Идеал

Глава 8

Перезванивает брат. Разговариваем по-русски, мне даже странно.

— Здарова! О, ты обои поклеил?

— Ага, и на потолке тоже. Ты был прав, пришлось сначала все содрать.

— Нормуль, ты крут реально, чего-то слышно?

— Сегодня писал одному человечку, говорит пока все по-старому. Синицкий вне себя от бешенства, из офиса не вылезает, всех измочалил в хлам, пока безрезультатно. Отец свалил на Бали, у него официальный отпуск, а Синицкому это как серпом по яйцам.

— Одному человечку, ха, Анастасии своей ты писал.

— Есть такое — ржу

— Прикинь, та телка, которую ты выгнал, ну та, белобрысая, на которую у тебя дымило, вчера устроилась работать к отцу.

— Откуда инфа? — меня почему-то это напрягло, могла бы, и сама мне сказать, хотя понятно было как ясный день, что ее возьмут, но мне хотелось, чтоб сказала.

— Это мне одна рыженькая лисичка на хвостике принесла, кстати я ее тоже на работу взял.

— Кого?

— Дань, не тупи!

— Дань, по-китайски «желчный пузырь», мне не нравится эта вариация моего имени — бурчу я.

— Ого, столько лет не знал, а тут решил проверить? — фыркает он — ну хорошо, Даня. Надеюсь, это по-китайски ничего плохого не значит?

Меня почему-то задело, что она мне не сказала, куда устроилась на работу.

— Ладно проехали.

— А ты где остановился, что обои клеить стал?

— В одном месте, ладно давай. Следующий созвон послезавтра.

Я резко отрубаю связь и смотрю в окно. Занавески повесил, а окно не мыто, ай молодца.

Приходит хомяк с продуктами. Сейчас она реально на него похожа. Расстроена, волосы растрепались, надулась, еды два пакета перла. Устала.

— Ну и чего ты недовольна? — помогаю их отнести на кухню и расставить.

— Сегодня ко мне подходил один мужчина на работе и интересовался откуда я тебя знаю, я сказала, что ты конченый урод и козел, потому что меня выгнал.

— Чего я урод, я красивый. А что за мужик.

— Седой, с усами, лет пятьдесят.

— Синицкий?! Это интересно. Ты все правильно сказала. Он тебе поверил?

— Не знаю — задумчиво тянет она. — почему он меня вообще о тебе спрашивал? А?

— Потому что ты красивая — ляпаю, то, что первым приходит на ум.

— Спасибо конечно — краснеет она, — но вряд ли это из-за этого. Надеюсь, сегодня мыть ничего не надо? Я уже не выдержу.

— Ничего страшного, завтра помоешь — киваю я и она меняется в лице. — просто я занавески повесил, а окно не помыл.

— Ну и зачем их было вешать?

— Чтоб ты меня похвалила. — за каким-то чертом говорю я, осознавая, что этого я реально тоже жду.

— Мы с тобой вместе живем двое суток — хмурится она, — а у меня ощущение, будто десять лет.

— У тебя тоже это ощущение?! И у меня. — радуюсь, что больше не интересуется по поводу Синицкого.

Она идет в комнату, и я слышу ее восхищенный вздох.

— Это очень красиво! Правда теперь это самое красивое, что есть в доме. Так, а каким образом они здесь появились? Доставка? Опять? Когда я надрывалась и перла продукты?

— Так ты помоешь окно? — довольно интересуюсь я, образовываясь в проеме, игнорируя последнюю фразу.

— Тут и ковер? Да у меня же пылесоса нет!

Опс! Об этом я не подумал.

На следующий день у нее выходной и я заставляю ее помыть окно с батареей с самого утра.

Моет. Пыхтит, но моет.

Раздражает, что она ходит в одних коротких шортах и майке, которая ничего не скрывает, хочу ее безбожно, аж яйца гудят, но заставлять одеться — стремно, жара стоит такая, что просто жесть, а кондиционера нет. Да и сам тасуюсь с голым торсом, как-то и не предъявить. Хотя к вечеру умудряемся на этом фоне капитально посраться.

— Оденься, — не выдерживаю я, в который раз отмывая руки от краски — что ты ходишь и жопой светишь, у тебя мужик чужой в доме.

— Чужой мужик уже не такой и чужой, — бурчит и не обращает на меня никакого внимания, делая что-то свое в коридоре — я с ним обои клеила и сплю, если че, он по дому тоже ходит голый.

