Друид Нижнего мира. Том 2

Глава 5

Идти во главе с крысой у всех на виду было плохой идеей, поэтому я велел ей перейти в траву и лишь изредка показывать свой острый нос, чтобы я понимал, что мы с Зари двигаемся в правильном направлении.

С крысами и прочими похожими тварями я сталкивался множество раз, поэтому примерно представлял, что меня ждет. Связаться с духом крысиной матки попросту не удастся, так как ее стая явно захочет прогнать чужака, и на меня набросятся множество особей, вооруженных острыми зубами и когтями, от которых нужно будет защищаться.

Мы спустились по улице и прошли по тропе между домами до Второй улицы. Крыса исчезла за забором довольно большого каменного дома. Дом выглядел очень даже пристойно: каменные блоки — один к одному, все аккуратно замазано цементом, на окнах ставни, закрашенные зеленой краской. Весь двор в грядках, но с такими же чахлыми растениями, как и везде.

Та-ак, королева наверняка где-то в подвале, но как мне до нее добраться?

Пока я раздумывал, какой повод придумать, чтобы зайти внутрь, дверь дома открылась и показалась та самая девушка с косой и голубыми глазами — Даша и вместе с ней высокая худая девчушка чуть младше. Егор знал обеих, но ни с одной не общался и даже не здоровался — стеснялся женского пола. Понимаю, возраст такой.

— Привет, Даша, — улыбнулся я и махнул рукой. — И тебе привет, Галя.

— Привет, — буркнула высокая Галя, настороженно уставившись на меня.

— Привет, Егор, — доброжелательво ответила Даша, сошла с крыльца и пошла мне навстречу.

— Что тебе надо? — неприязненно спросила Галя и последовала за подругой.

Тут мне в голову пришло, как можно попасть в подвал этого дома.

— Я крысу приручил, а она забежала в ваш двор. Можно ее поискать? — Я старался казаться дружелюбным, чтобы расположить к себе неулыбчивую Галю, которая здесь жила.

— Есть какие-то особенности у твоей крысы? А то их у нас пруд пруди. И откуда только лезут? Уж не знаем, как от них избавиться, — призналась девушка.

— У моей крысы уха одного нет. В бою потеряла.

— А-а, ну ищи-ищи, только будто осторожнее, на капкан не наступи. Отец везде их понаставил, но пока никто не попался, кроме собак. — Она многозначительно посмотрела на Зари, что терлась о мои ноги.

«Слышала, будь осторожна», — предупредил я своего нового питомца.

Собака тихонько тявкнула.

— А топор тебе зачем? — Галя остановилась и схватила за руку подругу, увидев в моей руке топор Ивана.

— Иду Глухарю помогать крышу ремонтировать, — без зазрения совести соврал я первое, что пришло в голову.

— А-а-а, ясно. — успокоилась девушка. — Глухарю надо помогать, он старый и один живет.

Я кивнул, зашел в калитку и двинулся по двору, старательно делая вид, что ищу Норель. Девушки молча следили за мной.

Капканов, действительно, было много. В один я намеренно кинул камешек, и механизм быстро с силой захлопнулся. Ага, такой капкан легко перебьет крысу надвое. Вот только эти зверьки не так глупы, чтобы лезть туда, откуда пахнет смертью. Если бы хозяин не поскупился и положил в каждый капкан по куску мяса, то дело пошло бы лучше. Уж от такого лакомства они бы не смогли отказаться и наверняка рискнули.

— Вот она! — крикнул я и указал в сторону дома.

На самом деле я никого не увидел, но мне нужно было разыграть этот спектакль, чтобы найти укрытие королевы.

Я подбежал к дому и начал прохаживаться у стены, всматриваясь в основание фундамента, который, в отличие от дома, сильно раскрошился, поэтому щелей в нем было немерено.

— Похоже, крыса под дом забралась! — крикнул я в сторону девушек. — Галя, есть у вас подвал?

— Есть, но мы туда не заходим. Опасно: может что-нибудь на голову свалиться. Отец все хочет заняться ремонтом, но сейчас у нас на это денег нет, — нехотя призналась она.

