Дримеон (СИ)

Глава 3. Страшные секреты

Денис Самойлов возвращался с подработки. Холодный ветер забирался под куртку, срывались капли серого, промозглого дождя. Но, какая бы ни была погода, идти домой не возникало ни малейшего желания. Позвонить друзьям? Нет, слишком устал. И в голове царил такой хаос, будто гудел улей пчел. Придется все-таки домой…

Дэн вошел в подъезд девятиэтажки. Преодолевать каждый день семь этажей давно стало привычкой. Он даже не замечал, как ступеньки летят под ногами. Просто пробежал знакомые лестничные пролеты и всунул ключ в замок на двери под номером 41. Дверь со скрипом открылась, и в нос тут же ударил запах алкоголя. Значит, надо было действительно не возвращаться.

Из зала вышла мать Дениса в старом штопанном-перештопанном халате. В руке она держала полупустую рюмку, а из комнаты доносились пьяные голоса.

— Деничка, солнце, — улыбнулась она. — Сынок, сходи за пивком, а?

— Без пивка обойдетесь, — резко ответил Денис, снимая кроссовки и вешая куртку на крючок.

— Денька. — Мать топнула ногой. — А ну метнулся, кому говорят? Или предлагаешь матери с больными ногами идти?

— Дружков своих пошли, — посоветовал Денис и скрылся за дверью комнаты. Щелкнул замок. Это был единственный способ обезопасить себя от маминых гостей. Пока попойка протекала мирно, но скоро могла начаться другая стадия. Вот тогда замок на двери окажется как нельзя кстати.

Денису тошнило от того, что здесь творилось почти каждый день. Всё началось после развода родителей. Отец уехал куда-то на Север с новой пассией, а мать ударилась в водку. Сначала Денис пытался как-то с этим бороться — выгонял алкашей, забирал деньги, просил, ругался. Но потом вдруг осознал, что всё зря. Смирился? Да, в какой-то степени смирился. Презирал себя за это, но иначе не мог.

Постепенно из дома исчезли все ценные вещи. Мать бросила работу, чтобы больше времени уделять приятному времяпровождению. Изредка мыла полы в подъездах, чтобы достать денег на следующую бутылку. Денис нашел подработку. По крайне мере, денег на еду и школьные поборы хватало. Но с каждым днем становилось всё тошнее и тошнее.

О том, что творится у него дома, не знал никто. Ни одна живая душа. Иначе всему пришел бы конец. У него бы просто не осталось друзей. Ни Эдик, ни Рыжий и Николя не стали бы с ним общаться. Приходилось врать, выкручиваться, каждый раз рискуя попасться. Но разве можно было по-другому?

Из зала полились народные песни. Сколько там человек собралось? Четверо? Пятеро? Да какая разница? Денис упал на кровать и мгновенно уснул. Такое с ним случалось редко. Чаще он лежал и думал, думал, думал. Искал хоть какой-то выход. Не находил. Опять начинал думать. А сейчас сон пришел как-то сразу, и был неотделим от яви, потому что во сне Эдик и ребята узнали правду. Что его отец не живет за границей. Что мать только и делает — глушит водку, а квартира давно стала похожа на ободранный сарай. Они узнали и говорили, говорили что-то. Угрожали, унижали. Совсем как Артема Лаптева. А сам Лаптев стоял и смотрел со стороны, улыбался. Затем прошептал бескровными губами:

— Теперь ты такой же, как и я.

Денис проснулся посреди ночи. Вокруг царила тишина. Он поднялся и пошел на кухню. Надо было хоть что-нибудь поесть. Днем на это как-то не нашлось времени. Ассортимент холодильника не радовал. Денис открыл банку сардин. За окном лил дождь. Парень открыл окно и впустил в квартиру свежий воздух. Он любил запах дождя, а на холод плевать. Пусть проветрится.

Несколько минут спустя с поздним ужином было покончено, и Денис вернулся в спальню. По привычке взглянул на мобильный — достаточно дорогой, чтобы служить вещественным подтверждением его лжи. Эдик, оказывается, названивал весь вечер. Наверное, опять устроил очередной загул. Родители хоть и угрожали ему всем, чем угодно, но всё равно никогда бы не обидели единственного сына. Да, опять завтра Назаров будет высказывать, что телефон надо брать хоть иногда. Ну и пусть…

За дверью послышались шаги. Денис подумал, что это мать бродит по квартире в поисках недопитого, но шаги остановились перед его дверью. Парень подождал несколько секунд. В комнату никто не входил. В горле появился липкий комок страха. Был только один способ немедленно его развеять. Денис поднялся, подошел к двери и распахнул её настежь. Никого…

