Дримеон (СИ)

Глава 6. Грани предательства

Эдик долго не ложился спать. Если говорить начистоту, он боялся. Боялся повторения вчерашнего сна. Пусть ничего дурного с ним и не случилось, но могло. И ощущение реальности… От него нельзя было отделаться, как будто ночью он жил двойной жизнью. Пока тело спало на кровати, душа блуждала где-то в иных измерениях.

Но, в конце концов, парень лег на кровать и закрыл глаза. Мысли роем проносились в голове. Как вчера он вернулся домой? Кто мог наслать на него проклятие? Что с ним вообще происходит? И дальше, дальше, дальше… Сон одолевал. Эдик боролся. Специально не выключил свет. После недавних событий спать без света казалось просто невозможным. Уже погружаясь в полусон, парень одергивал себя, заставлял подниматься и расхаживать по комнате. Затем снова ложился, чтобы снова подняться. Так продолжалось до самого утра. Когда зазвенел будильник, Эдик сидел на кровати, поджав ноги к подбородку, и смотрел на стену. Агата Назарова заглянула в спальню сына.

— Эдька, ты чего? — села она рядом. — Не приболел?

Она коснулась рукой лба сына. Эдик отодвинулся.

— Всё нормально, ма, — ответил он.

— Точно? — Редкое выражение обеспокоенности на лице Агаты заставило воспринять её всерьез.

— Мам, да всё со мной в порядке, — улыбнулся он, надеясь таким образом развеять её опасения. — Что ты уже себе придумала?

— Просто в последнее время ты раздраженный какой-то, — немного разгладились морщинки на лбу женщины. — С отцом ссоришься, со мной не разговариваешь. Я вообще тебя почти не вижу. Не ешь ничего.

— Задают много, — использовал Эдик стандартную отговорку.

— Ну ладно, — сдалась Агата. — Ты только помни — у тебя есть семья, и мы тебя любим.

— Хорошо, мам. Мне собираться надо, — поднялся Эдик на ноги, давая понять, что разговор окончен. Он убедил мать, что тревоги напрасны. Но удастся ли ему подобное в следующий раз?

В школу Эдик снова шел пешком. Это давало возможность остудить голову, а заодно взбодриться после бессонной ночи.

— Привет, Эд, — догнал его Денис на последнем повороте.

— Привет, — мрачно отозвался Назаров. — Как спалось?

— Честно говоря, никак, — признался парень. — Всю ночь словно ждал чего-то. А тебе?

— Точно так же, — кивнул Эдик. — Теперь бреду, как сонная муха.

— Каринка не звонила?

— Не знаю, я на телефон не смотрел.

Дэн уставился на друга. Назаров и часа не мог провести без мобильного. То он звонил приятелям, то они ему. Это был давно привычный стиль жизни. Чтоб Эд мог забыть о телефоне и Интернете, верилось с трудом. Значит, Назаров нервничает гораздо больше, чем кажется.

— Пацаны! — раздался голос Николя. — Куда летите? За вами не угонишься.

Верехов подбежал к приятелям и пожал им руки. Рыжий плелся за ним.

— Ну что, когда Лаптева ловить будем? — заговорщицки спросил Николя. — Сейчас или после уроков?

— Предлагаю сейчас, — ткнул Рыжий пальцем в приближающегося Артема.

— А ты с нами? — прищурился Назаров.

— А тут что, есть один ты? — нахмурился Кирилл.

— Хватит! — прервал Денис надвигающийся конфликт. — Лапоть уйдет.

С его доводом нельзя было не согласиться, и парни двинулись вперед.

Эдика и его компанию Артем заметил издалека. Они косились в его сторону и о чем-то шушукались. Раньше, чем те двинулись к нему, Тема знал — что-то произойдет. Но, почему-то обычного страха не чувствовал. За минувшие несколько дней его жизнь кардинально изменилось. Прежде всего, другими стали ощущения. Почти каждую ночь он видел во сне Артемия Ларета. Каждую ночь учился у него чему-нибудь. Ларет был существом — даже в уме Тема не называл его человеком, потому что в нем бурлила странная, необъяснимая сила — которое могло достичь любых высот, покорить любые цели. Артем восхищался им и стремился быть похожим на него. Стал бы Ларет спасаться бегством от четырех местных кретинов? Конечно, нет.

Артем уверенно шагал им навстречу. Мысленно парень настраивался на «волну Ларета», как он называл особое состояние, которое пробуждали в его душе странные сны.

Эдик остановился перед ним. Смерил его презрительным взглядом, как какую-то букашку. Но Артем отметил, что ненависть, которую он испытывал к мучителям, улеглась. Ей на смену пришло ледяное спокойствие и вера — в любом случае победа будет за ним.

— Лаптев, надо поговорить.

А Эдик сдал за минувшие дни. Побледнел, осунулся. Неужели и правда заклятие из книжки возымело свое действие?

— Мне не о чем с тобой разговаривать.

