Фанфик Гарри Поттер и Тайный грех

49. Мир на Ноттинг Хилл

Его лба коснулось что-то холодное и мокрое. Гарри ощутил, как щекочет висок капля стекающей влаги.

Он разлепил глаза. Потолок медленно и задумчиво покачивался над головой. В следующую секунду картину сменило расплывчатое очертание бледного лица с черными встревоженными глазами.

— Кит, маленький, славный, хороший мой… — услышал он и почувствовал, что Северус зачем-то растирает ему руки.

— Я… не поеду… в Фултон, — Гарри попытался сфокусировать взгляд на его лице.

Влажное и холодное скользнуло по груди.

— Тихо, тихо, не вставай, — с какой-то странной мягкостью сказал Северус.

Гарри попытался приподняться на локтях, но тут же без сил уронил голову, охваченный неприятной тошнотворной слабостью.

— Я не поеду в Фултон, — опять прошептал он.

Окружающий мир упорно не хотел приобретать четкие контуры.

— Очки, — догадался Гарри. — Где?

Северус молча вытер его лицо мокрым полотенцем и вернул на место очки.

— Не вставать, — совсем другим голосом сказал он, удаляясь в глубь кухни. — Не подниматься!

«Как с пациентами», — мелькнуло у Гарри.

Он обнаружил, что лежит на полу с влажным полотенцем на лбу и в разорванной на груди рубашке. Потолок, наконец, раздумал шевелиться и теперь участливо смотрел на Гарри маленькими глазами-лампочками. Не прошло и минуты, как Северус вернулся с чашкой. Из напольного ракурса друг казался особенно высоким, особенно сердитым и особенно хмурым. Он опустился на колени и помог Гарри приподняться.

— Пей, — приказал он и поднес к чашку к его губам.

Гарри покорно отхлебнул глоток горячего сладкого чая. Северус сидел на полу, придерживая его за плечи.

— Еще, — сурово сказал друг.

— Со мной все нормально, — едва слышно прошептал Гарри.

— Оно и видно, — буркнул Северус.

Повинуясь властному взгляду из-под нахмуренных бровей, Гарри осилил остаток чая.

К его удивлению, он почувствовал себя намного лучше. После прошлых обмороков его долго не отпускала тошнота.

— Знал бы, что вы такой хлипкий, мистер Поттер, обзавелся бы нашатырным спиртом, — уже спокойнее сказал Северус. — Завтра же куплю пинту про запас.

Гарри сообразил, что другу удалось привести его в чувство без обжигающего дыхание нашатыря.

Северус просунул руки под его спину и колени, поднял и бережно перенес на диван. Гарри вцепился в его плечи.

— Не уходи!

— Да никуда я не ухожу, нелепый ты мой Кит, — вздохнул Северус и уселся рядом. Гарри с болью всмотрелся в его лицо, усталое и измученное.

— А теперь признавайся, как часто с тобой обмороки случаются.

— Не часто, — Гарри отрицательно помотал головой.

«Как будто я больной придурок», — с досадой подумал он.

— А все же?

— Третий раз. Первый раз еще в школе. Перед тестированием, как назло. Все здорово посмеялись, — вздохнул он. — Я потом не соображал и написал какую-то ерунду. А второй раз в операционной… ну, ты видел, — он осторожно придвинулся к Северусу и сунул нос в вырез его рубашки, вдыхая утешительный запах родного тела.

— Как же вы хирургом-то собрались быть, драгоценный мой мистер Поттер?— Северус положил руку ему на голову и гладил так нежно, что Гарри замер, опасаясь спугнуть хрупкое перемирие.

— Я не боюсь крови и всего такого, но… Помнишь? Тот мальчик с аневризмой умер, — прошептал он. — Мне потом всё это снилось… даже твой голос… как ты говоришь «Зашивайте». Так спокойно, и так… ужасно. И кардиомонитор пищит непрерывно… даже во сне, — он вздрогнул.

Северус прижал его голову к своей груди.

— Мне ВСЕ ОНИ снятся. И я во сне пытаюсь что-то исправить, ковыряюсь, как идиот… — с тяжелым вздохом сказал он. — Я так понял, стоит вам разволноваться, мистер Поттер, как вы отключаетесь «во спасение». Или… вы сегодня вообще обедали?

— Не-а.

— Завтракал? Ужинал? Ты что, вообще ничего не ел? — рассердился Северус, мгновенно забыв про «мистера Поттера».

— Я не хотел. Куда ты? Не уходи, — испугался Гарри.

— Лежи! — строго сказал Северус.

Он удалился за кухонную перегородку и загремел посудой. Вернулся он довольно быстро, с тарелкой не слишком любимой Гарри овсянки.

— Я не хо… — ложка теплой каши заткнула Гарри рот.

— Не съешь — отправлю в Фултон первым рейсом, — сказал Северус.

— Я выпрыгну из самолета.

— Мало того, что хлипкий, еще и болтливый.

Внезапно Гарри почувствовал самый настоящий волчий голод. Овсянка показалось ему пищей богов. Он расправился с ней в два счета, за что был вознагражден плиткой шоколада, с наслаждением откусил здоровенный кусок и поймал на себе странный взгляд Северуса.

