не стеснялась. Даже наоборот, кричала на всех углах, что я твой избранник. Теперь же все изменилось…

Не знаю почему, но я тут же представила, как кто-то, удивительно похожий на меня, прижимается к Орлову, бесстыдно запуская руку в его волосы, так же умопомрачительно пахнущие. Как кто-то, похожий на меня, проводит языком по его нижней губе, а затем…

И тут я охнула, устыдившись своих мыслей. И этого было достаточно, чтобы подтолкнуть Орлова к более активным действиям. Его губы тут же накрыли мои и сумасшедший поцелуй, которого я, дожив до двадцати лет, не знала, ошеломил меня. Он провел языком по нижней губе, затем прикусил её… Провел по верхней…

Мне не стало хватать воздуха, и я уже перестала упираться ему в грудь кулачками. Наглец тут же воспользовался подходящим моментом. Он просунул свой язык мне в рот, где тот встретился с моим.… Словно ему было мало просто удерживать меня в своих объятиях, мало видеть мою капитуляцию…

Я уже сама себя не узнавала. Неужели всего-то и нужно было поцеловать меня и я растаю, как клубничное мороженое в жаркий день… И как бы я повела себя, если бы перед свадьбой Ланс также поцеловал меня… Решилась бы я вступить в борьбу с его любовницей и отобрать у нее собственного мужа?

При воспоминании о герцоге, настроение стремительно упало. И даже ласковое поглаживание подушечкой пальца моей щеки не помогло.

— Что случилось, Элла? Я ведь знаю, тебе понравилось, несмотря на то, что ты стала совсем другой, — низкий хриплый мужской голос выдавал волнение Романа, словно для него это тоже было важно. И тут я поняла, что руками уже не упираюсь в грудь мужчины. Оказывается, я схватила его за рубашку, а ещё и притягивала мужчину к себе. Мои пальцы тут же разжались, а щеки покраснели, выдавая смущение.

— Простите, — прошептала я, понимая, что при этом выгляжу очень нелепо и мое поведение совершенно недопустимо. Брови Орлова взметнулись вверх от удивления, но отпускать меня никто не торопился.

— Ты стала такой странной, даже очень, совершенно не похожей на себя прежнюю. Но мне так даже больше нравится.

— Правда? — я вскинула голову и снова утонула в его глазах. Карих, пронзительных, пытающихся заглянуть мне в самую душу.

— Элка, — прошептал он, склонившись к моему уху, — ты словно из другого мира, из другого времени. И если бы у Аркаши было бы две дочери, то…

Шум в коридоре заставил мгновенно отпрянуть от меня Орлова. И я даже на миг пожалела об этом. Но всего лишь на миг. Потому что в следующее мгновенье мужчина схватил меня за руку и потащил за собой. Сделав по инерции три шага, я ухватилась рукой за подоконник, мимо которого пробегала.

— Роман! — возмутилась я, все еще находясь под впечатлением и ощущая вкус поцелуя на своих губах. — Подождите!

— Чего ждать, а? — голос Орлова постепенно переходил на шепот, и я сделала шаг назад, все еще держась за подоконник, — поднимемся ко мне и спокойно поговорим. Здесь нам не дадут, сама видишь. А там будем вдвоем, только ты и я!

— Никуда я с вами не пойду! Отпустите меня немедленно! — шипела я, попытавшись вырвать свою руку из "лап" мужчины. Уж слишком стремительно началось мое утро. И пусть поцелуй мне действительно понравился, но ведь это не повод, чтобы сразу тащить воспитанную девушку в свой номер!

Стоп. А кто сказал, что Элла Белова так бы себя вела? Они ведь с Орловым явно состояли в определённых отношениях, даже готовились к свадьбе. Да и он сам об этом совсем недавно пытался напомнить мне… Мне стало не по себе. Что-то в душе неприятно сжалось и появилось неприятное чувство, словно меня опять пытались обмануть и использовать.

Но разве я сама не обманываю всех и не использую?

Упиваться сложившейся ситуацией и самобичеванием по поводу правильности настоящих моих поступков мне не дали. Шаги, которые раздались по коридору, принадлежали не кому-то постороннему, а моему "отцу". И появление Аркадия Евгеньевича явно не входило в планы Романа Орлова:

— Роман, ты уже здесь? Когда приехал?

— Ночью, Аркадий, ночью, — отозвался Орлов, протягивая руку Белову для пожатия. — Отправился завтракать и вот-встретил Эллу. Хотел с ней поговорить, а тут ты.

— Поговорить? — вопросительный взгляд, брошенный в мою сторону "отцом" заставил меня замереть. — Если Элла готова, то можете, кто вам мешает. Думаю, что в любом случае разговор должен состояться.

— Аркаша, — раздался голос Серафимы, приближающейся к нам, — ты за… О! Роман! И ты здесь?

— Сима, пошли завтракать, — "отец" положил пальчики жены на свою согнутую руку, накрыв ладонью. — Не будем молодым мешать. Им нужно поговорить.

