Друид Нижнего мира. Том 2

Глава 13

Сначала я хотел пойти к наместнику и попросить у него ружье, ведь оно просто висит на стене и уже пылью покрылось, но понял, что так я себя только подставлю. Уж лучше незаметно умыкнуть и потом вернуть на место как ни в чем не бывало. Мне даже не придется самому это делать. Благо в моем распоряжении есть живые существа, которые…

Стоп! Иван же был охотником. Где его ружье?

Я поспешил домой. Еще издали услышал шуршащий звук пилы. Это Иван что-то мастерил в своем сарае.

— Мать еще не освободилась? — спросил он, когда я зашел в сарай и подошел к столу, на котором лежала полка из кусков разных досок.

— Нет. Раны зашивает. Новый заказ? — кивнул я на полку.

— Да, Ворон попросил.

— А доски откуда?

— Сам принес. Сказал, что по общине прошелся и поспрашивал.

— Ясно… Слушай, отец, а где твое ружье? — осторожно спросил я.

— Какое ружье? — нахмурил он брови.

— Ну ты же охотником был. Соответственно, у тебя было ружье, — терпеливо пояснил я.

— Было да сплыло, — буркнул он и вновь вернулся к распиливанию куска доски.

— В смысле? Куда сплыло? — не понял я.

Иван тяжело вздохнул, положил пилу на стол и грузно опустился на табурет, который вынес из дома.

— Так говорят, когда вещь пропала и обратно не вернуть, — пояснил он и потер твердую мозоль на ладони.

— Куда пропала? — не отступал я. — В Дебрях оставил?

— Хэх, плох тот охотник, что ружье теряет, — горько усмехнулся он. — Нет, не потерял. Отняли. Ружье положено иметь только охотникам — таково распоряжение нашего Правителя. А я, как ногу потерял, перестал быть охотником. Пришлось отдать тогдашнему наместнику.

— Ворону? — предположил я.

— Да, Ворону.

— То есть твое ружье хранится у старика? — с надеждой спросил я.

Мы с Вороном в хороших отношениях. Думаю, если попрошу, то он не откажется на время отдать мне ружье.

— Нет конечно, — Иван обрубил на корню мою идею. — Он передал его новому наместнику. Таковы правила.

— И много у наместника ружей?

— Да уж немало, — хмыкнул он. — Ему с Высокого Перевала их выделяют, а он охотникам раздает.

— То есть оружейников в нашем Нижнем мире нет, поэтому сам никто не может изготовить оружие или купить? — озадаченно спросил я.

Мне это не понравилось. У каждого должна быть возможность обороняться, а не только у охотников. Получается, что обычный человек совершенно беззащитен перед хищниками из Дебрей. Именно поэтому единственная возможность выжить — прятаться. Прятаться за стеной, окружающей общину. Прятаться в своих домах. Прятаться и бояться.

Нет, я так жить не хочу и не буду.

— Ты прав. Ружья нам спускают с Верхнего мира. Сами мы их не изготавливаем. Правитель распределяет их между наместниками, а те, в свою очередь, раздают охотникам. Другого способа получить ружье нет.

— Ясно… — Я задумчиво кивнул и, взяв в руки пилу, принялся пилить недопиленную доску. — Я видел ружье на стене наместника. Оно твое?

— Нет. Наши ружья он хранит в сейфе в своем подвале. Почему ты заинтересовался оружием? — он пытливо уставился на меня.

Сначала я хотел соврать, но передумал и рассказал все как есть.

— Я подошел к Биноклю и попросил взять с собой на охоту. Он отказал, сказав, что я не маг. К тому же у меня нет ружья. Думаю, что если найду ружье, то он позволит пойти с ними.

— Нет, бесполезно. Бинокль никогда не возьмет тебя с собой. Даже если ты принесешь три ружья.

— Почему ты так думаешь? — возмутился я. — Ведь я не ребенок и могу постоять за себя даже в Дебрях.