— Я жадный, да? — взволновался он.

— Не то слово, — насмешливо сказал друг, отбирая пустую тарелку.

* * *

— Я не могу спать! Не хочу! Я все равно не засну!

— Что такое, Кит?

— Мы не поговорили! Скажи, что мне нужно сделать, чтобы ты… чтобы тебе было хорошо? — Гарри уставился на Северуса, глядя во все глаза, как тот раздевается. Его взгляд мысленно фотографировал каждый кусочек тела дорогого друга. — Ты хочешь, чтобы я ушел? Уехал куда-нибудь? — прошептал он и по-детски скрестил пальцы под одеялом.

Северус выронил брюки, которые собрался повесить в шкаф.

Со стремительностью пантеры он ринулся к лежащему на диване Гарри и навалился сверху, всей тяжестью тела придавив к матрасу.

— Я. Не. Хочу. И ты это знаешь, — прорычал он.

Гарри попытался обнять возлюбленного друга за шею. Северус перехватил его запястья и прижал руки к дивану.

— А что ТЫ хочешь от этой жизни, Кит, поделись секретом!

— Чтобы ты был со мной, — сказал Гарри, сдерживая дрожь в голосе. — Все равно, где. Хоть в Фултоне, хоть на Марсе.

— Уверен? — Северус приподнялся на локтях и навис над ним, щекоча лицо волосами.

— Ты еще спрашиваешь? Ой, не уходи! Полежи еще так!

— Да куда я денусь, мистер Поттер, — пробормотал Северус, криво улыбаясь. — Просто боюсь задавить от радости. Уж больно вы нежный… да и нашатыря нет под рукой.

Он лег рядом и укрыл их обоих одеялом. Гарри тут же цепко обхватил его руками и ногами, чувствуя, как его затопляет какое-то особенное, как в детстве, счастье.

— Я рыба-прилипала, — сообщил он.

— Рыба, отлепись на минутку, — Северус взъерошил его волосы и поцеловал в макушку. — Если ты раздумал учиться в Фултоне, есть альтернативное предложение.

Гарри застыл. В зеленых глазах мелькнул испуг.

— Не ищите подвоха, мистер Поттер, — с непонятным выражением лица сказал Северус. — Речь о другом фонде. Этот фонд также предлагает вам грант. Обещайте, что не откажетесь.

— Опять грант? — нахмурился Гарри. — Я уже собрался оформлять кредит. В понедельник.

— Гарри, ты вообще представляешь себе, что такое кредит? — вдруг рассердился Северус. — Рабство! Многолетняя кабала! Нервы! Вместо того, чтобы учиться, ты будешь годами мыть по ночам полы, пытаясь выплатить проценты! Будешь работать, как ломовая лошадь, мы даже видеться не будем! Уж лучше Фултон!

Гарри сник, осознав, что его друг прав.

— А что тогда? Какой еще есть фонд?

— Мой личный.

— «Сердце»?

— Вроде того.

— Знаю. Вот это, — прошептал Гарри и положил руку ему на грудь.

— Обойдемся без сантиментов, мистер Поттер. Не думайте, что я эдакий добрячок, которому некуда деньги девать. Это капиталовложение. Я вкладываю в вас свои скромные сбережения и рассчитываю получить в вашем лице высококлассного специалиста по эндоваскулярной хирургии. Не отказывайтесь от предложения, мистер Поттер, хотя бы ради тех пациентов, которые когда-нибудь будут обязаны вам жизнью. Подумайте о НИХ, а не о своей гордости. Насколько знаю, вы хотите работать с детьми. Так подумайте лучше о том, что наконец сможете им профессионально помочь. Я не соблазняю вас новыми машинами, яхтами, недвижимостью или еще черт знает чем. Повторяю, эти деньги в итоге помогут многим, а не вам одному. Конечно, в том случае, если эндоваскулярная хирургия — ВАША мечта, а не фантазии, навеянные разглагольствованиями Ремуса Люпина.

— Это МОЯ мечта, — взволнованно сказал Гарри.

— Я тебя убедил, Кит?

— Ты умеешь, — вздохнул Гарри.

— Просто я прав. И если вы действительно хотите стать специалистом высокого уровня, дорогой мой мистер Поттер, вы проучитесь год на специальных курсах при университете, а потом поступите в Лондонский Имперский Колледж.

Гарри разинул рот.

— Северус! Ты с ума сошел! Там, где Драко, да? Это что-то вроде Оксфорда! Это университет, а не колледж! Мне рассказывали, это ужасно круто, безумно дорого и…

— Тебя еще поуговаривать? — рассердился Северус. — Надо же, такой мелкий, такой хилый и такой упрямый!

— Я не хилый! — возмутился Гарри. — Вот попробуй, оторви меня от себя.

— Не хочу, — Северус поцеловал его в плечо. — Буду теперь носиться с вами, мистер Поттер, как орангутанг с детенышем.

— Очень приятно, мистер Орангутанг, — хихикнул Гарри. — А где же волосы на груди?

— Имплантирую шерсть гориллы. Ради вас, дорогой мой, чего не сделаешь.

Гарри рассмеялся.