Артем удивился уверенности в собственном голосе. Он проверял свои ощущения. Никакой дрожи в коленях, бешенного сердцебиения, желания бежать, куда глаза глядят.

Эдик, похоже, тоже почувствовал произошедшие перемены. Он нахмурился и хотел сказать что-то, но вмешался Николя:

— Слушай, ты, прыщ-недоросток, сказано — беседа есть. Чего строишь из себя шишку? Или уже в штаны наложил?

— Не дождешься.

Холодный, презрительный взгляд. Эдик отпрянул. Такими глазами во сне на него смотрел Артемий Ларет. А Николя шагнул вперед, схватил Артема за рукав и потащил в сторону мастерских.

— Что вам нужно? — вырвался парень.

— Вот так бы сразу, — буркнул Николя. — Эд, излагай.

— Артем, — начал Назаров, и Тема вздрогнул — с каких это пор Эдик называет его по имени? — Знаю, мой вопрос покажется тебе странным, но… Скажи, это ты пытаешься нам отомстить?

«Попал», — подумал парень, и на секунду стал тем Артемом, которым был раньше. Захотелось удрать в класс, чтобы прекратить разговор, который неизвестно куда заведет. Но ноги не слушались, а порыв исчез так же быстро, как и появился.

— О чем ты, Назаров? — состроил он растерянную физиономию.

— Ты сам знаешь.

— Понятия не имею!

— Эдя, он точно брешет, — шепнул на ухо другу Николя. — Сильно выделывается.

Что Артем врет, Эдик видел и сам. В Лаптеве что-то переменилось. Решительно и бесповоротно. Может ли действительно оказаться так, что тихий зажатый Артем нашел способ превратить их жизнь в ад?

— Ты лжешь, — смотрел Эдик в глаза противнику. — Просто расскажи мне, как тебе это удалось и как можно остановить происходящее…

— Назаров, ты чего? Наверное, головой приложился? — говорил Тема, не в силах сдержать улыбку. Интересно, что такого происходит в жизни Эдика, что он снизошел до разговора на равных, без мордобоя и издевок? Вот бы узнать.

— Я буду разговаривать только с тобой, один на один, — решился Артем. — Скажи своим прихвостням убираться.

— Это кто тут прихвостень? — взревел Николя и бросился бы на Лаптева, если бы его не удержали Рыжий и Денис.

— Ребята, подождите в классе, — обернулся к ним Эдик.

Парни переглянулись. Уходить никому не хотелось, но иначе Лаптев будет молчать. Это понимали все, поэтому потащились в сторону школы, то и дело оборачиваясь. Но Эдик и Артем так и стояли друг напротив друга, ожидая, пока никто не сможет им помешать.

— Я жду, — напомнил Назаров.

— Чего? Объяснений? Ты их не получишь, — покачал головой Артем. — Я не знаю, о чем ты говоришь. Ты ведь, думаю, многим насолил, не только мне. Вот и ищи среди них. А меня оставь в покое.

— Да хватит выделываться! — сжал кулаки Эдик. — Ты отослал всех, чтобы мне это сказать?

— Не только. Послушай меня, Назаров. Раньше я ненавидел тебя, потому что ты — мерзкий, злобный тип, но и завидовал тебе, — решил Тема высказать всё на прямоту. Обычно ему тяжело было сразу сформулировать мысль, но сейчас слова так и лились. — Я думал, у тебя есть всё: друзья, уважение, деньги, и хотел оказаться на твоем месте. Но за прошедшую неделю у меня словно открылись глаза. Я по-прежнему тебя ненавижу, но и за миллион долларов не соглашусь поменяться с тобой местами. Потому что девчонка твоя вчера гуляла под ручку с Тетерко, деньги не твои, а папины. И дружки твои все врут тебе, как на подбор. Рыжий говорил Верехову, что ты — ничтожество, я сам слышал. И Верехов не особо возражал. А Самойлов вообще дружит с тобой только чтобы упрочнить свое положение. Иначе ведь могут узнать, что его семья не такая богатая, как он расписывает. В другом случае Денис не стал бы подрабатывать в третьесортном магазинчике. Поэтому мне жаль тебя, Назаров.

Артем развернулся и пошел к школе. Эдик стоял, как громом пораженный. Всё, что ему довелось услышать, постепенно укладывалось в голове.

— Подожди! — догнал он Лаптева. — Ты врешь!

— Я? — чуть обернулся тот, и снова сверкнул глазами Ларета. — Нет, Назаров. Это ты себе врешь.

Эдик кинулся на Лаптева и сбил его с ног. Неизвестно, чем бы закончилась драка, но на шум из мастерской выбежали учитель труда и завуч. Через десять минут Эдик и Артем стояли перед директором. Ангелину Ивановну за глаза называли «железной леди». Подобные прозвища не возникают из ниоткуда, и теперь парням предстояло в этом убедиться. И хоть обычно Эдику всё сходило с рук, в ту минуту было заметно, что директриса настроена решительно.

— Назаров, Лаптев, сколько это будет продолжаться? — говорила она, расхаживая перед провинившимися. — Четвертый раз вы деретесь на территории школы. Четвертый раз! Что не поделили? Я вас слушаю.