— Охотники — взрослые люди, которые сами несут ответственность за свою жизнь, — он принялся терпеливо объяснять. — Поэтому тебя никто не возьмет. Да и зачем тебе в Дебри? Что тебе там делать?

— Скучаю по лесу, — признался я и опустил взгляд. — Мне тесно в общине. Чувствую себя, как в клетке.

Иван долго смотрел на меня, что-то обдумывая. Я же распилил доску и, отряхнувшись от опилок, хотел выйти из сарая, но он остановил меня.

— Ладно. Пойдем вместе, — решительно заявил и поднялся с табурета.

— Что? Ты выйдешь со мной за ворота? — Я невольно глянул на его протез.

Иван перехватил мой взгляд и кивнул.

— Не волнуйся, я не забыл, что я инвалид, но это не значит, что стал слабым или трусливым.

— Но ведь у нас ружья нет? — развел я руками. — Как же мы…

— Об этом не беспокойся. Я договорюсь с наместником.

Он прошел мимо меня, вышел за калитку и двинулся в сторону Первой улицы. Я сначала хотел пойти с ним, но передумал. Раз не позвал меня с собой, то нечего мешаться под ногами. Сам во всем разберется.

Решил было пойти к Глухарю и посмотреть, как там Анна, но мой взгляд упал на окна дома соседки Клавы. Цветастые занавески до сих пор задернуты. Странно. Здесь так не принято. Свет включают, лишь когда совсем стемнеет, а все остальное время пользуются дневным. Клава жила одна, поэтому с ней могло случиться все что угодно.

Я подошел к двери и постучал. Ответа не последовало. Подождал немного и постучал вновь.

— Тетя Клава, вы дома? — крикнул, наклонившись к щели между дверью и косяком.

— Кто там? — послышался приглушенный испуганный голос.

— Ваш сосед, Егор Державин! Можно войти?

— Зачем? — настороженно спросил она.

Голос слышался прямо из-за двери.

— Хочу убедиться, что с вами все хорошо.

Дверь медленно открылась, и показалось бледное, исхудавшее лицо Клавы.

— Со мной все хорошо, — заверил она, бегло осматривая пространство вокруг меня. — Что там снаружи?

— Все хорошо. Тихо и спокойно. Охотники утром вернулись. Есть раненые, но никто не погиб. Как ваши дела? — я старался говорить весело и беззаботно, слегка улыбаясь, чтобы немного успокоить женщину.

С первого взгляда было понятно, что она напугана и немного не в себе.

— Черные демоны снова придут ночью. Надо спрятаться и закрыть все щели, чтобы они к нам не проникли, — подавшись вперед, быстро зашептала она.

— Нет никаких черных демонов. То, что вы видели ночью, — это просто рой мух, — принялся объяснять я. — Я всю ночь на поля навоз носил, вот они за мной и увязались.

— Мухи? — недоверчиво нахмурилась она, глядя мне в глаза.

— Да. Вы же сами говорили, что они то вразброс, то снова стягиваются вместе. Это всего лишь навозные мухи, которых я потревожил с навозной кучи.

— Ты уверен? — Она все еще не могла до конца поверить в то, что я ей сказал.

— Ну конечно.

Женщина отошла от двери, медленно опустилась на скамью и покачала головой.

— Какая же я дура. И ведь вправду на мух было похоже, а я себе навыдумывала черт-те что. Сама придумала, сама испугалась, сама себя извела. — Она вдруг рассмеялась. — Ну и дура же, ха-ха-ха!

Я к ней присоединился, и мы вместе минут пять заразительно смеялись. Клава даже расплакалась.

— А ты чего пришел-то? — спросила она, отсмеявшись.

— У вас до сих пор занавески закрыты. Вот и решил проверить.

— А-а-а, ну да. — Она огляделась, встала и двинулась к ближайшему окну. — Чаю будешь? Только вскипел.

— Не-а. Тороплюсь.

— Ну ладно, — она выглянула на улицу и с облегчением вздохнула. — Ты заходи почаще. Просто так. Я тебя чаем угощу. Могу даже банку шпрот открыть.