Вот теперь парню стало по-настоящему жутко. Он запер замок и лег. Хотелось укрыться с головой одеялом, но это казалось проявлением трусости, поэтому Денис до самого утра лежал и вглядывался в темноту. Пару раз за ночь шаги повторялись, точно так же останавливались — а потом наступала длительная тишина. Дэну казалось, что он сходит с ума. Но успокаивал себя, что просто переутомился, нервы на пределе, и прочее, и прочее, и прочее…

В отличие от врагов, Артем Лаптев в эту ночь спал спокойно. Ему снова снился огромный зал замка и склонившиеся подданные. Он… Нет, не он, а его двойник из мира снов выхаживал по залу и ждал. Кого? Чего? Тема и сам не знал. Но вскоре двери распахнулись, и в комнату вошел Алексис Темный.

— Какие новости, друг мой? — Поспешил к нему Артемий.

— Всё продвигается по плану, — отрапортовал его приближенный. — Двоих из изменников короны сегодня навестили наши люди. Эффект был ожидаемый.

— Отлично. — Довольно улыбнулся Артемий. — Действуйте, как и было решено. Не дадим им шанса опомниться.

— Да, мой лорд. — Поклонился Алексис и покинул залу…

Тема проснулся. За окном светило солнце, и на душе царил полнейший покой. Сон был таким реальным, что, подойдя к зеркалу, Лаптев ожидал увидеть там не собственное отражение, а Артемия Ларета. Но нет, из зеркала на него взглянула знакомая простоватая физиономия.

Сегодня Артем тоже торопился в школу. Вчера он одержал пусть маленькую, но победу. Что же принесет сегодняшний день? Он быстро оделся, позавтракал и выбежал из дома. Уроки начались ровно в восемь, как и всегда. К его глубочайшему разочарованию, Эдика не было. Тема искренне надеялся, что с ним случилось что-нибудь неприятное. И Николя отсутствовал. Может, провалился куда-нибудь? В плохо закрытый люк, к примеру… Фантазия унесла Тему далеко от реального мира. Он даже два раза ответил учителю невпопад и схлопотал тройку. Но низкий балл не огорчал. Не в этом счастье.

Уроки пролетели, как один миг. Без Эдика, идейного вдохновителя, шайка оставила Артема в покое. Он зашел домой, перекусил и направился на английский, но по дороге передумал. Такой прекрасный осенний денек. Один из последних теплых дней в году. Зачем тратить его на учебу? Вместо частной языковой школы, где проходили занятия, он пошел к автобусной остановке. Не задумываясь, будто кто вел за руку. Зачем? Кто-то из знакомых говорил ему, что в местном музее проходит выставка восковых фигур. Или он читал объявления. Впрочем, не важно. Просто захотелось взглянуть на дефекты человеческого тела. Кажется, тема выставки была именно такой.

Артем вышел из автобуса, около часа побродил по выставке, послушал занимательную экскурсию. Девушка со свиным рылом, молодой человек с заячьей губой… Одной впечатлительной тетеньке даже стало дурно от подобного разнообразия. Зачем тогда, спрашивается, она решила посетить выставку?

Затем Артем направился домой, но по дороге захотел пить и заглянул в ближайший магазин. У отдела напитков вытянулась небольшая очередь — всего человек пять. Пока один покупатель сменял другого, Артем рассеянно глазел по сторонам. Какие-то парни таскали ящики с напитками на склад. Стоп!

Лаптев протер глаза. Нет, ему не померещилось. Одним из них был Денис Самойлов. По губам парня расползлась довольная усмешка. Интересно, Эдик знает, где работает его друг? Нет, в подобной подработке не было ничего зазорного, но зачем она была Денису, который никогда не жаловался на материальное положение? До Лаптева доходили слухи, что Самойлов — старший обитает где-то за границей и служит то ли послом, то ли… В общем, кем-то в этом роде. Так зачем тогда его сын трудится в каком-то магазине за копейки? Просто из любви к физическому труду?

Артем расплатился за минералку и покинул магазин. На ходу взглянул на название — «Ника». Надо запомнить. Вдруг, пригодится? Лаптев не собирался делиться с другими своим открытием. Лучше приберечь его. Так, на всякий случай…

День действительно выдался удачным, и довольный Артем поехал домой.

На следующий день Эдик всё-таки явился в школу. Странные видения больше не появлялись, и парень вроде бы успокоился. Он убедил себя, что действительно спал, и просто принял сон за явь. Возле школы он встретился с Николя. Верехов возбужденно рассказывал о каких-то там областных соревнованиях, в которых он будет принимать участие в понедельник. Эдик слушал его вполуха и думал о своем. О том, что родители вчера опять устроили скандал из-за того, что не ночевал дома. Было бы, о чем говорить… Да почти все парни в шестнадцать лет проводят время с друзьями, девушками. И никто им мозги не выносит. Эдик не понимал, ради чего должен терпеть постоянные нравоучения. Ведь в целом и мамаше, и папаше глубоко безразлично, где его носит.

