Другой Гарри

Глава 5

Дорогая Касси,

Привет! Я наконец-то в Хогвартсе! Представляешь, меня распределили в Когтевран. Честно говоря, я сам немного удивился, что получилось уговорить шляпу, но, кажется, это действительно моё место. Здесь, в отличие от остальных курсов, практически никто не обращает на меня внимания!

Пока что я ещё не пользовался своей волшебной палочкой — уроки только начались, и до практики мы ещё не дошли. Но я уже жду не дождусь первого заклинания!

Ты, наверное, хочешь узнать, как дела у других? Я спрашивал ребят, кроме меня Шляпа почему-то никому выбора не дала. Драко, попал на Слизерин — у нас еще не было общих уроков, но мы немного поговорили на перерыве. Рон Уизли оказался на Гриффиндоре. Ему там явно хорошо, он нашёл кучу друзей. Еще я познакомился с маглорожденной девочкой, которая также поступила на Когтевран. Ее зовут Гермиона, она немного бестактная, но очень любит учиться.

Замок невероятный — тут столько интересных мест! Коридоры постоянно меняются местами, всюду призраки, есть даже полтергейст, а лестницы… Ну, они живут своей жизнью. Но уроки, если честно, пока скучноваты, многое я уже знаю. Может, просто ещё не было чего-то действительно магического?

Напиши, как у тебя дела! Очень жду твоего письма.

С теплом,

Гарри

Дописав письмо, и отправив его свободной совой из совятни, Гарри нос к носу столкнулся с Драко, который также поднимался в башню, держа в руке письмо.

— Привет, Гарри! — явно обрадовался Драко их встрече. Нормально поговорить в первый день им так и не удалось. — Ты тоже письмо отправляешь?

— Привет! — улыбнулся Гарри. — Да, я уже отправил…

— Подожди тогда меня, — быстро прошел парень к совам. — Я быстро.

— Да, я никуда не тороплюсь, — пожал плечами Гарри. — Кстати, а где Винсент и Грегори?

Дарко обычно всегда ходил в компании своих приятелей, которые в основном изображали из себя молчаливых телохранителей. Хотя, на самом деле, иногда поговорить с ними было гораздо интереснее, чем с Драко. Особенно с Гойлом. Тот в целом был достаточно умным парнем, хотя и предпочитал помалкивать. От него Гарри узнал, как именно действует вассалитет, и что несет для сюзерена и самого вассала.

— Они в клуб записались, — хмыкнул Драко, отдавая сове письмо. — Так что заняты.

— Клуб? — заинтересовался Гарри. — Неужели они записались в школьный хор, или Кружок по игре в плюй-камни?

— Ха, нет, конечно, — прыснул Драко, видимо представив, как Кребб и Гойл смотрелись бы в школьном хоре. — Дуэльный, вроде бы.

— Здесь есть дуэльный клуб?! — загорелся Гарри. — А почему ты не записался?

— Конечно есть, — важно произнес Малфой, как и всегда делал, когда знал что-то, что недоступно другим. И что иногда раздражало самого Гарри. — Тут вообще много чего существует, правда, неофициально. Как Дуэльный клуб, или клуб ворожей…, но papa мне запретил туда присоединятся, до второго курса. Хотя, да и ну его… у меня и другие дела есть.

Закончил он уже грустнее.

— А что, ты хочешь вступить?

— Не знаю, — ответил Гарри, подумав, что для того, чтобы в него поступить, нужно как минимум знать и уметь применять атакующие и защитные заклинания. С этим у него все было… сложно. В теории, он знал несколько заклинаний, даже выучил движения палочкой на специальном манекене. Вот только из-за операции, он до сих пор он не выполнил ни одного заклинания. — Может быть позже… Тут и так много всего интересного.

Отговорился Гарри, не желая заострять на этом внимания. Тем более, что Хогвартс действительно очаровал его своими размерами и скрывающимися внутри тайнами. Он бы хотел исследовать замок больше, но несмотря на то, что уроков у них было не слишком много, времени как будто бы все-равно оставалось маленькое количество. Сегодня, он только сделал домашнее задание по всем предметам, и уже через час был отбой.