— Я без своей крысы не уйду, — упрямо заявил им. — Как мне зайти в ваш подвал?

Вперед вышла Даша, и в ее голосе звучала тревога:

— Может, не надо? А если тебя завалит? Нет-нет, я не хочу, чтобы ты туда лез.

Она попыталась остановить меня и схватила за рукав рубашки.

— Ничего со мной не будет. Я только посмотрю и назад выйду, не стану ничего трогать. Обещаю, — сделал честные глаза.

Даша выдохнула и кивнул, а Галя оказалась не такой восприимчивой к моим ужимкам, поэтому замотала головой.

— Нет, нельзя туда. Если родители узнают, то…

— Мы никому не скажем, — быстро ответил я. — А если что-то случится, то все вали на меня. Скажи, что сам без спросу в ваш подвал забрался.

Галя повздыхала, о чем-то пошепталась с Дашей и кивнула:

— Ну хорошо, но как только крысу найдешь — сразу обратно. Не хочу, чтобы у нас проблемы были из-за тебя.

— Никаких проблем не будет, — заверил я.

— Я бы осталась, но надо идти. Меня ждут, — извиняющимся тоном сказала Даша. — Удачи, Егор.

— Спасибо, Даша.

Девушка нехотя вышла со двора и двинулась в сторону Первой улицы, а Галя поманила меня рукой и пошла за дом. Я последовал за ней и увидел небольшую дверь, заросшую травой.

— Вот здесь подвал. Только будь осторожнее, — еще раз предупредила она.

— Не волнуйся, я сама осторожность, — с улыбкой подмигнул ей и дернул за старую ручку, висящую на одном гвозде.

Дверь лишь чуточку приоткрылась. Не позволял открыть старый дерн.

— Лопата есть? — спросил у Гали, после двух безуспешных попыток.

Был бы я сильнее, просто выдернул бы эту хлипкую дверь, но пока только боролся с жесткой травой.

— Искать надо, — дернула она плечом и кивнула на топор в моих руках: — Этим попробуй.

— Не-е, лезвие затупится.

Девушка раздражительно выдохнула и двинулась к покосившемуся сараю. В это время Зари принялась обнюхивать щель между дверью и стеной и в следующее мгновение грозно зарычала — почуяла крыс.

«Успокойся. Не будем привлекать внимание. — Я присел и погладил собаку по голове. — Нам нужно уничтожить крысью матку и по возможности унести побольше крысиных жизней. Только будь осторожна — крысы могут быть очень опасны».

Зари тихо тявкнула в знак согласия и вновь вернулась к щели, заглушая рвущийся наружу рык. Обычно собаки с крысами тоже не ладили.

— На, держи, — Галя воткнула у моих ног железную лопату с пятнами ржавчины. — Только не сломай, а то отец мне задаст.

— Не волнуйся, с инструментом обращаться умею.

Я аккуратно срезал пучки травы и рывком открыл дверь.

— Фу-у-у, ну и вонь! — Галя отпрянула, зажав рукой нос.

Она была права. В подвале стоял густой, тягучий и удушливый запах. Это была смесь сырости, плесени, гнили и аммиака от крысиной мочи и испражнений.

— А мы еще удивлялись, откуда в дом заходит противный душок, — Галя отошла еще на несколько метров. — Неужели ты из-за какой-то крысы сейчас туда спустишься?

— Да, спущусь, — решительно кивнул я.

— Тогда постой. Я тебе фонарик принесу. Внутри темно — ничего не видно.

Галя убежала, а я вплотную подошел к двери и заглянул внутрь. Она права, фонарик пригодится. Светлые полоски трещин не сильно улучшали видимость, а зрение мне очень даже пригодится, чтобы ясно видеть врагов.

— На, держи. Только сильно заряд не сажай, — предупредила она и протянула потертый фонарик.

Я нажал на красную кнопку, и вперед устремился желтый луч света. Осветив открытый проход, увидел небольшую лестницу, ведущую вниз, а также заплесневелый пол подвала.