— Хочешь, я у тебя блох поищу? — он погрузил пальцы в густые волосы дорогого друга.

— Не там ищете, мистер Поттер.

— Я думал, вы приличный орангутанг, мистер Снейп, а оказывается…

Северус вдруг посерьезнел и перехватил руку Гарри, забирающуюся к нему в трусы.

— Я не услышал от тебя слово «Да».

Гарри лукаво улыбнулся.

— Насчет блох?

— Насчет колледжа.

— Да, — Гарри прижался губами к его груди. — Спасибо вот этому фонду, — тихо сказал он.

Северус облегченно вздохнул.

— О, неужели… Это надо отпраздновать! Исполню любое ваше желание, мистер Поттер!

— Любое? — Гарри обнял его за шею и тихо зашептал на ухо: — А помнишь, что ты творил… когда пьяный был?

— Где? В Гайд-парке? Уток пугал.

— Нет, я не про то, — Гарри лизнул его ухо кончиком языка. — Ну, что ты со мной…

Северус вздохнул и закрыл глаза.

— Понравилось? — прошептал он, улыбнувшись уголком губ.

— Очень. Только… Тебе не противно было ТАМ целовать?

Северус снисходительно посмотрел на него сквозь прищуренные ресницы.

— ТАМ нежнее, чем во рту. Один раз попробуете, и вас потом не оттащишь, мистер Поттер.

Гарри покраснел и засмеялся.

— Мистер Снейп, вы иногда такое говорите!

— Иногда правду говорю. Кстати, вы знаете, где находится второе сердце мужчины?

Гарри вытаращил глаза.

— Какое такое, ВТОРОЕ?

Северус осуждающе покачал головой.

— У вас серьезные пробелы в анатомии, мистер Поттер.

— Северус, не ври, нету никакого второго сердца!

— Есть. Так и быть, покажу в честь праздника.

— Подожди… Скажи, почему ты поехал на Серпентайн?

— Не знаю. Черт понес. Наверное, потому что там… — Северус коснулся губами его губ, чувственно обвел языком нижнюю, потом верхнюю, — я однажды понял, как мне нужен один маленький упрямый Кит.

Гарри расплылся в улыбке и покраснел от удовольствия.

— Правда? — на всякий случай спросил он. — Ой, а где второе сердце, Северус?

* * *

Перепрыгивая через три ступеньки, Гарри сбежал на первый этаж. Впрочем, он мог бы перелететь одним прыжком лестничный пролет — от ощущения счастья, согревающего изнутри и распирающего грудь, которое даже невозможно спрятать: оно искрилось в глазах, растягивало губы в улыбке от уха до уха и вызывало желание подпрыгнуть повыше, и если не достать руками до неба, то хотя бы до потолка.

Северус блаженствовал на диване в столовой с чашкой кофе и газетой. Гарри полез к нему на колени, измяв газету и едва не выбив чашку из рук друга.

— Потише, мой драгоценный, — сдержал его радостный напор Северус. — Я не твой завтрак, Кит, ты что-то перепутал.

Гарри перестал целовать подвернувшиеся под руку части тела дорогого друга.

— Почему ты всегда встаешь раньше меня?

— Чтобы в спокойствии выпить кофе и поразмыслить о вечном. А ты и того меня лишаешь, — улыбаясь, сказал Северус. Похоже, у него тоже было хорошее настроение. — Съешьте что-то, мистер Поттер, пока не упали в голодный обморок.

Гарри сочно поцеловал любимый римский нос и уселся за стол. Насыпав себе в тарелку мюсли, он принялся увлеченно выуживать из них сушеные фрукты, игнорируя остальное. Тетя Петунья за такие проделки била его тряпкой по рукам.

— Знаете, мистер Поттер, — вдруг сказал Северус, разглядывая что-то в газете. — Вы слишком хорошенький для хирурга. Может, вам надо в актеры податься или в модельное агентство, а я вас заставляю в больнице прозябать.

— Издеваетесь, мистер Снейп? — Гарри набил рот горстью сухофруктов, подошел к Северусу и заглянул через плечо. Увидев газетную статью, он подавился и закашлялся.

Собственно говоря, статей было две. В верхней части страницы красовалась фотография Альбуса Дамблдора и Долорес Амбридж, воплощение добропорядочности и светско-патриархальной идиллии. «Грядущие выборы. Что ждет Британию?» — жирным шрифтом вопрошал заголовок.

— Чего не сделаешь ради Британии, — саркастически ухмыльнулся Северус. — И ради рейтинга среди избирателей… Седины набожного старца придают шлюхе… пардон, лейбористке Амбридж, налет респектабельности. Судя по всему, ей припекло срочно выйти замуж до начала избирательной кампании.

Гарри пропустил мимо ушей замечание Северуса. Его остановившийся взгляд был прикован к статье в нижнем углу страницы: под текстом на снимке был он сам, с отросшими почти до плеч растрепанными волосами, огромными удивленными глазами и приоткрытым ртом. Но это было еще полбеды. Надпись над фотографией гласила: «Свои люди — сочтемся».

— О Боже, — разволновался Гарри. — Что это значит?

— Это значит — мелкая месть Риты Скитер, — буркнул Северус. — Не обращай внимания. Зато снимок замечательный.

