Идеал

Глава 18

— Я не понял, а ты чего встала? Пешком пойдешь? Так город там — машет в сторону полей.

Мне два раза повторять не надо, я мигом нырнула в салон и посмотрела, как там товарищ Дань. Не супер. Грязный, со сбитой скулой. На товарища Даня совсем не тянул, разве что на Данечку и то с натяжкой. Больше на Данюшу.

— Может я назад сяду, — предложила я, когда тронулась машина — вдруг ему плохо станет.

— Ему там хорошо — безучастным тоном отозвался голубоглазый — там и без тебя места мало, он у нас парень крупный.

Я снова бросила взгляд на заднее сидение.

— А куда мы едем? — я внезапно поняла, что едем мы не в город.

— Туда, куда и было запланировано, в деревню.

— Ты нормальный? — перехожу я на крик, забыв, что только что ему выкала — ему в больницу надо. Ты же ему брат, как так можно с родным человеком?

— Ему не нужно в больницу, не ори!

— Кто его знает, что у него в организме случилось? Вдруг сотрясение мозга или инсульт? Его обследовать надо! А вдруг отек мозга?

И тут я начинаю безумно сильно реветь, мне настолько становится жалко Даню, что просто кошмар. Руки трясутся, слезы катятся, от ужаса накатила икота, которая правда достаточно быстро прошла. А Дмитрий, просто ужасный человек, что в нем только Лена нашла кроме внешности. Реву белугой, умоляю Диму помочь брату и тихонько затапливаю салон слезами.

— Что ты хочешь? Денег?

Молчит.

— Не молчи, вези его в больницу! Ему помощь нужна! Я дам тебе денег! Сколько ты хочешь?

Не действует. Молча протягивает мне салфетки и морщится, глядя на меня.

— Ну почему ты такой бесчувственный? Человек же умирает! И это между прочим твой единственный брат! Разве так можно?

С меня слезы градом текут. Сама от себя не ожидала, может стресс выходит?

— Я прошу тебя, пожалуйста, помоги ему! Скажи, что тебе нужно?

Молчит. Как и всю оставшуюся не долгую дорогу.

Приезжаем в обычный деревенский дом. Кроме номера дома и стандартного железного забора голубого цвета, как и у соседей, никаких опознавательных знаков. Внутри дома, все не как снаружи, а очень даже неплохо. Хороший ремонт, свежая дорогая мебель. Газ, водопровод, канализация, дорогая сантехника, все есть. Потолки даже натяжные.

Дмитрий взваливает брата на плечо, как-то грубо пыхтя и возмущаясь, что он уже большую жопу наел и пора бы в спортзал, не осторожно, будто мешок картошки, заносит в дом и практически кидает его на диван. Вот козел!

— Что ты делаешь?! Так же нельзя! Ну что ты хочешь? Хочешь я на колени встану? Скажи адрес, я скорую вызову.

Дима просто разворачивается, игнорируя мои слова и идет на кухню. Вот же сволочь. Как так можно так с больным братом?! Слезы хлещут через край, не перестаю делать ему мозг, что нужно срочно вызвать скорую.

Я же тут же аккуратно раздеваю Даниила и переодеваю его в нашедшиеся в его сумке спортивные штаны и футболку. Даже носки ему меняю, хотя те совсем не пахнут. Кто его в больнице переоденет? Кому он там нужен, если даже брат клал на это все. То, что он туда все же попадет, надежды не теряю.

Устала капитально. Нет сил даже реветь. Да и выплакала похоже все. Накатывает чувство полнейшего бессилия, от того, что я не могу ему ничем помочь. Это чувство меня полностью разбивает.

Я нахожусь в незнакомом доме с бессознательным Даней, и кто его знает, умрет он или нет? Из последних сил, дую к своей сумке и нахожу зарядку. Как только телефон включится, и я узнаю по геолокации, где мы, то сразу вызову скорую. Но меня ожидает разочарование, то ли потому что тут нет интернета и связь берет плохо, то ли есть другие причины, но навигатор не загружается. Вот же невезуха!

— Нифига себе, ты его переодела?! Вот это ты мощь! — выдыхает вошедший Дима — или он сам переоделся?

— Да как бы он переоделся? Ты не видишь, что ли, что он без сознания? — бессильно тяну я.

— А, ну да, ну да — как-то странно кивает Дмитрий.

Вот же придурок, честное слово.

— А вы давно встречаетесь? — он откусывает сочное яблоко и хрустит им присаживаясь в кресло

— Мы не встречаемся — бурчу я, рассаживаясь на полу и облокачиваясь на диван.

— А что тогда ты делала в его машине?

— Ехала.