— Я тебя здесь подожду. Не задерживайся, — вполголоса проговорила взволнованная Галя.

Перехватив топор поудобнее, я начал спускаться по каменным ступеням. Зари последовала за мной, продолжая принюхиваться и заглушая клокочущую в горле ярость. Ей явно хотелось разразиться неистовым лаем и броситься на поиски врага, но без моего позволения она не могла этого сделать.

Подвал глубиной был в человеческий рост, поэтому я выпрямился и осмотрелся. Вокруг стояли нагроможденные друг на друга каменные блоки. Из подобных же блоков был сделан дом. Также в кучу навалены рыболовные снасти, покрытые пышной плесенью.

Зари чуть присела, прижала уши к голове и грозно зарычала, глядя куда-то за камни. Я направил в ту сторону луч фонаря и увидел несколько сгнивших деревянных ящиков с каким-то тряпьем.

Вдруг тряпье пришло в движение, и из него показались сотни сверкающих глаз. Ага, а вот и гнездо. Ну что ж, пора.

Я поставил фонарь на один из каменных блоков, направив свет на гнездо, и решительно направился к ящикам. Схватив топорище двумя руками, размахнулся и со всей силы ударил по верхнему ящику.

В ту же секунду из тряпья с писком рвануло целое море серых тварей. Зари больше не сдерживалась и ожесточенно нападала на них, орудуя зубами. Я же продолжал разрушать их жилище, вынуждая показаться королеву.

Вместе с кусками сгнившего дерева вокруг разлетались клочки шерсти и помета. От вони крысиных испражнений можно было задохнуться. Я натянул на нос рубашку, но не прекращал свое дело. Те крысы, что пустились в бегство, были молодняком. Сама же матка и ее ближайшее окружение до сих пор прятались внутри, а я ведь именно за ними пришел.

Всего коробок было три, и только когда я добрался до третьей, показались пять серо-коричневых крыс размером с кота. С пронзительным визгом они бросились на меня, пытаясь отогнать от гнезда.

— Прочь, твари!

Я замахнулся и попытался ударить топором ближайшую крысу, но не тут-то было. Она будто ожидала удара, поэтому ловко увернулась, махнув голым хвостом рванула к мне и ухватилась зубами за ботинок.

Гниль в корень! И так все ботинки в дырах — даже от росы намокают.

В это время послышался жалобный вой собаки, а следом голос духа:

«Орвин, помоги!»

Пнув крысу, я рванул в сторону выхода и увидел, что серые твари окружили собаку и атакуют со всех сторон. Некоторые заползали вверх по каменным блокам и оттуда спрыгивали на Зари и вонзали в ее спину и голову свои острые зубы.

Собака тоже не оставалась в долгу. Она хватала их зубами, била лапами, но явно проигрывала стае. Передо мной встал выбор: либо защищать питомца, либо доделать начатое и убить королеву. Я выбрал второе, ведь едва крысы почуют, что их матки больше нет, то и защищать ее больше не будут. И скорее всего, просто разбегутся.

Смахнув со спины собаки вцепившихся крыс, проредил толпу обухом топора и вернулся к ящикам. Чувствуя состояние нового питомца, его боль и страх, я решил покончить с этим делом как можно быстрее. Но мешали те пять крупных крыс, которые не отходили ни на шаг от третьего ящика.

Ну что ж, пришло время испачкаться кровью. Выставив перед собой топор, я начал на полусогнутых приближаться к ним. Одна из крыс сорвалась с места и рванула навстречу. Этого-то я и ждал. Взмах и удар. Голова крысы отлетела в сторону.

Остальные будто ничего не заметили — побежали следом, царапая когтями мшистый пол. Иван хорошо наточил топор, поэтому я не чувствовал сопротивления, когда лезвие проходило сквозь тушки.

Не прошло и пары минут, как все защитники остались лежать мертвыми тушками на полу и истекать кровью. Я проверил состояние собаки, помахал топором, разгоняя толпу нападающих, и снова вернулся к ящикам.

— Ну вот ты и попалась, душенька, — усмехнулся и ударил по ящику.

