И пришел Лесник! 24

Глава 30 Яутжа

— У нас новый игрок? — как всегда, я подумал вслух или сказал? Что-то я стал выпадать из реальности.

— Бедная Пенелопа… — огорчилась Соня. — Вот может себе человек неприятности находить на ровном месте! Нет бы потерпеть ещё километр?

— Ты это называешь неприятностью? — слегка опешила Лиана, указывая на висевшие на ветке черепа с позвоночниками. — Хорошенькое дельце, а как же осанка?

— Осанка дело наживное, без головы сложнее, — согласилась Соня.

— Рано вы её хороните, — проскрипел папаша Кац. — Я не стал при ней говорить, но я точно помню, что Иштар называла имя Пенелопа. А ещё о нимфе с таким именем рассказывал мне Мерлин.

— Получается она выжила? — удивился я.

— Может и не она, но такая же, другая, — замялся знахарь. — К чёрту их всех! Поехали отсюда, мне позвоночник ещё не мешает, я слежу за своей осанкой! Откуда мы знаем, что за тварь такое сделала? Может ему броневик вскрыть, как комсомолку триппером наградить.

— Фу, Изя. Тебя, где так воспитали? — сморщила носик Соня.

— На физико-математической кафедре, дорогуша! Я, между прочим, взносы собирал! С таких, как ты… красавиц, — папаша Кац расплылся в улыбке.

— Тридцать километров, там и заночуем, — я тоже вспомнил одну комсомолочку, ух и корма у неё была, доложу я вам. — Он прыгал с Пенелопой на плече на двадцать метров, такой уж наверняка в состоянии повредить нам машину.

— Может это она была, а не он?

— Какая разница, Лиана, ты заметила, что позвоночник не вырезан, а именно вырван?

— Да, силища у него должна быть соответствующая. И, Женя прав, это не заражённый. Из всех, кто приходит мне в мозг, такое мог сотворить только Фельдшер, — сказала Соня. — Но, во-первых, она нас знает и Пенелопу тоже. И, во-вторых, он бы так не сделал.

— Ты с ним раньше не встречалась, он и не такое вытворял, — вставил папаша Кац. — Фельдшер у броневика чуть пушку с корнем не вырвал, что там позвоночник Пенелопы.

— Всё равно не поверю. К тому же он не телепортировался, а прыгал. Его пальцы погружались в грунт, как при толчке, — заметил я.

— Что он делает с остальным телом? Съедает? — не отрываясь от дороги спросила Лиана. — Если сравнивать нас с воблой, то да, я бы выбросила хребет. Со спинки мясцо, у хвоста немного и с рёбер. Икры в тебе, Изя всё равно нет, — сказала Лиана.

— Сушит, хочешь сказать? — прокряхтел знахарь, потрогав свои рёбра.

— Впрок, на зиму.

— Вы уже совсем долбанулись? Как же тогда объясните лазеры и меч с лезвием из плазмы? — напомнил я им разделанного носорога. — Технологический прогресс не ниже нолдов, и ему не нужны наши тела. Так, для развлечения. Он жемчужины забрал, а янтарь оставил.

— Так-то красные или даже чёрные, Лесник. На кой они ему? — удивилась Соня. — Качаться?

— Дары? Эта скотина ещё с дарами, вы хотите сказать? — возмутилась Лиана. — Час от часу не легче.

— Может, он меняет их на что-то? — предположил Изя Кац.

— На сало, совсем ты уже поплыл, таракан усатый. Ты, где обменник тут видел, Кац? Жрёт он их. Получается не заражённый! — взвилась Лиана.

— Не скажи, на Орбите нолды кормили красными рубера, и он в итоге элитой стал, — не сдавался знахарь.

— Ты хочешь сказать, что он технически упакован как нолд. Качается жемчугом как мы? И при этом ещё и соображает? — у меня от умственного штурма разболелась голова. Изя, будто читая мою мысль, всучил фляжку с голубым напитком.