С этими словами он направился в кухню, прихватив с собой газету. До Гарри донеслось щелканье ножниц. Через минуту Северус вернулся с вырезанной фотографией в руках.

— Где статья? Ты что, ее порезал? — возмутился Гарри. — Я еще не прочитал!

— И слава богу. Я уже говорил, кто такая Рита Скитер. В статье обвиняют МЕНЯ, а не вас, мистер Поттер. Я раздаю гранты и привилегии только для своих, принимаю на работу в отделение исключительно своих, я человек аморальный и ничего святого для меня нет. Топорные намеки, кто такие эти «свои». Одним словом, мелкая месть за то, что не пригласили эту змею на банкет и не пустили взять интервью у Долохова. И вы пострадали за компанию, бедный мой мистер Поттер.

— Ты так спокойно об этом говоришь, — расстроенно сказал Гарри.

Северус обнял его за плечо.

— У меня такое хорошее настроение, что его не способна испортить даже Скитер.

— У меня тоже. Было, — вздохнул Гарри. — Когда я откажусь от гранта, все подумают, это из-за статьи.

— Вам важно, кто что думает, дорогой мистер Поттер? — прищурился Северус.

Гарри задумчиво отпил из чашки друга глоток прежде ненавистного кофе.

— Да нет… Не так чтобы очень. Мне важно, что думаете ВЫ, дорогой мистер Снейп.

Северус продолжал любовно разглядывать вырезанный из «Дэйли Экспресс» снимок.

— Я думаю, что вас нужно оштрафовать за нарушение правил санитарного режима. Где ваш головной убор, молодой человек?

К счастью для Гарри, выговор на том и закончился: разговор прервала трель телефонного звонка.

* * *

— Мистер Поттер, вы любите гостей?

Вопрос застал Гарри врасплох. У Дурслей ему было строго-настрого запрещено приводить в дом приятелей. Собратья по вере иногда навещали его в «Электре», но, как правило, спешили быстрее покинуть скромную келью «брата Гарри».

— Наверное, — после некоторого замешательства сказал он.

— Драко с девушкой. С мисс Грейнджер, — ухмыльнулся Северус. — Конечно, если вы против, я скажу, что…

— Я не против, — искренне удивился Гарри. — Это твой дом и…

— Твой! — рассердился Северус. — Наш!

К удивлению Гарри, друг бросился к какому-то шкафчику, извлек оттуда маркер и стремительно вылетел из дома.

— Подожди! — Гарри выбежал следом, сгорая от любопытства.

Увы, Северус оказался проворней.

— Зачем ты это сделал! — возмутился Гарри, разглядывая то, что натворил дорогой друг: теперь на изящной медной табличке с надписью «Профессор С.Т. Снейп» красовалась приписка «& м-р Г. Дж. Поттер».

— Неплохо, а? — спросил Северус, любуясь плодом рук своих. — Я бы заказал новую дощечку, но, надеюсь, мы скоро покинем это гнусное место между Сциллой и Харибдой… то есть между Дамблдором и Риддлом. Хорошо бы продать проклятый коттедж какому-нибудь мусульманину. Или раввину синагоги. У вас нет на примете подходящего кандидата, мистер Поттер?

— Мистер Снейп, а из вас бы вышел отличный раввин, — хихикнул Гарри, многозначительно рассматривая его нос.

— Ага. Ребе Северус, — фыркнул профессор. — Добро пожаловать, мистер Поттер, у нас в хедере только мальчики.

— Северус, для тебя ничего святого нет! — расхохотался Гарри.

— Есть, Кит. Твой смех, например, — Северус обнял его за плечо и увел в дом.

* * *

— Северус, а ты ничего не заметил? — спросил Гарри с лукавой улыбкой. Он вытащил пакеты «Тэско Экспресс», которые вчера затолкал в холодильник «во избежание окислительных процессов».

— Заметил. Ты тоже побывал в «Тэско», — пожал плечами Северус.

— Нет, я не об этом. Ты купил всё то, что я люблю. А я…

Северус заглянул в пакет Гарри.

— О-о, мой любимый сыр, мои галеты и… Гарри, это дорогие грибы! Какого черта! А если бы я трюфели любил?

— Вам нравятся трюфели, ребе Северус? — Гарри обхватил друга за поясницу, запустив кончики пальцев под ремень джинсов.

— О чем вы толкуете, мальчик, — тяжело вздохнул «ребе». — Сию пищу свиньи выкапывают из-под корней грязными своими рылами… Кстати, эти грибы — мощный афродизиак. Свиньи впадают в сексуальный экстаз. Непотребство… м-м…

Он прижал к себе бедра юного «ученика» и с наслаждением погрузил раввинский нос в растрепанную шевелюру Гарри.

— На годовую зарплату санитара даже приличный трюфель не купишь, — Гарри прижался щекой к его груди в вырезе рубашки и блаженно вздохнул.

— Деликатесов захотели, мистер Поттер? — опасным голосом прошептал Северус. — Вот продадим дом, купим три фунта грибов и…

— Северус! Я тебя обожаю! — Гарри притиснул его к себе так крепко, что дорогой друг охнул.