— Ты уже придумал, что Каринке на днюху подаришь?

Вопрос Николя вывел Назарова из оцепенения.

— А? — переспросил тот.

— Эд, да ты со мной, вообще? Говорю, ты купил подарок на день рождения Карине?

— Блин, точно! — Стукнул Эдик по лбу. — А я и забыл. Только ты ей не скажи.

— За кого ты меня держишь?

— Подкинь идею.

До самой школы Николя «подкидывал идеи» — одну хуже другой. Эдик зарезал их на корню, Верехов злился. Вскоре к процессу подключился Рыжий. Он тоже никак не мог придумать, что подарить Карине. В принципе, у неё было всё. Так зачем напрягаться?

— Подари ей деньги! — выдал Кирилл шедевральную мысль.

— Кирюха, тебя в детстве не роняли? — Покрутил Эдик пальцем у виска. — Где ты видел, чтобы девушкам бабки дарили?

— А что? — Обиделся Рыжий. — По-моему, прекрасный подарок. Каринка потом купит себе, что захочет. И тебе не придется голову морочить. И она останется довольна.

— Нет, не пойдет. — Покачал головой Назаров. — Обидится еще. Или скажет, что с фантазией у меня туго. Ладно, завтра суббота. Вот пойду и присмотрю что-нибудь.

— Какие животрепещущие вопросы решаете? — Плюхнулся рядом Денис.

— У Карины день рождения во вторник, а я еще подарок не выбрал, — ответил Эдик. — Слушай, ты чего трубку не берешь? До тебя дозвониться нереально.

Эдик пустился в рассуждения о предназначении мобильных телефонов, затем снова плавно перешел на тему подарков, а потом прозвенел звонок на урок. Учительница литературы рассказывал о творчестве Гумилева. Из всего класса её слушали от силы человек пять. Остальные занимались своими делами.

Весь урок Эдику казалось, что на него кто-то смотрит. Он покрутился по сторонам и заметил, что Лаптев не сводит с него ненавидящего взгляда. Ну и пусть. Вспомнилась любимая присказка отца: «Я не долларовая купюра, чтобы нравиться всем». Вот и Эдику было всё равно, что о нем думает Лапоть.

А Тема искренне жалел, что с Назаровым ничего не случилось. Жив-живехонек. Значит, действительно прогуливал. После первого урока Эдик ушел куда-то вместе с Денисом. Наверное, на перекур. Артем оставался в классе, повторял параграф по истории. Рыжий и Николя тоже сидели на своих местах, о чем-то тихо переговариваясь. Тема никогда не имел привычки подслушивать, но сейчас не удержался.

— … ведет себя, как придурок, — услышал Лаптев обрывок фразы Рыжего. — Можно подумать, он и правда забыл, что у Каринки днюха.

— Всё может быть. — Пожал плечами Николя. — Ты же знаешь Эдика. Чаще всего его заботит только он сам.

— И то так, — согласился Рыжий. — Но если бы у меня была такая девчонка, я бы с неё пылинки сдувал.

— Кирюха, тебе что, Каринка нравится? — хохотнул Николя.

— Да какая разница? — буркнул Рыжий. — Просто говорю о том, что Эдик зря выделывается. Он ничем не лучше и не хуже любого из нас.

Интересное дело получается… Значит, нет единства в рядах товарищей Назарова. Похоже, Рыжего начинает угнетать компания Эдика. Или он просто завидует более успешному другу. Богатые на открытия выдались дни. Артем узнал много такого, что могло пригодиться ему в будущем. А ведь без своих дружков-приятелей кем будет Эдик? Никем. Вот, Рыжий уже брызжет слюной. Николя — человек недалекий. Что Эдик говорит, то и делает, но дружит больше с Кириллом. А насчет Дениса… Достаточно будет дать понять Назарову, что лучший друг ведет двойную жизнь. И шайка Назарова исчезнет, словно мыльный пузырь.

Лаптев улыбнулся. Он словно постепенно становился другим человеком. И тот, второй человек был гораздо умнее, смелее и сильнее. Там, где Тема Лаптев выхода не находил, нынешний Артем видел гораздо больше возможностей. Надо было только грамотно ими воспользоваться…

В понедельник Николя на занятиях отсутствовал — он уехал на соревнования. Боксом Верехов увлекался давно. Впервые в спортивный зал его привели родители в возрасте пяти лет. С тех пор жизнь Николая и спорт спелись воедино. Со стороны казалось, что ничего его не интересует, ничто не заставляет переживать какие-либо эмоции. Николя виделся окружающим неприступной глыбой, которой ветер, град — нет разницы. Но на самом деле он знал, что такое настоящая страсть. И страстью этой был бокс.

