Гимн шута – XIX

Глава 25

Глава 25

— Вста-вай.

Павел поморщился. Но глаза не открыл.

— Вста-вай, — повторил вновь мягкий и нежный голос.

— Ну-у-у-у, — потребовал уважения к своим потребностям парень.

— Вста-вай…

Его плечо тут же сжала чья-то ладонь и попыталась растормошить.

— Еще пять минуточек, — слабым голосом молодой человек.

Он вчера вернулся поздно. Вернее, рано. Но, кажется, именно этот факт и служил ему сегодня худшим из возможных «оправданий».

— Вставай!

Интонации сменились. Теперь в них сквозило показное недовольство. И возмущение.

— Ага, — решил Волконский, поймав момент.

Чья-то рука мгновенно попалась в стальной захват. Резким, но аккуратным движением парень ловко подмял под себя «недовольного» секретаря.

— Ага, — довольно зафиксировал он свою победу.

Впрочем, отчего-то Катерина и не особо пыталась сопротивляться. А судя по улыбке, еще большой вопрос, по чьему именно сценарию прошла «схватка».

— У вас есть час, Павел Анатольевич, — умудрилась сохранить серьезный тон Катерина. — И ни минутой больше. Расписание на сегодня очень плотное.

Волконскому идея понравилась настолько, что свободная рука тут же потянулась к пуговкам на воротнике блондиночки. Пальцы коснулись нежной шеи и…

Бам!

Дверь с ужасающим грохотом распахнулась. В комнату влетел самый настоящий ураган, тут же любопытным котенком запрыгнувший на кровать.

— Дагэ!.. — радостно завопила Фэнг, озаряя мир искорками из глаз и счастливой улыбкой.

Волконский с некоторым трудом удержался от того, чтобы отправить в короткий, но точный полет подушку.

— А что вы тут делаете⁈ — продолжила подпрыгивать девочка, радостно разглядывая замерившего над Катериной «старшего братика».

— Ай, — тут же негромко воскликнула блондиночка.

— Ой, прости! — в тон откликнулся парень, разжимая невольно стиснувшиеся на запястье девушки пальцы.

— А!.. — протянула довольная девочка. — Вы боретесь!

Павел окинул внимательным взглядом светящееся столь наивной радостью личико, оценил широкую улыбку и… с трудом второй раз подавил желание потянуться к подушке! Отчего-то создалось впечатление, что кое-кто прекрасно знал, чем именно тут «взрослые занимаются».

— Пять минут, — коротко шепнул Катерине Павел.

— Жду, — эхом откликнулась блондиночка.

— Фэнг, за мной.

Девочка не спорила. Подарила еще одну широкую счастливую улыбку Катерине и выскочила вслед за «старшим братиком». Тот, лишь на миг притормозив, чтобы показать кулак фотографии сестрицы их нового стихийного бедствия, ринулся на кухню. Первым ему на глаза попался Кроль.

— Кирилл, — настолько серьезно начал Павел, что явно только-только проснувшийся лохматый парень вздрогнул и тут же насторожился.

— Ну? — с опаской спросил он, справедливо ничего хорошего от такого начала не ожидая.

— Ты очень хочешь прогуляться, — уверенно кивнул Волконский.

— Правда? — даже удивился напору тот.

— Правда! — подтвердил клановец.

— И зачем? — прищурился Кроль.

— Ты хочешь угостить Фэнг мороженым!

— Да? — тут же подпрыгнула на месте девочка.

Мороженная она любила. Но еще больше «куда-нибудь за ним сходить»!

— Не сомневайся, — буркнул Волконский.

— Ладно, — оценил состояние взведенного «небожителя» Кроль. — Сейчас умоюсь, соберусь…

— Кирилл, — перебил Павел. — Если исчезнете из квартиры через три минуты — проси что хочешь!

Парню понадобилась секунда на оценку обстановки.

— Понял! — решил он, поднимаясь с места.

Входная дверь за спинами «прогульщиков» захлопнулась через две минуты и сорок девять секунд.

Павел выдохнул и решительно направился к своей комнате…

И не дошел.

Катерина вышла в коридор первой. Одного взгляда на лицо секретаря Павлу хватило, чтобы признать: сейчас они займутся всем что угодно, но только не тем, что у него на уме.

— Блин… — коротко выдохнул он.

— Да, — с сожалением кивнула блондинка.

Однако уже через миг ее голос звучал холодно и деловито:

— ЧП на «РитРос», — коротко доложила она. — Протестующие напали на автобус с рабочими. Есть жертвы среди сотрудников.

