Гарри и его гарем 11

Глава 11 О ламиях и нагах

Как и раньше, Мина не позволила мне большего. Но, честно говоря, я постепенно стал понимать одну простую вещь: далеко не с каждой хочется полного разврата, порой вполне хватает и того, что мы уже делали.

Чем меня сегодня удивила Мина, так это неожиданной ненасытностью. Казалось бы, сама говорила, что ей часто не надо, а тут разошлась, требуя ещё и ещё. Она будто хотела взять удовольствие впрок, что, по сути, невозможно. Но я, конечно, не отказывался: и сам получал огромное наслаждение от близости с ней.

Когда наконец всего хватило и ей, и мне, пришло время для разговора.

Мина охотно заговорила о полулюдях-полузмеях с живым интересом в голосе, будто она сама только недавно открыла для себя эту тему.

Различия между ламиями и нагами оказались серьёзными, и даже во внешности. Если человеческая часть тела ламий была частично покрыта чешуёй, то у наг она оставалась совершенно гладкой, без признаков звериного. То же самое касалось глаз, языка, клыков — у ламий всё это выглядело змеиным, тогда как у наг сохраняло человеческий вид. Наги, если отвлечься от змеиных хвостов, могли сойти за обычных людей.

Но внешность — лишь одна сторона. Гораздо интереснее их поведение.

Мина говорила увлечённо, временами даже как-то осторожно, словно пересказывает нечто запретное или пугающее. В книгах, в которых она читала о ламиях, упоминалось, что они имеют демоническое происхождение. Якобы их породили демоны, и со временем эти создания расплодились, став отдельным народом. Кто именно стоял за этим и с какой целью — ответа не было.

Причины считать ламий потомками демонов, однако, существовали. Во-первых, совершенно особое мировоззрение: они почти не походили на другие народы, которые хоть как-то умели находить общий язык, договариваться, торговать. Во-вторых, врождённая агрессивность. Да, случались исключения, но в целом уровень их ярости и жестокости был заметно выше, чем у большинства других. И в-третьих, ламии крайне неохотно выходили на контакт. Они не запрещали чужакам появляться на своей земле, но и не гарантировали, что очередной гость вернётся обратно. Слишком многое могло его настигнуть: агрессивная флора, ядовитая фауна, а порой и сами хозяева. Достаточно было неосторожного слова — и смертельный яд ламий, убивающий за доли секунды, делал своё дело.

Вообще, их яды — особенно любопытная тема. Тут Мина стала даже тише говорить, как будто она и сама чувствовала опасность в этих словах.

Ламии делились на одарённых и простых.

Одарённые владели ядовитой магией и были куда опаснее: они могли впрыснуть яд на расстоянии, причём довольно большом. С учётом скорости, с которой он действовал, антидот в таких землях бесполезен. Более того, противоядия от магического яда ламий до сих пор не существует.

Простые ламии выглядели скромнее на их фоне, но и у них в арсенале были ядовитые клыки. Одного укуса хватит, чтобы умереть. Вот и вся разница, по большому счёту, между одарёнными и простыми: одни легко убьют дистанционно, другие — при непосредственном физическом контакте.

Мне стало интересно, каким образом появляются одарённые. Мина ответила после небольшой паузы, словно подбирая слова: ничего определённого ей неизвестно, ламия либо рождается с даром, либо нет. Она лишь предположила, что это может зависеть от воли их бога-покровителя, если он у них вообще существует.

Дальше она рассказывала с явной неприязнью, уже без осторожности: ламий неоднократно пытались истребить целые народы, нападая на них снова и снова. Причина всегда звучала одинаково — они демоны, им не место в этом мире.

Слушая её, я невольно засомневался, что всё действительно так, как пишут в книгах. Даже если ламии и вправду демонического происхождения, это ещё не значит, что каждый из них обязан быть агрессивным. А во-вторых, скорее всего, именно ярость и упорство позволили им до сих пор существовать как народу, несмотря на все попытки устроить им геноцид. Да и как не ожесточиться, если на протяжении веков на тебя идут войной и пытаются уничтожить?

