Харза кусается

Глава 18

Искать в Хабаровске представителя российских родов не пришлось. Боярич Николай Лукашенко, в компании Ивана Хвощёва, ожидал их в аэропорту. Чтобы гости не завязли в сутолоке воздушных ворот края, два лимузина с гербами Вяземских подогнали прямо к трапу. Во втором ехала красная дорожка и четыре дружинника парадного расчета. С боевым оружием. В столице императорский эскорт беднее встречал!

— Если не возражаете, поедем сразу к Афанасию Ивановичу, — предложил Хвощёв. — Я понимаю, надо бы отдохнуть с дороги, но…

Тимофей переглянулся с Надей. Непонятно, к чему такая спешка, но почему бы и нет. Голодными не оставят, зато накормят ещё и информацией, а то шуму вокруг много, а понимания — никакого! Загрузились всем составом, не забыв Малыгина, лично примчавшегося в Новосибирск выручать сюзерена.

В резиденции дожидались Вяземский, старший Хвощёв и обильно накрытый стол. Даже два. Один, уставленный блюдами со всевозможными яствами, другой — застеленный километровками западных границ империи.

Отдали должное кухне хозяев, поделились впечатлениями от чемпионата мира, выслушали последние хабаровские и российские новости и сплетни, и перешли к делу.

— Вот Вы мне объясните, — задал первый вопрос Тимофей. — Как вообще можно воевать, когда нельзя трогать не имеющих отношения к родам? Подходит танковая колонна к пограничному посту, предъявляет документы на каждого, техпаспорта на танки, таможенники ставят штампы, военные платит пошлины. Потом враг движется в направлении Ваших, Николай, родовых земель, тщательно соблюдая правила дорожного движения. Завтракают, обедают и ужинают в кафе, пироженки с водкой покупают в магазинах на обочине, ночуют в мотелях, разместив бронеходы на парковках. По дороге ухаживают за девушками, дарят цветы и конфеты, обещают скоро вернуться с победой. Если какой раздолбай ухаживал недостаточно учтиво или кого обидел, сдают хулигана полицейским… Добравшись до места расчехляют пушки, и понеслась душа в рай!

Присутствующие дружно рассмеялись.

— Вы извините, — развёл руками Харза, — у меня в таких войнах опыт небольшой. Но я бы этой колонне такую встречу подготовил, что прямо на окраине моих земель перемешал бы и личный состав и технику с чернозёмом, да и вся недолга. Потом металлолом вынул, а трупы на перегной оставил. В компостный скотомогильник.

— Вы несколько утрированно представляете картину, — улыбнулся Вяземский. — На таможне, к примеру, регистрироваться не надо. Война объявляется за декаду до срока. За это время согласовываются коридоры, по которым могут двигаться армии на территории другой державы. В своей стране можно перемещаться и вне коридоров. Немного облегчает логистику, как понимаете. Выход за границы коридоров карается от крупной виры до уничтожения. В коридорах боевые действия запрещены, хотя нонкомбатантов оттуда эвакуируют. Проходов может быть несколько, так что некий простор для манёвра имеется. Но в целом Вы правы, не война, а выступление курвячьего цирка с клоунами-дегенератами и отвратительными фокусами. Потому межгосударственные конфликты и крайне редки. Никому в здравом уме не хочется в подобном участвовать.

— Но у нас особый случай, — пояснил Николай, показывая кончиком карандаша на карте. — Владения Мюллеров и Клёкнеров граничат с нашими и Коробейниковскими. Да и Бартенслебены с Мерцами не так далеко. А поскольку у нас договор о совместной обороне со Звонарёвыми, Маркушевыми, Боковиными, то с той стороны подтянутся Нюбели, Бурдкарты, де Трюе и Анзолотти, — карандаш мелькал, обводя упоминавшиеся территории. — В общем, всё складывается так, что и у нас и у них земли сливаются без посторонних включений. Можно сказать, государства в миниатюре. Коридоров, как таковых, не будет, за полнейшей их ненадобностью. Только отселят гражданское население. Это у нас. Франки, скорее всего, проблемами своих бюргеров заморачиваться не будут. В общем, ограничений минимум.

— Бурдкартов не будет, — сообщил Тимофей. — Мы с Вильгельмом пообщались в Зуле. По договору ему ближайшие два года воевать нельзя. Но если мы, не дай едмедь, залезем на его территорию, то уже я должен вступиться.