— Не будем, — "мачеха" расплылась в улыбке, адресованной Аркадию Евгеньевичу.

Но я всё-таки заметила, как быстро она успела "стрельнуть" глазами и по Орлову. Ехидно усмехнуться мне не позволило только воспитание. Возможно когда-нибудь, по прошествии лет, я смогу себе позволить подобное, но не сейчас.

— Аркаша, — возмущенно зашипела удаляющаяся вместе с "отцом" Серафима, — почему ты сказал "не будем молодым мешать"? Я ведь тоже еще не старая!

— Не кипятись, дорогая, — примирительно ответил "отец", но дальнейшее я уже не расслышала. Так как Роман сделал шаг навстречу мне.

Эти игры в кошки-мышки все-таки не для таких, как я. Хоть признаюсь, мне где-то и польстило мужское внимание. Конечно, кому-то может показаться, что я росла неженкой, исключительно в графских садах, музицируя или просто услаждая слух чтением стихов. Ничего подобного!

Музицировать я не умею. И все попытки обучить меня игре на каком-либо музыкальном инструменте ни к чему не привели. Чтение стихов о любви — это конечно интересное занятие для девушки. И мне оно, несомненно, нравилось. Но как-то уже хотелось практики что ли… Наверное, именно поэтому, едва попав в университет, многие девушки бросались, словно в омут с головой в новые отношения. И я бы могла найти себе парня, начать встречаться с ним. Тем более, что кое-кто действительно обращал на меня внимание и мне был симпатичен… Но известие о моей свадьбе с ректором перечеркнуло все мои надежды и ожидания. На меня продолжали смотреть, но уже с совершенно другим интересом.

— Ну, так что? — мягко поинтересовался Орлов, едва притронувшись к моему плечу, — ко мне? Или будешь бегать? Можем к тебе, если так увереннее себя будешь чувствовать.

— На улицу. Нас скамейке поговорим, — наконец-то решила я, похвалив себя за мудрое решение. Народ мимо ходит, если что — Роман меня не будет пытаться соблазнять. Пусть бы это и находит предательский отклик у моего тела.

— Ну, раз на улицу, тогда на улицу. Может быть, ты со мной позавтракаешь?

— Спасибо, я только что оттуда. Но просто посидеть рядом могу, — мне сама мысль понравилась. Опять же, Аркадий Евгеньевич и Серафима по идее должны находиться по- близости. Не скажу, что Орлов мне неприятен, вовсе нет. Но только сама мысль остаться наедине с незнакомым мужчиной как-то пугающе волнует. Это неправильно. Мама бы точно не одобрила.

Спускаясь по лестнице параллельно друг другу, я старалась не касаться Орлова, а он, похоже меня. Скорее всего мужчина догадался, что нервирует меня и не делал больше таких попыток. И на том спасибо. С этикетом этот мужчина, как ни странно, тоже оказался знаком. И дверь мне приоткрыл, пропуская вперед, и стульчик придвинул. Все, как полагается.

— Что будете заказывать? — неожиданно рядом с нами прозвенел звонкий девичий голос, на который мы оба вздрогнули. Миловидная молодая официантка держала в руках блокнотик и ручку, но смотрела она вовсе не на меня. Зачем обращать внимание на кого-то, если перед ее глазами такой прекрасный образец мужской красоты! Обтягивающая накаченный мужской торс серая футболка только сильнее подчеркивала его рельеф. Вот на этого атлета и смотрела девушка во все глаза, обращаясь, естественно, к нему, а не ко мне.

— Начнем с девушки, — Роман проигнорировал призывные взгляды официантки из под полуопущенных ресниц. Он дал понять, что я важнее и мне это понравилось.

— Что желаете? — обратилась она, на сей раз ко мне, спрятав свою призывную улыбку.

— Кофе со сливками, — решилась я. Гулять, так гулять.

— Девушке еще конфет этих и этих, — он ткнул пальцем куда-то в меню, — а мне геркулесовую кашу, мясо в нарезке и тоже кофе, но без сливок.

— Кашу? — удивилась я. Раннее, когда завтракала сама, отметила, кроме детей и меня самой так тут больше никто не заказывал.

— Что тебя это так удивляет? — Роман накрыл своей рукой мою и немного наклонился ко мне через столик, — помнится, ты как-то хвалилась, что сама её умеешь готовить. Но, почему-то ничего не вышло. Зато то, что случилось между нами до завтрака, было отменным.

— Не помню, — смутилась я и отдернула руку. К счастью, принесли наш заказ, и какое-то время мы просто ели и пили, бросая друг на друга настороженные взгляды.

— Скажи, ты действительно ничего не помнишь? — расслабленно откинувшись на спинку стула, Орлов сейчас выглядел еще привлекательнее. Рельефы мышц обтягивала ткань, а карие глаза снова безотрывно следили за мной.

— Ничего из того, о чем Вы мне регулярно напоминаете.

— Тогда… — он задумался, потянулся к чашке с кофе, отпил из нее и продолжил, — может быть, начнем все с начала? Я не буду напирать, а ты прятаться. Идет?