С этими словами она протянула моментально собравшемуся сюзерену планшет с выведенным на экран докладом Бойцова.

— Я сделаю чай, — негромко объявила она и шагнула на кухню.

Волконский не ответил, погрузившись в казенные строки отчета.

— Водку! — авторитетно заявил бригадир, разом оборвав все споры. — И только водку!

Двое голых мужчин с полотенцами на поясах, тут же притихли. Старшего рабочей группы они уважали.

— Сделаем, Михалыч! — тут же откликнулся тот, что помоложе, «чавкнув» мокрыми резиновыми тапочками.

— Не, ну тоже вариант, да, — согласился его собеседник нехотя. — Но и пивко под…

Бригадир нахмурился. Больше в шутку. Однако оба спорщика тут же устало подняли ладони в сдающемся жесте.

— Слышь, молодой, что умные люди говорят!..

Всего месяц отработавший слесарь механосборочных работ шестого разряда уважительно кивнул.

— Так и сделаем, Юрий Михалыч, — клятвенно пообещал он.

Проставиться бригаде молодой слесарь был только за. Всего тридцать дней назад он и поверить не мог, что ему посчастливиться попасть в команду «РитРос». Он и резюме-то подал лишь потому, что жена настояла.

В успех не верил ни один из них. Но вот поди ж ты..Перезвонили! И даже пригласили на собеседование…

— Нечего тут сущности множить! — закрыл шкафчик бригадир.

Хлопок стальной двери тут же разнесся по практически пустой раздевалке. Большая часть сотрудников уже была у автобуса, что должен был провести их через людское море «этих долбоящеров», что собрались поорать возле заводских ворот.

— Есть! — тут же вскинули в шутливом салюте ладони к голове оба спорщика, до сего момента так и не решившие на счет «проставы».

И старший явно перестарался. Полотенце упало к ногам.

— Да, Славян, не рад ты меня видеть, — оценил бригадир.

— Тут холодно! — невозмутимо парировал тот, поднимая «прикрытие».

Все трое негромко рассмеялись.

— Давайте быстрее!

Спорщики и впрямь ускорились. Уйдет автобус — следующий через час. А пробиваться самим через сборище неадекватов… Вот уж увольте. Попытки уже были. И даже успешными. Так, потолкались инструментальщики со второго корпуса с носителями флагов и каких-то тупых речовок на транспарантах, да и все. Но прошли все же. Вот только кому такие приключения нужны после двенадцати часов ночной смены на ногах?

— Успели, — выдохнул молодой, первым заскакивая в автобус.

— Привет, Толян, — тут же поприветствовал водителя второй «опоздун».

— Больше ждать не буду! — тут же огрызнулся «властитель баранки».

За спинами недавних спорщиков тут же мягко закрылась дверь.

— Давай сюда, — первым нашел пару свободных мест Николай.

Старший спорить не стал. Грузно плюхнулся рядом.

— А есть-то че будем?.. — попытался было начать новый спор он.

Однако тут же заметил, что молодой коллега его не слушает.

— Ты чего?

Самый молодой слесарь бригады не ответил. Он наблюдал за тем, как откатываются в сторону тяжелые ворота. За ними который день уже раскинулся палаточный городок на несколько сотен человек.

— Не проскочили, — заметил Николай.

Его сосед поморщился.

У протестующих распорядка особого не было. Иногда они просто дрыхли, так что автобусы могли спокойно проехать без всякой задержки, а порой и носились как в жопу ужаленные.

Бум!

Николай вздрогнул.

В стекло возле его лица ударил солидный булыжник… и отскочил в сторону. Волконские позаботились о том, чтобы окна автобусов так легко было не пробить.

Бум! Бум! Бум! Бум! Бум! Бум!

Частым градом послышались удары кирпичей и бутылок о борта транспортов.

— Вот дебилы, — негромко прокомментировал Михалыч, устроившийся рядом с мастером участка на ряд позади.

Николай был согласен с начальником. Он до сих пор пребывал в эйфории от новой работы. И зарплата, капнувшая накануне, ему вполне понравилась. Только бери и трудись.

— Чего это они сегодня? — удивился сосед.

И впрямь, в «людском море» явно началась пора штормов. «Волны» разбивались о борта автобусов, отмечаясь ударами палок о стекла.

— Да что с ними? — тоже заметил необычную активность Николай.

Сегодня протестующие разве что на пути автобуса не ложились. И то лишь потому, что Волконские прекрасно, четко и ясно объявили приказ водителям: «Не останавливаться. Давить.».

Здоровье сотрудников для руководства было в приоритете.

