Идеал

Глава 4

Вечером мы вернулись домой и уже ближе к ночи, решили выйти в туалет из своего сарайчика. И чуть не обделались от шока, потому что в проеме наткнулись на флегматично катящего мимо нас чемодан на колесиках в сторону дома самого Шмыглова-Лыткина. С мужчиной за ручку. С переплетенными пальцами.

Едрена таратайка!

Заметив нас, руки они тут же отпустили и пальцы расплели, но сделали вид, что никого не заметили.

— Ты это видишь? — шепчет бледная Лена прикрывая рот рукой.

— Да — так же шепчу я.

— Офигеть! Сам тут появился! Понимаешь? — шепчет она одурело — Это судьба! Дима будет моим! Это же знак божий? Ну конечно!

Начинает говорить громко, как только мужчины скрываются в доме.

— Э-э-э, то есть я одна напряглась, от того, что он, скорее всего, педик, да?

— Ника, тебе не пофиг? Главное, чтоб приворот сработал!

Начинаю думать, что геморрой у тетки все же был, только исчез не от приворота, а от прямого вправления. То-то у нее было такое счастливое лицо, когда она ему высшие баллы ставила.

С парнем Шмыглова-Лыткина я сталкиваюсь в очереди в летний душ, начинаем непринужденно болтать и выясняю, что его зовут Саша, они тут на неделю, как и мы. Отдыхают в этом доме каждое лето, приехали еще два часа назад, но никак не могли добраться — тарились в близлежащем магазине. Они даже уже купили, хрен знает у кого, домашнее вино, а теперь хотят у нас поинтересоваться, как у местных, тоже мне местных нашли, как это самое вино правильно употреблять, чтоб не продыстаться с брызгами. Ему то что? У него эта процедура должна быть как здрасьте, только на пользу. Хотя да, им не надо, чтоб это место было постоянно занято, там же транзит.

Разочаровываю его по поводу местных и безбожно вру, что мы крайне толерантные с подружкой особи, и находимся здесь на суперэкономе, потому что подружка втрескалась по самое не могу и теперь мы вынуждены отдыхать только так. Хорошо, что он не спрашивает, как связаны отсутствие денег и Ленкина влюбленность, потому что объяснить это невозможно. Наплела, так наплела.

Парень приглашает нас сегодня к ним на ужин, а Ленка, которая все это время торчала в душе говорит, что если они нам помогут, и тоже наловят рапанов, то она приготовит шикарный ужин на всех. Он заинтересовывается. Лена уточняет, что рапанов, лучше держать в воде, пока остальных ловишь, а то сдохнут. Дохлыми можно сильно отравиться.

Она с таким чувством произносит слово «отравиться», что мы с Сашей переглядываемся и понимаем, у нее имеется серьезный опыт.

Бедная Лена, она так вчера была взбудоражена шансом приворота, что с трудом заснула, и теперь больше напоминала енота, по крайней мере круги вокруг глаз один в один. Ведь такое событие — с нами в одном дворе отдыхает сам Шмыглов-Лыткин. Почти всю ночь она рассуждала вслух, как его не только уговорить на приворот, но и сфоткаться с ним для соцсетей.

По мне, так мужик и мужик, может и не педик он вовсе, может просто совпадение, и мы не так поняли, потому что вышли в неудачный момент. Бывает же такое? Ну конечно! А я его другу еще про толерантность втирала. Что он про меня подумал?

Идем на пляж, и я к вечеру благополучно полностью сгораю, хоть и пасмурно. Лена усердно ловит ракушки, ныряя с маской. Может потому и не сгорела. Улов у нее приличный, почти тридцать штук.

— Эх жаль, нельзя каждый день ловить — сокрушается она — вот это у нас ужин был бы каждый день. Там дальше мидии есть, только ковырять надо чем-то острым. В следующий раз нож возьму.

Я же хаотично вспоминаю, что у меня есть из антигистаминов, потому что аптек тут тоже нет, а на моллюсков может быть аллергия. Такое я еще не ела. Не хотелось бы умереть от отека Квинке.

Уже перед уходом на пляже замечаю Сашу с ведерком, идет хвастаться к нам уловом. У него девять ракушек. Лена показывает свое полное ведро, и он сникает. Шмыглова-Лыткина с ним нет, что очень расстраивает Лену. Наверное, на уши присесть хотела.

