Дракон напротив? Ведьма против!

Глава 13

Ночь. Кладбище. Полная луна поблескивает на темно-синем небосводе. Листочки раскидистых лип зловеще шелестят, колыхаясь на ветру. Впереди, шамкая беззубым ртом, и, освещая чадящим и отбрасывающим зловещие тени фонарем, идет ведьма, Присцилла Нурумовна. За ней, кутаясь в темный плащ с капюшоном – Его Высочество Шеррах, наследный принц, но сейчас он был похож просто на злодея-некроманта, решившего провести пару черных ритуалов для призыва зомби...

– О чем задумалась? – я вздрогнула, услышав голос Рина рядом с собой.

Тот не прятался и не таился. На нем была чуть потертая кожаная куртка и высокие сапоги.

– Да так, немного страшновато, наверное, – призналась я. – Кладбища – это все же не мое.

Лайарин усмехнулся, а после вдруг взял меня неожиданно за руку.

– Пока я рядом, я не дам тебя в обиду, Луна, – сказал он, а я почему-то ничего не ответила, и руку свою вынимать не стала.

Может, потому что я немного начала доверять своему соседу-дракону? А, может, просто была увлечена собственными мыслями.

Целью Присциллы Нурумовны был старый ведьмин круг. Располагался он на западной стороне кладбища и раньше использовался во время шабашей, а так же для сложных ритуалов. Но в последнее время ведьмы обмельчали. Большое колдовство стало для них неинтересно, а вот мелкие заказы типа приворотных зелий и мазей от прыщей – вот это приносило хороший доход.

– Почти пришли, – цыкнув зубом, оповестила нас ведьма. – Вот оно...

Мы прошли мимо большого заброшенного каменного склепа, после завернули за угол, и остановились в окружении деревьев. Здесь нас вряд ли кто-либо мог заметить. Впрочем, вряд ли кто-то захочет тоже прогуляться по кладбищу в такое время.

Ведьмин круг представлял из себя выложенные в виде завивающейся спирали крупные камни. Внешне это напоминало каменный водоворот. Присцилла Нурумовна сказала, что так лучше распределяются потоки силы и открывают неизведанное.

– Нужна страница из этой книги, – сказала ведьма. – Та самая, где кровью твой портрет нарисован.

Рин чуть нахмурился. Я же вырвала, как и просила Присцилла Нурумовна, лист и протянула ей.

То, что она хотела сделать – называлось призыв духов хаоса. Духи не подчинялись кому-то конкретному... Ведь хаос очень непостоянен. А потому могли дать ответ о погодном маге, что призывал схожую силу.

Ведьма заходила вокруг камней, нашептывая себе что-то под нос и посыпая камни солью. В лунном свете это выглядело особенно жутко. Я вообще не думала, что Присцилла Нурумовна может быть такой. Ну, разве что только, когда я впервые к ней попала...

Лайарин чуть приобнял меня за спину. Будто бы стараясь защитить неведомо от чего. А я только улыбнулась.

– Все в порядке, – чуть слышно шепнула я.

– Мне не по себе... – ответил мужчина. – Дракон внутри возится. Беспокоится...

– Может стоить прервать ритуал? – спросил Шеррах, скидывая капюшон. – Я тоже чувствую неправильность происходящего... Не что-то совсем из ряда вон, но...

– Ритуал старый и темный! Духи хаоса – это вам не мелкие безобидные существа, которые только и могут, что пугать и потешаться в темных переулках! Это – опасные и страшные создания. С которыми обходиться нужно строго по правилам и очень аккуратно!

– Я знаю, с чем мы будем иметь дело, – враз помрачнел Лайарин. – И готов. Но дракон не будет предупреждать просто так.

– Можешь идти, если моя идея не нравится! – огрызнулась ведьма. – Я хочу уберечь свою воспитанницу от возможных бед! И проведу ритуал, чего бы это не стоило. А вы тяните дальше. Пока еще в каком-нибудь городе не пойдет ядовитый дождь!

Братья хмуро переглянулись.

– Луна... – начал было Рин, но я качнула головой.

– Я останусь здесь, – сказала я решительно.

– Тогда и мы остаемся, – сказал Шеррах. – Хотя я предупредил, что все может пойти не по плану.

– С духами хаоса по плану вообще никогда ничего не идет! – фыркнула Присцилла Нурумовна. – Я продолжаю!

Она стала снова ходить по ведьминому кругу, нашептывая слова древних заклятий. После в какой-то момент листок с кровавым портретом в ее костлявых пальцах вспыхнул золотым огнем.