— Оденься!

— Да я от жары сдохну!

— Мне похер, но голой по дому ходить не надо.

— А то что? — в психах поворачивается ко мне — Выгонишь меня из моего дома? Ты мне ничего не сделаешь, ты безопасный.

— Безопасный? — я и не понял, почему меня это так взбесило.

Может то что она меня жестко недооценивает или сперма в мозги двинула? Но в этом моменте мы переходим на жесткий ор.

— Хотел бы, давно уже что-то сделал…

— Так я тебя разочаровал?! Думала, что я на тебя в первый день залезу? Случился невероятный облом?! Да?!

Меня почему-то невероятно выбесила тема секса и то, что она меня считает «безопасным», когда я держусь, из последних сил глядя на ее идеальную задницу в тонких трикотажных шортах, под которыми просвечивается веревочка стрингов.

— Да я не это хотела сказать и ничего я не думала — орет в ответ — и тебя сюда не звала.

— Ну конечно, не думала она, что я не вижу, как ты на меня смотришь? Как кошка на сметану.

— Я?! Да не смотрю я, говорю же, ни о чем таком не думала!

— Да ладно!

Резко притягиваю к себе и впиваюсь в губы, грубо и властно проникая в ее рот. Она пытается оттолкнуть, но откровенно вяло. Чувствую, как у нее бегают мурашки и сбивается дыхание, но продолжаю свой напор. Она впивается в мои голые плечи ногтями и тихонько стонет мне в рот. Сукаааа, как же классно она стонет, от этих звуков возбуждение ползет лавой по хребту. Но я держусь.

Меня почему-то все ее предъявы цепляют, но сейчас просто дико разбивает злость на то, что я «безопасный». Сам не могу понять, что я так за это зацепился, но бесит невероятно, потому что я капец какой не безопасный. Хотелось бы показать, на что именно способен, так сказать, все козыри вскрыть, но не буду. Рано.

Падаю в кресло и сажаю ее себе на колени верхом, не прекращая целовать, сдвигаю в сторону шорты с трусиками, начинаю кружить по ее влажному шелковистому бугорку пальцем, слегка надавливая и ощущая ее вязкую влагу на своей руке. Она шипит, стонет и выгибается в моих руках, еще больше впиваясь в мои плечи. Целую, как в последний раз, будто сожрать хочу. Свободной рукой аккуратно передвигаю ее руки себе на спину и зарываюсь ей в волосы, сжимая их в кулак.

Оргазм прошивает ее судорожной молнией, и она кричит мне в рот, царапая ногтями спину. Тяжело дышит. Прижимаю к себе, растворяясь в ее наслаждении и слушаю колотящееся сердце.

— Вот что можно сделать с девочкой в таких коротких шортах как у тебя, особенно когда она этого хочет — хрипло сообщаю ей мягко отстраняясь и показательно облизывая влажные пахнущие ею пальцы.

— Я этого не хотела — шепчет все еще тяжело дыша, не отрывая взгляда от моих действий.

— Помни о том, что в первую очередь я мужчина, а потом уже «безопасный». Я вообще-то не импотент.

Толкаюсь в нее каменным членом, и она тут же соскакивает и убегает на кухню. Пытаюсь успокоиться, но это невероятно сложно, ее вкус просто сносит башню. Поднимаюсь и иду следом.

— Я тебя не трону, не бойся — сообщаю ей будничным тоном, наливая в стакан воду и все еще пытаясь усмирить не желающую опадать плоть — легкодоступные женщины меня не интересуют.

— Я этого не хотела! — ее практически трясет от злости. — Правда!

— Да? Первая проверка и ты бурно кончила в моих руках.

— У меня просто давно никого не было — краснеет — а ты сам лезешь.

— Ну да. Тело предало. — ухмыляюсь нагло. — будем считать так.

— Именно так. Между нами, ничего не будет, — она откровенно злится, похоже больше на себя — это было ошибкой. Если не веришь, можешь уходить.

— Да щазз, — смеюсь — я тут обои уже поклеил, имею право пожить.

Вероника

То, что произошло между нами — это было… шикарно, но совершенно лишнее. Он очень хорошо преподал мне урок, напомнив, что я сейчас живу с мужчиной в самом расцвете сил и находясь с ним нужно быть менее… провокационной, как бы он при этом сам не выглядел.