— Хорошо, зайду как-нибудь, — ответил я и хотел закрыть дверь, но тут она быстро подошла и, улыбаясь, проговорила:

— Только никому не говори про мое сумасшествие. Ладно?

— Ладно, — хмыкнул в ответ и пошел к калитке.

Вдали увидел знакомую фигуру. Иван возвращался, а на его плече висело ружье. По его лицу ничего не было понятно. Он умел скрывать эмоции.

Когда Иван подошел, то снял с плеча ружье и отдал мне.

— На, посмотри. Небось не видел в такой близи.

Ружье оказалось довольно тяжелым. От него пахло порохом, а дуло лоснилось от масла. Только Иван был не прав, думая, что раньше я не видел ружей. В прошлой жизни довольно часто встречался с ними. Особенно когда отбирал у нерадивых охотников, нарушающих гармонию в моем лесу.

— Неужели сам отдал? — удивился я, имея в виду наместника.

— Куда же он денется? — хмыкнул Иван и пошел к дому.

— Но ведь ты уже не охотник.

Я вскинул ружье и посмотрел вдаль, сверяясь с прицелом.

— Я как был, так и остаюсь охотником. Никто у меня не отбирал этого права. Я мог бы и дальше ходить с отрядом на охоту, только не хотел быть обузой. С протезом по лесу не побегаешь, поэтому толку от меня немного.

— Тогда зачем ты отдал ружье наместнику?

— Думал, что кому-нибудь другому пригодится. Зачем добро у себя хранить, если применить его не могу? Но как видишь, никому мое ружье не пригодилось. Охотников у нас почти не осталось. Новые люди сюда не едут, а те ребята, что выросли, уже разъехались по Нижнему миру в поисках лучшей жизни.

Мы зашли в дом, и Иван вытащил из карманов по коробке с патронами.

— Что же ты сказал наместнику? — поинтересовался я, ведь прекрасно знал, что они терпеть не могут друг друга.

— Сказал, что временно заменю раненых. Ему выбирать не приходится, поэтому и согласился.

— И что же, ты снова будешь дежурить?

— Нет. Схожу с тобой в Дебри и все.

У меня невольно губы расплылись в улыбке. Лес. Как же я по нему скучаю

— А когда мы пойдем? — с воодушевлением спросил, продолжая сжимать в руках ружье.

— Не знаю. Надо поговорить с охотниками. После произошедшего не все горят желанием возвращаться туда.

— Ты слышал, что они видели двуногого? Прям как ты говорил.

— Слышал…

Мы зашли на кухню, заварили чай и принялись обсуждать последние события. Вскоре вернулась Авдотья, а за ней — Анна.

— Как охотники? Скоро поправятся? — спросил я у нее.

— Надеюсь, что скоро. — Она вымыла руки от крови, устало опустилась на стул и еле слышно проговорила: — Не верю я, что на них крат напал.

— Почему? — Иван внимательно посмотрел на нее.

— Мне кажется, что один из охотников это учинил. Эти раны точно не от зубов или когтей. Скорее от острого ножа или чего-то подобного.

— Ты уверена? — напрягся Иван.

— Да. У ран слишком ровные края. Все раны одинаковые по ширине и глубине. Это следы от лезвий.

Наступила тишина. Все задумались. Было бы полным абсурдом, если бы кто-то из отряда набросился на своих же, а потом как ни в чем не бывало вернулся и делал вид, что он ничего не знает. Хотя… Ни в чем нельзя быть уверенным наверняка.

Вскоре Иван пошел к охотникам, чтобы узнать, когда те собираются в очередной рейд, а я продолжил перерисовывать карту. Однако мыслями был далеко. Теперь я почти не сомневался, что в Дебрях живет человек, но остается неясным, как он выживает в таком опасном месте и почему набросился на охотников.

А может, это не человек, а существо, похожее на него? Может, это еще одно порождение темной энергии, что пульсирует в глубине Дебрей?