Вокруг стало враз как будто бы темнее. Серый туман сгустился у ее ног и пополз к нам, как будто бы был живым. Отчетливо стал слышен шепот. Не ведьмин... А чей-то чужой.

– С-с-с-с... С-с-с-с... Зачем...С-с-с-с-с... Зачем...с-с-с-с... Пришли...

– Это они? – тихо спросил Шеррах.

– Да! Духи Хаоса явились, чтобы ответить на наши вопросы! – сказала зычным голосом ведьма.

– С-с-с-с... Один...С-с-с... Задавать...Говорить...Только один...С-с-с-с – прошелестело в ответ.

– Я буду говорить, – сказал Лайарин. – Так как больше всего погружен в то, что происходит.

– С-с-с-с-с... Хорошо...С-с-с-с... Вс-с-стань...В...Круг...

Дракон послушно прошел в центр круга. Ведьма Присцилла Нурумовна замерла неподалеку от него, возле одного из камней. Я видела, что она переживает и нервничает. И знала, что если что-то пойдет не так, и кто-то из принцев пострадает, то держать за это ответ придется ей.

Я неожиданно тоже поймала себя на мысли. Что переживаю. Но не за себя, а за Рина. Интересно, если бы в круг вошел Шеррах, какие чувства я бы испытывала?

Мы молчали. Слышно было, как ветер играет с листвой, а еще где-то проухала сова.

– Говори...Сс-с...

– Кто призывает вас? Кто хочет нарушить баланс в мире? Кто нарисовал тот портрет, что был сегодня сожжен? И кто написал книгу? – спросил Лайарин.

Раздался смешок.

– С-с-слишком много вопрос-с-сов... И на вс-с-с-е лишь один ответ... Ты с-с-сам!

Никогда еще мне не было так жутко. Эти слова духов хаоса… Им можно верить? Но как?! Как это возможно? Лайарин бы точно не стал заниматься ничем подобным!

– Это вранье! – жестко отрезал Шеррах. – Мой брат хочет победить того, кто насылает хаос, а не создает его!

Но духи лишь зашелестели в ответ:

– C-c-c-c…. С-с-с-с… Говорит… Один…

Мы все замолчали, удивленно переглядываясь. Рин, наконец, чуть кивнул, давая понять, что может продолжить разговор.

– Я не понимаю этот ответ. Я создаю и призываю хаос, но не помню об этом? Разве это не странно? Когда бы мне это делать?

– С-с-с… Хочеш-ш-шь понять?

– Хочу понять!

– Тогда пус-с-сть девушка… Войдет в круг… Она расскажет… Она проводник и ключ.

Рин с тревогой посмотрел на меня, а после качнул головой.

– Вы сами желали, чтобы говорил один, а теперь хотите, чтобы Луна вошла в круг? Зачем?

Мне стало еще больше не по себе, чем прежде. Туман, окутавший кладбище, окрасился в багрово-красные тона. И такой же цвет приобрела сияющая на небе луна. Все казалось зловещим, чудовищным, страшным. Внутри меня все орало, что нельзя никуда ходить, нужно оставаться на месте.

– Ес-с-сли не она… Никто ничего….С-с-с-с… Ничего не узнает…

– Значит, и не нужно, – сказал Рин с досадой, но я перебила его.

– Нет, я войду в круг!

– Луна! – рыкнул дракон повернувшись ко мне. – Нет!

– Люди могут погибнуть из-за моей трусости, слабости сейчас, – призналась я. – Как я буду жить потом с осознанием, что сейчас я могла бы чем-то помочь в беде, которая случилась, но ничего не сделала?

– Луна, это опасно! Дракон безумствует внутри, понимаешь?! – взглядом Лайарина сейчас можно было просто уничтожать, но я все равно пошла в круг.

Шаг, еще один, еще. Это просто. Я сумею сюда войти… Но вот только… Сумею ли я отсюда выйти?

На миг стало холодно. Так холодно, что казалось, будто бы туман въелся в мою кожу и в мое существо. Голоса духов хаоса обступили меня со всех сторон, закружили словно в водовороте. И вновь перед глазами вдруг мрачная, пустая чернота. Лишь слышно было через нее срывающийся голос Рина:

– Луна, нет! Луна, что с тобой?!

И все... После этого все затихло. А после вдруг я совершенно точно поняла, что больше не нахожусь в ведьмином круге, на кладбище, в окружении духов. Я вообще в каком-то странном месте... Теплом и уютном... Кажется, это постель. Мягкая, пахнущая мылом и неожиданно терпкими духами. Как будто бы мужскими? Открыла глаза, но поняла, что ничего не вижу. Неужели я – это снова та девушка? Айсу Алиран?

