Друид Нижнего мира. Том 2

Глава 16

Как только я узнал про Чернокнижника и в первый раз столкнулся с его темной силой, то на себе испытал пагубное воздействие чужеродной энергии. Я будто лишился всей мощи и был прикован к собственному ложу, как тяжелобольной человек. Внутри меня боролись две противоположные энергии. Одна из них светлая. Та, что творит жизнь. Другая — темная. Та, что отнимает жизнь и создает бездушных, смертельно опасных существ, готовых любому вцепиться в глотку. Даже своему собрату.

Именно тогда я создал эликсир, который назвал «Светозар». После приема этого эликсира вокруг мага формируется невидимый световой щит, который нейтрализует темные потоки и оберегает источник силы.

Однако сложность создания «Светозара» заключалась в том, что я не был уверен, что в этом лесу найдутся все необходимые ингредиенты. Кроме обычных растений, таких как зверобой, лаванда, белый шалфей, тысячелистник и мелисса, мне также понадобятся капля росы с лепестка светлого лотоса, золотая вербена и люминария сребролистная. Можно, конечно, заменить ингредиенты, но тогда эликсир не будет так эффективен.

Я отошел подальше от домов и позвал не только воробья Тинтари, но еще и голубя Азурэль. Вдвоем они быстрее справятся с поиском растений.

Воробей прилетел быстро и, опустившись на землю у моих ног, замер, ожидая указаний.

«Приветствую тебя, Тинтари. Мне снова нужна твоя помощь».

«Рад служить тебе, друид Орвин Мудрый. Сделаю все, что в моих силах», — ответил дух.

Зверобой, тысячелистник и мелисса росли в общине, потому ему велел принести лаванду, белый шалфей и золотую вербену.

Воробей поднялся в воздух и скрылся за стеной. Голубя же по-прежнему не было. Если бы его съели хищники, я бы это почувствовал. Похоже, он довольно далеко улетел от общины. Может, не лучшим решением было звать его.

Я еще подождал несколько минут и решил, что Азурэль слишком далеко и просто меня не услышал, поэтому позвал свою любимицу Норель. Крысу не видел с того самого дня, как прогнал ее из Волчьего края. Теперь я член общины, а не просто друид, поэтому в первую очередь должен думать о благополучии людей. Крысы пострадали только потому, что поселились и расплодились там, где им не место.

Ровно также я на острове в одном из миров уничтожал оленей, которые съели всю растительность, отчего пересохли реки с пресной водой и чуть не погибли все обитатели острова. Также подселил к ним волков, чтобы был баланс и не нарушалась гармония. Иногда приходится идти на жертвы ради всеобщего благополучия и гармонии.

Над головой раздался «чирик», и прямо мне в руку упала лаванда. Воробей вновь улетел, а я принюхался к аромату цветка. Он немного отличался от тех, что выращивал я. Энергия Дебрей изменяет все, даже запах.

В это самое время трава зашуршала и передо мной вынырнула остроносая мордочка крысы.

«Приветствую тебя, Норель. Нашла ли ты себе место за стеной?»

«Да, Орвин Мудрый. У меня все хорошо. Жду потомство».

«Рад за тебя. Не откажешь ли ты мне в помощи?»

«Приказывай».

Норель я велел принести люминарию. Крыса не знала, что это, поэтому пришлось подробно ей расписать внешний вид и место, в котором обычно селится это растение. Тихонько пискнув, крыса скрылась в траве.

Воробей же друг за другом принес мне все, что я у него просил, и улетел по своим делам. Я собрал растения, что росли на этой стороне стены, и пошел домой.

— Егор, тут к тебе пришли, — в комнату заглянула обеспокоенная Авдотья.

Анны и Ивана дома еще не было.

— Кто? — Я оторвался от фигурки льва.

Как раз старательно вырезал ему нос.

— Наместник, — шепнула она и испуганно вытаращилась.

— Зачем?

— Я-то откуда знаю, — развела руками. — Выйди и сам спроси. У калитки стоит.

Я пожал плечами, поставил поделку на полку и, отряхнувшись от древесного сора, вышел на улицу. Бабка увязалась следом.

Наместник и Бородач стояли на дороге у нашего двора и о чем-то разговаривали. Услышав скрип двери, оба разом обернулись.

— Что надо? — не поздоровавшись спросил я и даже не попытался казаться приветливым.