— Просто недоразумение, — ответил Эдик.

— Твое поведение, Назаров, — замерла перед ним Ангелина, — вот единственное недоразумение. Ладно Лаптев. На него жалоб не поступает. А ты? Что ни месяц — так новости. Всё, Назаров. Мое терпение лопнуло. Завтра же жду тебя вместе с родителями.

— Они работают, — помрачнел Эдик.

— Пока не придут, к занятиям тебя не допущу. Точка. Тебе, Лаптев, пока делаю предупреждение. Но это — в последний раз. Идите на уроки.

Парни покинули кабинет. Артем торжествующе взглянул на поверженного противника. Похоже, после заклятия удача Назарова повернулась к нему спиной. Эдик выглядел убитым. И пусть! Пусть почувствует себя в чужой шкуре!

Урок уже шел полным ходом. Парни извинились и заняли свои места.

— Ну, что там? — шепотом спросил Эдика Денис.

Назаров угрюмо взглянул на него — и отвернулся. Он решил пойти домой сразу после первого урока. Не хотелось никого видеть. Еще меньше — с кем-то разговаривать. С другой стороны, разобраться следовало. Если уж друзья оказались подлыми лжецами, то что тут говорить?

Урок тянулся долго, как никогда. Эдика вызвали к доске, но он не смог выдавить из себя и слова. Журнал украсила первая в этом семестре двойка. Наверное, завтра отцу продемонстрируют. И пусть.

Наконец, прозвенел звонок.

— Я домой, — бросил Эдик, сметая учебники со стола в сумку.

— Что он тебе сказал? — пытался узнать Денис. — Эд, да что с тобой?

Эдик молчал. Он еле сдерживался, чтобы не высказать Самойлову всё, что он думает о нем лично, и об остальных «приятелях» тоже. Парень поднялся и пошел к двери. Николя и Рыжий не заметили его ухода, но Денис забрал вещи и направился за ним.

— Эд, — догнал он Назарова на лестнице, — какая муха тебя укусила?

— Большая и жирная, — огрызнулся Эдик через плечо. — Возвращайся в кабинет. У нас контрольная сегодня.

— Тогда куда ты идешь?

Эдик накинул куртку и вышел на улицу. Холодный ветер тут же пахнул в лицо, взъерошил волосы. От вида серого неба на душе стало еще паршивее. Захотелось крушить всё на пути, орать в голос, но нельзя себе этого позволить. Не здесь и не сейчас.

Денис следовал за ним тенью. Может, и стоило выяснить правду, но Эдик боялся, что в нынешнем настроении наломает дров. Только еще одной драки не хватало.

— Эд!

Парень остановился и развернулся. Они отошли от школы довольно далеко. Вокруг тянулись дворы многоэтажек. Что ж, разговору никто не мог помешать.

— Ну чего ты за мной увязался? — голос Назарова звучал устало. — Возвращайся лучше назад.

— Вернусь, если объяснишь, что стряслось.

Похоже, отвязаться от Дениса не удастся…

— Дэн, скажи, зачем ты подрабатываешь в каком-то магазине? У тебя проблемы?

Денис молчал, будто не слышал вопроса. А затем виновато опустил голову.

— Значит, это правда, — сделал заключение Назаров, и злость новой волной прихлынула к голове. — Знаешь, Дэн, от кого-кого, а от тебя я такого не ожидал. А потом какой-то Лаптев тыкает мне в лицо, что мои друзья врут — и не краснеют. Ничего не хочешь объяснить?

— Эд, так получилось, — пробормотал Денис. — Да, у меня проблемы. Я не хотел вас в них посвящать. И ни к чему оно было… В общем…

— В общем, ты мне врал.

Денис кивнул, все так же не глядя в глаза. Сколько её, этой лжи?

— Почему ты ничего не говорил?

Одни вопросы. «Что, как, почему?» И никаких ответов.

— Боялся, — все-таки заговорил Денис. — Кто вы, и кто — я. Да если бы вы знали правду о моей жизни, вы бы меня никогда не приняли в свою компанию.

— А какая она, правда? — Эдик сверлил взглядом его лицо. — Или мне опять у Лаптева спросить? Он и то гораздо более осведомлен о жизни моего лучшего друга. Раз на то пошло, лучше не попадайся мне на глаза. Иначе я за себя не отвечаю.

Эдик развернулся и быстро пошел к проходу между домами. Внутри всё кипело от злости, и сдерживаться удавалось с трудом. Если бы речь шла не о Дэне, а о ком-то другом, он бы устроил разборки. Расквасил лжецу нос, и полегчало бы.

Денис не пытался его догнать. А что говорить? Оправдываться? В чем и как? В том, что врал? Да, врал, и никакие оправдания тут не помогут. Так зачем ухудшать и без того паршивую ситуацию. Рано или поздно это должно было случиться. Только почему прямо сейчас, когда дела и без того идут из рук вон плохо? Почему сейчас?..