Дракон напротив? Ведьма против!

Глава 22

На чаепитие я опоздала. Вбежала в комнату, где проводились посиделки, запыхавшись, в самых расстроенных чувствах, которые могли быть. Почти сразу же несколько леди, сидящих в идеальны нарядах, за столиком, накрытым розово-белой кружевной скатертью, повернулись ко мне.

– Леди Луна! – подскочила Эмили Флокси. – Как я рада вас видеть! Скорее присаживайтесь к нам! Мы как раз обсуждали вас! Внесите же скорее ясность.

Сделала глубокий вдох. Что там сказал Шеррах? Наладить отношения? Желательно не опозорив себя? Еще бы знать, как это сделать, если учесть, что меня вообще сложно было назвать человеком общительным. Я понятия не имела, как себя с этими леди вести.

– Всем добрый вечер, простите, что опоздала…

– Главное, что вообще пришли! Ведь дворец гудит только о том, что именно вы пользуетесь особым влиянием Их Высочеств. И что из-за вас они в большой ссоре!

Вопросы сыпались со всех сторон. В таком количестве и таком однообразии, что я поняла, что живой меня отсюда не отпустят, пока я не расскажу хоть что-то.

– Я бы сделала несколько глотков чая прежде, – сказала я, выиграв таким образом небольшую паузу на то, чтобы хорошенько все обдумать.

И когда я выпила полчашки чая и вопросы посыпались вновь, то поняла, что мне уже не отвертеться.

– Все дело в погоде. Мы вместе работаем над решением этой проблемы, – сказала я.

– Ну, конечно. И именно поэтому наследник престола велел беречь вас как зеницу ока, леди Луна и исполнять каждую прихоть? И конечно же не подпускать к Его Высочеству Лайарину.

– Мы с ним… Поссорились. Вот Шеррах и пытается мне помочь…

– Не говорите ерунды, Луна, – оскорблено заметила Эмили. – Мы ведь хотим с вами подружиться! Это очевидно, что вы – фаворитка нашего наследника! И из-за этого ссора и…

– Эмили, прекрати! – одна из девушек махнула на нее рукой, давайте лучше будем дарить подарки! Как мы и хотели! А Луна если не хочет нам ничего рассказывать, то пусть молчит. Раз наша поддержка ей не нужна в этом вопросе.

Стало гадко. Я совершенно не хотела ни с кем делиться тем, что считала личным! И не знала, как выкрутиться, не солгав. У меняя вообще не было опыта в эти вопросах. Жаль, что политика, даже внутренняя политика дворца – это не ведьмовство… Вот где бы я могла развернуться. И тут меня осенило.

– Мне жаль, что я расстроила вас… Но моя личная жизнь не такая интересная, как ваша, Эмили, и ваша – Нера, или вот ваша, Амалия…

Девушки подвернулись ко мне.

– И чем же наша жизнь интереснее?

– А я ведьма! Могу и погадать, и судьбу увидеть. Правда, совсем немножко! А могу и удачу притянуть, – я подмигнула, а девушки тут же с моей личной жизни переключились на свою, чего мне было и надо.

Гадать я и правда умела. Хотя, это и не гадание было вовсе, а больше чтение. Именно так это называла Присцилла Нурумовна, когда учила меня смотреть ладони людей. Тонкие линии – жизни, ума, судьбы, переплетались с другими, восходили к холмам, терялись на плато… Одна ладонь была целым материком, континентом жизни.

Предсказать таким образом можно было немного, и все же, Эмили, которой я напророчила через год свадьбу с одним из принцев, радостно взвизгнула, закружившись по комнате.

– Я знала! Знала!

– Погоди, как принц не наш окажется, а заморский! – засмеялась одна из ее подруг.

Еще одной девушке я нагадала открытие собственного дела, и та призналась, что уже давно хочет открыть салон косметических средств, но не знала, получится у нее или нет, и боялась.

– Получится. Я вижу здесь знаки удачи, – заверила я ее.

Постепенно очередь из девиц росла, слышались смех и возбужденные голоса. Потом стали дарить подарки. Как и сказал Шеррах, они действительно были с подвохом. Колечко, которое на пальце превращалось в маленькую змейку, не ядовитую, напугало одну из леди до одури, еще была шкатулка с воющим оттуда духом, еще туфельки, которые, надев, одна из девушек обрела ноги сорок шестого размера.

Девицы хохотали и разбирали себе кто что хочет. Здесь и мое печенье как раз зашло, и девушки принялись за новые обсуждения.

Все шло хорошо, вот только у меня по спине в какой-то момент пробежался холодок. Какая-то странная сила тянула меня к окну. Не выдержав, я все же подошла. И именно в этот момент громыхнул гром, а после поднялся штормовой ветер, который принес с собой нечто странное. Какой-то сияющий, издающий треск и сильный запах горелых спичек шар… Молния…

– Шаровая молния! – прошептала я и в ужасе отшатнулась от окна.

Этот шар медленно плыл по воздуху, не спеша. Он направлялся прямо к нам!

– Уходите! – закричала я. – Там шаровая молния, она летит сюда!

– Что? – произнесла одна из леди.

– Где? – засуетились другие.

Все больше и больше началась шумиха, а после, когда шар уже вплотную подлетел к оконному стеклу, девушки с визгом стали разбегаться в стороны. И лишь я, словно скованная каким-то мистическим оцепенением, осталась стоять, глядя, как молния, выплавив круг в стекле, свободно попала в комнату.

– Ты ничего мне не сможешь сделать, – прошептала я.