Все вместе идем домой. Пока иду — размышляю о трех вещах. Куда я положила крем от ожогов, нафига я подвернула трусы пока лежала, жопа сгорела в хлам и болит и где сейчас может быть товарищ Дань. Он же наверняка не любит такой отдых, ну не похож он на такого человека, Ленка явно все перепутала.

Лена, ловко чистит ракушки обдавая их кипятком и отрезая ненужные части, потом жарит нарезанный лук и бросает на это добро нарезанное полосками мясо моллюсков, щедро приправляя все сметаной. Спонсором масла, лука и сметаны снова является Саша, внимательно наблюдающий за процессом приготовления блюда и постоянно задающий вопросы по нюансам.

Блин, какой он реально классный чувак. Открытый. Позитивный. Добрый. Вызывает постоянное желание обнять. Все время улыбается, как солнышко, да так заразительно, что хочется улыбнуться в ответ. В том что они педики уже капец как сильно сомневаюсь.

Он раскладывает все по тарелкам на большом столе под навесом и приглашает нас сесть, выносит еще теплый вареный картофель и тоже раскладывает по тарелкам.

— Я перед тем, как пойти на пляж сварил, — поясняет он — еще теплый, разогревать не будем.

Буквально мгновение спустя выходит жутко заспанный сам Шмыглов-Лыткин и берет вилку садясь напротив меня.

— Что скажешь? — обращается он ко мне.

— Здрасьте, я Ника, а это Лена, мы тут отдыхаем — не нахожу ничего умнее, чем отрапортовать ему именно это.

— Здравствуй, Ника — хмыкает он и начинает есть.

— Серёнь, давай я вино принесу? — подскакивает Саша — за знакомство можно же по пятьдесят грамм?

— Неси — вздыхает он.

Саша прибегает с огромной стеклянной бутылкой наперевес, какие я видела только в кинокомедиях. В таких обычно плескалось что-то мутное, но в этой было доверху налито вино.

Суетится, разливает по предусмотрительно принесенным вместе с вином, пластиковым стаканчикам бордовую жидкость. Толкает какой-то глупый тост, и мы смеемся.

Все с аппетитом наворачивают Ленкину стряпню, а мне не нравится. Вот картошка — просто чудо, а рапаны эти ее — гадость, откровенно напоминали жесткие грибы, которые немного пахли рыбой. Но если учесть, что это было на халяву, то очень даже недурно.

— Вы знаете, я когда рапанов собирала, то обнаружила там мидии. — Восхищенно пялится на экстрасенса Лена.

— Правильно говорить рапану — поправляет ее Шмыглов-Лыткин.

Очень хочется спросить, как его по отчеству все-таки дядька в возрасте, но я стесняюсь.

— Ага — кивает Лена, — я завтра попробую их нам наковырять. Их прям много там, целая колония. Вы любите мидии?

Видимо мне в голову ударило вино, потому что я сообщаю свое мнение, которым никто не интересовался.

— Я вот не люблю, они очень вкусные, но есть их нужно с закрытыми глазами.

— Почему? — удивленно смотрит на меня Саша

— Потому что мясо мидии похоже на письку.

В этот момент Шмыглов-Лыткин давится и начинает вместе со всеми ржать. Кашлять и ржать как припадочный.

— Ну что? — возмущаюсь я, показывая руками — две такие же половинки, а между ними темный клит… а правда, что это?

— Нога — прокашлялся мужчина, но ржать не перестал.

— Нога? — растерянно тяну я — это оттуда ноги растут? А я думала из жопы.

— Из жопы — руки — хохочет Саша.

— Нога! — кивает мужчина не переставая смеяться — мидия же моллюск, вот чтоб двигаться у него есть нога, именно она там и темнеет. Сейчас мы тоже едим ноги, только рапаны.

— Ростикс на минималках какой-то. — бурчу и вызываю новый взрыв хохота.

— Мидий не надо, Ника очень точное описание дала. Даже и не знаю, как я их теперь есть буду. Реально же похожи. — хохочет Шмыглов-Лыткин.

За весь день мы Диму не встретили, да тут его встречать и негде, кроме маленького пляжа, а следующий день, мы в прямом смысле слова просрали.

На пятидесяти граммах вина мы не остановились и допили вчетвером бутылку. Опьянеть особо не опьянели, но раскрепостились знатно, тут Ленка и выдала, что безответно влюблена в Диму, а он сволочь бесчувственная ничего не замечает, хотя сексом заниматься зовет регулярно.