— Вот черти! — разнесся по салону недовольный возглас «Толяна».

Кто-то особо отчаянный выскочил прямо перед автобусом, метнув в лобовое стекло пакет с краской. Мгновенно стало темнее в салоне. Народ обеспокоенно зашептался.

За последние дни к выходкам протестующих все уже привыкли. Но сегодня они явно съели на завтра каких-то не тех мухоморов…

Водитель тем временем скорость не снизил. Умная техника тут же вывела на мониторе перед ним изображение с камер.

Николай оглянулся. Второй автобус следовал за ними. Ему тоже доставалось. Но меньше.

— Вот не нравится мне это, — негромко сообщил молодому сосед.

Тот мгновенно обернулся.

— Что такое, дядя Слава? — настороженно спросил он.

— По-во-рот.

— Твою ж, — оценил новость молодой человек.

Поворот. Резкий. Почти на девяносто градусов. И перед ним придется здорово сбросить скорость. Прямо в центре порядков протестующих.

— Не боись, молодой, прорвемся! — попытался ухмыльнуться старший товарищ. — Толян, знаешь сколько лет за баранкой? У-у-у-у, брат, там такое!..

Автобус начал ощутимо замедляться. Соседи переглянулись и отчего-то разом вцепились в подлокотники. Просто так было спокойнее.

«Град» застучал по бортам все чаще. И прицельнее.

Однако Николай мог бы поклясться, что четко слышал «тот самый „Бум!“».

В этот раз «снаряд» не отскочил от лобового стекла. Он словно прилип снаружи.

Молодой слесарь подался вперед.

— Что за херна-А-А-А-А! — заорал молодой человек, хватаясь за лицо.

Яркая вспышка резанула по глазам с силой сверхновой, опалив салон жаром.

А в следующую секунду стена огня заполонила пространство…

Последнее, что услышал молодой слесарь Николай перед тем, как его приложило о поручень подлетевшего в воздух автобуса, нечеловеческий крик вспыхнувшего факелом водителя.

На этом для него все закончилось.

— На выход!

Павел прибыл к заводу через двадцать минут после доклада.

Катерину с собой не взял. Зато поднял по тревоге дежурную команду. Благо Влад оказался на точке.

— Стойте, — потребовал командир ГБР, схватив уже готового покинуть микроавтобус сюзерена.

Тот вырвал руку.

— За мной.

Охране ничего не оставалось, кроме как выскользнуть следом.

Они остановились метрах в ста от КПП. Отсюда был прекрасно виден все еще чадящий остов автобуса.

— Ты и ты, — отдал приказ телохранителям Волконский. — В машину.

Мужчины в одинаковых костюмах не замешкались. Почти. Все-таки Павел уже приучил относиться к своим словам серьезно.

— Опасно, — прокомментировал негромко Влад.

Без особого напора. Мол, просто констатация. Не более.

— Пока не заметили — неопасно, — пожал плечами клановец.

А «люди в черном» внимание привлекают всегда. Особенно если их несколько.

— Глайдер прибудет через двадцать минут, — сообщил командир ГБР. — Ждем?

Павел прикинул маршрут.

— Не проехать, — решил он.

Протестующие, как с цепи сорвались. Опьяненная кровью и ей же повязанная толпа гудела разворошенным муравейником. Все подъезды к заводу были блокированы. Теперь это была вовсе не та толпа, что удалось разогнать десятку гвардейцев, прикрытых иллюзиями.

Сейчас охране придется стрелять. На поражение.

— А журналисты тут как тут, — покачал головой Павел, приметив пару представителей сего племени.

Кто бы ни организовал этот протест, действовал он грамотно и четко.

— Дождемся глайдера, — твердо решил Влад, чуть напрягаясь.

— Нет, — тут же покачал головой Волконский, подтвердив смутные подозрения командира ГБР.

Бойцу только и оставалось, что негромко выругаться.

— У тебя кепка какая-нибудь в машине есть? — задумчиво спросил клановец.

— Нет никакой кепки, — с досадой выдохнул спец.

Павел на такое не повелся.

— Это приказ, Влад, — прозвучал холодный спокойный голос сюзерена.

Шутки кончились.

— Тогда есть… — вынужден был сдаться командир ГБР.

Кепка оказалась старая, выцветшая. Павел натянул её поглубже, сунул руки в карманы и неспешно, вразвалочку, двинулся прямо в толпу. Влад рванул следом, мысленно прощаясь с жизнью.

Если сюзерен сейчас допустит хоть одну ошибку, воевода Волконских ему этого не простит.