Я знала, что амулет, который спасал меня прежде, сумеет перенести и сейчас. Однако, что-то пошло не так. Я кожей чувствовала, что происходит нечто необычное, а молния не спешит на меня нападать, впрочем, как и амулет спасать меня.

Я, словно завороженная смотрела на то, как светящийся шар медленно плывет по комнате, то возвращаясь ко мне, то отдаляясь от меня.

– Леди не двигайтесь! – раздался зычный голос одного из охранников, что вбежали в комнату. – Наш маг сейчас усмирит это зло!

Я осторожно скосила глаза в сторону. Маг, в длинных одеждах, и правда плел руками какую-то вязь из сияющих рун.

Однако, в следующий миг произошло невероятное. Как-то чудовищный грохот сотряс все вокруг. Оконное стекло брызнуло тысячами осколков, зацепив меня. И теперь я в ужасе смотрела, как сочится алая жидкость из порезанных рук. Где-то раздались крики. А молния почти моментально метнулась к магу, но тот ловко поймал ее в какую-то светящуюся сеть и та потухла.

Не успела я с облегчением выдохнуть, как чьи-то острые когти до крика пронзили мое плечо. Я даже не успела опомниться, как вдруг оказалась в воздухе… А задрав голову вверх, поняла, что нахожусь в лапах жуткого чудовища.

Каменная громада, с уродливыми лапами, крыльями, телом, покрытым наростами и слизью, зловонным и пугающим… Дракон. Древний дракон, который не щадил никого и ничего, пролетая над дворцовыми башнями и словно специально задевая их своим мощным хвостом и крыльями и обрушая все вниз, уничтожая и сея хаос.

– Лайарин! – закричала я. – Прекрати! Прекрати, там же люди!

Но чудовище или не слышало меня, или не хотело слышать, продолжая свое безумство… Пролетая над городом, будто специально снося крыши домов, наслаждаясь разрушениями, криками и болью.

Зажмурившись, я прощалась с жизнью. Корила себя за то, что уступила собственным эмоциям, что поддалась тому невозможному притяжению, что образовалось между мной и Шеррахом, и получила в итоге то, чего опасалась – обезумевшего дракона, Лайарина. Ведь он мог остаться собой. Мы бы все выяснили, уничтожили посох и…

Взметнувшийся порыв ветра едва не вырвал меня из лап у дракона, и когти сжались сильнее, так, что из глаз покатились слезы. Было очень больно. И страшно. И стыдно… Я винила во всем себя, и только себя.

Не знаю, сколько мы летели. Я начала замерзать, и меня стала бить крупная дрожь. А вокруг все больше сгущались сумерки.

– Пусти меня! Я больше не могу! Не могу! – закричала я.

И правда, был уже предел. Дракон, будто бы, наконец, услышал, стал потихоньку снижаться. Впереди я видела бескрайнюю синюю гладь, и поняла, что мы находимся рядом с морем. Стала опасаться, что Рин сбросит меня в воду, о вместо этого мы опустились на теплый, нагретый солнечными лучами за день, песок.

Когда когти разжались, я, застонав упала. Дотронулась до своего плеча и едва не заорала, прикоснувшись к кровоточащей липкой ране… Ее бы промыть, но вода в море была соленой. Все, что я могла, это в изнеможении лечь, глядя на закатное, такое красивое, безмятежное небо, не знающее ни боли, ни горечи, ни страха, которые сковывали меня сейчас.

– Вот мы и встретились снова, – Лайарин подошел ко мне.

Теперь уже в своем человеческом обличии. На его губах была жуткая, вроде бы ласковая улыбка. Но от этой ласки мороз по коже бежал, а раны на плечах начинали еще сильнее ныть.

– Зачем?! – произнесла я. – Зачем ты устроил все это! Погибли, пострадали люди, которые не были ни в чем повинны!

– Зачем? – он усмехнулся. – Затем, что такова моя природа, Луна. Ведь таким я тебе нравлюсь больше!

– Это чушь! Это чушь! Как может нравиться тот, кто приносит боль?! Кто сеет смерть?! – крикнула я, а после, от обиды, от боли, от всего того, что произошло, разревелась, чувствуя, как внутри все разрывается от осознания случившейся катастрофы.

Рин ничего не говорил. Лишь стоял рядом, глядя на меня, и думая о чем-то своем.

– Я все вспомнил, если хочешь об этом знать, Луна. И вот, что тебе скажу. Этот хаос связывает нас. Этот посох связывает нас. Каждый раз, перерождаясь, наша любовь вновь вспыхивает, словно костер, словно пожар… Именно хаос сплетает нас… Твоя кровь, твой дух… И я, сущность первого дракона. Невероятное, пьянящее сочетание!

– Ты сошел с ума!

– Я – гениален, Луна! Я гениален, я…

Он не договорил. Разъяренный, полный гнева и слепой ярости рев раздался рядом с нами. Никто из нас не понял, откуда вдруг появился еще один дракон, уже не каменный, а обычный, знакомый мне… Красивый и грациозный. Шеррах.

Он лишь взмахнул крылом , и Лайарин отлетел в сторону, словно тряпичная кукла. А после расхохотался, поднимаясь после кратковременного поражения.

– Ну да! Разыграем драму в жанре театральных постановок? Тебе меня не одолеть, братец! И Луну ты не получишь! Она связана со мной! И будет со мной всегда! Вечность! – выплюнул Лайарин, а после вновь совершил оборот, превращаясь в живую каменную зловонную громаду.