— Что тебя смущает? Фельдшеру давали белую? Давали. Он разумный? Разумный. Нолд если сожрёт белую, по всем параметрам подходит под наше описание. Прыгает, стреляет, режет. И ради устрашения развешивает позвоночники, чтобы стороной обходили! — догадалась Соня.

— Я думаю, что лучше спросить местных, они наверняка о нём больше знают, — предложила Лиана, увеличив скорость.

— Найти бы их ещё. Не они ли там на ветках повисли? — глумливо вставил папаша Кац.

— Не найдём, дальше поедем, делать нам больше нечего как всякую пакость ловить, — проворчала Лиана. — Да, Жень? Чего молчишь, ты чего удумал, контуженный?

— Если людям требуется наша помощь? — спросил я.

— То люди идут лесом до ближайшей ветки, — оформил общее мнение папаша Кац. — Ты, Лесник брось здесь из себя Робин Гуда изображать и это тебе не Шервудский лес, здесь нам быстро задницу оторвут и прибьют к дубу!

— Вот как ты запел, ясноглазый ты наш. Только недавно радовался, что тебя сожрать не успели благодаря мне, а теперь что ж? Великий Кац дал заднюю! А ты красавица? Если бы твой позвоночник с рыжими космами там болтался, как? — я немного расстроился. — Помнится ты не возражала, чтобы я тебя вытащил из подземелья килдингов?

— Ой, вспомнил, окаянный. Ты меня прихватил с собой, потому что я тебе понравилась! — рассмеялась Лиана. — Я красивая!

— А меня, наверное, он сам сожрать хотел? — продолжил её мысль папаша Кац. — Я толстый?

— Я вам тогда зачем? — засмеялась Соня.

— Ты очень пластичная, Соня, сколько тебя не рихтовали… И вообще звук от удара твоей головы об рельс до сих пор стоит у меня в ушах. Мне стало тебе жаль, чувствую себя виноватым, — признался я.

— Спасибо, Жень. У меня тоже иногда в голове гудит после нашей встречи. Пластичная, значит? Постараюсь запомнить!

Дорога петляла по лесу, но больше мы подобных инсталляций не встречали. Впрочем, как и заражённых, что уж совсем удивительно. Они всегда шастали по тракту или вдоль него прячась за стволами вековых дубов. Соня, не отрываясь смотрела на радар, но и близко никого не замечала. Наверное, это существо распугало всех. Да, вот ещё что! Нолды так точно не умели. Оно не отражается на радаре и вряд ли кто-то может сделать восемь километров за считанные секунды. Ведь именно такой радиус у радара. Я специально смотрел и никого кроме наших на экране не было, а потом раздался крик, и Пенелопа исчезла! Летел он что ли? Восемь километров в секунду? Он ракета что ли. Значит рядом находился в невидимости. Другого объяснения у меня нет. А это ещё одна способность, которой ни у Протеус, ни у нолдов нет. Вот и делайте выводы. Невидимый, силён как суперэлита, очень быстрый и ко всему прочему имеет лазер и плазменный нож. Может и правда ну его на хрен, поедем дальше, как ни в чём не бывало? А что? Сделаем вид, что мы нолды едущие на пикник? Морду кирпичом и поехали дальше.

— Отличное решение, командир, — кивнула Соня. — Так и надо.

— Это он подумал, — ухмыльнулась Лиана. — Его замыкает после того вечера у килдингов. Где у него черепушка треснула. Сам признался.

— Правильно подумал, — поддержал меня папаша Кац. — Они что нам родные с ними лясы точить?

— О, блядь! Ещё одни! — закричала Лиана, показывая уже на пять позвоночников с черепами, висевших на толстой ветке. — До стаба два километра, если Пенелопа не ошиблась. Похоже он пуст.

— Как они с ним рядом уживаются? И ведь не боятся.

— Не они ли сами этим промышляют? — задумчиво пробормотала Соня.

— Тогда они мутанты, — быстро перекрестился папаша Кац. — Святой Келдыш, сунь их в реактор!

— Соня, ты бы провела ревизию у него. Ему же совсем плохо, что-то непотребное сварил твой суженный. Я сразу заметил, и отрыжка отдаёт машинным маслом.