Наместник явно не ожидал такого обращения, поэтому удивленно воззрился на меня, но уже через мгновение взял себя в руки и спросил:

— Я только что был на полях. Чем ты их удобрил?

— Навозом с вашего свинарника. Чем же еще?

— Врешь! — прикрикнул он, в два шага очутился у нашего забора и вперился в меня своими злыми глазами. — Этого быть не может!

— Думайте как хотите, — пожал я плечами, выдержав его взгляд.

— Я каждый год столько этого навоза на свой огород бросаю, но он так не разрастается. Признавайся, гаденыш, а не то…

Он хотел схватить меня за шкирку, но я перехватил его руку и резко заломил кисть, вывернув. В моих руках было достаточно силы, чтобы справиться с ним. За эти несколько недель я сильно изменился, и скоро все это увидят.

Наместник сдавленно простонал, а Бородач бросился ему на помощь и хотел ударить меня по лицу, но попал лишь по воздуху. Я резко присел, отчего рука наместника оказалась между заборными досками и кисть опасно хрустнула.

— Отпусти, Державин, хуже будет, — зло процедил сквозь зубы наместник, корчась от боли.

— Это научит тебя больше никогда не поднимать на меня руку, — спокойно ответил я, отпустил и сразу отступил назад, подальше от кулаков Бородача.

Из воспоминаний Егора знал, что ему не раз прилетало от наместника, который при любой подходящей возможности срывал на нем злость. Ведь на Ивана он опасался поднимать руку. Егор не рассказывал об этом отцу, чтобы еще сильнее не разгорелся конфликт между ними.

— Слышь, щенок, я же тебя голыми руками… — начал было Бородач, открывая калитку, но тут голос подала бабка.

— Только попробуй, и мой Ванюша от тебя мокрого места не оставит! — Авдотья говорила приглушенно и грозно смотрела на мужчин, сжимая в руках грабли.

— Ну и семейка, — буркнул наместник, потирая заболевшее запястье. — Недолго вам в общине осталось. Скоро о вас и не вспомнят, — зло процедил он сквозь зубы и махнул Бородачу: — Пошли, Игнат. Не стоит на них тратить время и силы. Иссякло мое терпение. Вышвырнем их из общины, и пусть идут на все четыре стороны.

— Далеко не уйдут, — хрипло рассмеялся Бородач, когда они вышли на дорогу, и нарочито громко добавил: — Пойдут на корм кратам.

Когда мужчины скрылись за домами, ко мне подошла бабка и положила руку на плечо.

— Ты все правильно сделал, Егорка. Не переживай: чтобы выкинуть нас из общины, нужны голоса всех общинников, а против нас никто не пойдет. Мать твоя многих от смерти спасла, отец никогда никому в помощи не отказывал, а я… Я вредная, конечно, но с соседями всегда дружила и частенько делилась куском хлеба.

Я кивнул, прекрасно понимая, что сейчас скрытая вражда переходит в новую фазу и становится открытой. Наместник явно понимал, что что-то происходит, но объяснить это никак не мог. Сначала я очистил вонючие колодцы, затем избавил общину от крыс, вылечил ему ногу, а теперь еще и растения на полях пошли в рост. Скрывать свои способности становится все сложнее.

Вернувшись в дом, снова приступил к созданию льва, прислушиваясь к звукам, ведь Норель должна принести сначала люминарию, а потом и росу с лепестка светлого лотоса. Роса будет лишь на рассвете, поэтому смогу приступить к созданию «Светозара» только завтра. Но тратить попусту время я не собирался. Оно неумолимо идет, а у меня не готова ни одна поделка. Нужно торопиться.

Только под вечер в углу зашуршало и показалась крыса. Она была грязная и мокрая, но стебель люминарии в ее зубах остался чистым и свежим.

«Благодарю тебя, Норель. Я уж было подумал, что в Дебрях не растет это растение. Ни разу его там не встречал».

Я забрал люминарию, поднял зверька на руки и протер полотенцем.

«Пришлось побегать, чтобы найти», — призналась она.

«Где же ты ее нашла?»

«На той стороне болота».

Я сразу вспомнил то болото, что нашел неподалеку от стены. Непролазная трясина, в которой никто не выживет, если провалится.

«Благодарю тебя, Норель. Но мне нужно еще кое-что…»

Я рассказал про росу с лотоса. Крыса внимательно выслушала и заверила, что сделает все возможное, чтобы добыть этот ингредиент.

