Гимн шута – XIX

Глава 7

Глава 7

— Приглуши свет, — попросила Настя, перетекая на шаг ближе к Павлу.

«Откликнулась» на зов секретарь. Она без слов погасила половину ламп в их «кают-компании». Просторная комната погрузилась в полумрак.

Они молчали. Все четверо. Лена, Катерина, Настя и сам клановец. Этот «танец» был лишь для двоих. Остальные не отвлекали. Только наблюдали. Безмолвно. В окружившей две фигуры посреди зала тишине можно было услышать даже дыхание обеих зрительниц.

— Давненько мы не были с тобой вдвоем, — негромко выдохнула канцеляристка.

Павел улыбнулся. Едва заметно. Но не ответил. Слова, люди и даже мысли сейчас текли словно сквозь не него. И ничто в мире не имело значения, кроме глаз ярковолосой партнерши.

С негромким шорохом Лена села на диван, с интересом наблюдая за разворачивающейся перед ней сценой.

Волконский отметил движение слева, но пропустил эту мысль сквозь себя. Не позволил ей задержаться в уме. Просто отметил («Я тебя вижу!»), но не «вовлёкся» в нее.

— Я даже соскучилась, — сделала девушка еще один шаг к парню.

Острый язычок скользнул по губкам, но взгляд и на миг не вильнул в сторону.

Павел подался вперед. Навстречу.

Легко и привычно взлетели вверх руки и замерли, едва касаясь друг друга. Это касание было мимолетно, как если бы крылья мотыльков, кружащих вокруг свечи, на миг столкнулись и тут же мягко продолжили движение.

— Чувствовать, прежде чем видеть, — негромко напомнила канцеляристка.

Сегодня она отказалась от вырезов и демонстрации груди. Вместо этого Настя предпочла широкую футболку и спортивные шортики. А вот обувью пренебрегла, предпочитая «смотреть» стопой.

Павел кивнул.

Чи сао. Липкие руки. Сердце вин-чун.

— Давай, — выдохнул Волконский, неестественно спокойным тоном.

Никто не взорвался градом ударов. Ни одно резкое движение не нарушило общей гармонии.

Клановец выставил руку в «тан сао»: теперь его локоть держал центральную линию как стержень, вокруг которой вращается весь остальной мир. Вторая же скользнула в «фок сао», «приклеившись» запястьем к руке Насти.

Это был практически танец. Плавный и текучий. И очень медленный. Оба партнера не стремились победить, сливаясь в едином движении. Инициатива переходила от одного к другому: «бон сао» отталкивала руку канцеляристки, а «гум сао» старалось захватить, но ни одно движение не рвет хрупкий контакт.

— Поиграем?.. — мягким до потусторонности тоном спросила Мышь.

Павел прикрыл глаза. Зрение ему сейчас было совсем не нужно. В этом поединке имели значение давление, дрожь мышц и даже температура кожи.

В реальном бою на высокой скорости глаз просто не заметит короткого стремительного движения, несущегося по кратчайшей траектории к телу. Лишь предчувствие и опыт смогут прервать атаку.

— Уходи, — негромко выдохнула Мышь.

Павел кивнул, не открывая глаз.

Он еще глубже погрузился в медленный танец без мелодии, где «ведущий» партнер сменялся ежемоментно. Вот Волконский начинает прорыв вперед, но его рука тут же уходит в сторону. Нет, он не встретил жесткого блока, но Мышь плавно отклонила его движение, тут же усилив давление на центральную линию. Павел мягко отступил назад, но контакт не прервал, в попытке плавно затянуть партнершу в пустоту.

Чувственный танец закончился неожиданно. Победой без победы. Никто бы не смог сказать, кто именно одержал вверх в этом партнерстве. Просто в какой-то момент клановец понял: все. И отступил на шаг назад, открывая глаза и разрывая контакт.

Молодой человек кивнул канцеляристке. Та ответила зеркальным движением.

Несколько секунд стояла тишина.

— Легче? — наконец спросила Настя.

Павел кивнул и позволил себе легкую улыбку.

С едва щелчком вновь вспыхнул яркий свет.

— Присядем, — предложил молодой человек, чуть прищурившись от «удара» по глазам.