— Идет. Послушайте, Роман. простите, не знаю, как Вас здесь по отчеству называют. Так вот, расскажите мне, о прошлом.

— О нас?

— Да, — кивнула я. — Вот Вы говорите, что между нами все было замечательно. Ну или почти, — исправилась я, видя, как Орлов слегка усмехнулся. — Но тогда объясните мне, почему Ваша невеста сбегает от Вас накануне свадьбы?

— Она не сбежала! — рыкнул Роман, но я продолжала.

— Допустим, — согласилась я милостиво, но мои глаза говорили об обратном. — Тогда объясните мне, отчего Вы, интересный и обеспеченный мужчина, которого бросила невеста, бегаете за мной? Вы должны бы чувствовать себя оскорбленным!?

Мне не хотелось задевать его нежные чувства и еще какие-нибудь уязвимые струнки в душе. Но как-то все наслоилось. А эти настойчивые ухаживания с его стороны стали мне казаться слишком подозрительными. Он ведь не похож на мужчину, позволяющего об себя вытирать ноги или дурить голову. Роман Орлов, на мой взгляд, из тех, кто твердо знает, чего хочет.

— Ты потеряла память, но совсем не разум, — отозвался на мои слова этот мужчина. А в его карих глазах снова заблестели веселые искорки.

— А! То есть до нашего разговора Вы считали меня девушкой недалекого ума? — хотелось обидеться, честное слово. И непонятно за кого больше, за Эллу Белову или за Эльзу Вайс.

— Нет! — порывисто произнес он, — с тех пор, как ты вернулась, не было и дня, чтобы я не замечал в тебе новых положительных качеств. Не тех, что были ранее, а тех, что появились сейчас. И в твоем разуме сомневаться будет только идиот.

— Хм… Считайте, что извинения приняты, — гордо кивнула я и тут же расслабилась. Не на приеме в Озаренном мире, не надо держать осанку.

— Значит мир? — улыбнулся мужчина, пододвигая мне вазочку с конфетами.

— А я с вами и не враждовала, — доверительно сообщила ему, не стесняясь, запуская руку в вазочку с конфетами. Мне всего лишь интересно, зачем это Вам? Неужели акции отца настолько хороши?

Я не хотела его обидеть, честно. Но что-то промелькнуло в глазах мужчины. Что-то, что позволило мне усомнится в собственных выводах. Не только нажива! Тогда зачем это ему? Во внезапно возникнувшую страсть я не верила, пустое.

— Элла, — Орлов швырнул на стол скомканную салфетку, — сегодня вечером мы с тобой идем на прогулку. Все, хватит! Начинаем все с начала!

— Я не согласна!

— С чем? С прогулкой или с тем, что начинаем все с начала? Выбирай! — ехидно поинтересовался Орлов и ловко поставил меня перед выбором. И мне очень захотелось опрокинуть на его довольную мину оставшийся кофе, со сливками.

— Всё с начала начинать? Я не готова! И Вас не помню!

— Значит против прогулки, как в принципе, возражений нет? — тут же довольно отозвался Роман. — Вот и замечательно. Сегодня в семь вечера я зайду за тобой. Шпильки не надевай, это лишнее.

Добившись того, чего хотел Орлов, весьма довольный собою, ушел, оставив меня одну за столом. А я подумала о том, что уж слишком похожи эти два наглеца — Ланс и Орлов. А не существует ли какой-то "межмирной" ниточки, тянущейся из одного мира в другой. Простой совершенно непонятно, отчего так бывает.

После решения проблем насущных для своего организма, мы втроем, без Романа, вновь отправились на пляж. Но пока шли, как ни странно, погода испортилась. Начал накрапывать дождь, небо затянуло тучами, пряча ласковое солнце. Но мы все-таки не изменили своему выбранному маршруту. И к моему удивлению пляж оказался полупустой. Вот тут-то я и решила воспользоваться этим моментом, чтобы войти в воду и искупаться. Быстро скинув с себя верхнюю одежду, под удивленными взглядами супругов Беловых, я направилась в воду, радуясь возможности просто поплавать, не таясь и не прячась. А еще, что от ссадин уже почти не осталось и следа. А все прочее… так меня никто голышом не видел, чтобы судить о том, с каким синяком я приехала сюда, а какой уже был ранее.

Прогретое море было теплым, и это не помешал мне оценить небольшой дождь. Таких купающихся, как я, было несколько человек, поэтому ничто не обратил на странную девушку. Впрочем, отец тоже присоединился ко мне, а вот Серафима-нет. Она расположилась под пляжным зонтиком и с укором посматривала на нас. Но лично мне до этого не было никакого дела. Наконец-то я смогла поплавать в таком огромном водоеме. Это вам не в речке, пусть и полноводной. Вода, вода и еще раз вода.

Но все хорошее заканчивается и спустя какое-то время мы вернулись в гостиницу, разбрелись по своим номерам. Я хотела было заказать в номер чай, но потом передумала и, высушив волосы, спустилась в столовую. Там я встретила Аркадия Евгеньевича. Он, нахмуренный, меня словно не замечал, и, приставив трубку к уху, с кем-то беседовал.