— Куда?

— Куда везли.

— Он тебя украл?

— Нет.

— А что тогда?

— Ничего.

— Ты всегда такая дура?

— Нет.

— Только сейчас?

— Иди в жопу.

— Эй-эй, полегче, я вообще-то пытаюсь нормальный диалог завести, а ты отвечаешь, как тупая блондинка.

— Я не хочу разговаривать, скажи, где мы.

— Мы здесь.

— Адрес

— Ты на полу, я в кресле — хрустит он яблоком

— Ты издеваешься?!

— Ну ты же мне так отвечаешь!

— Дане нужно в больницу, ты понимаешь, скотина? Он может умереть! Скажи адрес, где мы?

— А я еще раз повторяю, для тупых, ему не нужно в больницу, ему нужно отлежаться, а за «скотину» еще извиняться придется.

— Адрес здесь какой?

— Никакой, не нужно сюда вызывать врачей!

— Ты хоть понимаешь, что он возможно уже умирает?! Или ты специально его сюда притащил, чтоб он умер? Это из-за бизнеса да? Ну ты и урод! Еще брат!

— Ты дура?! Думай, что несешь?! Если бы я хотел, чтоб он умер, я бы не ехал сюда и оставил вас там подыхать.

— Логично, — вынуждена признать я

— Ты больно сильно за него переживаешь, для той, которая не встречается с ним, а просто ехала куда везли. Или все же встречаетесь?

— Нет. Мы не встречаемся. Мы живем вместе. — вынуждена признаться я, в надежде, что он тогда смягчится и поможет Дане.

— Охуеть, вот это новости — изрекает он и начинает так громко кашлять, подавившись яблоком, что просто кошмар какой-то.

Мне даже на секунду кажется, что Даня шевелится.

— Он шевелиться — подскакиваю я к нему.

— Нет, мне лучше помоги — хрипит Дмитрий, указывая себе на грудь

Я действительно все бросаю, кручусь вокруг него, вспоминая, как в таких случаях правильно оказывать первую помощь. Помню только, что там надо как-то сзади надавить на живот, но Дмитрий бугай здоровый и меня откровенно бесит. Не нахожу ни чего лучше, чем просто ему врезать со всей дури в предполагаемое место помощи кулаком. Судя по всему, попадаю в солнечное сплетение.

— Сука — резко выдыхает он переставая кашлять — и падает на колени.

Со стороны Дани снова слышится какие-то звуки. Толи хрипы, толи смех, толи кашель.

— Че сразу, сука? Помогло же. — бурчу возмущенно и бегу к Дане.

Сажусь рядом с ним на диван. У него определенно изменилось дыхание, как будто сбилось. Страшно безумно. Глажу его по лицу, ощущая проступившую щетину и снова начинаю плакать. В этот момент в комнату входит прилично одетый пожилой мужчина.

— Привет Данечек, привет Димасик, а ты кто красавица?

Деда не смутило, что может и знакомые ему люди, но они сейчас у него в доме без его ведома и один даже в бессознательном состоянии, а другой согнулся в три погибели на коленях. Врезала-то я от всей души.

— Я Ника, здравствуйте. — вытираю слезы.

— О как, Ника. Богиня, стало быть.

— Вероника, если полностью. Скажите, а какой тут адрес, нужно скорую вызвать, Даниилу нужна квалифицированная помощь.

— Та, что ему сделается — по-старчески машет рукой дед — отлежится и снова будет бегать, не надо скорую. Пойдем, Димасик, поможешь пирог слепить, там все готово и тесто у меня как раз подошло.

Дмитрий кое как поднимается и идет на кухню.

— А хотите, я вам помогу? — кричу в след

— Ни в коем случае, — отзывается дед, — ты гостья, а значит отдыхай

— Ох, Данечка, куда же ты меня вез? — ложусь ему на грудь и слушаю монотонный стук сердца и ровное дыхание — Странно, что еще тебя не позвали пироги лепить — говорю я Даниилу поднимаясь и иду к своей сумке, чтобы взять антисептик и обработать его скулу.

Антисептик я взяла, а вот ваты или ватных дисков нет. Поискала еще раз. Нет.

— Простите пожалуйста, — захожу я на кухню, где уже переодетый в спортивный костюм дедок, резво вертит на пироге вензеля — а где у вас аптечка, мне бы ваты.

— Вон в том шкафу посмотри, там у нас аптечка — показывает на шкафчик

— Как у вас красиво получается — восхищаюсь я — я бы так никогда не смогла.

— Тю, да чего тут лепить, раз-раз и все — отзывается дедок — Ты абрикосовое варенье любишь?