Оставив ее на своей кровати, я прошел на кухню и набрал угощений: кусок сахара, соленое печенье, несколько орешков и оладушку из овсяной каши. Крыса с благодарностью приняла всё и жадно начала есть.

Вскоре послышались голоса. Вернулись Иван с Анной, и крыса, попрощавшись, юркнула в свой угол. Я ожидал, что Авдотья тут же ринется рассказывать о произошедшем, но тут дверь моей комнаты открылась и показалась голова бабки.

— Отцу о случившемся ни слова, — шепнула она. — Сам понимаешь.

— Понимаю, — кивнул я.

Все-таки Авдотья — мудрая женщина. Знает, когда что можно говорить и о чем лучше промолчать.

Во время ужина Иван и Анна восторженно рассказывали, что растения на полях будто подменили. Теперь там не жалкие чахлые ростки с пожелтевшими листьями и тонкими стеблями, а пышущие здоровьем растения.

— Даже не верится, что навоз со свинарника… — начала было Анна, но, перехватив взгляд Ивана, замолчала.

Мужчина повернул ко мне голову, отложил ложку и спокойным голосом спросил:

— Егор, это снова твои «штучки»?

Я решил, что не стоит отпираться. Всем ясно, что никакое удобрение не способно за несколько дней так изменить посевы.

— Да, — кивнул и продолжил есть кашу со свиными шкварками.

— Что именно ты сделал? — осторожно поинтересовался он.

Я оторвался от своей тарелки и увидел, что все замерли и смотрят на меня. М-да, похоже, им нужно время, чтобы осознать, что я не обычный человек, а маг с источником силы.

— Просто поделился своей энергией, — пожал плечами.

— Как именно ты это сделал?

— Если хочешь, я могу показать, — предложил ему, с аппетитом уплетая соленые поджаристые шкварки.

— Хочу. Когда пойдем? — оживился он.

— В полночь.

Мужчина кивнул и вернулся к ужину. Первое время все молчали, пытаясь осознать все то, что происходит со мной, и осмысливая мои способности, но потом расслабились, и разговоры продолжились.

После ужина я занялся фигуркой льва, а Иван слонялся по дому, не зная, что делать до полуночи. В конце концов взял книгу про пиратов и окунулся в чтение.

Доделав нос, я взялся за массивную челюсть. Решил сделать его губы чуть изогнутыми, будто он снисходительно улыбается, глядя на своего владельца. Однако, когда приступил к делу, не сдержался и сделал оскал, обнажив клыки. Теперь мой лев олицетворял все дикое могущество хищников.

Когда думал взяться за округлые уши, обрамляя их гривой, взглянул на часы и отложил поделку. Пора. Уже полночь. Время за работой, как обычно, пролетело незаметно.

Иван посмотрел уставшим взглядом, когда я появился в дверях кухни.

— Идем.

Я накинул на плечи куртку, засунул ноги в высокие сапоги и вышел на улицу. Иван последовал за мной.

Сначала мы шли молча, но у меня из головы не выходил безумец из леса, поэтому я решил это обсудить с Иваном.

— Как думаешь, что случилось с Ефимом? Почему он вдруг обезумел?

— Не знаю. Может, у него уже давно «фляга свистела», просто никто не замечал. Может, поэтому он и не вернулся к людям, а ушел в лес, — он пожал плечами.

— Раньше такое бывало?

— Что именно? — Иван озадаченно посмотрел на меня.

— Раньше люди пропадали в Дебрях?

— Постоянно. Не то что отдельные люди — несколько лет назад целый караван пропал. Правда, потом нашлись повозки и машины, но людей там уже не было.

— На караваны, наверное, краты нападали, — предположил я.

— И это тоже. Но когда нападают краты, там море крови, все разломано и растерзано. А в тот раз люди просто пропали. Будто ушли.

— И никто не вернулся?

— Нет. Разом пропали почти тридцать человек.

— Неужели их никто не искал? — удивился я.

— Искали конечно. Но никого не нашли.

Мы какое-то время шли молча, но я снова не выдержал и продолжил задавать вопросы.

— Помнишь, ты говорил, что видел кого-то на двух ногах. Это мог быть человек?