— Задушишь, Кит! Некому будет баловать тебя трюфелями, — пробормотал Северус, жадно целуя его шею. — Черт, давай я позвоню… чтобы Драко с девицей не приходил.

— Это некрасиво, — Гарри чувствовал, что Северус начинает терять голову. — Перестаньте, ребе, — выдохнул он, тая в руках нахального «раввина».

— Кит… маленький… — Северус уже пробрался руками под футболку Гарри и гладил подушечками пальцев его соски. Глаза дорогого друга стали подозрительно дымчатыми. Гарри вспомнил, что Драко вполне может явиться без стука.

— Мистер Снейп, возьмите себя в руки, — сказал он, стараясь придать голосу строгость.

— Лучше вы меня… возьмите в руки… мистер Поттер, — прошептал Северус.

— Потом, — пообещал Гарри и по-детски поцеловал его в щеку.

Северус с тяжелым вздохом выпустил его из объятий.

— Если бы я только что попросил у тебя трюфель, спорим, ты бы не отказал, — заметил Гарри, улыбаясь.

— Момент упущен, — насмешливо сказал Северус.

Стук в дверь возвестил о приходе гостей.

* * *

В первые пять минут Гарри решил, что гостей он НЕ ЛЮБИТ. Во всяком случае, он внезапно почувствовал себя крайне неуютно. Пришлось пожать руку Драко и поцеловать в щеку бывшую сестру во Христе. Вдобавок ко всему, Северус сказал, что организует чай, и скрылся в кухне, оставив всех троих в гостиной.

Гермиона чинно уселась в кресло и положила руки на колени с видом пай-девочки. Драко пристроился рядом на подлокотнике, беззаботно болтая ногой. Похоже, противный крестник чувствовал себя, как дома.

— Мистер Поттер, что за история с грантом? — насмешливо спросил он. — Про вас уже анекдоты рассказывают. Вы теперь знаменитость.

Гарри покраснел и сердито сверкнул глазами.

— А вам-то что, мистер Малфой?

— Да ничего, собственно говоря… Вот, свежий анекдот. «Идет тестирование в Вестминстерском колледже. Все написали и ушли, а один абитуриент в углу сидит, молится. Экзаменатор рассердился и говорит: «Тест вы завалили, молиться бесполезно, это вам не Вестминстерское аббатство!» «Господи божечки, опять перепутал!» — последнюю фразу гнусный крестник произнес противным жеманным голоском.

— Драко, прекрати! — Гермиона шлепнула его ладонью по колену, но тот не унимался, откровенно наслаждаясь полыхающим румянцем на щеках Гарри:

— «Студенту Поттеру тяжело давалась учеба. Еще бы, одна дорога до школы отнимала одиннадцать часов лёту туда, и столько же назад. Отсидев две лекции, он летел обратно».

Гарри неожиданно расхохотался. Он так долго горевал над собственной глупостью, что внезапно испытал странное чувство облегчения. Атмосфера несколько разрядилась.

— А что смешного, — сказала Гермиона. — Я знаю несколько случаев, когда люди путали Плимут и Портсмут, наши и американские.

От Гарри не укрылось, что Драко незаметно гладит руку девушки.

— И когда вы уезжаете, мистер Поттер? — с любопытством спросил блондин.

Гарри открыл было рот, чтобы ответить.

— Никогда, — сказал появившийся в дверях Северус. Он поставил на низкий стеклянный столик большой поднос с чаем, сэндвичами и печеньем, уселся рядом с Гарри на диван и обнял его за плечо.

— Спасибо, — вежливо сказала Гермиона. — Кстати, у вас красивый дом, мистер Снейп.

— Вы тут уже были, мисс, — с кривой улыбкой сказал Северус. — Кстати, чья была идея наставить меня на путь истинный?

— Моя, — с достоинством сказала девушка.

К полной неожиданности Гарри, Северус вскочил и поцеловал ее руку.

— Вы не представляете, как я вам благодарен.

Гермиона изумленно заморгала.

— Сев, это что-то новенькое, — ухмыльнулся Драко и неожиданно прибавил: — А ты знаешь, какая она пушистая? — он ласково провел ладонью по пышным волосам девушки, красиво лежащим на плечах.

— Знаю, — невозмутимо сказал Северус.

Драко сердито уставился на своего крестного.

— Откуда ты знаешь?

— Ревнуешь? — Гермиона ущипнула Драко за плечо.

— Северус, а с каких пор ты женщинами интересуешься, еще и чужими? — блондин властно положил руку на ее колено.

Гермиона развернула плечи и вздернула подбородок, очевидно, чтобы все поняли, о какой женщине речь. Драко заботливо передал ей чашку чая.

— Ты же знаешь, я любознательный, — сказал Северус, насмешливо разглядывая своего рассерженного крестника и его юную подругу.

Драко навис над девушкой, заглядывая в глаза.

— Герми, он к тебе приставал?

— Нет. Я к нему, — хихикнула Гермиона. — Да мы шутим, успокойся, — она ласково погладила его по щеке. — Ты такой симпатичный, когда злишься.

— А я какой симпатичный, когда злюсь, — ввернул Северус. — Правда, мистер Поттер?

