Его искушение

Глава 23

Ирина

После ещё одного бокала вина Лена всё-таки уговаривает меня примерить униформу. Мне совсем не хочется, но я уступаю подруге. Далась она ей. Дорогущая, но все равно спецодежда. Какая разница, как она сидит, мне в ней полы мыть, а не в ресторан идти.

Фоном играет музыка из Ленкиного плейлиста. Сначала открываю коробку с обувью. Балетки — улет. Мягкая, словно попа младенца, кожа, подошва гнется в разные стороны. По обуви сразу видно, что она хорошего качества. Достав следующую упаковку, извлекаю из чехла брючный костюм с рубашкой.

— Ты уверена, что заказала мой размер? — кошусь на подругу, прикладывая к себе комплект.

— Твой, твой, — уверяет Ленка.

— Что-то я сомневаюсь. Ощущение, что они на ткани сэкономили…

— Надевай, — велит подруга. Переодеваюсь прямо тут, на кухне, чтобы не подниматься в спальню.

— Блин, Лена!.. — натянув на себя брюки, возмущенно смотрю на подругу.

— Ну, я же говорю, твой размер, — разводит руками, делает вид, что не замечает, как плотно они сидят на моей фигуре.

Я согласна, что размер мой. Нигде не давит, не жмет. Пробовала приседать, швы держатся, не трещат, не впиваются в кожу, но…

Но в этой одежде только совращать одиноких олигархов!

Тяжело вздохнув, свои мысли оставляю пока при себе, ведь Ленка продолжает настаивать, что сидят они на мне идеально:

— Надень рубаху, она удлиненная, прикроет половину бедер, будет смотреться вообще шикарно, — заверяет меня. — Мне бы твои проблемы, я бы тоже закусывала вино сыром, а не пучком зелени, — притворно вздохнув, отламывает кусочек пармезана и сует его в рот, выражая тем самым протест своей вечной диете.

— Не прибедняйся, у тебя отличная фигура, — совершенно искренне делаю ей комплимент, от которого подруга отмахивается.

— Ну вот! — взмахнув рукой, словно дирижер, обводит мой комплект довольным взглядом. — Как я и говорила.

— Ну вот что? Ты видишь это декольте? — указываю пальцами на глубокий вырез на груди. Крайняя пуговица находится в ложбинке. Крой верха приподнимает грудь, и два полушария выглядят так, будто их преподнесли на блюдечке.

— Посмотри в зеркало, там все прилично, — не уступает подруга, выставляя перед собой ладонь, требуя помолчать и послушать. — Твой взгляд падает на грудь, когда ты опускаешь голову, мне отсюда ничего не видно, — заверяет она.

— Это потому, что ты сидишь, — прикусываю язык, чтобы не брякнуть, насколько Кайсынов выше меня. Ему и голову опускать не надо, чтобы все-все рассмотреть. Представив эту картину, ощущаю, как по коже бегут мурашки, стекаются где-то в области живота.

К щекам притекает жар. Ругаю себя за фривольные мысли. Зачем ему заглядывать в мое декольте?

— Ткань дышащая, мягкая? Крой удобный? — допрашивает меня, но отвечает на все вопросы сама: — Это главное!

Топаю к зеркалу, что находится на двери шкафа в прихожей. Если смотреть со стороны, то действительно не так вульгарно, как я представляла. Оставляем?

Оставляем!

Может, Ленка и права, костюм и правда удобный, на теле почти не ощущается. А Кайсынов…

Как только наладим график, практически не будем пересекаться!

— Ну? — спрашивает подруга, когда я возвращаюсь на кухню.

— Оставляю, — сдаюсь под ее радостный возглас.

— Давай платье посмотрим, — загораются глаза Лены. Достаю из второго чехла платье, передник. Даже прикладывать к себе не надо, видно, что короткое. Выгнув брови молчаливо, но с претензией, смотрю на подругу.

— Надевай уже, — не тушуется Лена от моего взгляда. — Вау! — выдает она, рассматривая меня не совсем трезвым, чуть поплывшим взглядом. Только этим можно объяснить ее восторг. — С твоей фигурой что ни надень, все как на модели смотреться будет, — с восхищением и легким оттенком зависти. А я вот не уверена в «вау-эффекте», платье явно короткое. Я и без зеркала вижу, что оно на полторы ладони выше колена.