— Ничего не предпринимай, я сказал! Я все решу, ты меня слышишь?!

Не знаю, что ему ответил собеседник, только черты лица мужчины разгладились и он удовлетворенно кивнул. И только после этого обратил свое внимание на меня:

— Ну, все, пока, перезвоню.

— Что-то случилось? — поинтересовалась я, делая знак официантке подойти.

— Обычные дела, не забивай голову, — отозвался "отец", забирая из рук подошедшей девушки меню. — Чего желаешь, Эль?

— Чай, желательно зеленый, — тут же нашлась я, осознав, что сейчас Аркадий Евгеньевич чем-то озабочен. Но если учесть, что все свое время он проводит работе, то, скорее всего именно она его никак не отпускает. — Работа одолела? — посочувствовала я.

— Да к ней-то я как-то привык. Сложно, но это как вода для рыбы. Не всегда чистая, но жизненно необходимая, — усмехнулся Белов. А ты как? Воспоминания просыпаются?

— Нет, — призналась я и попыталась улыбнуться, — но я как-то привыкла уже. Только не знаю, чем заниматься буду. Я чем-то раньше занималась? Училась или просто сидела дома?

— Училась, — кивнул Аркадий Евгеньевич, — на психолога. Но не успела.

— Меня выгнали? — нахмурилась я, ожидая именно такого ответа.

— Нет, не выгнали. Но ты не волнуйся, я договорился. У тебя академический отпуск. И как только будешь чувствовать себя в силах- вернешься. Год, два-сколько нужно. Не хочешь, не работай и не учись, выходи замуж. Вон Орлов и сюда за тобой прискакал. Кто бы мог подумать, что спустя год он так изменится.

— А что было не так? — я нахмурилась, ожидая, что мне сейчас что-то разъяснят или не самое приличное или поведает историю, наподобие той, что произошла между мной и герцогом Лансом. — Он бабник?

— Ты задаешь слишком правильные вопросы, девочка, — ухмыльнулся Аркадий Евгеньевич. — Но тут трудно сказать, кто из вас был виноват. Ты его приревновала на нашем корпоративе, а я видел, что ты сама не прочь была завести шашни с моими сотрудниками. В общем, вы друг друга стоили. Но все шло к свадьбе, как-то улеглось. Ты радовалась, когда вернулась из ювелирного магазина, куда ездила вместе с Романом. Рассказывала, что он был готов для тебя скупить половину ювелирного салона. И на другой день ты пропала, написав записку, что разлюбила и послала его куда подальше.

— А он? Переживал?

— Переживал это мягко сказано. К тому же он, как и я подключал кого можно и нельзя на твои поиски, — твердо отозвался Белов, а потом взглянул на меня с укором. И я замолчала, только тут осознав, что мужчине совсем непросто доставать из недр памяти то время, когда он считал свою дочь пропавшей.

— Простите, я…

— Тогда закрыли тему, — прервал мои извинения Белов. — Главное пойми, что тебя никто ничего не заставляет.

— Хорошо, — согласилась я. И желая перевести разговор, поинтересовалась, — а где Серафима?

— Осталась в номере. Читает книгу, — ответил мне Аркадий Евгеньевич. — Чем планируешь заняться сегодня? Хочешь, сейчас возьму тебя с собой. Тут один мой деловой партнер промелькнул, хочу его найти.

— Да нет, спасибо. Я, пожалуй, тоже книжку почитаю. К тому же выглянуло солнце, начались испарения… Подожду вечера, — я попыталась улыбнуться.

— А что вечером? — вопросительно и со смыслом спросил Аркадий Евгеньевич.

— Мы с Романом хотели прогуляться. Надеюсь, ты не возражаешь? — спохватилась я, позабыв поинтересоваться у "отца " его мнением на мою встречу с неженатым мужчиной. И пусть видела, что вокруг все нравы и устои гораздо свободнее, чем у нас в Озаренном мире, но я не знала, как к этому отнесется тот человек, что считает себя моим отцом.

— Эль, — горячая мужская рука коснулась моих пальчиков, обнимающих чашку с чаем, — это твоя жизнь. И ты её хозяйка. Я могу только направлять тебя или подсказывать, если вижу, что ты запуталась. Но я рад, что прожив этот год в неизвестности, ты изменилась. Знаешь, мне очень серьезно нужно с тобой поговорить, но не сейчас. Не знаю, как ты к этому отнесешься. Когда-то тебе это очень не понравилось. Мне кое-что сейчас сообщили и… это важно для меня, Эль. Но, боюсь твоей реакции. Вдруг ты меня не поймешь.

— Я даже не знаю… — прошептала, гадая, о чем пойдет речь. И отчего-то я панически боялась этого самого разговора. Все-таки ежедневно выдавать себя за другого человека-это не по мне.

— Скажи, когда будешь настроена, — соглашаясь, кивнул "отец", как мне показалось, с облегчением. — Ну что, не надумала прогуляться со мной?