Он незаметно пробрался рукой под его футболку и поглаживал спину. Гарри слегка покраснел и придвинулся поближе.

— Бедный мистер Поттер. Сочувствую, — ухмыльнулся Драко.

— Пей свой чай, Чудовище, — миролюбиво сказал Северус. — И слезь с ручки кресла.

— Мне и тут хорошо, Монстр, — ответил Драко.

В сердце Гарри вонзился тонкий зуб ревности.

— Мне вот что интересно, — не унимался нахальный крестник, переводя смеющийся взгляд с Северуса на Гарри. — А верующие после секса молятся? Кричат «Слава Богу, Аллилуйя» и все такое прочее?

Гарри мгновенно захотелось провалиться куда-нибудь поглубже, к центру Земли. Он украдкой посмотрел на Северуса и обнаружил, что тот беззвучно смеется. Конечно, дорогому крестнику можно безнаказанно нести всякую чушь.

— Вы еще от наркоза не отошли, мистер Малфой? — ядовито сказал он вслух. — А то знаете, передозировка плохо сказывается на умственных способностях.

Гермиона сделала дикие глаза, намекая, что Гарри ляпнул лишнее.

— Мистер Снейп, а вы не покажете мне ваш сад? — поспешно сказала она. — Гарри рассказывал, миссис Уизли создала какое-то чудо.

Северус перевел задумчивый взгляд с Драко на Гарри.

— Я, конечно, могу показать сад, — медленно сказал он. — Но, боюсь, пока мы будем любоваться клумбами, эти двое прекрасных юношей перегрызут друг другу горло.

— Драко, не трогай его! — строго приказала Гермиона. — Если я приду и увижу какое-нибудь безобразие, ты у меня получишь!

Девушка изящно встала с кресла, отставила чашку с недопитым чаем и поправила платье — из тонкой серой ткани, облегающее фигуру и весьма элегантное. Гарри мельком подумал, что раньше она так не одевалась.

— Идемте, мистер Снейп, — кокетливо сказала она. Северус бросил на Гарри непонятный улыбающийся взгляд и галантно предложил Гермионе руку.

— Не вздумай щупать, пушистая или нет! — крикнул Драко вдогонку крестному.

Едва за ними закрылась дверь, он накинулся на Гарри, гневно сверкая глазами.

— Какого черта вы это ПРИ НЁМ ляпнули, Поттер! Решили нас всех подставить? Вы обещали, что будете молчать! Не умеете держать слово? — с негодованием сказал он.

— А нечего мне всякие глупости говорить, мистер Малфой! — сердито воскликнул Гарри.

— Что я такого сказал? — с искренним недоумением спросил блондин. — У вас с чувством юмора плохо, мистер Поттер? Кстати, меня вообще Драко зовут.

— Я в курсе, — буркнул Гарри. — Меня тоже не всегда мистер Поттер зовут.

— Ну так к чему формальности? Мы не в клинике. И вообще ты теперь мне… не чужой, короче.

— Ага. Брат родной, — ехидно сказал Гарри.

Драко взял с подноса маленькое печенье и положил на язык, как леденец. Гарри успел рассмотреть нежный розовый язычок нахального крестника и слегка смутился своим мыслям.

— Брат-близнец, — согласился Драко, облизал крошки на нижней губе и насмешливо покосился на Гарри. — Эй, — вдруг сказал он, — ты на меня так не смотри, от таких взглядов и кончить можно. Интересно, как Северус тебя выдерживает.

Гарри вытаращил глаза.

— Я… разве как-то смотрю? — смутился он.

— Ого! — рассмеялся Драко. — Ты в столовке однажды как уставился, я чуть не помер.

— Ты издеваешься? — рассердился Гарри. — Ты сам меня в столовой дразнил!

— Тебя приятно дразнить, — Драко растянулся в кресле, закинул руки за голову и разглядывал его из-под прищуренных ресниц. — У тебя на лице все нарисовано.

Гарри тяжело вздохнул.

— Извини, — буркнул он.

— За что извини? — светлые брови Драко недоуменно взлетели вверх. — За то, что ты гей? Да ради бога. Я сам — би, и Герми — би, и Нимфа. Да много кто. У нас только Вебер настоящий гей. И ты. Наверное.

— Я не гей, — сказал Гарри, взволнованный неожиданным поворотом разговора. — Северус когда-то сказал, я не знаю пока, кто я, и вообще эти ярлыки — бред.

— Не знаешь, кто ты? — удивился Драко. — Что, не определился? — засмеялся он. — Ну да, тебе повезло, Северус — уни. Я не знаю, почему он не любит эти понятия. Как по мне, удобно. Сразу ясно, что от человека ждать. Знаю, Северус говорит, что это искусственные выдумки, созданные, чтобы разделять людей и контролировать по своему усмотрению.

Гарри хотел спросить, что такое «уни», но упустил момент.

— Лично я считаю, что в жизни надо все успеть попробовать, — продолжал Драко, выуживая из вазочки очередное печенье.

— Ты любишь Герми? — зачем-то спросил Гарри.

Глаза Драко вдруг блеснули холодом.

— Эта тема — табу.

Гарри пожал плечами.

