Дракон-холостяк. Визит старой тётушки (СИ)

Глава 19.1

Пока гости отдавали должное творениям миссис Бригс и её многочисленных родственниц, специально для приготовлений к балу вызванных из деревни, Драгонфорт решил собрать совет холостяков в малой библиотеке, раз уж ход в курительную комнату сейчас был заказан – оттуда доносился густой бас князя Огнегора, который, судя по долетавшим из-за двери словам, рассказывал скабрезный анекдот про дракона и прачку.

Бернард, словно читая мысли хозяина, прислал к ним лакея с закусками и новым фраком для Эйтана Пендрагона, а сам остался на боевом посту в бальной зале. Граф, несколько опечаленный таким поворотом событий, попробовал возразить, но тут дворецкий был непреклонен:

– Кто-то должен держать оборону против герцогини Драхенфрей, сэр. Она уже дважды осведомлялась о вашем местонахождении, и я дважды докладывал, что вы изволите приводить в порядок дыхание после дымового инцидента. В третий раз этот номер не пройдёт.

Спорить с этим было бессмысленно. Оставалось только составить план новой кампании и воплотить его в жизнь, пока тётушка не нагрянула в библиотеку с инспекцией.

– Они облили меня… меня, особу королевской крови, словно какую-то собаку! Я вызову этого поганца на дуэль! – возмущался Эйтан Пендрагон, расстегивая пуговицы безнадёжно испорченной белой сорочки.

– Не вызовешь, мой дорогой друг, – покачал головой Драхеншнайдер и протянул товарищу книгу, на обложке которой красовалась надпись «Как юному отроку-дракону благонравие в обществе блюсти», сделанная золотом по зелёному сафьяну. Сафьян этот наводил Драгонфорта на мысли об изумрудном платье Эсмеральды Эль Драго, которая час назад пыталась командовать тётушкиным пёсиком.

– Зачем это мне? – Эйтан оттолкнул книгу так, что она едва не упала на ковёр. Том с глухим стуком приземлился на пушистый ворс, раскрывшись на главе «О недопустимости скандалов в обществе благородных драконов».

– Для ознакомления, – вздохнул Драхеншнайдер, поднимая фолиант и бережно отряхивая его от пыли. – Там, на странице двести тридцать четыре, чёрным по белому написано, что особа королевских кровей не может вызвать на дуэль дракона либо человека низкого происхождения. Это считается дурным тоном и роняет достоинство короны. Так что если только этот пожарный не приходится близким родичем вам с Тирнаном… – он сделал паузу, давая Эйтану возможность осмыслить сказанное, – или, допустим, это не тайный побочный брат Его Величества, о котором при дворе ходят смутные слухи, поединка тебе не видать. Даже не надейся.

– Вот так всегда… – младший Пендрагон отбросил сорочку на пол и придвинулся поближе к камину. – Только захочешь хорошенько развлечься, как тут же находятся какие-то дурацкие правила! Будь я простым драконом без титула, уже вызвал бы этого барабанщика, размазал бы его по стенке и горя не знал!

– Мне кажется, мы уже развлеклись на славу! – Эмберглоу протянул ему бокал огненной воды. – Правда, Лео?

Драгонфорт хмуро посмотрел на своих товарищей. Ему сложившаяся ситуация весёлой не казалась. Начнутся сплетни, тётушка устроит скандал… Если только был не завершится выбором подходящей невесты и поездкой на континент на медовое десятилетие.

– По крайней мере, говорить о нём будут ещё долго, – сказал Драхеншнейдер таким тоном, что сомневаться в том, что говорить будут по большей части гадости, не приходилось.

– Значит, нам надо как-то уменьшить потери для моей репутации. – Драгонфорт вытащил из кармана своего фрака сложенные в несколько раз листочек с порядком испытаний. – Предлагаю отказаться от «Падения горничной». Полагаю, внезапное появление Микки заменило его с лихвой. Да и гости не поймут, если мы уроним на кого-то десерты. Они и так уже начали роптать.

– Согласен, – поднял руку Драхеншнейдер. – Хватит нам уже эксцентрики. Если мы продолжим в том же духе, к полуночи половина гостей разъедется, а вторая половина либо сгорит в настоящем пожаре, либо утонет в шампанском. Пора переходить к серьёзным вопросам. К тому, что действительно может заставить девиц задуматься, а не визжать при виде безобидного моллюска.

– А я против, – неожиданно отозвался Эйтан Пендрагон, который успел натянуть новый фрак и теперь имел вполне респектабельный вид, если не считать лёгкого запаха серы, исходившего от его усов. – Почему страдать должен только я? Это несправедливо! Пусть ещё кого-нибудь обольют. Ну, или, на худой конец, украсят кремом от торта. Вон ту же Брунгильду Фойердрахен, например. Видели, как она на меня смотрела, когда я мокрый из-за камина вышел? С таким презрением, будто я не наследник древнего рода, а какое-то ничтожество! Пусть и она узнает, каково это – быть мокрой и липкой!

– Эйтан, друг мой, – мягко начал Драхеншнайдер, – месть, конечно, блюдо, которое подают холодным, но в данном случае оно может оказаться чересчур дорогим для нашей общей цели. Если мы уроним десерт на Брунгильду, её папаша, генерал Фойердрахен, который, между прочим, сидит сейчас в курительной комнате и курит сигару за три золотых, может обидеться и потребовать объяснений. А он, как ты знаешь, имеет влияние в парламенте.

– Плевать я хотел на его влияние! – фыркнул Эйтан, но уже без прежней уверенности.

Судьба третьего испытания повисла на волоске. Оставалось понять, что предложит Эмберглоу. Присоединится ли он к меньшинству и будет настаивать на том, чтобы придерживаться первоначального плана, или поддержит большинство?

– Я тоже за, – после долгих раздумий над опустевшим бокалом сказал он. – Признаться, я не готов к тому, как всё обернулось. Одно дело пугать девиц гигантской улиткой – это, согласитесь, было забавно и никому не повредило. Или наблюдать, как они бегают за тётушкиным пёсиком, визжат и задирают юбки. Это, в конце концов, даже эстетично. И совсем другое – давка в дверях, когда взрослые драконы, забыв про этикет, пихаются локтями и топчут друг друга. Хорошо, что никто не покалечился по-настоящему. А ведь могли бы! – Он посмотрел в окно, за которым кружились редкие снежинки, подсвеченные газовыми фонарями. – И потом, мне… мне ещё сестру замуж выдавать. А она и без того ведёт себя весьма экстравагантно.

– Три голоса против одного, – подвёл итог Драгонфорт, с облегчением отмечая в уме, что Эмберглоу, обычно склонный к авантюрам, на этот раз проявил благоразумие. – Решено. Третье испытание отменяется. После того как бальная зала проветрится от остатков дыма, и все гости натанцуются до изнеможения, можно будет приступать к «Дилемме камина». По крайней мере, это выглядит как-то безопасно. Никто не пострадает, никто не испачкается… И тётушка не сможет обвинить меня в том, что я мешаю её триумфу в столице.