— Нет, — я улыбнулась, а затем слегка мечтательно добавила, — пойду к себе. Надо придумать, что надеть на вечернюю прогулку.

— Узнаю свою прежнюю Эллу, — рассмеялся "отец " и, поцеловав меня в лоб, ушел. А я решила действительно почитать что-нибудь. Тем более точно знала, что у Симы с собой было несколько небольших любовных романчиков. Быстро поднявшись по ступеням, я уже слышала голос Серафимы, мысленно прикидывая, что именно ей скажу. Завернула на наш этаж. и застыла.

Сима стояла, уткнувшись лицом в спину Романа. Она обняла его руками, прижавшись так, как делают это только с близким в интимном плане человеком.

— Серафима, убери руки. Иначе пожалеешь, — низкий голос мужчины вовсе не был с теми бархатными нотками, которые звучали при общении со мной. Скорее здесь звучала скрытая угроза. Мурашки пробежали по моему телу от его колючих слов. Но я оставалась на месте, лишь чуть скрылась за угол, готовая в любой момент спрятаться, а лучше сбежать.

— Ты это из-за неё, да? — прошипела та самая женщина, которая еще недавно улыбалась мне, говоря комплименты. Змея.

— О чем ты вообще думаешь? — прошипел Орлов, резко скидывая руки женщины. Ей наверняка было больно, но он не обернулся, прошел несколько вперед. И тут я уже не стала рисковать, завернула за угол и прижалась к холодной стене. — Ты! Замужняя женщина! Твой муж здесь! Сима, очнись! Хватит на меня вешаться, достала!

— Если ты захочешь, то он не будет… — тут же отозвалась Серафима, но уже сбавив тон. Причем мне пришлось прислушаться к ней.

— Не хочу, — твердо произнес Роман. — Ну было у нас с тобой пару раз, по пьяни, но очень давно. К тому же тогда ты не была не замужем. Тебе самой-то вешаться без взаимности не надоело?

— Да пошел ты! — обиженно взвизгнула женщина, раздался звук пощечины, кажется хлопок входной двери в номер, но я уже не стала дослушивать.

В полном смятении сбежала по ступенькам вниз, к открытому бассейну. Присела на скамеечку под каким-то раскидистым кустом и задумалась. Меня раздирали разные чувства. Поступок Серафимы задел, пусть бы конкретно для меня Орлов ничего и не значил. И вместе с тем стало обидно за Аркадия Евгеньевича. Пригрел на груди змею? Почему? За что она так с ним?

— Сидишь, — произнес мне на ухо до боли знакомый голос и я едва не подпрыгнула. Серж, собственной персоной. Он оказался сидящих рядом со мной на скамейке, я дернулась, но с места не сдвинулась. Он крепко держал меня за руку.

— Послушай, куколка, — произнес он, с долей злости в голосе, — не знаю, как ты это сделала, но только я разогнуться не мог сутки. А теперь и вовсе не могу ни одну…

Сердце было готово замереть в моей груди, но спасение оказалось очень близко:

— Элла, что это за урод с тобой рядом? — недовольный голос Романа мне показался бальзамом, спасением или просто дождем в жаркий летний день. — Пристает? — последние слова Орлова раздались уже близко и Серж буквально сбежал, даже не услышав мой ответ.

— Пытался, — подтвердила я, удивляясь, как так можно быстро уйти, словно испариться. И если бы в этом мире люди могли бы использовать порталы, то я бы подумала на него… Внезапно меня начал бить озноб, сказалось нервное напряжение.

— Я даже не понял, куда это чмо пропало, — приглушенно рыкнул Роман, осматриваясь по сторонам, — как сквозь землю испарился. Ты его знаешь?

— Если бы, — усмехнулась я, мысленно подумав, а что он имеет ввиду под словом "знакомство".

— Ну что, — тот, кто когда-то являлся женихом Эллы Беловой, подсел рядом и хитро мне улыбнулся, накрыв своей ладонью мою руку, — ну что, не передумала вечером прогуляться?

— Если только ты обещаешь быть благоразумным, — тут же отозвалась я.

— Я всегда такой, — усмехнулся этот наглец. — А кстати, что это с Аркадием?

— Где? — я повернула голову, но на глаза попадались одни приезжие, пытающиеся по яркости одежд соперничать с самим летом и его красками.

— А вон, — кивком головы Орлов указал на "отца". — Совсем не умеет старик отключаться от своих дел. Хмурый, как туча. Наверняка кто-то что-то учудил, а заместитель догадался начальнику доложить прежде времени.

— И ничего он не старик! — тут же поправила я мужчину. Затем совсем тихо добавила, — просто устал. На нем лежит очень большая ответственность. И потом, за последний год было Мне натерпелось добавить, что возможно ложку дегтя внесла его собственная жена, но не стала. Зачем это все. Сейчас мне только выяснения отношений с Романом не хватало.

— Такова жизнь, — хмуро отозвался Орлов, — пойдем, я провожу тебя в твой номер.