— Так что, останавливаемся или дальше едем? — спросила меня рыжая.

— Давай спросим, что у них здесь творится? За спрос не бьют, — предложил папаша Кац.

В итоге нас всё же вынудили остановиться. Стаб начался сразу как дорога выскочила из леса. Повсюду куда хватало взгляда тянулись холмы и ложбины. Дубрава сменилась сосновым лесом и песчаной почвой. Не хватало только шума волн и создалось бы полное присутствие на берегу Балтийского моря. Кроме вышеозначенного на дороге стояли два мужичка рядом с табличкой «HALT!».

— О! Знаки надо соблюдать, — пробормотала Лиана и нажала на тормоз. Люди не ожидали, что к ним пожалуют нолды на обгоревшем броневике. Окрас мы поменяли ещё у Протеус хорошо прожарившись перед отъездом. Лиана подождала, пока парочка выйдет из ступора и не выдержала.

— Документы будете проверять? — крикнула она через громкоговоритель. Один из мужичков в телогрейке и с ППШ за спиной покачнулся и рухнул в кювет потеряв сознание. Второй собрал всю волю в кулак и на деревянных ногах подошёл к броневику. В руках у него я заметил наган. Ой, как всё здесь запущено. В Вавилоне и то грузилось вооружение конца позднего СССР, а с таким много не навоюешь. Я не помню, когда единственный раз проезжал здесь, был ли уже стаб или нет? Я открыл пассажирскую дверь и уставился на мужичка.

— Привет, только не стреляй, — попросил я его. — Напарник твой, болеет чем-то?

— Нет, он просто впечатлительный. Я Янис, — представился человек лет сорока с бородой-эспаньолкой и в кожаной куртке, перекрещённой ремнями. — А того Фома зовут.

— Лесник, — кивнул я. — Мы здесь проездом. Хотели спросить за позвоночники на ветках. До Нового года вроде далеко, чего это вы украшать лес начали? Или мэрия заставила?

— Так это не мы, — закашлялся Янис. — Лучше к нам на стаб проехать, там спокойнее, а то они и здесь могут достать. Там всё расскажут.

— Они это кто? — показался из глубины салона папаша Кац.

— Потом, потом. Вы прямо езжайте с километр, а сразу налево к холму. В ложбине можете свою технику оставить, не тронут. Мы подойдём туда.

— Не сопрут? — не поверила ему Лиана.

— Нет, у нас с этим строго, — заверил на Янис и показал на дубовую рощу, оставшуюся позади. — Нечистые на руку вон там висят!

— Кошерно, — согласился папаша Кац.

— Вы еврей, товарищ? — живо поинтересовался Янис.

— Их вы тоже туда отправляете? — Изя покосился на табличку на фашистском языке «HALT!». — Тогда нет, не еврей.

— Нет, я не к тому. У нас глава стаба Лев Маркович, постоянно говорит, что его земляков сюда специально не посылают. Видимо разнарядка пришла, не больше одного еврея на стаб! — он внимательно посмотрел на Изю и добавил. — Шутка юмора.

— Таки неверно, а я тогда кто? По двое теперь разрешили.

— Я откуда знаю, сами же сказали. Я латыш, местный можно сказать. Из охраны Ленина. Не уберегли мы вождя! И вот меня сюда закинуло на перековку! — шмыгнул носом Янис.

— Ого! Стрелять умеешь, значит? — задал я риторический вопрос.

— А то! Езжайте, нельзя долго здесь стоять. Они могут заметить!

— Догоняй, служивый, — сказала Лиана и тронулась вперёд. Как и обещал Янис через километр свернули налево. Ложбина оказалась большим оврагом, в котором делали всё. А именно мылись в колоде выдолбленной из гигантского ствола сосны. Причём мылись две девки, а воду им подливал усатый тип в подтяжках на голое тело. Чуть дальше готовили на чугунной плите что-то аппетитное. В отдалении в кресле качалке полулежал накрытый клетчатым пледом мужчина с пушистыми чёрными бакенбардами и читал, но это мне издалека привиделось. Вблизи это оказались пейсы. И не читал он, а был занят «отгадыванием» кроссворда, подглядывая на последнюю страницу, где были пропечатаны ответы.