Доски были старые и хрупкие, поэтому двух ударов хватило, чтобы сломать крышку. Вдруг из вороха рваной атласной ткани выпрыгнула она — крысиная королева. Она была больше даже своих защитников. Лоснящаяся шкурка, длинный розовый хвост, красные глаза и желтые острые резцы, торчащие наружу.

Серая стая будто почувствовала появление своей королевы: запищали, заскрежетали когтями и стали активнее нападать. Зари отбивалась как могла, но уже заметно выдохлась и, если бы не я, давно бы уже капитулировала.

Королева пронзительно пискнула и рванула на меня. Я только этого и ждал, вцепившись в свое оружие и не спуская с нее взгляда. Однако, не добежав до меня, она резко прыгнула. Вот этого я точно не мог предусмотреть, поэтому чуть замешкался и едва не попался в зубы коварной твари. Крыса смогла прыгнуть так высоко, что почти достала до моей шеи.

Приземлившись на лапы, она увидела Зари, сражающуюся с ее потомством. Хищно щелкнув зубами, крыса нацелилась на нее, но тут ее все же настиг мой топор. Крысья матка захрипела, забилась в предсмертных конвульсиях и замерла.

Крысы повернули свои острые морды к окровавленной тушке своей королевы и вмиг бросились врассыпную, выбегая из открытой двери и других щелей. С улицы послышался девичий крик и крепкие ругательства какого-то мужчины. В подвале же наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием собаки. Мы стояли посреди разоренного, зловонного гнезда — победившие, но уставшие до дрожи в конечностях.

«Молодец, Зари. Знал, что на тебя можно положиться».

Я опустился перед уставшей раненой собакой на корточки и отправил в нее свою ману.

К счастью, глубоких, серьезных ран не обнаружилось, зато было огромное количество мелких. Всю ее шерсть покрывали капельки крови от многочисленных укусов.

Собака тихонько скулила и мелко дрожала. Я взял ее на руки и вынес на улицу. После полутьмы подвала, дневной свет казался ослепительным.

— Это что такое было-то, а? — ко мне с лопатой в руках подошел Серафим — взрослый мужчина с блестящей лысой макушкой, отец Гали.

Судя по окровавленному лезвию и тушкам крыс на участке, он тоже не остался в стороне.

— В вашем подвале крысы устроили гнездо. Их матка там лежит. Приберите потом, — ответил я и аккуратно поставил собаку на ноги.

Она уже не тряслась, энергия придала ей сил.

— Ясно… А как ты понял?

— Крыса привела, — честно ответил я и продолжил: — Я потом ловушки с ядом принесу, чтобы остальных потравить. Они по старой памяти опять сюда заявятся.

— Ясно… Ты что же, решил общину от крыс избавить? — Серафим подошел к открытой двери подвала и заглянул внутрь.

— Да.

— Ого, сколько их тут! И как они тебя самого не убили? — воскликнул он, увидев тушки убитых серых тварей, освещенные фонарем.

— Собака помогла. Один бы я туда не сунулся.

Я вытер лезвие топора о траву и двинулся к калитке в сопровождении прихрамывающей собаки.

— Э-э-э, Державин! — окликнул меня мужчина. — Ты это… Спасибо, что ли. — Ему явно с трудом давались слова благодарности. — Крыс я постоянно гонял, но даже не знал, что их столько расплодилось в моем подвале.

— Больше не допускайте такого, — кивнул я и открыл перед Зари калитку.

Собаку повел к себе домой, чтобы подлечить и накормить. У нее уже были хозяева, поэтому я решил, что будет неправильно просто забрать ее себе.

Когда мы с Зари дошли до моего дома, порадовался, что все разошлись. Домашние не одобрили бы мой поступок привести в дом чужую собаку. Призрак же встретил ее, как родную мать. Она, кстати, к нему тоже с теплом отнеслась и даже вылизала его морду.

