Идеал

Глава 20

Пойти развеяться на самом деле не мешало бы, правда я не хочу никого видеть. Но тут звонит Лена, чтобы обсудить этот факт. Она, судя по всему, очень хочет.

— Что думаешь? — спрашиваю я у Лены по телефону.

— Ты знаешь, я ее немного побаиваюсь, она такая непредсказуемая, но это так интересно!

— Ну, что есть, то есть — соглашаюсь я, — тогда встречаемся вечером у нее?

— У меня плохое предчувствие, — хохочет она в трубку — но да, я буду. В прошлый раз я так ржала, что на видео толком ничего не попало, руки от смеха тряслись как у алкоголички.

И вместо того, чтоб поехать к себе домой и реветь в подушку, я иду к девочкам на пижамную вечеринку.

Сидим мы втроем в небольшой гостиной, стандартной трешки, стандартной пятиэтажки, стандартного спального района. В пижамах. А если быть точным, то Лена в пижаме черно-белой пятнистой коровы, Марина в пижаме радужного единорога, а я по всей видимости — свинья. Хвост, так точно подходит.

— Уважаемые друзья, почему я вас тут собрала — сообщает нам таким серьезным тоном, будто мы участники Бельведерского клуба и при этом разливает вино по бокалам, в совокупности с ее пижамой смотрится как минимум дико — мой Сема, скот такой, уехал к маме и мне сказал об этом уже по факту отсутствия, поэтому мы невероятно срочно собрались обсудить, какие мужики козлы. Ну и обосрать его, конечно. Если честно, я еще пригласила Лелю Онищенко, но у нее что-то там разошлось или не срослось. Я не поняла.

— Ты Лелю знаешь меньше недели — прифегиваю я — не удивительно, что у нее что-то там не срослось.

— Я отлично разбираюсь в людях — безапелляционно заявляет Марина и раскладывает на столе сыр, виноград и какую-то нарезку неясного характера.

— Капец она странная — шепчет Лена, пока та уходит на кухню — но от этого только еще интереснее. Мне до усрачки хочется узнать, чем закончатся наши посиделки.

— Лишь бы членом себе по лбу не била — вздыхаю я.

— Да хрен его знает. Тут прям интрига. Вот на черта девке три пижамы дома? Они ведь не дешевые. Нужно прям заморочиться, чтоб купить. А зачем? В ролевые игры играть? Так у них на жопе ничего не отстегивается, всю снимать надо.

— Вот — Марина притаскивает огромное ведро мороженого и ложки.

— Это самое большое ведро, которое я когда-либо видела — выдыхаю я — тут сколько десять литров?

Оно реально большущее. Что у нее за холодильник, если это туда влезло.

— Да мы же столько не сожрем — смеется Лена

— Но мы будем стремиться — улыбается Марина, поправляя трусы под пижамой и подтверждая Ленкину версию. Не для ролевых игр ей пижамы.

Мы успели выпить буквально по паре бокалов, когда раздался звонок в дверь.

— Если это Сема, то я его убью — бурчит Марина — договорились же!

— Ты особо на вино не налегай — сообщает мне Лена — в этот раз я хочу расслабится, а нам нужен кто-то один адекватный. Прошу заметить, она сейчас сказала, что они с Семой договорились, а перед этим, что он без предупреждения уехал к маме. Прошу еще раз заметить — внезапно. Странно? Очень.

— Согласна, что-то не сходится.

— Здравствуйте девочки — заходит к нам Оля Онищенко, у нее такой нежный и перепуганный голосок, что я даже не представляю ее пьяной.

Значит она и будет за адекватного. Мне тоже нужно расслабиться. У меня вообще-то стресс.

Оля совсем не соответствует своему голосу, мы это еще в первый день заметили. Достаточно мелкая, ничего из себя не представляющая, тихая и с невероятно с огромной грудью и еще более огромной задницей, которые жутко увеличивают ее в размерах.

— О, привет, — поворачивается Лена — у тебя же что-то не срослось.

— Нет. У меня пижама на жопе разошлась, я зашивала.