Все, кроме Катерины, подошли к дивану.

Блондиночка же направилась к двери. Пригласить всех тех, кто пришел к комнате уже после начала «танца», но не стал прерывать «ритуал».

Собственно, в помещении собрались все: бойцы СИБ, глава ГБР, обеспокоенная и явно нервничающая сестренка и, конечно, красавица-блондиночка с не менее очаровательной целительницей.

— Итак, все в курсе, ради чего мы здесь собрались, — открыл собрание молодой человек.

Все взгляды сошлись на конверте и лежащем рядом с ним послании. Волконский не стал желать их этого секрета.

— Что это вообще такое? — спокойно спросил он.

— Древний ритуал «Школы Теней», — ровно ответила Мышь.

Ее голос все еще был неестественно спокойным и монотонным после «танца». Однако с каждой секундой она все больше погружалась в данную ей в ощущениях действительность.

— Считалось, что ожидание неминуемой смерти страшит куда больше, чем просто убийство.

— Ужасный конец и ужас без конца, — вспомнила про древнюю поговорку Тишь.

— Именно, — согласилась Настя. — Тебе сообщили, что ты можешь бежать, прятаться, нанимать целую армию охраны, но все равно умрешь в назначенный срок.

Повел, до того спокойно рассматривающий выложенное на журнальный столик «письмо счастья», поднял взгляд на недавнюю партнершу.

— За тысячу лет существования «теней» известно лишь о пяти случаях невыполнения подобной угрозы. Есть свидетельства, что исполнители сами покинули этот мир в мучениях.

— Понятно, — кивнул Волконский. — То есть, отступить исполнитель не может.

Настя пожала плечами.

— Может, — коротко ответила она. — Но таких случаев еще меньше, чем провалов. Если «школа» отказывается от своих намерений, то они способны отозвать «ученика». Но только общим решением. И лишь в случае гибели заказчика. Причем «помогать» ему покинуть этот свет досрочно запрещено их правилами.

Павел припомнил слова Хули-Цзина.

— Насколько мне известно, Цзинь Вэй — последний адепт «Школы теней», — сообщил молодой человек.

— Значит, вся проблема в том, чтобы убедить ее передумать? — уточнила Светлана.

Сейчас она почти не принадлежала этом миру, погрузившись в расчет вариантов и возможностей. Аналитик всеми силами пыталась найти способ выжить для своего брата.

А вот про то, что нужно поставить надгробный камешек Лю Фэну, да еще и уговорить безопасника контрабандистов под него лечь, она добавлять не стала. И так понятно, мол.

— Всего лишь! — как-то разом выдохнули штурмовики Тишь и Гладь.

Волконская не отреагировала. Она сейчас находилась в своем мире. Павел с Настей, еще не до конца сбросившие путы недавнего транса, тоже. Остальные же… Влад позволил себе легонько недоверчиво хмыкнуть. Князь недовольно качнул головой. Он предпочитал более надежные, чего уж скрывать, радикальные средства. Все по заветам Билли Бонса: «Мертвые не кусаются.». Конечно, годы смягчили его довольно жесткие взгляды на этот счет. Но все же командир группы подобные вопросы предпочитал закрывать полностью.

— Допустим, — пока не стал оценивать предложение Павел, откладывая его в сторону. — Это имело бы смысл только в одном случае: если бы мы могли добраться до Цзинь Вэй.

Молодой человек взглядом указал на веточку, выложенную прямо на плотную бумагу послания.

— Лично я гораздо большей проблемой вижу Тун Фэнг, — признался клановец.

Из пребывания здесь сестренки одной из самых серьезных убийц в мире можно было сделать лишь один позитивный вывод: ее сестренка не держит их воеводство под плотным контролем. Иначе давно бы «срисовала» нового «гостя».

И как тогда поступит Цзинь Вэй? Не сорвет ли ее с нарезки. И что случится с теми, кто в тот момент окажется рядом с Фэнг.

— Разумно, — вздохнул Мышь.

В голосе ее наконец-то стали проявляться хоть какие-то эмоции. Медитативный транс уступал место деловитости. Однако природная ехидность Мыши пока «не проснулась».