Я промыл и обработал раны собаки, накормил ее супом, щедро накрошив хлеб, и только после этого отправил домой. Собака нехотя поплелась по дороге, изредка оборачиваясь и с тоской глядя мне в глаза. Мне тоже не хотелось ее отпускать, но так будет лучше. Не знаю, кому она принадлежит, но хозяева явно не будут в восторге, если я приманю к себе их питомца.

Отмыв топор от крови крыс, насухо вытер его, чтобы не пошла ржавчина, и вернул на место. Из памяти Егора я знал, что Иван очень ревностно относится к своим инструментам.

Вернувшись в дом, налил себе остывший чай и сел за обдумывание ловушек. В принципе я уже знал, как и из чего их изготовить. Единственное, что никак не мог придумать — откуда взять яд, чтобы потравить серую братию?

В Дебрях быстро бы нашел, чем «угостить» хвостатых, но здесь, внутри общины… Стоп! Есть же лес! Да, нужно получить разрешение наместника, чтобы его посетить, или… просто пойти туда ночью, пока никто не видит.

В приподнятом настроении я допил чай с ложечкой драгоценного меда и тут услышал шуршание, доносящееся из моей комнаты. Сомнений, что это вернулась Норель, не было.

Я понимал, что сейчас она чувствует, ведь я только что безжалостно расправился с крысиной королевой, но так будет лучше. Иногда небольшое зло может стать преградой для по-настоящему страшных последствий. Крысы и люди не должны жить вместе.

Когда зашел в комнату, увидел, что крыса сидит в своем углу и умывается.

«Норель, ты считаешь, что я неправильно поступил?» — я опустился рядом с крысой.

«Не мне тебя судить», — ответил дух, показавшись из тела.

«Но ты же понимаешь, что крысы опасны для людей? Они переносят болезни, портят имущество, съедают и так скудный урожай. У каждого должно быть свое место в мире. И место крыс не рядом с людьми». — Я считал, что должен объяснить свой поступок.

«Я все понимаю. Но тогда ты должен убить и меня тоже. Я, как и мои собратья, порчу имущество и съедаю все, что найду».

Я задумался. Норель права: поблажек быть не должно.

«Ты мой питомец, поэтому я тебя не убью, но ты должна оставить это место и перебраться жить в лес».

Норель на мгновение задумалась, а я не торопил с ответом.

«Спасибо за справедливость, друид Орвин Мудрый. Ты прав, мне пора уходить. Этой же ночью я покину этот дом и общину».

«Благодарю тебя за службу».

Я взял крысу на руки и прижал к своей груди.

Даже когда она уйдет, мы будем связаны, и в любой момент сможем обратиться друг к другу за помощью.

У меня были еще дела, ведь осталось полтора дня до окончания срока, обозначенного Системой, а у меня еще не готовы ловушки. Их я намеревался сделать из веток кустов, что в большом количестве росли вдоль стены.

Позвав с собой Призрака, позаимствовал у Ивана большие крепкие ножницы из его набора и пошел к стене. Ветки собрал быстро, правда все пальцы исколол колючками.

Принес вязанку и, разместившись у сарая, принялся плести ловушки. Нужно было сделать их довольно прочными, ведь внутри будет яд, который не выбирает, кого травить, поэтому ни одно домашнее животное не должно дотянуться до приманки.

Ветки были довольно упругими, поэтому приходилось прикладывать много усилий, чтобы сплести ловушку, похожую на небольшую клетку. Энергия беспрестанно подлечивала болезненные царапины от колючек, поэтому источник силы быстро опустошался.

Когда вернулись домашние, я как раз заканчивал последнюю ловушку.

— Что ты опять придумал? — спросил Иван, с интересом рассматривая две дюжины ловушек.

— Хочу крыс потравить.

— Хорошее дело. Намучились мы с ними, — похвалил он, рассматривая одну из ловушек. — Только чем ты собираешь их травить?

— Пока не знаю, — признался я. — Хочу сходить в лес наместника и там поискать. Может, чернокорень найду или болиголов.

— Нет там ничего такого, — махнул он рукой. — Собирайся, пошли.

— Куда?

— За ядом, — сказал он, аккуратно положил ловушку на землю и двинулся к калитке.

Заинтригованный, я пошел следом.