— И он будет выполнять договор? — вскинулся Лукашенко.

— Судите сами, — Харза достал экземпляр договора. Бумаги пошли по рукам.

— Блестяще! — воскликнул Вяземский. — Ещё ничего не началось, а Вы сократили силы противника процентов на двадцать! Если то, что я слышал о Вильгельме, хоть на процентов десять соответствует истине, этот договор он выполнять будет.

— Да я и не знал про войну, — потупился Тимофей. — Просто не хотел, чтобы мой подрядчик отвлекался от важного и полезного дела на всякую ерунду.

— Всё равно перевес за ними, — не разделил энтузиазма бывшего командира Акинфей Хвощёв. — И немаленький. По личному составу, чуть не вдвое. По артиллерии раза в полтора. По бронеходам, если империя даст технику, уже мы имеем перевес. Ты, Сергей Трофимыч, закроешь небо без проблем. Точнее, с проблемами, но не для нас. Но главное — маги. Как нейтрализовать Кауфмана — не представляю! Да и вообще, пятеро против двоих!

— Господа, вы учитывайте, что мы вообще не в курсе событий, — попросил Харза. — Откуда у родов артиллерия? Бронеходы? Ну ладно, у Сергея авиация, но вы что, уходя в отставку, приватизировали техническую часть полка? Или сразу мехкорпуса?

— Нет, — улыбнулся генерал. — Но в международных войнах можно арендовать технику у имперских структур. А личного состава у Акинфея Нефёдовича машин на пятьдесят хватит. Плюс мои старики. Они, конечно, подзабыли, что к чему, да и возраст, но технические работы закроют. Да и опыт не пропить, руки сами вспомнят. А Николай со товарищи молодёжи подкинет, башни ворочать. Авиация у вас с Сергеем имеется, тут фрицев большой сюрприз ждет. Но всё бессмысленно, если не нейтрализовать магов. Даже без противодействия, пока загасим Кауфмана, половина техники сгорит, никакие щиты не помогут.

— Да и у нас потери будут, — кивнул Малыгин. — Первый удар на эффекте неожиданности нанесём, а вот дальше… Да и не смогу я все силы отправить, на Сахалине перевозки накроются. А переписывать рейсы на других — потом не вернёшь. И секретность едведю под хвост. Франки не дураки, обстановку мониторят глубоко.

— А что с магами? — спросила Надя.

— У них пятеро сильных. Мерц, де Трюе и Анзолотти — примерно в мою силу. Мюллер — чуть сильнее, но его отец нейтрализует. А вот Кауфман… Тут мы и вдвоём не справимся. Хорошо хоть, Бурдкартов нет.

Тимофей кивнул. Николай, действительно, силен. Почти, как Надя. Лукашенко старший чуть лучше, пусть будет равен жене. Но если Кауфман даже равен двум Лукашенкам… Может и Тимофею сил не хватить, несмотря на весь прогресс, обучение и особые заклинания. И всё равно, даже при идеальных раскладах и тотальном везении, остаётся один лишний маг.

— Кауфман настолько обнаглел, — пожаловался Николай, — что перед началом боя вызывает на поединок. Никто, конечно, давно уже не выходит. Верная смерть! А этот сучонок ещё и издевается!

— Поединок, говоришь? — задумался Тимофей.

А что, интересный вариант! Не надо разыскивать в толпе, прицеливаться издалека, без гарантии попадания. Но и сам стоишь в пределах досягаемости противника. Правда, если всё будет плохо, можно затащить того в астрал, оставив тело под щитом. Или попросить Надю поставить щит…

— И не думай даже! — прошептала жена, легка на помине!

— И не думаю, — улыбнулся Тимофей. — Считаю. Мне нужны все данные по Кауфману, какие есть.

— Вы маг? — Николай от волнения даже перешёл на «Вы», хотя ещё при знакомстве договорились не выкать.

— Он — Харза, — улыбнулась Надя. — Умеет найти слабое место, нестандартное решение и больно укусить.

Тимофея же интересовало иное. Бросать дружину на танки и пулемёты он не хотел категорически. Пусть те, кто владеет границей и собирается получить профит от войны, кладут своих людей. А вот отряд особого назначения обкатать очень даже полезно. Не в окопах, само собой. А потому…

— Афанасий Иванович, а Вы можете предугадать действия противников? Что где у них будет располагаться, приоритетные направления ударов…

— Стопроцентной точности не гарантирую, но некий прогноз накидаю. Мы-то тоже, не лаптем шти хлябаем. Вот смотрите…

Следующие два часа ушли на обсуждения вариантов конкретных действий.