Если бы я мог беспрепятственно выходить в Дебри, то постарался бы найти то существо (или все же человека?) с помощью своих питомцев. Но пока такой возможности нет. Иван не позволит мне далеко уходить в лес и будет сопровождать на охоте, а старик Глухарь не допустит того, чтобы я в одиночку вышел за ворота. С одной стороны, я благодарен им за заботу. Но, с другой, не хотелось ни от кого зависеть.

Дорисовав карту, я скрутил ее и, позвав Призрака, вышел из дома. На улице совсем стемнело и шел мелкий холодный дождь. Я обмотал карту своей курткой, чтобы не промокла, и поспешил к Женькиному дому. Призраку же дождь был нипочем, поэтому он принялся с тявканьем бегать по округе.

— Ты чего под дождем ходишь? Простудишься, — забеспокоился Сергей Иосифович, увидев меня на крыльце. — Заходи быстро. Я тебе сейчас рубашку сухую дам.

Я отдал ему карту и зашел в дом. Женька сидел за столом в своей комнате и пролистывал толстую книгу с обтрепанными краями.

— Здорова, Егорыч, — поздоровался он. — вымок я гляжу?

— Так дождь на улице, — ответил я и смахнул капли с лица. — удивительно если бы сухой был. Что читаешь?

Я склонился над книгой и посмотрел на черно-белую картинку. Какой-то непонятный механизм с обозначениями.

— Книга по механике, — с важным видом ответил друг. — Пытаюсь понять, почему машина наместника не едет. Что-то там внутри рычит и фырчит — вот бы понять, что именно и как это исправить. В нашей общине никто в машинах не разбирается, поэтому приходится самому искать причину.

— Наместник тебе за это заплатит?

— Да, обещал сто рублей, если смогу найти причину и исправить. А если нет, то не заплатит, — он с раздражением захлопнул книгу. — Надоело. Уже полкниги прочел, а все равно ничего не понял. А ты чего в такое время пришел?

— Карту принес.

В это время старик принес мне рубашку Жени, и я переоделся.

— Слышал, что на охотников крат напал? — спросил друг.

— Да. Мать ходила раны зашивать.

— Не хотел бы я быть охотником. Жизнь важнее. Говорят, кратов с каждым годом все больше и больше… — Он уставился в окно, за которым еще сильнее зашумел дождь. — Временами мне становится так страшно, что даже дух захватывает.

— Отчего?

— Рано или поздно они прорвутся к нам, и тогда… Тогда мы все умрем. Краты просто съедят нас, — еле слышно проговорил он. — Единственная возможность спастись — сесть в ту чертову машину и уехать.

— Наместник сядет и уедет, а мы здесь с тобой останемся, — послышался сзади голос Сергея Иосифовича. — Никого он с собой не возьмет. Погрузит свое барахло и уедет… Егорка, будешь с нами ужинать?

— Нет, я уже поел, — мотнул головой.

Старик ушел и загремел на кухне посудой, а Женька вытаращился на меня и прошептал:

— Если случится что-то плохое и придется убегать, я убью наместника, посажу отца и твою семью в машину и увезу отсюда.

— Ты разве умеешь водить? — с сомнением спросил я.

— Научусь. В этой книге все написано. Как заводить, куда нажимать и как рулить. Разберусь, — махнул он рукой.

Я сомневался, что можно чему-то научиться, прочитав лишь одну книгу, но спорить не стал. В конце концов, я сам никогда дел не имел с такими механизмами, поэтому вполне возможно, что управлять ими будет не так уж сложно, как я себе это представляю.

Пока мы разговаривали, дождь прекратился, и я засобирался домой. Женька вышел проводить меня до калитки.

— Слушай, а поехали вместе с караваном в Высокий Перевал? Найдем там работу и останемся жить.

— Я не хочу жить в Перевале.

Судя по карте, почти все поселения располагаются вокруг главного города Нижнего мира — Высокого Перевала. Только Волчий Край отдалился вглубь Дебрей. Для меня жить в Перевале — все равно, что жить в Волчьем Крае. С одним лишь отличием: еще дальше от леса. А я как друид предпочитаю жить не среди людей, а среди животных и растений.