— Не знаю, — задумчиво проговорил он и чуть не свалился, когда протез угодил в ямку в траве. — Будь оно неладно!.. После того как этот Ефим смог столько времени прожить в Дебрях, я уже ничему не удивлюсь. Но раньше я не встречал человека, который смог бы прожить несколько дней в лесу. Если честно, когда ты пропал и Глухарь признался, что кто-то усыпил его, отпер дверь в воротах и вышел на улицу, подумал, что ты уже мертв. Мать твоя настояла на том, чтобы я заплатил подпевалам наместника за твои поиски. Сам я не надеялся живым тебя увидеть, — с горечью проговорил он и покосился на меня.

Я будто почувствовал всю боль, что он испытал, когда Егор так необдуманно поступил, убежав в Дебри. Он был всего лишь мальчишкой, который хотел всем доказать, что на что-то способен. Но больше всего он хотел доказать своему отцу, что уже вырос и может позаботиться о себе. К сожалению, у него ничего не получилось и парень погиб от ужасной раны на боку.

Мы дошли до полей. Я присел и опустил руку в землю. Иван же стоял поодаль и пристально наблюдал за мной. Энергия побежала по руке и ринулась в землю через ладонь. Я так погрузился в этот процесс, что забыл про Ивана. Поэтому, когда он подал голос, от неожиданности вздрогнул.

— Это ты так делаешь? — настороженно спросил он.

— Ты о чем? — Я повернул к нему голову, продолжая свое дело.

— Об этом, — прошептал он, и тут я тоже почувствовал.

Земля дрожала. Такое ощущение, будто началось небольшое землетрясение.

— Нет, не я.

Вскочил на ноги и осмотрелся. Тишина. Но земля продолжала мелко дрожать.

— Раньше такое бывало? — почему-то шепотом спросил я.

— Никогда, — также шепотом ответил Иван.

И вдруг в это самое время издали, со стороны Первой улицы раздался глухой, протяжный рев, наполненный звериной яростью и напоминающий раскат грома. Судя по звуку, это просто гигантский крат.

Дрожь земли между тем увеличилась, и стало ясно, что это из-за тяжелых шагов исполина.

— Надеюсь, он пройдет мимо, — встревоженно проговорил Иван. — Пошли домой. Мать будет волноваться.

Я согласно кивнул, поднялся на ноги и, отряхнув колени, пошел рядом с Иваном. Когда мы уже подходили к дому, гигант снова взревел. Его крик звучал так сильно и так близко, что казалось, будто он совсем рядом. Стало очень тревожно. Но не за себя, а за всю общину. Если крат догадается ударить по воротам, то те просто разлетятся на мелкие щепки от натиска такого огромного существа.

Как только я об этом подумал, послышался глухой сильный удар, но не в ворота, а по стене рядом с нашим леском.

— Иди домой, а я посмотрю, — сказал Ивану и трусцой побежал в сторону Первой улицы.

— Егор, назад! Домой! — послышался сзади крик, но я лишь махнул рукой.

Когда добрался до Первой улицы, увидел, что к стене сбежались уже все охотники. Среди них обнаружился и Бинокль, который был бледен, но твердо стоял на ногах, готовый в любой момент применить свою магию. Все молчали и в напряжении всматривались в стену, за которой хрипло дышал крат.

— А-А-А-Р-Р-Г-Г-Г-Х-Х!!!

От очередного рыка мороз побежал по коже. Следом — сильный удар, от которого по стене побежали трещины. Охотники испуганно отпрянули и заметно занервничали.

— Ох, не выжить нам. Похоже, смерть моя пришла, — испуганно пролепетал старый охотник.

— Заткнись ты, Крылов. Только и умеешь причитать, — прикрикнул на него Кондрат.

— Как же не причитать-то? Ох и страшный же зверь заявился. Стену проломит. Сто пудов проломит, — качал головой охотник, сжимая в руках ружье.

Зверь продолжал рыскать у стены, шумно принюхиваясь. Возможно, чувствовал свиней или… людей.

В это время я услышал характерный стук протеза по булыжникам. К нам спешил Иван с ружьем в руках.

— Иди домой, — буркнул он и грозно взглянул на меня.

— Зачем? — пожал я плечами. — Если крат прорвется через эту стену, то стены нашего дома он даже не почувствует.

Ивану на это нечего было возразить, поэтому он махнул рукой и тоже уставился на стену.

Мы слышали, как крат прохаживается у стены, жадно втягивает воздух и глухо рычит. Он предпринял еще несколько попыток сломать стену, но каменные блоки, усиленные железными прутьями, выстояли. Появились новые трещины, но до разрушения еще далеко. В конце концов гигант разочарованно проревел и двинулся прочь.