— Оно короткое, — озвучиваю свои опасения, оттягивая подол вниз, но ткань, несмотря на свою мягкость, не поддается.

— Идеально сидит, не придумывай, — упирается подруга. А я, чтобы не спорить, надеваю балетки и возвращаюсь к зеркалу.

— Как кукла из секс-шопа, — рассматривая себя, выдаю вслух. — Если каблуки надеть, то и на сцене возле шеста можно крутить задницей. Или на вызовы ездить в образе развратной горничной, — несет мою фантазию. Почти распитая на двоих бутылка вина только усугубляет сей процесс. — Лена, как я в этом буду работать?

— Ты равняешься на прежний стиль в одежде, но ты теперь не училка и можешь носить все что угодно, — изрекает Лена. — Платье всего лишь чуть выше колена, Ир. Смотрится классно.

— На ткани они, гады, экономят, а цены — как в ЦУМе, — продолжаю сокрушаться. Слова подруги не убедили меня. — Я в этом даже нагнуться не смогу, — демонстрирую, как быстро задирается подол, стоит только немного наклониться.

— Уборкой занимайся в костюме, а в платье готовь, — не теряется Ленка. У неё на все есть ответ. Ей нужно было в адвокаты идти. — Ир, ну что ты придираешься? — обижается Лена. — Обычное платье с нормальной длиной. Я тебе лучшее выбрала, между прочим.

— Ты бы так в офисе появилась? — спрашиваю, поджимая губы.

Я не хочу обижать подругу. Она действительно делает очень много для меня, но после произошедшего в семье я словно потеряла опору под ногами. Одна, на улице, без денег, без защиты, без работы. Подсознательно, наверное, жду удара, предательства.

— У нас ходят и в более коротких юбках, но длина выше колен, конечно же, не приветствуется, — складывая руки на груди, приваливается Лена плечом к стене.

— Во-о-о-о-от, — тяну я, но уже без наезда на подругу.

Возвращать она униформу не хочет, а значит, осталось смириться и носить. Можно ведь и без платья, брючного костюма вполне хватит. Правда, что я раскапризничалась?

— Так то офи-и-и-ис, — зеркалит подруга. — Ладно, пойдем ещё выпьем, — предлагает она, отлипая от стены.

— А это дом одинокого мужчины, решит ещё, что я его соблазнить хочу, — доходя до кухни, принимаюсь складывать в чехол униформу.

— С чего это вдруг Сергей решит, что ты его соблазнить хочешь? Вы с ним практически не пересекаетесь, — произносит она, пытливо глядя в мои глаза. И что мне ответить? Признаться, что я ему каждый день мозолю глаза?

— Ты права, — соглашаюсь, чтобы соскочить с зыбкой темы.

— Ты одна в доме, хоть в купальнике убирай.

— Ага! Ещё голой предложи. А если охрана увидит? Или Кайсынов неожиданно вернется? — Ленка берет со стола бутылку, смотрит на просвет.

— А почему нет? — спрашивает она, поднимая на меня насмешливый взгляд, подмигивает.

— Кому-то больше не стоит наливать, — отвечаю на шутку. Она ведь пошутила?

— Нечего наливать, — тяжко вздыхает, выбрасывая бутылку в мусорное ведро. В этот момент из динамика телефона льется новый трек, который последний месяц разрывает музыкальные чарты. Прибавив громкость, Лена начинает танцевать. Мои уставшие ноги против воли тоже пританцовывают, пока я снимаю с себя платье и передник. Остаюсь в белье и балетках. Тянусь за вешалкой и чехлом. По ногам ударяет холодный ветер. Кошусь на форточку, окна закрыты. Надевая на плечики платье, чувствую, как меняется атмосфера в кухне. Резко, непередаваемо, будто все нервные рецепторы разом перешли в оборону. Только кто собрался на нас нападать? В грудь ударяет тяжелой энергетикой. Вскинув взгляд к проему двери, роняю на пол вешалку с платьем…