Глава 12

– Лео, мой дорогой! – всплеснула тётушка Тилли. – Что с тобой? Где ты пропадал? Когда Бернард сообщил, что ты отбыл в клуб, я и не думала…

Каждое слово дорогой родственницы отдавалось в голове Драгонфорта пульсирующей вспышкой боли. Нет, определённо, пора брать себя в руки…

– Я был с друзьями, тётушка, – проговорил он самым жалобным, но при этом учтивым голосом из возможных. – Сейчас мне нужны пара часов покоя и отвар ивовой коры с мятой.

– Но как же список гостей? Мы с Эммой составляли его весь вечер! Ты должен…

– Потом, всё потом!.. – Граф уже чувствовал, что ещё немного, и он рухнет на пол прямо посреди розового великолепия столовой, где его и поджидала старая дракониха. – А пока пришлите ко мне Роуз с отваром… Умоляю…

В спальне Бернард помог ему избавиться от порядком пострадавшей после заседания закрытого общества одежды. Своего отношения к тому, в каком виде господин вернулся домой, опытный слуга не показывал, но в непроницаемой маске отстранённого принятия всех трудностей судьбы, которую он особенно старательно держал, разглядывая пятна на жилете, чувствовалось осуждение.

– Что, не нравится? – не выдержал Драгонфорт.

– Нет, сэр. Я всего лишь думаю, удастся ли нашей прачке справиться с этими загрязнениями. Судя по форме, цвету и запаху, это… кровь, сливочное масло и огненная вода. Это так, сэр?

Граф молча кивнул.

– Тогда, наверно, придётся отдать его в чистку мастеру Уильяму. У него есть какие-то новые патентованные средства из-за океана, сэр.

– Лучше бросьте его в камин. Жилет, разумеется. Он безбожно узок в плечах… Да и в талии…

Драгонфорт похлопал себя по животу. Пока вроде бы плоский и довольно подтянутый, но чувствуется, что там уже намечается брюшко. Что же дальше? Придётся тайком покупать мужской корсет, чтобы поддерживать иллюзию юношеской стати?

– Как вам будет угодно, сэр… – поспешил согласиться Бернард.

– Или знаешь что?..

Осознание, что молодость стремительно уходит, и из молодого и весёлого гуляки он рискует превратиться в никому не нужного старого сыча, накрыла Драгонфорта, словно волна в ветренный день. Может, не так уж и не права тётушка Тилли, что хочет его женить? Да нет, глупости это. Похмельные глупости. Он ещё очень молод! По драконьим мерками практически юн!

В дверь спальни постучали. Граф кивнул Бернарду, чтобы тот открыл Роуз и помог с подносом. Сейчас умелые руки горничной разомнут ему спину, потом они вместе рухнут на перины и предадутся горячей страсти… И сразу станет легче. Глупые мысли уйдут куда-то далеко, он снова почувствует попутный ветер в крыльях…

На пороге спальни с подносом в руках стояла Эмма.

***

Поставив чашку, чайник и маленький хрустальный бочонок с мёдом на прикроватный столик, Бернард поспешил ретироваться, оставляя Драгонфорта наедине с горничной. Опытный слуга и без слов понимал, когда его присутствие рядом с особой хозяина будет излишним. И, признаться, сейчас графа эта понятливость не радовала.

– Я просил тётушку прислать Роуз, – мрачно произнёс Драгонфорт, с ног до головы окидывая Эмму оценивающим взглядом. Та даже бровью не повела. Быстро ответила:

– Так решила Её Милость. Сказала, что Роуз понадобится ей самой, чтобы поухаживать за Микки. Его носик…

Слушать про носик тётушкиного любимца Драгонфорту не хотелось. Хватало того, что он с оглушительным лаем носился по комнатам и пару раз задирал лапу на камин в гостиной. Останавливать его в этот напряжённый момент, а уж тем более наказывать за ненадлежащее поведением старая дракониха запретила.

– Довольно, Эмма… – Граф тяжело опустился на кровать. Сеанс расслабляющего массажа если не отменялся, то уж точно откладывался. Доверять новой горничной такую деликатную часть тела, как спина, Драгонфорт не собирался. Да и в остальном… – Лучше скажи… Ты уже спала с мужчиной?

– Я не понимаю вас, сэр, – потупив взор, ответила Эмма.

– В одной постели…

– У нас дома была всего одна кровать, сэр. А у меня – трое младших братьев, так что…

– Не в этом смысле, глупая твоя голова! – Граф начинал злиться. – Кто-то из мужчин сжимал тебя в своих объятьях?

– Бернард, сэр!

Драгонфорт почувствовал, что где-то в районе желудка у него разгорается пламя. Самый верный слуга за спиной у господина крутил шашни с очаровательной горничной! Отставку! Он немедленно даст дворецкому отставку. Отошлёт прочь с позором!

– И когда это было?

– Сегодня, сэр, – увидев, как граф реагирует на его слова, горничная побледнела и быстро затараторила: – Когда я полезла в кухонный шкаф за мёдом для вашего отвара… Стул подо мной закачался, и Бернард… Он поймал меня, чтобы я не упала. И не разбила ваш бочонок, сэр…

Драгонфорт понял, что значит выражение «камень с души упал». С его сердца, как с вершины горы, скатился даже не камушек, а целая лавина.

– Эмма, ты так невинна, что можешь в любой миг сказать какую-нибудь непристойность… – усмехнулся он. – И всё же сейчас я должен задать тебе очень откровенный вопрос. Скажи, ты когда-нибудь отдавалась страсти на ложе любви…

– Как можно задавать честной девице такие вопросы, сэр? – щёки горничной вспыхнули пунцовым румянцем. – Я честная девушка, сэр!

В том, как поспешно она объявила о своей невинности, в том, как засверкали глаза, Драгонфорту почудилась некоторая наигранность. Но уличить служанку в том, что она лжёт или манипулирует им, как в прошлый раз, было пока невозможно.

– Вот и славно, Эмма. Продолжай в том же духе. Ты всё делаешь правильно, – произнёс он в слух, уже подумывая, что план с фиктивным браком на невинной девице, который через год можно будет признать не состоявшимся, не так уж и плох

Загрузка...