— Лев Маркович, це до вас, наверное, — усатый с пустым ведром побеспокоил начальника.

— Неужели из леса? — он чуть не вывалился из кресла-качалки от удивления. — Зови.

Мы вылезли и тщательно закрыли за собой броневик. Из нор в холме начали появляться подозрительные личности, и кто ползком, кто боком стали приближаться к нам. Соня покрутила головой и встрепенулась, разминая руки.

— Сонечка, обожди, — папаша Кац подошёл к Льву Марковичу и приподнял виртуальную шляпу. — Шалом, уважаемый. Таки не приютите возле вашего шикарного очага путников? Мы проездом.

— Что я слышу, вибрируют знакомые нотки. Садитесь, рассказывайте! — приготовился слушать Лев Маркович.

— Нет уж, вы вперёд уважаемый. Меня Зовут Изя Кац! Что за поцы болтаются у вас на деревьях как тюлька на Привозе. Откуда такой коллаж?

— Это всё соседи, Изя! Эти шлемазлы приземлились сюда полгода назад и начали устанавливать свои порядки! А мы, представляете, ездили туда в магазин. Таки там поворот через три километра есть в магазин. Сейчас всё, не пускают. Приходится обходиться поездкой в сельпо раз в три недели. Сами видите, как бедно мы живём.

— Что же вас не сожрали до сих пор, любезный? — ласково спросила Лиана.

— Таки у них свои принципы, гражданочка. Очень странные пассажиры, очень. Подозрительные! — Лев Маркович многозначительно подвигал бровями.

— То есть? Лесник, — сказал я, присаживаясь на пустой ящик.

— Что непонятного, молодой человек? Изя, кто все эти люди? — взмутился Лев Маркович.

— Лесник, начальник нашего отряда. Лиана его жена. Соня, моя жена, — папаша Кац расплылся в улыбке.

— Таки вы свингеры? — растянулся в улыбке Лев Маркович. — Однако, мы уже давно бросили это занятие, у нас теперь коммуна! Как Ильич завещал, товарищ Янис не даст соврать!

— В какой-то мере, — проскрежетала Лиана. — Слышь, дядя, колись, чё за зверь у тебя под боком живёт. Он нашу подружку унёс.

— Ой, ну всё. Теперь ей конец, — вздохнул глава стаба. — Охотник это Инопланетный. Они намедни грабанулись здесь на своём дирижбанделе. Полгода как, упали. Да. Очень большой ковчег. Мы было подумали Ной прилетел…

— Изя, скажи ему, что мы не расположены шутить, — передал я папаше Кацу. — Я даже хотел его угостить из наших припасов, но теперь у меня началась изжога от такого повествования.

— Лёва? Жрать хочешь? — просто спросил папаша Кац.

— Ещё бы! Даже больше, чем прижаться к чьей-нибудь груди, — Лиана заржала и направилась к броневику.

— Тогда не дёргай меня за пейсы и колись.

— Так вот, — собрался с силами Лёва хищно облизнувшись. — Корабль большой. Шесть двигателей, по всей видимости ионные, голубым горели. Восемь опор, сел отсюда в девяти километрах. Ну как сел, упал и сразу трансформировался в пирамиду. Чтоб мне жрать одну мацу, Изя. Пирамида вышла красивая блестящая. Мы попробовали отколупнуть кусочек, ничего не вышло. Тогда мы ушли и правильно сделали. Через пару дней оттуда начали вылезать эти… косматые такие с жуткими масками на лице. У кого в руках копьё, у кого бумеранг. В общем все заряженные по самые брови. На плече у них лазерная пушка крутится, красный лазер, узкий диапазон, дальность небольшая. Ну как небольшая. На сотню метров крушит всё. И всякие штуки разные по всему телу. Высокие сильные и очень быстрые.

— И что хотят? — спросил Изя.