Даже когда наступила тишина и перестала дрожать земля, охотники не расходились. Они ждали. Крат мог вернуться и на этот раз ударить по воротам.

Только после получаса ожидания охотники двинулись по домам. Мы с Иваном тоже пошли домой. Большую часть энергии я уже выпустил в землю.

Пока шли, отец Егора задавал вопросы о моей энергии и как я ею управляю. Я не стал вдаваться в подробности и объяснил лишь в общих чертах. Сказал, что энергия копится в груди в источнике силы и полностью подвластна мне. С ее помощью я могу лечить свои и чужие раны и болезни. Могу напитывать землю и животных.

— Теперь понятно, почему Призрак так быстро растет, — кивнул Иван. — До сих пор не верится, что мой сын стал магом. Такого не бывает. Магами рождаются, а не становятся. У нас в роду не было магов.

— Откуда ты знаешь? — усмехнулся я.

Иван поразмыслил и согласился с тем, что в таком деле нельзя быть уверенным на сто процентов.

Мы добрались до дома и решили выпить чай с оладушками. Пока чайник грелся на плите, я решил расспросить про магов в этом мире.

— Какая еще магия, кроме рунической, есть в нашем Нижнем мире?

— Всех не знаю. Лично я среди охотников встречал алхимиков, световых и теневых магов.

— Световых и теневых? — оживился я, ведь еще не знаком с такими видами магии. — Расскажи о них подробнее.

— Ну, световые маги используют свет, чтобы создавать иллюзии, ловушки и порталы. С ними хорошо ходить на ночную охоту: одним щелчком пальцев призывают свет, и становится светло, как днем. Но я лишь раз видел такого мага. Говорят, он теперь служит у Правителя. — Иван выключил свистящий чайник и наполнил кипятком наши кружки. — Теневые маги могут сливаться с тенями и становиться невидимыми. Могут перемещаться между тенями. Создают иллюзию из теней. Короче, с ними лучше не связываться — никогда не победить.

— Можно победить, — возразил я. — Когда солнце в зените и нет теней.

— Ну может быть, — хохотнул Иван.

— А алхимиков ты встречал?

— Да. Они на охоту редко ходят. Только когда им что-то нужно в Дебрях. Знаю двух алхимиков — сидят в своих лавках в Высоком Перевале и неплохо зарабатывают на зельях. Правда, стоят эти зелья столько, сколько мне за год не заработать.

Мы допили чай и разошлись по своим комнатам. Иван скоро захрапел, а я доделал голову льва и уже хотел лечь, но тут в углу зашуршала Норель.

Она принесла каплю росы лотоса на кончике носа. Собрав каплю чайной ложечкой, поблагодарил крысу за труды и отпустил, а сам решил не терять время, ведь до утра капля росы просто-напросто высохнет, и зелье не будет таким сильным, каким должно быть.

Убедившись, что в доме все спят, я принялся за изготовление «Светозара». Первым делом разложил все травы на столе и проверил, всего ли хватает. Только после этого поставил на плиту кастрюлю и начал нагревать воду.

Когда вода закипела, поочередно добавил в кастрюлю все травы, произнося древнее друидское заклинание. Произносил его я на том языке, на котором оно было придумано. Если бы кто-то подслушал, то не понял бы ни слова.

Скоро вся кухня наполнилась едва уловимым ароматом трав и свежести. Я аккуратно помешивал варево деревянной ложечкой, следя за цветом и запахом. Если передержать, часть свойств разрушится и зелье не получится.

Когда варево приобрело нужный мне оттенок, я снял его с огня и только тогда добавил каплю росы. Пар, поднимающийся от кастрюли, тут же приобрел серебристый цвет. Я с облегчением выдохнул — все получилось.

Стараясь не обжечься, процедил зелье от травы и перелил изумрудный напиток в пустую банку из-под варенья. Вот и готов «Светозар». Осталось угостить им Бинокля.

Взглянув на часы, с удивлением обнаружил, что время уже почти шесть утра. Прошла вся ночь, а я и не заметил.

Решил сразу отдать охотнику зелье, поэтому вышел из дома и двинулся в сторону трактира. Такому человеку, как Бинокль, я всецело верил. Если зелье сработает, то он проводит меня к сердцевине Дебрей.

Я должен найти источник Тьмы, иначе в кратов превратятся все лесные жители, а люди обезумеют, как обезумел Ефим.