— Да! — рявкнул Драко. — Больше не спрашивай.

— Почему вы все так боитесь, что Северус узнает про шутку Тонкс? — перевел тему Гарри.

Драко со вкусом слизал с пальцев ванильную пудру, которой было присыпано печенье. Гарри моргнул и отвел взгляд.

— Ты что, Поттер! Сев убьет Тонкс. Он вообще такие шутки не любит. В прошлом году нас с Крэббом чуть не растерзал. Представь, на Хэллоуин Хагрид напился, как свинья, так мы его загипсовали. Видел бы ты его рожу, когда он протрезвел и попытался с каталки слезть!

Гарри засмеялся.

— Да, это было нечто! — воодушевленно продолжал Драко. — На Рождество тоже прикалывались, Флитвика под наркозом в мешок для кадавра засунули, ну там, дырки проделали, чтоб дышал, а когда проспался, начали над ним протокол вскрытия читать. Ты бы видел, как мешок прыгал!

— Ну, это уже не очень, — нахмурился Гарри.

— Да ладно тебе, — махнул рукой Драко. Внезапно в его глазах вспыхнул шальной блеск. — Слушай, у меня идея! Давай, ложись на пол! Напугаем их! Мы типа друг друга поубивали! Или сделаем вид, что деремся!

Гарри расплылся в улыбке.

— Я тебе и так двинуть могу.

До их слуха донеслись голоса.

— Идут! Ложись! — прошептал Драко и повалился на ковер, очень натуралистично скорчившись и подвернув под себя руку.

Гарри быстро лег рядом, раскинув руки, пытаясь придать позе правдоподобие. Драко бросил на него оценивающий взгляд.

— Халтура, — нахмурился он. — Лучше я тебе в морду дам.

Он вдруг стремительно кинулся на Гарри, навалился сверху и схватил за горло.

— Придурок! — Гарри дернулся, пытаясь освободиться, чувствуя на себе непривычное тонкое и легкое тело «противника».

Драко вдруг размахнулся, намереваясь двинуть его в челюсть. Гарри молниеносно перехватил хрупкое изящное запястье.

— Ничего себе Монах, — прошипел Драко. — Мы так не договаривались! Руку сломаешь!

Он попытался высвободиться из захвата, но Гарри вцепился в него мертвой хваткой, заломил руку и прижал к полу. Они покатились по ковру, и в следующее мгновение Гарри оказался сверху. Придушенный крестник лежал под ним, приоткрыв рот и прерывисто дыша.

— Поттер, это не то, что мы хотели, — прошептал он, блуждая взглядом по его лицу. — Слезь с меня, дурак!

Гарри неохотно выпустил свою жертву, все еще во власти странного смутного желания. Оба вернулись на диван, встрепанные и раскрасневшиеся.

Дверь гостиной распахнулась.

— Надо же, живые, — Гермиона прошла через комнату, плюхнулась на диван рядом с Драко и обняла за шею. — Ты что такой красный? — удивилась она.

— Жарко, — сказал Драко.

— Дикая жара, — подтвердил Гарри.

* * *

— Монстр, зачем ты нам свою кухарку подсунул?

Гарри и Северус вышли проводить гостей до машины.

— Миссис Уизли экономка, а не кухарка.

— Да какая разница, — буркнул Драко. — Она не нравится отцу.

— Напрасно. Приятная женщина, — невозмутимо сказал Северус.

— Деревенщина вульгарная, — фыркнул Драко. — Не знаю, чем она маме приглянулась. Да, чуть не забыл, Уизлиха сказала, что забыла у тебя свою шляпу, просила, чтоб я привез. Как тебе эта наглость, Сев? Свои панталоны вязаные она не забыла?

— Подожди, — сказал Северус. — Я принесу.

— Панталоны Поттеру оставь! — крикнул ему вдогонку Драко.

Профессор скрылся в доме и через минуту вернулся с широкополой шляпой в руках.

Гарри во все глаза уставился на соломенную шляпу с голубыми цветами. Теперь он был уверен на все сто: женщина, получившая «видение» оплатить его комнату, была не кто иная, как миссис Уизли.

* * *

Облокотившись на кухонный стол, Гарри с интересом наблюдал, как Северус отмеряет на аптекарских весах какие-то сушеные травы и пересыпает в толстую бутыль из темного стекла: на его глазах готовилась новая порция напитка «Олимпийское спокойствие».

Гарри достались грецкие орехи: их требовалось измельчить.

Его мучило любопытство. После чаепития Северус закрылся с крестником в своем бывшем кабинете, оставив Гарри изнывать в обществе как никогда говорливой подруги. Конечно, ему никогда не бывало с ней скучно, но на сей раз настроения болтать о разной чепухе не было, и он извелся от нетерпения, ожидая, пока Северус и Драко наконец вернутся. Оба появились в гостиной не в лучшем расположении духа, дорогой друг был подозрительно хмур, а Драко непривычно рассеян.

— Северус, — осторожно начал Гарри. — А зачем Драко приходил?

— Пожаловаться на отца, — буркнул Северус.

— Готово, — Гарри вручил дорогому другу маслянистое ореховое крошево.

— Кит, что ты натворил! — рассердился Северус. — Ты превратил орехи в пасту!