— Как тебе факультет? — спросил Драко, закончив с совой. — На Слизерине — круто! Практически все из нашей команды поступили туда. Ребята жалеют, что ты поступил не к нам, особенно Тео…

Драко не уточнил, но Гарри понял, что он имеет в виду их «квиддичную команду», которая собиралась в поместье Малфоев каждые выходные. По настоянию Сириуса, Гарри был там частым гостем. Впрочем, и самому мальчику нравилось летать, а также чувствовать себя в компании, так что на подобые игры он ходил с удовольствием, хотя помимо Драко, Винсента и Грегори он общался больше только с Теодором Ноттом. Остальные ребята… некоторые были постарше, а некототорые отпугивали парня своим показным радушием и благожелательностью, хотя Гарри интуитивно чувствовал фальшь в этом их намерении подружиться.

— Ну… мы всегда можем пообщаться и так, — пожал плечами Гарри. — Да и у нас есть общие уроки. Ты видел, уже завтра у нас совместные занятия по Трансфигурации и ЗОТИ.

— Я гораздо больше жду занятий по полетам, — честно признался Драко. — Какая несправедливость, что в команду не берут с первого курса, вот я бы…

Дальше меж двумя мальчиками завязался их обычный разговор, где они делились впечатлениями и ожиданиями от занятий в Хогвартсе, а также делились новостями, как приняли их на факультете. И от небольшой неловкости, которая возникла после разделения по факультетам не осталось и следа.

Засыпал Гарри с веселыми мыслями и предвкушением завтрашнего дня. Уже завтра он будет выполнять свои первые заклинания, выполнив данное Лиане обещание не магичить до начала занятий. Он был настолько воодушевлен, что даже забыл о втором своем обещании принимать зелья и заснул спокойным сном, в котором почему-то ему представилась гигантская библиотека, в которой были тысячи книг…

Первый урок Чар для Когтеврана и Гриффиндора проходил в просторной, светлой аудитории, которая была разделена по отдельным столикам для каждого из ребят. Гарри сел рядом с Гермионой, а также Роном, который с трудом подавлял зевок после обильного завтрака. Гермиона устроилась через стол и выглядела предельно сосредоточенной, готовой впечатлить всех своими знаниями.

Профессор Филиус Флитвик, крошечный и энергичный волшебник, стоял на стопке книг за кафедрой, чтобы быть видимым для всех. Присмотревшись, Гарри с удивлением увидел полное собрание книг Локхарта в дорогостоящем подарочном издании.

Он начал урок с приветствия, а затем объяснил, что сегодня студенты будут учиться первому основному заклинанию — «Люмос», чтобы зажечь свет на кончике палочки.

— Ах, но будьте осторожны! Если неправильно произнести заклинание или сделать неверный взмах палочкой, последствия могут быть… неожиданными, — предупредил он, едва сдерживая улыбку. — Для начала — потренируемся во взмахе…

Наконец достав палочку, из футляра на руке, Гарри принялся повторять движения вслед за Флитвиком, хотя и знал их наизусть. Рядом неуверенно повторяла Гермиона, очень стараясь сделать точь в точь, как у учителя.

Рон же в этом деле был не особо усерден.

— Слышал? «Неожиданные последствия»! Интересно, укакие именно, — произнес он, обращаясь к Гарри.

Профессор тем временем, убедившись, что все правильно воспроизводят показанный жест, еще раз показал правильный взмах палочки и произнёс:

— Люмос!

Кончик его палочки засиял ярким светом, вызвав восхищённый шёпот в аудитории. В основном, у маглорожденных, конечно. Ребята из магических семей и сами, наверняка, умели делать люмос. По крайней мере, Драко уже показывал Гарри и другие заклинания. После демонстрации Флитвик разрешил студентам попробовать самим.

Ученики подняли палочки. А вот Гарри неожиданно заволновался, перед своим первым заклинанием, решив посмотреть, как получится у остальных. У большинства уже на палочках засиял невесомый светлячок, а вот некоторые…

Рон, склонившись над столом, сделал взмах палочкой, но произнёс заклинание слишком быстро:

— Люмос!

Вместо света из его палочки вылетела искра, которая с тихим хлопком приземлилась на краю стола. Ничего серьёзного, но запахло палёным.