— В общем, понятно. Получается, что в любом случае, тактические склады врага, — палец забегал по карте, — здесь, здесь и здесь. Точки концентрации силы тут и тут. Генеральный штаб будет располагаться в замке Бартенслебенов.

— Да, место удобно по всем параметрам и практически неуязвимо.

— И, насколько я понял, главы союзных родов будут там. И минимум один маг на их защите, а скорее, двое?

— Верно, — обрадовался Лукашенко. — Два мага будет там торчать. Правда, три ещё остаётся.

— Отлично. А скажите, до начала боевых действий, вот в эти десять дней паузы, я имею право посещать территорию противника?

— В смысле⁈ — Опешили все присутствующие, кроме соратников Тимофея.

— Ну, например, поехать туристом на экскурсию, а за день до боёв вернуться обратно?

— Право имеете, — скривился глупому вопросу Николай. — Но вести Вас будут плотно, ни одно враждебное действие не пройдёт. А обратно, скорее всего, не выпустят. Не только в Россию, а вообще. Интернируют.

— Это если найдут, — хмыкнул Харза. — Представьте: лежу я в местной канализации, наслаждаюсь ароматами и ничего не делаю. Но настаёт час икс, и я имею право в тот же момент перенаправить потоки фекалий, чтобы разделить удовольствие с жителями города. Так?

— Фи, — сморщилась Надя. — Что у тебя за ассоциации? Нет бы, просто взорвать!

— Или так, — пожал плечами Тимофей. — Вопрос в другом. Я ничего не нарушу?

— Ничего, — улыбнулся Вяземский. — Я чувствую, у Вас уже появились намётки нестандартных решений.

— Мысли, конечно, имеются, — кивнул Тимофей. — Как иначе? Но предстоит много работы. Я хотел бы получить максимально подробную информацию о наших противниках. Вплоть до мелочей, казалось бы неважных. Типа цвета любимых трусов дочек главы рода. Пока дайте, что есть, а всё новые данные оперативно высылайте на Кунашир. Мы сегодня туда вылетим.

— Придётся, наверное, мне поехать с Вами, — задумчиво произнёс Вяземский.

— Афанасий Иванович⁈ — хором воскликнули все.

— Не сегодня. Я бы с удовольствием посмотрел Черный остров, но не стоит напрягаться. А вот когда начнётся заварушка, надо будет составить вам компанию. Понимаете, Тимофей Матвеевич, это мы Вас знаем и воспринимаем всерьёз. А представьте того же Звонарёва. Серьёзный мужик, всю жизнь на границе, жизнь понимает. По крайней мере, твердо в этом уверен. А тут приехал мальчишка с конца света и начинает его учить. Даже пусть не учить, а просто хочет действовать по своему усмотрению, да ещё предлагает то, что никто никогда не делал. Все Ваши задумки просто отбросят в сторону, как несусветную глупость. А без единоначалия, сами понимаете, армии нет. И как быть? А вот меня слушать будут. Ещё и главнокомандующим выберут, ибо я человек компетентный, но со стороны. Мне, что Звонарёвы, что Коробейниковы, что Лукашенко, все равны. Тогда и Ваши предложения всерьёз воспримут. Вы уже не неизвестно кто, неизвестно откуда, а гений, найденный Вяземским. Две большие разницы, — князь усмехнулся. — В бронеход я не полезу, не беспокойтесь.

— И что будем делать? — спросила Надя в самолёте.

— Немцев бить, что же ещё! Франков, в смысле. Дружине там делать нечего. А вот ребятам Лося накидаю несколько целей. Так что, его отряд в полном составе пригодится. Только Машку на хозяйстве оставлю, да всяких косых, хромых и полоумных. Сам тоже схожу, разомнусь. А то засиделся в начальническом кресле, задница скоро деревянной станет.

— Я с тобой!

— Надь, оно тебе надо? Война это грязно и кроваво.

— А я у тебя вся белая и пушистая, — рассмеялась супруга. — Опыты на преступниках ставлю!

— А кто здесь за хозяйством присмотрит?