Мы поднимались по лестнице, а Роман сначала поймал мою руку, а затем отпустил. Он словно что-то хотел сказать и это его очень мучало. А я молчала и думала: "Какая ирония. Всего лишь час назад подслушивала этого мужчину, а теперь спокойно с ним иду. И он не отталкивает меня, как Серафиму. Но где же настоящая Элла?".

— Эль, — позвал меня Роман, едва я рукой коснулась двери. Он словно что-то искал в моих глазах и смотрел так внимательно, что кровь забурлила в моих венах. Так не смотрят на товарищей или хороших знакомых. Я очень нравилась ему и это было действительно приятно. — Скажи…

— Что? — прошептала в ответ, словно зачарованно наблюдая, как Роман приближается ко мне. Я чувствовала его дыхание, его запах…

Конечно же, "отец" вынырнул из-за угла. Но увидев нас не стал ничего говорить. Лишь только подмигнул мне и направился в свою комнату. Где его ждала неверная Серафима.

Вечером я не стала заходить к Аркадию Евгеньевичу и Симе, чтобы пожелать приятно провести вечер. Мне было противно. Поэтому, едва Орлов зашел за мной, я уже была готова отправиться с ним на прогулку. И даже ждала его, мечтая поскорее уйти отсюда. Притворство "мачехи" было неприятно.

Мы неспешно дошли до набережной, где я, следуя примеру многих прогуливающихся мимо женщин и девушек, взяла под руку Романа. Он сделал вид, что не заметил мой жест. Но я-то точно заметила, как его губы дрогнули в усмешке.

— Что? — делано нахмурилась я, — не нравится?

Если бы меня видела моя мама, то, думаю, она была бы в шоке. Хотя я слышала, что при дворах императоров творится вообще непонятно что. Говорят там процветает разврат, а благочестие только ширма для пороков. И раз уж про это слышала я, то мои родители были в курсе и подавно.

— Нравится, — прошептал мужчина и вот я уже не держу его под руку. Он сам, как ураган, развернул меня к себе, цепко ухватив меня за плечи. Буквально десять секунд Орлов вглядывался в мои глаза. А затем притянул меня к себе и поцеловал. Резко, просто сметая все преграды на своем пути. Я замерла от неожиданности. Настолько поцелуй показался мне ошеломляющим. В то же время руки мужчины только что гладили меня по голове, то вот уже пробираются под мою футболку…

Пробраться под футболку?

— Что Вы делаете?! — возмутилась я, но вышло как-то слабо. Мне нравились поцелуи. Они очень отливались от привычных дружеских или даже нежных родительских. Всё было иначе. Можно даже сказать, я начала терять голову.

— Ты возражаешь? — усмехнулся Роман, похоже, осознавая, что пои потуги возразить слишком слабы.

— А мое желание разве что-то может изменить? Я подозреваю, что не мне тягаться с Вашим опытом, — заметила я, — и на мой взгляд, он куда богаче, чем у… — тут я замолчала. Потому что до меня только что дошло — я снова считаю, что на месте Орлова Ланс. Ох, не к добру это!

— Чем у кого? — подозрительность и злость так и сквозили в его ответе. Роман стиснул меня, до боли в ребрах. — Элла, отвечай! С кем у тебя должна была состояться свадьба? Кто он?

— Какая разница, — выдохнула я, пытаясь вырваться из его крепких объятий. Кажется, мужчина понял, что мне вовсе не комфортно и немного ослабил свой нажим. — Я сейчас здесь и с Вами!

— Здесь, — кивнул, словно опомнился Орлов, не отрывая своего взгляда от моего лица. Он словно изучал меня заново. И это было так странно. Я не знала, чего ожидать от этого досмотра. То ли немедленно бежать, то ли снова позволить то безумие, которое охватило меня совсем недавно. — Элла, мне бы все-таки хотелось знать, что ты делала этот прошедший год.

— Лучше ответь, — я попыталась снова возвести между нами баррикаду. К чему всё это? Сама не знаю. Чувствовала, что так нужно и всё тут, — зачем я тебе? Прошел год. Целый год! Разве мужчина способен ждать женщину? — задала я вопрос и тут же, не ожидая ответа, продолжила, — скажи, а ты любил меня тогда, в прошлом?

— Тебе это так важно знать? — ухмыльнулся Орлов и глаза его сверкнули как-то странно. А может быть это свет фонарей отражался, наводя меня на какие-то подозрительные размышления.

— Даже не знаю, — растерянно отозвалась я, положив ему руку на грудь. Туда, где сердце…

Что-то темное, зовущее и большое отдалось там, в мужской груди под моими пальчиками. И если говорить прямо, то оно должно угнетать самого Орлова. Но он бодр и даже романтически настроен. Что это? Я вздохнула, не понимая, что сделала это слишком громко.

— Ты устала? — прошептал мужчина, нагнувшись ко мне, невесомо коснувшись губами моего лба, волос.

— Да, — согласилась я, — есть немного. Проводите меня, пожалуйста к себе.

— Тебе плохо со мной? — он не хотел меня отпускать. Это было очевидно.