Можно было бы упереться рогом и выгнать его к чертям собачьим, но не потребует ли он денег за «бесплатный» ремонт? Да и аванс только через две недели, а он четко равен сумме оплаты за квартиру. Хозяйке перевести нужно будет в этот же день.

Живу-то я теперь одна. Как бы я не хотела исчезновения из моей квартиры Даниила, но я должна признать, что пока я не начну стабильно и своевременно зарабатывать, мне очень выгодно проживание такого щедрого соседа. Продукты ведь все за его счет. Ну и приятно его видеть полуголым, особенно когда он что-то делает.

Да и не могу не признать, что комната стала действительно выглядеть более уютно и чисто после ремонта. Мягкий ковер добавляет антуража, а генеральная уборка тут реально была нужна. А он еще и батарею покрасил.

Весь следующий день моем вместе кухню с балконом. Никогда бы этого не сделала с чужим балконом, но с красивым мужиком это почему-то легче. А с полуголым красивым мужиком, тем более.

В этот день у нас абсолютная идиллия. Не поругались ни разу. Даже не поспорили. Вечером у Даниила поднимается температура и начинается кашель, а у меня жутко болит спина. Просто безумно.

Как можно было заболеть в такую жару?

Иду ему за лекарствами, а себе за мазью.

Мужчина с температурой тридцать семь и четыре, обычно ноет и скулит. Конкретно этот мужчина очень убедительно изображает труп, лишь изредка моргая подтверждая, что еще пока жив. Оживляется, только когда со стоном пытаюсь поднять упавший градусник.

— Ты чего? — усиленно моргает своими красными от температуры глазами.

— По ходу мне спину продуло, пока я балкон мыла — жалуюсь я.

— Может просто заклинило? Давай я растяну тебе позвоночник?

— Это как?

— Ты ляжешь на колени, упрешься ими себе в живот, а я подойду и тебя дерну за переднюю часть туловища.

— Ну нет. — кряхчу я, всовывая ему наглым образом термометр под мышку — Тут два варианта, либо я в этой позе громко пукну, либо останусь парализованным до пояса инвалидом. Меня не устраивает ни тот ни другой вариант.

— Тю, пукнет она. — фыркает он — Ты такие артиллеристские трели во сне выдаешь, что соседям слышно.

Я готова провалиться сквозь землю и ведь опровергнуть не могу, я же спала, а значит не могу знать врет он или нет.

— Ты врешь — убито шепчу я.

— Неа — хохочет он и я убеждаюсь, что врет — а ты думала, что все как в известной песне? Принцессы не какают, а если какают, то зефиром, а если пукают, то духами?

— И не встречаются принцессы с лохами — на автомате добавляю я.

— Я за тобой в туалет заходил, и ничего же? У меня к тебе отношение совсем не изменилось после этого, как и у тебя ко мне. Когда ты орешь с утра, чтоб я освободил ванную, потому что хочешь почистить зубы, ты же потом в обморок не падаешь, когда входишь? А твой освежитель с ароматом розы этот самый аромат только добавляет, а не устраняет неприятные запахи и создается впечатление, что кто-то в розах насра… э-э-э нагадил.

Я настолько охреневаю, что даже не знаю, что и сказать. А ведь реально так и есть. Я даже слышала, что ему как-то кто-то звонил, вроде бы брат и он ему гордо сказал «трилогия», до меня только сейчас дошло, что он ему сообщил, про то сколько раз в туалет сходил.

Какой кошмар. Но быт не исключить. Что же мне теперь к соседям в туалет ходить по большому, потому что до меня только сейчас дошло?

Забираю градусник, температура не изменилась. Кормлю лекарствами этого умирающего лебедя, мажу обезболивающей мазью свою поясницу и с кряхтением старой бабки ложусь спать.

— Ник? — слышу в темноте

— А?

— Хорошо, что мы все помыли, да? — тихонько говорит он — В чистой квартире к нам никакая зараза не пристанет.

— Блин, спи, ты вообще-то болеешь.

— В чистой квартире и болеть приятнее.

— Спи, чистоплюй. Если бы мы ее не мыли, то ты бы и не заболел.

— Ник?

— Да что?!!!

— Ничего, — обиженно бурчит и встает — сам водички себе принесу. У нее мужик болеет, а она еще и орет. Бессердечная.

Зараза.

Улыбаюсь и засыпаю.