— Ну-у-у, без тебя я тоже не поеду. Тогда буду и дальше ковырять машину наместника. Вдруг все-таки удастся найти поломку и все исправить.

Мы попрощались, и я двинулся в сторону дома. Как оказалось, Иван уже вернулся и, разобрав ружье, внимательно его осматривал.

— Ну что? Что сказали охотники? — набросился я на него с вопросами.

— Завтра утром выходим.

— В Дебри? — оживился я.

— Да. Но, — он строго посмотрел на меня, — чтобы никаких выкрутасов. Будешь делать только то, что я говорю. Понял?

— Понял, — быстро ответил я.

— Ох и не нравится мне это, — вмешалась Авдотья. — Чего вы там в этих Дебрях забыли?

— Не забывай, я все-таки охотник. Мы уже несколько лет не ели досыта мяса. Поохочусь, а Егор выберет дерево для своих игрушек.

— Я поддерживаю Авдотью Ивановну, — проговорила Анна и бросила на меня тревожный взгляд. — Кроме кратов, в Дебрях кто-то нападает на охотников.

— Этот «кто-то» не посмеет напасть при свете дня. А если нападет, то пожалеет. — Иван сжал кулак и сдвинул брови.

— Не надо переживать. Мы же идем не одни, а с отрядом охотников, — вставил я. — Видели бы вы, что умеет Бинокль. Он руномаг и может создать любую руну: огненную, ледяную, воздушную. Он даже показал мне кое-какие из своих заклинаний.

Анну мои слова не убедили, но она больше не возражала. В отличие от Авдотьи, которая раз за разом повторяла, что от Дебрей хорошего не жди.

Перед сном я вышел на улицу под предлогом того, что Призраку нужно больше гулять, а сам направился к полям. После дождя трава была мокрая, поэтому ботинки и штанины до колен быстро промокли. Но я все равно шел вперед, ведь неизвестно, сколько дней придется вливать энергию в землю, чтобы растения успели набраться сил и вырасти до первых морозов.

Опустив руку во влажную землю, я принялся вливать в нее энергию. Поток теплой волной устремился вниз к ладони и принялся рассеиваться по обедневшей почве.

Вдруг вдали сверкнула молния, а следом прибежал грохочущий раскат грома. Мне это не понравилось. Снова надвигались дождевые тучи. Если к утру дождь не прекратится, то охотники могут отменить поход в Дебри. А может, и вовсе вернутся в Высокий Перевал.

В своей прошлой жизни я бы без особого труда создал нужную мне погоду, отогнав тучи или, наоборот, приманив их. Сейчас же был не сильнее той мушки, что летает над моим ухом. Это сильно удручало.

«Лара, есть какая-то возможность быстрее подняться по уровням развития?» — спросил у Системы.

«Да, мой доблестный рыцарь. Чем сложнее задание, тем больше баллов ты накопишь и тем быстрее перейдешь на следующий уровень».

«Много ли баллов я получу за „Восстановление земель“?»

«Достаточно много, но недостаточно, чтобы получить пятый уровень. Придется приложить еще усилия».

«А нельзя ли сразу получить не пятый уровень, а, например, десятый?»

«Можно».

«Как?»

«Выполнять сложные задания», — вновь озвучила она мне прежний ответ.

«Ну так дай мне такие задания», — велел я.

«На данном уровне не предусмотрены такие задания».

Гниль в корень! Других слов у меня нет.

На этот раз я не стал доводить себя до полного истощения и, когда энергии осталось на самом «донышке» источника силы, позвал Призрака и пошел домой.

Как только закрыл за собой входную дверь, громыхнуло над самой головой, и по крыше забарабанили тяжелые капли. С раздражением выдохнув, забрался под одеяло. Я так предвкушал и жаждал завтрашнего похода в Дебри, что не мог смириться с тем, что из-за какой-то воды, льющейся сверху, моим планам не суждено будет сбыться. Так не должно быть. Только не со мной, ведь я — друид Орвин Мудрый, и это я управляю природой, а не она мной.

Заснул с тяжелым сердцем.