— Ты слишком быстро произнес заклинание! — отреагировала Гермиона, которая также увидела неудачу Рона. — Нужно сказать четко: Люмос!

И палочка в ее руках засияла немного дрожащим огоньком, хотя сам Гарри увидел, что девочка также волнуется, хотя и старается не показывать виду. Странным образом, его это успокоило. И под глухое ворчание Рона, Гарри взялся за дело, стараясь быть предельно внимательным.

— Люмос! — его палочка, едва коснувшись воздуха, вдруг вспыхнула слишком ярким светом, который ослепил его и сидящих рядом ребят.

— Гарри, ты что, устроил нам мини-солнце? — недоуменно произнес Рон, прикрывая глаза рукой.

— Ох, великолепно! — улыбнулся Филиус, в мгновение ока переместившись к их столу. — Какая подача… но, Мистер Поттер, вам следует потренироваться в дозировании силы. Попробуйте еще раз, только мысленно представьте, что хотите просто небольшой светлячок

— Люмос! — повторил заклинание Гарри, держа в голове желание сделать свет совсем маленьким. И, на его удивление, это было сложнее, чем он думал… люмос не превратился в маленькое солнце, но все равно был слишком ярким.

— Тем временем на соседнем столе рыжеволосый парень произнёс «Люмос» настолько невнятно, что его палочка неожиданно выстрелила снопом разноцветных искр. Один из них угодил в чернильницу, которая с громким «пшшш» взорвалась, забрызгав всех вокруг, если бы не вовремя среагировавший Флитвик.

Он вежливо попросил студентов «быть чуточку аккуратнее», хотя сам выглядел совершенно довольным происходящим.

К середине урока большинство студентов всё же научились вызывать свет на кончике палочки, хотя у Гарри он всё ещё пытался загореться больше, чем ему было нужно.

Проверив результаты, Флитвик не скупясь отсыпал баллов всем, кому удалось выполнить заклятие…, а на самом деле, каждому ученику, и перешел к еще одному заклинанию: «Вингардиум Левиоса».

— Это заклинание невероятно полезно, если вы хотите поднять что-то тяжёлое… или просто произвести впечатление на друзей, — добавил он с улыбкой.

Профессор подробно объяснил технику выполнения заклинания, которая заключалась в следующем:

Правильный взмах палочки: плавный и точный, словно рисуете небольшой крючок.

Чёткое произношение: «Вин-гар-ди-ум Леви-о-са», с ударением на «о».

Затем профессор продемонстрировал, как поднять перо, лежащее на его столе. С изящным движением палочки он произнёс заклинание, и перо легко воспарило в воздух, паря над его головой.

— А теперь ваша очередь! — объявил он, оживлённо потирая руки. — Это заклинание мы будем проходить также и на следующем занятии, но посмотрим, кто сможет выполнить его уже сейчас. Кто хочет попробовать?

Каждому студенту профессор одним махом отлеветировал по большому перу. Гарри и Рон переглянулись: у них было общее ощущение, что это будет нелегко.

Гарри, воодушевленный первой удачей, попробовал первым. Он сосредоточился, махнул палочкой и произнёс:

— Вингардиум Левиоса!

Его перо сдвинулось, но вместо того, чтобы плавно подняться, подскочило вверх и застряло в потолке, каким-то образом вонзившись острым концом в деревянную балку.

— Ну, почти, — фыркнул Рон, изо всех сил стараясь не засмеяться.

Когда очередь дошла до Рона, он махнул палочкой так резко, что перо просто отлетело в сторону.

— У меня получилось? — озадаченно произнес Рон.

— Не уверен, — пожал плечами Гарри, которому больше казалось, что перо слетело именно из-за взмаха рукой, нежели чем от правильного заклинания.

Тем временем Гермиона уже идеально справилась с задачей. Её перо плавно поднялось в воздух, кружась под её управлением.

— Видите? Всё дело в правильном произношении, — важно сказала она, одарив Рона и Гарри победным взглядом.

Но самый громкий инцидент произошёл у того рыжего парня, что взорвал чернильницу. Когда он произнёс заклинание, его перо неожиданно вспыхнуло, как фейерверк, и полетело в воздух, оставляя за собой дымный след. Профессор Флитвик поспешил вмешаться, но было уже поздно — в комнате стоял запах гари, а Симус выглядел так, словно его только что вытащили из камина.