— Хорошо, — я не покривила душой.

Мне действительно было хорошо сейчас рядом с ним, с мужчиной Эллы Беловой. Но, наверное, я чего-то боялась. А может быть не хотела близких отношений с человеком их другого мира? В тайне надеясь, что меня вернут домой, рано или поздно. Но чем раньше это произойдет, тем меньше потерь я понесу. Как в делах сердечных, так и прочих. Кстати о прочих делах… Серж еще может объявиться. И не всегда я могу быть в силах. Этот мир вытягивает из меня магию в момент её использования. И ее просто может не хватить! Да и вообще нужно быть осторожнее.

Роман приподнял мой подбородок, заглянул в глаза. Что хотел он в них увидеть? Не знаю. А я разглядела в его глазах какую-то боль и непонимание. Вероятно, именно это тревожило мужчину.

— Проводишь? — переспросила я. Но тут же ощутила его губы на своих губах вместо ответа. На этот раз поцелуй был очень нежным, буквально невесомым. Мне и самой уже было трудно оторваться от него, наоборот желая, как можно полнее ощутить нахлынувшее возбуждение.

— Если ты хочешь, — хрипло отозвался он, пытаясь улыбнуться.

— Да, так нужно.

— Тогда пойдем, раз нужно, — как-то быстро и спокойно согласился Орлов, беря меня за руку. В моей голове все шумело, даже слегка пошатывало от бурления крови или может быть чего-то еще. И я последовала за Орловым, не обращая внимание на окружающих нас людей.

И это было так странно и восхитительно, держать мужчину за руку, зная, что ты совсем уже не маленький ребенок, а то, что ты испытываешь — впервые. Чувство какого-то внутреннего восторга присутствовало, но, как ни странно, не захватывало с головой. Слишком много всего случилось в последнее время, для того, чтобы я могла отдаться этому увлечению. И еще я твердо понимала — мне нужно домой. Все это земное существование с его хитросплетениями — не для меня. Сейчас я словно живу совершенно чужой для меня жизнью, на время позаимствовав роль главной героини.

— Спокойной ночи, — шепнул Орлов тем самым бархатным голосом, от которого наверняка у женщин бегут мурашки по рукам и вообще по всему телу. Он легко, почти невесомо прикоснулся к моим губам своими, усмехнулся и ушел. А я, как девочка-подросток, стояла, широко раскрыв глаза и смотря ему в след.

— С этим что-то надо делать, — пробормотала я себе под нос, заходя в свой номер.

К Беловым я стучаться не стала. И так понятно, что им не до меня. Наверняка Серафима расстаралась, чтобы Аркадий Евгеньевич не забыл этот вечер. При мысли о "мачехе" я непроизвольно скривилась и посочувствовала неизвестной мне Элле. Наверняка девушка видела её насквозь.

А на другое утро Роман преподнес мне сюрприз. Такой неожиданный, что поначалу я даже растерялась.

Проснувшись, сделала обычные утренние процедуры, быстро собралась и, не желая воспользоваться мобильным телефоном, решила постучаться в дверь к Беловым. Мне не хотелось идти одной завтракать и сидеть за столом в полном одиночестве. Поэтому компания, пусть и небольшая, мне была бы только в радость. Едва я приоткрыла свою входную дверь, как замерла от увиденного. Букет огромных нежных роз пурпурного цвета стоял в вазе передо мной. И мне даже не надо было смотреть на карточку, чтобы понять от кого он. Хотя открыточка, маленькая, в форме сердечка, красовалась на одном из цветков. "Элке", — гласила надпись, выполненная не самым красивым почерком. Но все это было неважно. Моя улыбка расплылась по довольному лицу. И тут же я занесла букет к себе в номер

— Так-так! — раздалось за моей спиной, и я обернулась, по-прежнему удерживая вазу в руках. Аркадий Евгеньевич стоял, прислонившись к дверному косяку, и посматривал на меня хитро-хитро. Словно заранее знал, что так все будет. — И я даже догадываюсь, кто мог прислать тебе эти цветы.

— Угадай с трёх попыток? — попыталась я пошутить, едва не сказав мужчине "ты". И пусть бы он уже несколько раз просил об этом, поясняя, что ему было бы гораздо приятнее слышать от меня неофициальное обращение. Но ведь я-то точно знаю, что не от меня он ждет этих слов, а от родной дочери. А я это не она.

— Орлов, Роман или Роман Орлов — выбирай любого. Или еще кто есть, а? — усмехнулся "отец", входя в мой номер и прикрывая за собой дверь. По затянувшемуся молчанию, я поняла, что "отец" хочет о чем-то мной поговорить, но не решается.

— Что-то произошло? — вдруг осенило меня. Мужчина, не смотря на свою попытку улыбнуться, был чем-то озабочен. И эти две глубокие складки, что залегли у него на лбу…Когда мы только сюда летели, подобного еще не было.

— Все-то ты замечаешь, — попытался он отшутиться. Но потом, видя мое сосредоточенное лицо, добавил, — Эль, мне нужно уехать. Серафима хочет остаться здесь, думаю, так будет лучше.