— Наташа. Не смотри, что маленькая, два министерства тянет и учиться успевает. А Машка с Виктором ей помогут. В Ходже Леший, Вахтанг и Оленька. А я маг. И неплохой. Колю Лукашенко в бараний рог скручу. Уж вдвоём-то мы этого Кауфмана на куски порвём!

— Не отстанешь ведь?

— Нет, — помотала головой Надя. — Я глава рода, который вступит в ваш союз. Имею право, — девушка рассмеялась и прильнула к Тимофею. — Не дуйся, но нельзя не использовать имеющиеся ресурсы из-за иррациональных страхов.

— Ладно, — вздохнул Тимофей. — Я, ты, ребята Лося, по авиации Сергей решит. Думаю, взять с собой лисят и Филю. Только надо понять, смогу ли я с ними работать или нет. Наташу я туда точно не потащу.

— Я и не предлагаю. Решил выйти на поединок с Кауфманом? Это очень опасно!

— Ничего я пока не решил. Опасно, но драться с ним так и так придётся. А в поединке можно ещё и астрал использовать. Заманчиво!

— У него, наверняка, свои секреты имеются!

— Не без этого, но тут уж, как фишка ляжет. Посмотреть на него надо. Может он как эти, Дангертингеры: стрелять не умеют, а выпендриваются!

— Своих врачей взять обязательно. На союзников в медицинском вопросе полагаться нельзя.

— Это по умолчанию, — кивнул Харза, — как не кричи про союзников и тому подобное, мы все равно, останемся хоть немного, но чужими. С соответствующим отношением.

— Ладно, про это подумаем. Ты лучше расскажи, что в астрале увидел? — Надя сгорала от любопытства. — Три часа пропадал!

— Да вообще счет времени потерял, прости! Рассказывать слишком долго, да и надо сперва для самого себя сформулировать. Если коротко, то я изменился. Плотность повысилась. И скорость, но это вообще отдельный момент. Ещё стал лучше видеть. Там дымка проявилась, как я понимаю, остатки растворившихся сутей. Некоторые ещё не до конца, но тоже никакие. Даже не поймёшь, человек это был при жизни, или букашка какая. При поглощении каплю объема дают, и всё. Твой посыл почувствовал, когда ты меня будила.

— Ага! Минут через двадцать!

— Ну, извини! — Тимофей развёл руками. — Но это мелочи. Главное, Старик не растворился во мне. Нас там теперь двое. Можем слиться, а можем раздельно действовать. Я его форму освоил. Теперь, если захочу, бегаю харзой. Здоровенной, с тигра размером.

— И как оно? Быть куницей?

— Хорошо. Носились, играли, за облачками охотились. Скорости сумасшедшие. Форма гибкая, ловкая, верткая… Очень перспективная. Надо будет её потренировать.

— Блин! Я завидую!

— Зависть — плохое чувство. Ты ведь срисовала конструкт.

Надя усмехнулась:

— А толку? Слишком сложно. Я пока не могу его создать в разумное время.

— Переход пробовала или выдергивание?

— Кого мне выдёргивать? Основное заклинание — переход. Воздействие на жертву — дополнение. Сравнительно простое. А пробовать боюсь. Выйти — мало, надо ещё назад вернуться.

Тимофей задумался:

— У меня мысль есть. Старик ведь не умел в астрал ходить. Я его провёл. И этот автор, что книгу написал… Он же в астрале любовью занимался! По крайней мере, про это писал. Насиловать там невозможно, девушке достаточно скинуть форму. Значит, он её провёл, объяснил, как принять форму, ну и… Нам важно, что провёл.

— Ты это к чему?

— Попробовать пойти вместе, чтобы я мог тебе помочь. Мне кажется, если один раз получится, потом будет со свистом.

Надя расхохоталась:

— Куницын, ты извращенец! Это же надо подвести такую базу под желание заняться сексом в астрале! Но ход твоих мыслей мне нравится! А когда ты и там начнешь головой думать, я найду Бойца, и мы с ним создадим такую же пару, но при двух телах. Когда попробуем? Сейчас?

Тимофей чуть руками не замахал:

— Ты что? После войны, конечно. И я поднаторею, и со временем легче будет. А то прибегут сообщить нам о какой-нибудь новой гадости, а мы брёвнами валяемся… Я потерплю, хоть и извращенец. Тем более, в книжке этот твой друг писал, что в реале лучше.

— Убедил, языкастый ты мой. Но доберёмся до дома, с тебя реал. Не отвертишься!

— И пробовать не буду. Лучше сейчас посплю.