Остальные всячески выразили согласие с воеводой. Лишь Катерина и Елена не проявили никаких эмоций. Они вполне доверяли сюзерену. Да и функции в коллективе у них были несколько иными.

Зачем же тогда Павел вообще допустил их до общего собрания?.. Да чтобы были! Клановцу в их присутствии думалось лучше. Да и блондиночка, послушав сейчас, позже могла взглянуть на проблему с неожиданной стороны и выдать необычное решение. Такое уже случалось.

— Насколько я понимаю, Лю Фэн контролировал Цзинь Вэй с помощью сестры. И вполне себе жил.

Тишь выдала реплику ровным тоном.

Возгласов вроде «Ты собираешься прикрываться ребенком?» или «Брать в заложники маленькую девочку⁈» не последовало. Люди взрослые собрались. Неприятные варианты. Но и они должны быть учтены.

— Допустим, — кивнул Павел, обведя взглядом остальных.

Мол, высказывайтесь.

Идей ни у кого особых не возникло.

— Насть, — вздохнул Павел. — Ты у нас специалистка по «Школе Теней». Эта штука…

Волконский несколько раз коснулся подушечкой указательного пальца конверта.

— … Она действует в обе стороны?

— Не поняла, — тут же честно призналась канцеляристка.

Додумывать сама она даже не пыталась. Не тот случай. Сейчас и малейшие разночтения могли стать причиной трагедии в будущем, так что все предпочитали «подушнить», а не гадать, что же именно имел в виду собеседник.

— Станет ли Цзинь Вэй действовать раньше седьмого дня? — уточнил свою мысль молодой человек, подняв взгляд на канцеляристку.

«Око императора» задумалась. Она запросила и перепроверила все материалы по «Школе Теней». И пусть известно о ней было не так много, но…

— Нет, — ответила она. — Ритуал отсроченной смерти это прямо запрещает. «Публичное обещание» должно быть исполнено от и до.

Павел кивнул. Но взгляда от своей недавней партнерши не отводил, расслышав в ее голосе явно прозвучавшее «но».

— Останется ли она верна Уставу «теней», если узнает, что ее сестра у нас?

Волконский кивнул. Логично. Однако…

— Что ж, — негромко подытожил он без особой уверенности. — Значит, время еще есть. Будем исходить из этого.

На части лиц клановец видел тень сомнения. Но решение было за ним.

— Тогда пока займемся более насущными вопросами. Что по «свободовцам», Свет? — негромко спросил он.

Девушка подняла взгляд. Павел почти наяву увидел, как сестра волевым усилием останавливает уже разогнанные мыслительные процессы и перестраивается на новую задачу.

— Я составила и отправила отчет по результатам в аналитический отдел канцелярии, — сообщила девушка. — Благодаря анализу активности радиообмена, нагрузки сетей связи и тепловой разведки, выявлены четыре объекта. Как минимум подтвержден один Оплот.

— Уже?

Павел удивленно глянул на аналитика Ветви.

Очень уж его зацепил статус объекта. Подтвержденной для Светланы считалась информация, полученная их трех заслуживающих доверия источников, никак не связанных друг с другом. Девушка подходила к вопросу со скрупулезностью спеца артиллерийской разведки, головой отвечающего за выявленные им и его людьми целям. А ну как вместо «точки сосредоточения бандитов» на месте детский садик окажется, выданный «той стороной» за приоритетную цель.

— Уже, — уверенно кивнула Волконская. — Радиообмен, спутниковое наблюдение, тепловые сигнатуры и результаты допросов.

— Рассказывай, — обернулся Павел к девушке.

Очень уж ему стало интересно, кого именно допросили «спецы», до этого момента он как-то не успел заняться вплотную этим вопросом. Своих, как говорится, хватало.

За двое суток до совещания в воеводстве

Вологодский лежал. Шило в известном месте и взрывной характер процесс делали исключительно сложным. Но желание отомстить было куда сильнее.

— Холодно, — едва слышно выдохнул «кощей».

Он не бросил капитана. И готов был идти до конца. Оба «тихушника» в руках держали до боли знакомые стрелковые комплексы. Простые и эффективные. За несколько десятилетий, что капитан тянул мирную лямку, они не слишком-то и изменились. Во всяком случае, с точки зрения пользователя.