— Очень — честно признаюсь я

— Вот и замечательно, не зря я второй пирог с ним сделал. Ставь, Димасик, ставь, там уже можно — оборачивается он к Дмитрию и тот ставит в духовой шкаф второй пирог, который я сразу не заметила.

Охренеть просто, деду можно дать первое место, по скоростной лепке пирогов. Сколько времени прошло? Минут пять-десять? Если, конечно, его заранее не слепили.

— А первый с чем?

— С мясом, ты же ешь мясо?

— Конечно, я все ем. — улыбаюсь я.

— Это просто замечательно. — мурчит себе под нос дед

Я вспоминаю зачем пришла и открываю шкафчик, где тут же мне на голову падает новая упакованная в полиэтилен грелка. Присматриваюсь, а она с длинной трубочкой, как капельница, только резиновая.

— Кружка Эсмарха — читаю в слух — какая странная кружка, на вид как грелка.

— Так это она так только называется, — кивает флегматичный дед, быстро-быстро заканчивая с пирогом — а вообще-то она не кружка и не грелка, а клизма.

— Такую надо Дане засадить, чтоб мозги прочистить, — со знанием дела кивает Дима — а то у него идеи просто ужас, в последнее время.

— Ну тогда с ромашкой, — соглашается дед с тем же лицом, с каким и здоровался с бессознательным Даней — пойду заварю и возьмите самый тонкий носик, чтоб не почувствовал ничего. Этому охламону стоит подумать над своим поведением.

— А зачем ему клизма? — удивляюсь я

— Вот сразу видно, что ты в больнице не лежала ни разу — фыркает Дима — там всегда в первую очередь клизмы ставят, давай Ника, не теряйся, ты же хотела Даньку помочь? Ну?

— А при чем тут клизма?

— Да как при чем? Чтоб кишечник освободить, чтоб инфекции, если есть, вышли, чтоб бактерии в кишечнике обновились, некоторым просто приятно, да до фига вариантов.

— Ну ладно. Но нам же понадобится судно.

— Не понадобится, у деда такие травы волшебные, что все больницы мира отдыхают. Знаешь сколько ему лет?

— Сколько?

— Восемьдесят два

— Ого! Вы выглядите гораздо моложе. Это все клизмы?

— Это все травы — многозначительно произнес Дима — так что не переживай. Так как Данек волшебный отвар пить не может, в капельнице нельзя, то нужно ректально. Согласна?

— Согласна.

Понимаю, что чушь, но вчера Леля Онищенко на работе и в правду рассказывала про пользу клизм, и что они омолаживают, и что от них худеют, и что на ноги ставят тех, кто в депрессии, и что там до хрена всего полезного. Короче, чуть ли не панацея от всех болезней. Правда Леля толстушка и все время пытается худеть, но все же, может они в чем-то и правы. В конце концов, больным и в правду зачем-то их делают. А если у него реально полезные травы? Дед на восемьдесят лет вообще не тянет. Кстати, выражение его лица за время нашего разговора так и не поменялось. Ботокс у него там что ли?

Тем не менее дедок очень шустро заварил ромашку и вылил ее в тщательно промытую грелку, после чего до верха налил туда воды из фильтра. Холодной.

— Пойдем, Вероника, быстро этому охламону все сделаем, да за пирогами нужно следить, Димасик, что там таймер показывает?

— Двадцать минут осталось — отзывается тот

— Первый пирог уже скоро готов будет, а у нас стол не накрыт. Хорошо, что ему нужно будет еще отдохнуть, а то я бы нервничал.

Он резво направился в комнату, где на диване лежал Даня. И я готова была поклясться, что он немного сменил позу. Ну или мне кажется.

— На бочок его, Димасик, а ты милая иди пока на стол накрой, не надо тебе такое глядеть, не к чему это женским глазам видеть.

И он, не дожидаясь моего ухода, быстро сдернул у повернутого на бок Дани штаны с трусами

— А вы ему вообще кто? Что можете вот так с него трусы снимать?

— Дед я ему, родной — и с этими словами под четко слышимый звук «ы-ых» очень быстро всунул ему в зад, смазанный чем-то прозрачным наконечник — иди хорошая моя, накрой на стол. Клизма в этот раз и в правду волшебная. Не смотри, он сейчас сам встанет и побежит быстрее ветра.

Странный он, сначала позвал, а теперь на кухню отправил. Я ушла накрывать на стол под глухие звуки борьбы и шипение. Боже, по ходу Дима с дедом решили подраться за возможность поставить Дане клизму. Хотя, если честно, по звукам больше напоминало, что Даня им навалял, за то, что они прикоснулись к его драгоценной заднице.