Мне было выдавать нечего, поэтому я любезно молчала. Хватит того, что я им про мидии рассказала.

У Шмыглова-Лыткина заболел живот первым, и он решил полежать, а перед этим сказал Ленке, что зря она переживает, потому что у нас с ней, как бы жизнь не повернулась все равно будут одинаковые фамилии еще в этом году.

Господи, какая чушь! Это что я буду носит фамилию Шершунова? И теперь и меня будут называть Шершуля? Ну нет, лучше останусь при своей. Он, наверное, нас в лесбиянки записал. Во дурак. Ленка же только что рассказала про безответную любовь.

— Что ты по этому поводу думаешь? — лежала и размышляла Лена, очень громко бурча животом.

— Я думаю, из-за того, что я обгорела или из-за того, что малость отравилась у меня поднимается температура, иначе почему меня морозит? И не пойдет ли все верхом?

— Ник, ну ты чего, все будет нормально, это вино бродит, и ты же намазалась заживляющим кремом.

— И ты думаешь, что он через пять минут помог? Вино бродит… — бурчу я — Лишь бы туалет после нас не забродил, а то мы как-то у бабушки в деревне с ребятами в переполненный туалет дрожжи кинули… м-м-м, убегали быстрее чем от цунами. Знаешь, что самое обидное, Лен?

— Что?

— Я перед отъездом на бедре сделала временную татуировку, а теперь она слезет.

— Почему слезет?

— Потому что я обгорела! Блин жалко, такой пегас красивый, летящий.

— Ник?

— Что?

— А нахера вы дрожжи в туалет кидали?

— Да мальчишки поспорили, что фонтан до потолка достанет.

— И?

— Не достал, надо было две пачки кидать.

Ответом мне было только громкое бурчание Ленкиного живота.

После была эпопея битвы за туалет.

— Блин занято, — дергаю потной ладошкой я за ручку туалета — давайте, кто там, быстрее — скулю я, пританцовывая и ощущая как пот струится по позвоночнику.

— Я первая — подбегает Лена — у меня ситуация вот-вот выйдет из-под контроля. Сосредоточение на пределе, уже мышцы судорогой свело.

— Отлично, накачаешь как раз, будет кого попросить орехи расколоть. — бурчу я.

— Дура. Что ты несешь?

— Хочу, чтоб ты начала ржать, обосралась и у меня стало меньше конкурентов.

— Да фиг тебе!

— А ты чихнуть не хочешь?

— Нет!

— А если я дам перец понюхать!

— Ника! — Лена начала рычать — меня сейчас останавливает от драки только серьезная концентрация на удержание кала!

— Тогда стреляй по двери — кривлюсь от боли в животе — будем делать принудительное извлечение из гнезда. Назовем эту операцию «операция по освобождению дырки»

Из туалета слышится резкий хохот на выдохе и звуки извергаемого… добра. Ну хоть ускорили процесс, уже хорошо.

А на следующий день, когда мы находились в состоянии близком к нирване от тотального опустошения, поэтому и не пошли на пляж. Вечером Шмыглову-Лыткину кто-то позвонил, и они в срочном порядке уехали, но перед этим к нам зашел Саша и принес две конфеты. Одну дал мне, а другую Лене.

— Вы мне так понравились! — Саша берет номер телефона у Лены — Пока, девочки, вы такие классные, жаль мало вместе пробыли, обожаю вас. Конфеты если что, Серёня дал, сказал, вы знаете, что нужно с ними делать — обнимает меня, потом Лену и убегает.

Буквально сразу мы слышим, как отъезжает машина.

— Ленка, твои мечты сбываются — прифегиваю я, пряча конфету в сумочку.

Брехня брехней, а проверить стоит. Это как с сообщением «разошли пяти друзьям», понимаю, что херня, но рисковать не могу. Всегда материлась, но рассылала.

Диму мы так за весь отдых и не увидели. Такси отвезло нас на автовокзал, что в соседнем крупном поселке, а автобус задержали и я решила пройти по сувенирным рядам.

— Смотри только не долго, автобус из-за опоздания стоять не будет, загрузит людей и все. — переживает подруга.

— Лена — цокаю я языком — а телефон нам на что? Чемодан у тебя, а без него я добежать успею!

Иду глазеть на сувениры. Фигня, если честно.

— Приветики-пистолетики — услышала я за спиной — ты что тут делаешь, хомяк?