— Финниган, кажется, у вас талант к превращению любых заклинаний в пиротехнику, — с усмешкой заметил Флитвик, помогая потушить перо.

К концу урока у Гарри всё же получилось заставить перо подняться и зависнуть в воздухе. У Рона также получилось поднять перо, хотя до его контроля было довольно далеко, но все равно мальчишки, смеясь, обсуждали свои провалы, пока уходили из класса.

Профессор МакГонагалл была совершенно иной, чем профессор Флитвик. Она входила в класс с таким величием, что разговоры тут же стихали, а студенты выпрямляли спины, будто бы её взгляд был способен проникать в души. Гарри сразу понял, что это не тот человек, которого стоит сердить. Её ум, суровость и строгая манера держаться заставляли относиться к ней с уважением.

Когда Когтевран и Слизерин уселись за парты, она начала урок с серьёзной речи:

— Трансфигурация относится к наиболее сложным и опасным видам магии, которые вы будете изучать в Хогвартсе, — начала она, оглядывая всех так, будто уже могла предугадать, кто из них устроит первое фиаско. — Тот, кто будет нарушать дисциплину на моих уроках, покинет класс и больше сюда не вернётся. Вы предупреждены. Сегодня — вы будете превращать спичку в иголку…

— Зачем нам превращать спичку в иголку? — хмуро шепнул Драко Гарри. — Это глупо! Я не собираюсь быть швеей…

Пока Гарри пожимал плечами, МакГонагалл взмахнула палочкой, и парта перед её кафедрой внезапно превратилась в сверкающего серебряного дракона. Дракон изогнул шею и оглядел класс блестящими глазами, а затем выдохнул горячий огонь и с очередным взмахом палочки, снова стал обычной партой.

Класс ахнул.

— Мы учимся повелевать материей. И когда-нибудь вы научитесь делать так. Вопросы? — сухо сказала МакГонагалл, поглядев в их сторону, и Драко тут же сделал вид, что сосредоточенно читает учебник.

После этого зрелищного вступления студенты с энтузиазмом взялись за работу. МакГонагалл раздала каждому по спичке и объяснила, как это нужно делать. Однако вскоре стало ясно, что это задание куда сложнее, чем казалось.

— И что это? — уныло произнес Драко, после того как последняя попытка увенчалась тем, что спичка едва заметно потемнела.

— Отлично, теперь это грязная спичка, — подколол его Гарри, у которого спичка превратилась в толстую иголку… только в деревянную. Превратить ее в металл у него пока что не получалось. Но МакГонагал все равно одарила его баллом. У остальных дела были хуже.

Между тем, за соседним столом Теодор Нотт, слизеринец с весьма пессимистичным взглядом на жизнь, бросил всякие попытки. Его спичка не менялась вовсе, несмотря на множество взмахов палочкой. Наконец, в отчаянии он вздохнул, и, посмотрев на результат Гарри шутливо спросил:

— Гарри, может ты ее мне ее превратишь, а я притворюсь, что это я сделал?

— Боюсь, мистер Нотт, это не добавит баллов ни вам, ни Слизерину, — раздался сухой голос профессора, которая, видимо, слышала их разговор даже в дальнем конце аудитории. — Но может их отнять.

— Извините, профессор, это была шутка, — вздохнул Тео, сосредотачиваясь на иголке.

К концу урока только Гермиона смогла добиться результата приблизительно похожего на результат Гарри. Её спичка приобрела серебристый оттенок и даже слегка заострилась. МакГонагалл осмотрела её работу, подняла спичку, чтобы показать классу, и слегка улыбнулась. Это выглядело почти как награда.

Гарри же удалось полностью превратить спичку, и он пытался поменять ее размер, принеся еще один балл в копилку своего факультета. В целом ему трансфигурация понравилась, только вот к самой МакГонагал у него было отношение не столь воодушевленное. Гарри помнил, что именно она внесла свой вклад в то, что он росс у Дурслей. И не мог ей этого забыть.