– Уже проснулась? – хриплый голос Рина, вернее, так похожий на него, заставил меня вздрогнуть.

Сильные мужские руки притянули меня к себе, а виска коснулся обжигающий поцелуй. Сердце заколотилось как бешенное. Мамочки! Где я?! Что со мной происходит? Это ответ духов хаоса? Зачем они послали меня сюда, в тело этой девушки? И... Могу ли я признаться этому “Рину”, что я – это не Айсу?

Я отодвинулась в сторону, высвобождаясь из пугающих чужих объятий. Пожалуй, не стоит.

– Что с тобой? – чуть хриплый голос заставляет по телу бежать мурашки. – Ты проснулась какая-то другая. Какая-то... Как будто бы не моя.

– Просто голова болит, – не нашла я ничего другого, чтобы можно было ответить. – Прости, не хотела тебя обидеть...

– Ничего. Уверен, просто ты волнуешься. Вчера я собрал последний флакон крови Деоктеров. А кристаллы Лиссея уже давно у меня. Все должно получиться, как нужно.

Кристаллы Лиссея? О чем он говорит? И кровь Деоктеров? Членов его семьи? Зачем ему она?

Вопросы так и рвались из меня, но я решила, что лучше всего будет просто пока помолчать, и разобраться, что происходит, не выдавая себя.

Тем временем этот, другой Рин, поднялся сам. После, уже словно по привычке осторожно протянул мне руку, помогая подняться и дойти до ванной комнаты, чтобы я могла умыться.

– На завтрак будут твои любимые блинчики с вишневым джемом. Я попросил Кэсси...

– Да, конечно же, – ответила машинально я, хотя в принципе терпеть не могла вишневый джем.

Было немного неловко. Одеваться мне тоже помогал Рин. Его прикосновения, слова, движения, все вызывало странное непостижимое смущение.

После мы спустились вниз. Подали блинчики. С вишней. Я, хоть и не любила этот джем, но все же съела. Без возможности видеть это было очень непривычно и неудобно, но я боролась сама с собой. И вроде бы у меня даже начало получаться.

– А вчера представление в Таурбурге тебе понравилось?

– Да, было неплохо... – и снова машинальный ответ.

Подали кофе, я сделала глоток. Вкусно. А вот Рин неожиданно выдал другое:

– Ты не моя жена сейчас, верно?

Я не видела, как он подошел. Лишь почувствовала, как на плечи легли горячие властные ладони. Задрожала под ними, словно осиновый лист. Ну и что сейчас делать?! Как быть?

– Я...Я просто... Голова болит, понимаешь... – я снова попыталась все спихнуть на внезапную слабость и болезнь, но из этого ничего не вышло.

– Моя жена ненавидит вишневый джем, никакого представления в Таурбурге вчера не было, ты очень плохо ориентируешься в пространстве для слепой, и, самое главное, моя жена всегда очень страстно целует меня по утрам. Ты – не она.

Вздохнула. Та-а-ак... Похоже, придется выкручиваться.

– Возможно... – уклончиво ответила я.

– Возможно, – хмыкнул Рин. – И кто же ты? Если мои предположения верны, то ты – воплощение Айсу из будущего. Колдовство уже потихоньку начало действовать, и твои силы хаоса приведены в действие. Поэтому некоторые события уже начали сбиваться со своего привычного ритма.

То, что сказал мужчина, меня ошеломило. Я – воплощение Айсу?

– Ты так просто говоришь об этом, даже не разобравшись... – сказала я.

Он усмехнулся.

– Не разобравшись... – повторил за мной. – Я очень хороший маг, незнакомка. И я просканировал твою ауру сразу же, как только начал догадываться, что ты не моя жена. Видишь ли, я очень привязан к ней. Она – моя половина. Мы чувствуем друг друга на уровне подсознания. Сейчас это ощущение пропало. Тем не менее, аура твоя идентичная ее. Хоть в ней и гораздо меньше темных пятен.

Я не знала, как реагировать на все это.

– Не хочешь спросить, зачем я здесь?

– Хочу. Но для начала хочу знать твое имя.

– Луна Мышкина.

Он улыбнулся.

– Какое милое имя. Значение похожее... Айсу – лунная вода. Выходит, я прав... Зачем ты здесь, Луна?