Сначала Эдик и Рыжий думали поехать поддержать товарища, но потом решили, что Николя справится и без них. Тем более, когда доходило дело до спорта, Николя не признавал ни друзей, ни врагов. Существовал только он — и противник. Отвлекать Верехова перед матчем не рекомендовалось, а после него он либо впадал в ярость из-за проигрыша, либо в буйство после победы. Поэтому парни направились на уроки.

Будь воля Эдика, уроки он тоже прогулял бы. Последние две ночи он отвратительно спал. Снился какой-то бред. Тронная зала, Лаптев. Начинало надоедать. И сама физиономия Лаптева раздражала, как никогда. Но прогула не вышло. Отец в кои-то веки решил взяться за его воспитание всерьез. Даже до школы подбросил по дороге на работу. И вообще, Эдик подозревал, что папаша собирается в эту самую школу наведаться лично. Навести справки, как себя ведет сын. Может быть, не замечали ли за ним чего странного. После видения Эдика отец стал как-то подозрительно на него поглядывать.

Денис тоже выглядел сонным, но по другой причине. Дома ночью был такой дебош, что стены ходоруном ходили. Соседи даже милицию вызвали, хотя давным-давно забили на их семейку. В общем, разбирательства затянулись до утра, постепенно переросли в очередной скандал с матерью, и теперь голова грозилась разорваться на части. Дэн даже начал думать о переезде. Будь его зарплата чуток выше… Правда, и мать оставлять одну не хотелось. Пропадет ведь. Какая ни есть, а мать.

Абсолютно довольным жизнью казался только Рыжий. Да, ему тоже снились странные сны. Подумаешь. Кому они не снятся? Гораздо больше Рыжего занимали вопросы реальной жизни. Например, как обратить на себя внимание Карины. И как избавиться от соперника. Не важно, насколько дружны они были с Эдиком. Эд Каринку не любил, и не скрывал этого. А Кирилл любил. Значит, надо было подвинуть Эдика куда-то в сторону…

После уроков вся компания отправилась на задний двор школы. Все школьные дворы похожи между собой — какая-нибудь сараюшка, гордо именуемая мастерской для уроков труда. Турники, поле, размеченное для сдачи стометровки. Колеса, вделанные в землю. И обязательно — лабиринт из спаянных труб. Вот там-то, на трубах, излюбленное место школьников. Туда и направились Эдик, Кирилл и Денис. Около двадцати минут они разговаривали о завтрашней вечеринке у Карины и предстоящих семестровых контрольных, обнаглевших десятиклассниках, которых давно пора поставить на место, и прочей ерунде.

В кармане Рыжего зазвонил мобильный.

— Колян, — прокомментировал он и включил громкую связь. — Да.

— Алло, — донесся до ребят далеко не радостный голос Верехова. — Ты один?

— Нет, с Эдом и Дэном. А что?

Николя смачно выругался. Значит, дело было плохо.

— Проиграл? — спросил Эдик.

— Если бы. Всё гораздо хуже, — запинаясь, отвечал Николя. — Ребята, вы меня только психом не считайте, хорошо? Тут такая история вышла… Не знаю, как и сказать. В общем, вышел я на ринг. Соперник не особо серьезный попался. Ну, думаю, проблем не будет. Обменялись парой ударов. И вдруг смотрю — а на меня змеюка прет. Громадная — жуть. Шипит, гадина, извивается. Меня чуть инфаркт не хватил. Только, по ходу, я один её видел, потому что противник и глазом не моргнул. Уложил меня на лопатки, как младенца. А змеюка исчезла. Что это было — понятия не имею.

— Что-то мне это не нравится. — Рыжий закусил губу.

— Слушай, Николя, завтра на вечеринке обсудим, — сказал Эдик. — Мне тоже есть, что рассказать. Может, и сведем всё к одному.

— Договорились. До завтра, пацаны.

— Пока.

Рыжий спрятал телефон. Несколько минут парни сидели и молчали. Наконец, Эдик сказал:

— Не нравится мне всё это. Сны дурацкие, миражи непонятные. Одно из двух. Или мы сошли с ума. Или кто-то хочет, чтобы так оно и было. Завтра обсудим с Николя. А пока давайте расходиться.

Приятели попрощались и разошлись в разные стороны. И никто из них не заметил, что за ними наблюдает Артем Лаптев. Без обычного страха, а, скорее, с любопытством. Артем постоял еще минуту, сверля взглядом спины врагов, и тоже пошел прочь.