Все с нетерпением ждали урока Защиты от Темных Искусств. Волнение витало в воздухе, словно грозовая туча, обещая увлекательные открытия. Однако действительность оказалась куда более прозаичной. Преподаватель — высокий, сурового вида мужчина со шрамом, пересекающим правый глаз, представившийся как Деметрий Шарп, — сдержанно и сухо объяснил, что их ждёт на курсе. Вместо демонстраций заклинаний и героических рассказов о сражениях с темными силами, первый урок целиком посвятили технике безопасности и отработке вызова сигнальных искр для оповещения аврората.

«Темные искусства — это не шутка. Любое неправильно принятое решение может стоить вам жизни или чьей-то другой», — глухо произнёс он, и на миг показалось, что его взгляд стал стеклянным, будто он видел что-то, о чём не мог рассказать.

После занятия слухи о новом преподавателе быстро разлетелись. Перед ужином Фред и Джордж, с которыми Шарп случайно пересёкся в коридоре, разоткровенничались.

— Он ведь из аврората, — с заговорщическим видом шепнул Джордж.

— Причём, по слухам, не горел желанием учить нас, — добавил Фред, недовольно морща нос.

— Не то, что Сириус, — грустно заключили они в унисон.

Гарри промолчал, но ощущение пустоты в груди разлилось с новой силой.

— Извини, мы не хотели, — тут же спохватился Джордж… или Фред — Гарри снова не смог их различить.

— Всё нормально, — отозвался он, пытаясь скрыть свои чувства. Он знал, что близнецы не имели в виду ничего плохого. Они не были виноваты ни в том, что произошло с Сириусом, ни в том, что одно лето Гарри провёл в Норе, далеко от его Крестного. А вот отношение к Мистеру и Миссис Уизли было далеко не такое благожелательное, как могло показаться на первый взгляд. Гарри редко что-то забывал.

— Тебе не кажется, что наш дорогой Гарри слишком грустен? — с деланным возмущением обратился один из близнецов к другому.

— Верно, брат мой! Ему срочно нужно сладкое, — подтвердил второй, доставая из кармана крошечную, но явно приметную конфету.

— Не хочешь сливочную тянучку? — с предвкушением предложил один из них, протягивая её Гарри.

Опыт, добытый тяжким путём совместного проживания с этими шутниками, подсказывал, что принимать из их рук что-либо — всё равно что добровольно подписываться на новые приключения.

— Нет, спасибо, — сдержанно отказался Гарри. — Только после вас.

Близнецы переглянулись, словно обсуждая без слов, стоит ли подыграть.

— Не кажется ли вам, мистер Дредд, — начал Джордж.

— Что мы стали слишком очевидными, господин Фродж? — поддержал его Фред.

Они в унисон развернули конфеты и проглотили их. Спустя мгновение их волосы начали переливаться всеми цветами радуги, словно раскалённая радуга разлилась по их головам.

— Радужная тянучка! — объявили они хором с гордостью.

Гарри не смог сдержать улыбку. Эта парочка умудрялась вытащить из него смех даже в самые тяжёлые моменты.

— А сколько держится эффект? — с искренним интересом спросил он.

— Ну… секунд пять? — предположил Фред.

Джордж нахмурился:

— Уже должно было пройти. Сколько ты положил радужных мокриц?

— Две унции… ну, может, три, — замялся Фред.

— Ладно, ребята, — сказал Гарри, едва сдерживая смех. — Я пошёл. Не опаздывайте на ужин…

Он оставил их спорящими о пропорциях ингредиентов, но, уходя, чувствовал, как грусть, поселившаяся внутри, начала немного отступать.

— Слышал про эту «безутешную» вдовушку? — донесся из-за очередного поворота чей-то гогочущий голос.

— Ага, — хохотнул второй. — Жена на один день, вдова на второй. Этому дураку Блэку точно стоило…

Кровь застила глаза красным цветом. Не понимая, что именно он делает, мальчик бросился вперед, выхватывая палочку.

— Вингардиум левиосса! — первое выученное им заклинание получилось настолько мощным, что тело рослого черноволосого парня в когтевранском галстуке с громким хрустом впечатало в стенку.

— Ты что… А-а-а!!! — потянувшийся за палочкой пуффендуец, с воплем схватился за глаза, отмахиваясь палочкой словно хлыстом. Из нее вылетела отталкивающая волна, разрезающая на своем пути воздух и устремившаяся к застывшему на мгновении мальчику.