Стоило ли рассказывать этому “Рину” о том, что происходило в нашем времени? В любом случае, по-другому мне никак не узнать правду о том, как прошлое влияет на события в Ежбурге в настоящем. Не знаю, кто и чем занимается Рин здесь, но правда в любом случае мне нужна.

– Это долгая история... На самом деле я пришла за ответами. Потому что если ответов не будет, то все живое рискует погибнуть.

– Расскажи мне все с самого начала, Луна, – попросил Рин. – Как случилось, что ты попала сюда, ко мне, в тело своей предшественницы?

Мужчина, наконец, отошел от меня, судя по звуку, устраиваясь напротив. После позвал слуг, велев принести нам горячего какао с молоком и десерт.

А я принялась рассказывать. Про свой мир, про то, как незнакомец пришел в мою лавку, как посох оказался украден, и как я сама после переместилась в Ежбург и стала учиться ведьмовству. И как стали происходить страшные и необъяснимые вещи. Посох, который меня укусил... Покушение на меня... Книга Лиссея... Мой кровавый портрет на страницах. Ядовитый дождь и погодные злые маги. И вот теперь вот ритуал по призыву духов хаоса в каменном круге.

Рин слушал, не перебивая. И лишь когда я закончила, он ответил совсем не то, что я ожидала.

– Тебя пугает то, что происходит?

– Конечно же! – ответила я. – Как это может не пугать? Ведь моя жизнь зависит от этого, и жизни других людей!

– Видишь ли, Луна... – я услышала, как мужчина подошел ко мне.

После подхватил на руки, прижимая на миг к себе и перенося на диван, где устроил меня у себя на коленях, теперь осторожно и ласково поглаживая по спине.

– Что? – мой голос задрожал, отчего-то вместе со странными, теплыми и нежными чувствами этот мужчина вызывал у меня еще и другие. Опасение? Тревогу? Кто такой этот Рин?

– Возможно, я – именно тот, кого бы тебе стоило бояться больше всего. Ведь все то, что происходит в Ежбурге в твое время, происходит из-за меня. И из-за тебя, Мышка, тоже.

– Но почему?

Я искренне не понимала, что происходит, и хотела в этом разобраться.

– Потому что Лисей Хаас, Ринаэр Деоктер и Лайарин нэсс Китрев – это один и тот же человек. Вернее, дракон. Первый дракон, если хочешь.

– Первый дракон? – удивилась я. – Тот самый, кровью которого излечили маленького Лайарина?

– Его не излечили. Воссоединили с этой кровью. С собственной древней силой. С духами хаоса, если хочешь. А первый дракон – и есть его воплощение. И когда он берет верх, то все вокруг превращается в разрушение. Все... – в его голосе на миг появилась странная горечь. – Кроме любви.

Я дернулась, соскочив с его колен, но, ничего не видя, упала, больно ударившись и так и оставшись сидеть на полу. Происходящее ужасало.

– Но мой Рин не такой.

– Конечно же не такой, Луна. Пока кровь древнего дракона не возьмет свое.

Почувствовала, как плеч снова коснулись горячие руки.

– Простудишься, сидишь на полу.

Удивительная нежность, когда внутри него таилось зло!

– Не трогай меня!

– Луна-Луна... Ты не понимаешь. Все в этом мире циклично. И все взаимосвязано... То, что и ты, и я вновь были рождены, говорит лишь о том, что наша связь крепче всего на свете, крепче мира, который очень хрупок...

– Если говоришь, что любовь превыше твоего зла и хаоса, превыше разрушений, почему пытаешься убить меня?

– Ты умрешь. Но ты воплотишься заново. Когда мир будет измененным и будет другим. Когда в мире будет другая погода, – он рассмеялся неизвестно чему.

– Ты просто безумен! – выдохнула я. – Безумен!

– Возможно... Во мне осталось мало человеческого. Лишь желание быть рядом с той, которую люблю. До конца.

Какое-то время мы молчали. А я вдруг почувствовала нечто странное. Какой-то легкий ветерок, и будто бы где-то вдалеке раздраженный голос ведьмы Присциллы. Я скоро вернусь?

– Как все это работает? – быстро спросила я. – Как книга Лисея все время появляется у меня? И кто насылает всю эту гадость? Я знаю, что не мой Рин!

– Не он формально. Я... Все они являются согласно сложному плетению ритуала, который еще не был совершен здесь, в этом времени. Но будет совершен, когда кровь активирует кристаллы. Сегодня. То, что приходит из прошлого, нельзя остановить в будущем. Потому что оно уже есть... – произнес Рин, а я поняла, что звук его голоса становится все более тихим, и все угасает вокруг, как и мое сознание.