Причина нападать на них могла быть совсем иной. Например, ценный яд, которым ламии не делились ни с кем. Из-за него их могли приравнивать к редким животным, хотя на самом деле они были разумными существами, как и многие другие. Но даже если яд не представлял интереса, что маловероятно, то могли привлекать их земли — уникальные, хоть и полные опасностей. Опасностей для всех остальных, но не для самих ламий.

Чем больше Мина рассказывала, тем сильнее у меня появлялось желание побывать у ламий, несмотря на все риски. Мне казалось, они всё же не такие, какими их описывали в книгах, где авторы старательно выставляли их дьявольским отродьем. Особенно если учесть, что писаны эти книги были ангелами.

Когда Мина перешла к нагам, я понял, что их считали полной противоположностью ламий. Их не пытались истребить подчистую, хотя войны тоже случались, но не так часто и не с целью стереть их с лица земли.

По своему поведению наги были спокойнее, охотно шли на контакт, радовались приезжим и считались гостеприимными. Но если их сильно разозлить, то по ярости они могли приблизиться к ламиям. При этом никакого яда у них не было — ни магического, ни физического. Этакие неядовитые змеи.

Их земли тоже отличались от земель ламий: не столь опасные, более привычные и мало чем выделялись на фоне других континентов.

У меня складывалось впечатление, что наги — те же люди, только с хвостом змеи вместо ног. Но позже она поведала достоверный факт, который изменил моё представление о них.

Оказывается, лишённые ядов, они обладали другим даром. Наги не только способны обучаться любой магии, как я, например, и другие люди, но и поголовно, по достижении определённого возраста, получали возможность оборачиваться. Да, наги — оборотни.

Взрослые могли превращаться в людей, и без магического зрения их невозможно было отличить от настоящих. Разве что в разговоре или по взглядам на жизнь, которые заметно отличались от общепринятых. В основе их философии всегда стояла мудрость: не накапливать материальное, а ценить вечное.

Мина рассказывала это с оттенком уважения, даже восхищения, и я поймал себя на мысли, что она симпатизирует нагам. Для них мудрость была выше всего, и потому неудивительно, если подросток-наг рассуждал как поживший десятилетия мужчина.

Раз уж речь зашла о философии, я спросил Мину, что движет ламиями. Тут она заговорила жёстче, будто отрезала лишние сомнения: основа всего для них — выживание любой ценой. И я всё больше склонялся к мысли, что ламий именно вынудили стать такими.

— А ты бы хотел в семью ламию? — неожиданно спросила Мина, пристально глядя на меня. — Или нагу?

— Даже не думал об этом, — серьёзно ответил я. — Спасибо тебе большое, что рассказала о них. Было очень познавательно. Но к чему этот вопрос?

— Ну, чтобы был шанс открыть проход в эту пещеру, понадобится одарённая ламия. А они, о чём я тебе ещё не рассказала, большие любительницы новых впечатлений, — весьма прозрачно намекнула Мина.

Я представил, как бы это могло выглядеть, учитывая змеиный хвост вместо ног, и неловко поёрзал, будто пытаясь избавиться от навязчивого образа. Нет, что-то неправильное. Даже в мыслях трудно представить, как и куда…

И тут я вспомнил свой опыт с Ари в озере. Да, было непросто сразу принять всё это, но ведь получилось. Какая разница — хвост у неё или у ламии. Только у тех он именно змеиный.

Не то чтобы я когда-то боялся змей или испытывал отвращение. Просто в голове не укладывалось, как вообще должен происходить контакт ламии и человека. Или эльфа. Или любого другого двуногого.

— Уже представляешь? — с лёгкой усмешкой заметила Мина. — Согласна, это очень странно и необычно.