— А как надо было?

— Просто мелко, чтобы в бутылку влезли!

— Не злись! Я думал, чем мельче, тем лучше, — вздохнул Гарри. — Драко испортил тебе настроение, да?

— Не Драко, — Северус с недовольным вздохом ссыпал ореховое месиво в бутылку. — Бывают ситуации, когда хочешь человеку помочь, но даже не имеешь права дать совет.

— Он просил у тебя совет?

— Что-то вроде того. Люциусу не понравилась мисс Грейнджер, что и следовало ожидать. Он против их встреч. К счастью, сейчас Люц так увлечен предстоящими выборами, что проблемы сына волнуют его куда меньше, чем раньше.

— А ему какое дело, с кем Драко встречается? — возмутился Гарри. — Это его жизнь! Может, мне у тети Петуньи тоже благословения попросить на отношения с тобой?

Он вдруг подумал, что статьи в «Дэйли Экспресс» будет достаточно, чтобы тетка подвергла его анафеме.

— Гарри, помнишь, я сказал тебе однажды, как трудно избавиться от «тети в голове»? — вздохнул Северус. — Большинство живет с этим всю жизнь. То, что вбили в нас родители — бомба замедленного действия. Родители, воспитатели дают нам невидимое оружие, якобы с благими намерениями, призванное защитить нас от всяких жизненных невзгод, созданное на основе их собственного опыта. Беда в том, что это оружие иногда стреляет в самого оруженосца. Драко не видит недостатков своей избранницы, но однажды в нем проснется бомба, заложенная отцом. Все сказанные им когда-либо фразы о превосходстве Малфоев, об избранности, о месте женщины в семье… Что далеко ходить, стоит посмотреть на его безропотно подчиняющуюся мать. А мисс Грейнджер явно не соответствует облику покорной безвольной супруги.

— Драко что, уже и жениться решил? — удивился Гарри.

— К счастью, пока нет, но Люциус занервничал, — Северус положил в ступку лимонную цедру и принялся энергично ее растирать. — Так вот, о чем это я… В каждом из нас очень живучи установки, заложенные родителями. Если человек способен обнаружить их внутри себя и отделить от своих собственных убеждений, то никогда не совершит ошибку, выбирая кого-либо или что-либо. Бомбу надо найти и обезвредить. Совсем убрать ее нельзя, к сожалению.

— Что ты понимаешь под бомбой? Что-то плохое, что сказали родители?

— Не обязательно плохое. ДРУГОЕ. НЕ ТВОЕ. Когда родительские советы и целевые установки вступают в диссонанс с твоими истинными желаниями и намерениями, они способны разнести в клочья лучшие начинания. Поэтому, мистер Потттер, хорошо бы вам научиться понимать, откуда приходит информация, с какой целью она приходит, нужна ли она лично вам и что с ней дальше делать. Хорошо бы разложить в своей голове все по полкам: это тетина полочка, это дядина, а вот полочка Альбуса Дамблдора, Ремуса Люпина…

— А вот целый стеллаж Северуса Снейпа, — засмеялся Гарри. — Остальные полки — в утиль!

Северус покачал головой.

— Это тоже неправильно. На стеллаж надо класть СВОИ собственные мысли. Но я не против небольшой полочки Северуса Снейпа, — промурлыкал он. — Только ты должен знать, что на ней лежат МОИ мысли и МОИ советы, а вовсе не твои, кит. Пока что у тебя в голове полный хаос. Как и у Драко.

— Я наконец-то в себе разобрался, а ты говоришь, хаос! — возмутился Гарри.

— Ага, разобрался, — фыркнул Северус. — Спасибо, бесов изгнал. Сразу полегчало.

— Я положил их на полку с надписью «Альбус и Геллерт», — хихикнул Гарри.

— На самом деле это большое достижение, Маленький Кит. А Драко… Легко разложить по полочкам суждения и установки чужих людей, а вот вычленить то, что родители с детства на ТВОЮ полочку подкладывали… Сегодня Драко считает, что Гермиона — самая желанная спутница жизни, а завтра в нем проснется отец, и неизвестно, чем дело кончится.

Гарри вдруг замер, нервно пересыпая в ладонях ореховую скорлупу.

— А в тебе… случайно, не проснется? — осторожно спросил он.

Северус метнул на него странный взгляд.

— Никогда. Все, что когда-либо сказал и сделал мой отец — даже не полка. Ящик. Гроб. Заколоченный гвоздями.

— Но это неправильно, — вдруг сказал Гарри. — Раз ты все гадости как будто в коробку закрыл, ты их… боишься в себе?

Северус застыл, удивленно подняв бровь.

— Не боюсь, — наконец, сказал он и опять нахмурился. — Я контролирую свое сознание.

«Мистер Контролер», — вспомнил Гарри.

— Лучше бы ты его простил, — вслух сказал он. — Пусть просто его полка пылится, ты к ней не подходи.

Северус молчал. Он сунул в бутылку воронку, до верха залил какой-то жидкостью и плотно закупорил пробкой. Потом поднял на Гарри задумчивый взгляд.

— Я тебе не говорил, Кит, что ты — сокровище?

* * *