— Немного. Всех убить похоже, во всяком случае нам они запретили ездить по дороге через их лес. Представляешь, Изя, они как шлагбаум легли и не думают двигаться. Но нас не трогали до последнего момента. И да, они умеют говорить!

— Почему? — спросил я совсем уже потерявшись. Ещё одни на нашу голову свалились! Только от Протеус избавились, здрасьте другие прибыли.

— Ой, мутная история, молодой человек. Я вам как своему расскажу, — Изя вручил фляжку Лёве в руку и тот мощно отхлебнул, поморщился и улыбнулся. — Намедни, через пару месяцев после того, как они сюда свалились мы нашли одного из них. Раненого. Он с элитой встретился, так вот она его отделала любо-дорого смотреть. Он просил, чтобы мы его к пирамиде отнесли. Мы-таки пообещали, но, где тот дурак, что его туда потащит. Я вас умоляю, кому охота переть его десять километров, а потом с голым позвоночником на ветке болтаться. Кстати, после этого они запретили ездить по «их» дороге. А кто не понял теперь на ветках висят. Таки о чём я? А! Пообещали, значит. Они прилетели сюда с другой планеты, с какой не сказал, но очень далеко. Они охотники, летают себе, ищут диковинных зверей и вот брякнулись сюда. У нас этого добра навалом, до Пекла пятьдесят километров всего. Они начали охотиться, узнали, что жемчуг может им помочь развить силу. Сами как нолды через маску дышат. К нам они прямо сюда приходили. Посмотрели на нас и смеялись долго. Не тронули, сказали, что с клопами не воюют. Обидно слушать такое!

— А вы сами как от элиты уберегаетесь? — я окинул их хозяйство. Ни пушек, ни пулемётных гнёзд. Даже танка нет. — Как вы так живёте?

— Мы не живём, Лесник. Существуем! Когда приходит что-то большое, мы прячемся в холм. Мы вырыли очень глубокие ходы. Элита не пролезает, остальных стреляем в туннелях. Вот так и спасаемся, — поведал Лёва. К этому времени подошли Янис и Фома. И мужик в подтяжках с усами как у таракана. Все очень пристально следили за флягой в руке у Льва Марковича. Соня поняла и принесла из броневика пять литров фирменной настойки от шеф-повара.

— Остров знаете где? — спросил я.

— Знаем, но до него далеко, не дойдём. В пятидесяти километрах отсюда есть ещё стаб, но там тоже не жируют. Там свои проблемы, от муров отбиваются. Мы с ними сельпо делим.

— Почему не объединились до сих пор? — спросила Соня.

— Ты бы видел их, Лесник! Там же бабы одни, матриархат там махровый. Нет, уж увольте от такого счастья.

— Лесник! — сурово посмотрела на меня Лиана.

— Речь не об этом. Мы знаем отличное место на берегу моря. Климат как в Сочи, теплая вода.

— Горячая даже, — вставила Соня.

— Это пока, крошка, — успокоил её папаша Кац.

— Так вот, мы ищем людей, чтобы заселиться там. Как вы понимаете нам четверым это не под силу. Вот мы и приехали агитировать. До Острова ещё есть стабы?

— Точно не скажу, но штуки три точно есть, — сказал Янис. — Под тысячу человек наберётся!

— То, что надо. Осталось собрать всех вместе. А что эти, охотники улетать не собираются? — спросил папаша Кац. — Столько интересных планет вокруг. Слетали бы ещё куда-нибудь.

— Куда там. Они сказали, что на родину напишут и сюда прилетят ещё их соплеменники!

— Садились бы сразу в Пекло, чего лес поганить своими пирамидами.

— Не хотят, говорят, лес им родину напоминает. И вообще у нас с ними в последнее время очень натянутые отношения. Видимо не очень гладко у них охота идёт, начали людей уже из стаба воровать! — вздохнул Лев Маркович.

— Ничего, Лесник им лапы укоротит, — пообещал папаша Кац и погрозил кулаком в сторону леса. — Мы им устроим здесь весёлую жизнь!

— Кому им то? Как их звать, Лёва? — спросила Соня.

— Яутжа они, сами сказали. Охотники хреновы!

Продолжение следует…