— Да ты сама начала эту тему, — улыбнулся я в ответ, стараясь скрыть лёгкую неловкость. — Если б не сказала, я бы и не думал. Ещё скажи про какого-нибудь кентавра женского пола…

Она удивлённо посмотрела на меня, а потом рассмеялась.

— Ну чего? — засмеялся и я вместе с ней.

— С кентавром, по-моему, ещё более странно, — ответила Мина, уняв смех.

— И вообще, такие разговоры с тобой — тоже что-то странное.

— Так что с кентавром? — продолжала она веселиться. — Хотел бы?

— Нет, — вполне честно ответил я. — Какой бы она прекрасной ни была, точно нет. Исключено. И даже представлять не буду. Мне вот с ангелом очень-очень хорошо.

— Приятно слышать. — Мина придвинулась ближе, прижимаясь ко мне бедром. — А давай ещё? Потом ведь отправишься к этим гномам…

— К дворфам, — поправил я.

— Для меня они все одинаковые, — легкомысленно бросила она. — Ну так что?

Вместо ответа я просто усадил её на себя, показывая полную готовность.

Мы так увлеклись друг другом, что не заметили, как прошёл небольшой дождик. Только выйдя из купола, увидели блестящие капли на траве и листьях деревьев, словно кто-то украсил их россыпью стекляшек, а кругом стало ещё свежее и прохладнее.

Как бы не разразился настоящий ливень — тогда мои планы по строительству дома легко могут сорваться…

Снежок отозвался сразу, и вскоре мы уже мчались в сторону дома.

По возвращении я понял, что мне повезло: во Второй деревне дождя не было, а неподалёку уже лежали заказанные брёвна.

Первым делом мы все вместе пообедали. Правда, я, как и Мина, потратив немало сил, съел больше, чем стоило.

Чтобы немного утрясти еду, предпочёл пройтись, и компанию мне составила Дарки.

Она тут же начала делиться мыслями о доме: где лучше построить и как будет удобнее это делать. К тому же, наблюдая за строительством бани, она примерно понимала процесс. Но я попросил её всё-таки найти одного из мастеров, что возводили баню, чтобы тот помог, если согласится. Для Дарки это не было проблемой, поэтому после прогулки она направилась к дому мастера, а я пошёл искать старосту.

Рост нашёлся без труда и даже обрадовался мне. Он охотно выдал инструменты, часть сам помог донести. Брёвна он оценил положительно: сказал, что хорошие, но тянуть со стройкой не стоит, ведь погода может подвести. Помочь лично он не мог, — своих дел хватало — но пообещал раздобыть материал для крыши, которого у меня пока не было. Сейчас же главное — поднять стены и закрыть дом крышей, а остальное можно доделать и в ненастье. Увы, интернета здесь не было и не будет, чтобы глянуть прогноз.

Мастер пришёл вместе с Дарки. Мужчина уже в возрасте, но крепкий и рукастый. День выдался для меня удачный: работы у него не было, и он был готов начать хоть сейчас.

Если я в строительстве — полный профан, то он сразу взял дело в руки. Выслушал предложения Дарки, мои пожелания, прикинул всё на месте и тут же обозначил, как лучше поступить, чтобы дом простоял долго и без проблем.

О расходных материалах я даже не подумал, но Дарки, к счастью, не забыла про них. Так что мы смогли приступить к делу прямо сейчас.

По словам мастера, даже вдвоём, если трудиться всерьёз, дом можно возвести быстро. Для него это не представляло ничего сложного. Самым муторным делом он считал конопатку, но тут я его успокоил: справлюсь сам, да и девчонки помогут в случае чего. Ничего сложного — вставляй и проталкивай конопатку как следует.

Когда мы окончательно решили, какой будет дом, работа началась. Точнее даже — закипела.

И это было хорошее чувство: после всех разговоров дело наконец пошло вперёд.