— Терпи, — спокойно отреагировал шкипер.

Ему даже и в голову не пришло отправить старпома куда подальше.

В смысле, греться. Машины СИБ были припаркованы в полукилометре. А здесь, по большому счету, справятся и без них.

Никто «болтунов» не одергивал. Все-таки стояли (или лежали) они во второй линии. Услышать их можно было, лишь оказавшись совсем близко. Но если разведчик «свободовцев» подберется на такую дистанцию, то засаду он увидит и так. Все-таки навыки маскировки что «колобок», что «кощей» заметно растеряли.

«Так что теперь только на приманку и годимся.» — оценил своё положение Вологодский.

С другой стороны, Свиридов и не скрывал: если кому-то удастся «просочиться» сквозь засадные позиции, то именно они будут служить отвлекающим «пугалом» для дозорных «свободовцев».

Такова была плата за возможность лично отомстить за захваченный контейнеровоз и убитых спецов. А также за растоптанную гордость. Капитан на судне — первый после Бога. А тут какие-то «солдатики» решили установить свои порядки.

Вологодский был чертовски зол.

— Едут, — негромко прозвучал голос из рации.

Ему даже не выдали гарнитуру. Так что звук речи из динамика разнесся на пару десятков шагов во все стороны.

Впрочем, «кощей» тут же успокоил:

— Все чисто, — негромко сообщил он. — Дозорные идут по той стороне.

Капитан кивнул. Сегодня его жертва не понадобится. А на той стороне «приманок» нет. Значит, разведчики Демидова пропустят чужаков внутрь порядков и уничтожат за миг до того, как на основную группу обрушится огненный ливень.

— Внимание! — раздался приглушенный голос из рации.

Вологодский чуть крепче сжал цевье автомата. Он мог работать даже не после первого выстрела, а только по команде оператора. Хотя ярость в груди буквально требовала открыть огонь сразу же, как цель появится в поле зрения. Но он подавил недостойное желание.

В конце концов, кому как не капитану знать, что такое дисциплина и единоначалие!

— Готовность!

Палец капитана сместился с края рамы на спусковой крючок.

До «ада на земле» оставались секунды.

— Там только местные ищейки и небольшая охрана, брат Тахо! — негромко произнес старик, с удовольствием развалившийся на заднем сидении джипа.

Они гнали быстро, но скрытно, так что на исходную точку прибыли через три часа старта из Оплота. Здесь их уже встретили двое: пожилой отец и его сын. Местные егеря.

Строго говоря, «братьями» они не были. Просто сочувствующими. Да еще и на зарплате, так сказать.

Однако Тахо не стал акцентировать на этом внимание. Сейчас не до того.

— Ты закончил? — равнодушно обернулся наемник Магистра к тому, что помоложе.

— Почти, брат, — с восторгом ответил мужчина и вновь вернулся к карте, отмечая все, что удалось разведать за тот короткий срок, что у них был.

От усердия он даже высунул кончик языка, больше всего сейчас походил на прилежного гимназиста, по какой-то странной причине разодетого в камуфляж и зажавший коленями охотничью двустволку.

— Что ж, — решил Тахо, рассмотрев «донесение» через несколько минут.

Сам бы он ни за что не решился соваться к судну, имея так мало информации. Однако приказ Первого магистра был прост и двойных толкований не предполагал: захватить груз, до того как из столицы прибудет подкрепление.

Шансы были.

Риск тоже.

Первые довольно сомнительные.

Второй — неоправданно высок.

Так всегда бывает, когда холодный расчет и логику подменяют эмоции.

— Выгружаемся, — потребовал Тахо, едва машины затормозили в нескольких сотнях метрах от цели.

Вот еще не хватало соваться к контейнеровозу «на колесах». Они же мгновенно станут братскими могилами для всех запертых внутри. Так что сейчас требовалось рассредоточиться и добираться до цели малыми группами, чтобы их всех разом не накрыло.

Покинуть транспорт они успели.

А вот рассредоточиться — нет.

Лес вокруг расцвел едва заметными цветками приглушенных ДТК дульных вспышек. И сотрясся грохотом очередей.

— Ложись! — заорал Тахо.

Однако что-то тут же ударило его в грудь.

Свет погас.

Мгновенно.