— Когда выезжаем? — выпалила я, осознавая, что так и есть. Мне не хотелось оставаться с "мачехой", даже если здесь останется Роман.

— Нет, что ты, дочка, тебя-то я не тащу за собой, — начал было говорить мужчина, но я прервала его речь. — У меня свои проблемы и они решаются, поверь. Когда-нибудь я действительно расскажу тебе об этом.

— Я понимаю. Просто я еду с. с тобой.

— Вот и хорошо, — Аркадий Евгеньевич расплылся в улыбке. — Я сейчас узнаю, на какой рейс можно взять билеты, и мы возвращаемся. А ты Ромку-то предупреди прямо сейчас. Он ведь только из-за тебя сюда прилетел.

— Хорошо, — согласилась я. — Может быть вначале позавтракаем?

— С удовольствием! — просиял Аркадий Евгеньевич и подставил мне локоть. И это выглядело так галантно!

К счастью, сам Орлов уже ждал нас в столовой. На мой вопрос, не желает ли он вернуться вместе с нами, мужчина ответил утвердительно и как-то с радостью что ли. Мне не хотелось думать, что всему причиной — очередной "виток страсти" Серафимы к его персоне. Но как-то другой идеи не возникло.

На другой день мы, собрав все свои вещи, выселились из гостиницы. Сима решила задержаться здесь на пару деньков. Ее особо никто не уговаривал. Мне показалось, что Аркадий Евгеньевич лишь облегченно вздохнул, узнав о подобном решении жены.

Все шло прекрасно, до тех пор, пока мы не подъехали к аэропорту "Симферополь". Такси остановилось, осталось только забрать багаж и пройти в здание. Шофер открыл багажник, и Аркадий Евгеньевич с Романом направились доставать наши чемоданы. Я вышла, радуясь приятному теплому ветерку. А еще ощущая, как легкая ткань платья облегает ноги… Я с удовольствием для себя отметила понравившиеся изобретения в этом мире. А именно очки с темными стеклами, легкие длинные платья без корсетов и нижних юбок (вот могут, когда захотят). И тело демонстрировать всем напоказ не надо! А в машинах музыка сама играет, к тому же если на улице жара, то внутри-прохладно. Пока мужчины были заняты, я рассматривала само здание. Раскрашенное в синеву, оно само мне показалось птицей, расправившей крылья. За своими размышлениями я не заметила, как ко мне приблизился какой-то мужчина, но точно почувствовала и испугалась, когда он схватил меня за руку.

— Ведьма, что ты сделала? — прохрипел он мне в ухо. И меня тут же обдало запахом перегара. Мерзкого, как та идея, которую он хотел воплотить относительно меня.

— Отпустите! — я попыталась вырваться, а он меня дернул за руку. Сильно. Да так, что я едва удержалась на ногах.

К счастью, Орлов и Аркадий Евгеньевич были рядом. Роман буквально подлетел, с разбегу ударив Сержа в нос кулаком. Неудавшийся насильник не ожидал столь скорой расправы. У него пошла носом кровь, и он начал отползать от нас в сторону. Белов уже тоже оказался рядом. Он был готов ударить Сержа, пнуть его со всей злости, что сейчас плясала в отцовских глазах… Но я вовремя дернула его за рукав, посчитав, что лучше пресечь драку в самом начале. На нас уже начали обращать внимание.

— Пап, Ром! — попросила я, — не надо. Пусть катится на все четыре стороны! Он больной! Нам улетать скоро!

Мои слова произвели какой-то неожиданный эффект. Хотя, именно этого я и добивалась. Мужчины, которые не слышали подобного обращения очень давно, удивленно повернулись ко мне. Шофер же предпочел уехать, дабы его не втягивали в конфликт.

— Эль, ты не понимаешь… — начал, было, Роман, в которого я вцепилась, как в родного. В это время Серж, сплевывая, побрел в сторону какой-то машины, возможно своей.

А мне был страшно. Я вдруг испугалась, а если будут какие-то разбирательства? И выяснится, что я действительно повлияла на мужские функции Сержа, что тогда? Меня запрут в больницу? Или еще хуже- заставят делать то, от чего так уберегали меня родители.

— Она права, — вдруг поддержал меня Аркадий Евгеньевич, жестом руки останавливая Романа и многозначительно на него взглянув. Тот нахмурился, но остановился, нервно скинув мою руку. Обидела я его, не иначе.

— Спасибо, — прошептала я, коснувшись плеча Орлова. Одновременно наблюдая за "отцом". Тот принялся кому-то звонить, бросая взгляды в нашу сторону. — Ты за меня заступился.

— Не за что, — сжав губы, произнес Роман. Но мне показалось, что он слегка расслабился. — Обращайся.

— Нет уж, довольно с меня ненормальных, — усмехнулась я в ответ, снова переводя взгляд на Аркадия Евгеньевича. Меня не отпускало чувство, что его телефонный звонок касается именно недавнего происшествия. И я не знала, как к этому относиться.