Оля убегает переодеваться, пока Марина несет дополнительные приборы, а Ленка тем временем не сдается:

— Ника, она тоже подозрительная.

— А Леля, то что? — шиплю я, как только остаемся вдвоем

— У нее такие сиськи, что аж страшно становится. — шепчет она — Ее чашки лифчика можно надевать как шапку! Если будем убегать, то ее сиськи будут бить ей по пузу, и мы будем бежать под аплодисменты!

— Лена — ржу я — куда ты бежать собралась? Мы в квартире!

— А выглядим, как игрушечное ОПГ! — бурчит она

Заходит Леля. В этом костюме зайца на ОПГ никак не тянет, очень уж он милый, хоть и жутко жопастый, и грудастый.

Марина приносит еще одну бутылку вина. Снова наливаем, снова выпиваем. Не знаю, как, но в какой-то момент осознаю, что в ход идет уже виски. Далеко не самый дешевый.

Охренеть.

Толи от стресса, толи от выпитого алкоголя, но сознание начинает запоминать урывками. Лена права, это не к добру. Я же вообще практически не пью, а с Мариной уже второй раз!

— Марина, ик, а на сколько тебя муж старше, ик? — икает Леля, да так сильно, что аж уши на капюшоне подпрыгивают.

— На двадцать один год.

— Ого! — выдыхаем мы хором

— Ты где такого пенсионера подцепить могла? — таращится Лена наяривая мороженое.

— Я когда в универе училась, он у меня преподом был. — Хихикает Марина — Вампир еще тот. Столько крови попил, гад. А я в него сразу влюбилась, как и пол потока!

— Это уже тогда, ик ему под сраку лет было?! — безуспешно пытается считать Леля. — Это сколько же лет назад? Пять?

Что-то ее сильно развезло, даже странно, ведь вес больше чем у всех.

— Ага, а если быть точным, то в прошлом году я за него замуж вышла. Я ж в прошлом году универ закончила.

— Ну нифига себе — с трудом представляю себе такую разницу — на что же ты повелась? Он же туда-сюда и на пенсию пойдет.

— Он красивый, умный, добрый, — Марина мечтательно закатывает глаза — короче я все еще влюблена в него по уши.

— Ты старичков любишь, ик? — фыркает Леля пытаясь то дышать, то не дышать, для избавления от икоты.

— До старичка ему, конечно, как до луны раком, но если смотреть глобально, то одного конкретного старичка, да, люблю. Да вот он.

Она протягивает нам мобильник, где на заставке из моря в мало что скрывающих плавках выходит мокрый идеально подтянутый, поджарый, моложавый блондин с красивой татуировкой на весь бок. На сорок с хвостом не тянет ни разу. Максимум лет тридцать пять. Очень круто выглядит мужик, честно.

— Ого! Вот тебе и пенсионер! — таращат глаза Лена с Лелей — такой еще десять раз молодым фору даст.

— Это да, — краснеет свеколкой Марина — он такой.

Потом мы танцевали. Странно это смотрелось в пижамах, но ржачно. Марина так смешно крутила головой и ее мягкий рог на голове вибрировал и кружил по кругу. Особенно если учесть, что это был медленный танец, а она головой крутила так быстро и сильно, что чуть шею себе не свернула.

Потом я не помню, что было, но сознание внезапно вернулось, когда я сидела на лавочке вальяжно закинув ногу на ногу и пила виски из горла. Девчонки при этом орали на какого-то парня в костюме сосиски возле соседней хот-дожной, потому что он им нахамил и назвал меня свиньей. Вот тут реально было похоже на ОПГ. Хотя Леля все же выбивалась, потому что была ниже всех, неувереннее всех, ну и что уж греха таить, откровенно толстожопее. Жутко перекормленный и стеснительный кролик никак не вписывался в наглое на голову отбитое ОПГ коровы и единорога.

— Так она же в костюме свиньи — вяло возмущался парень, давясь от смеха.

— Знаешь ли ты… — начала наезжать на него заплетающимся языком Марина.

— … Вдоль ночных дорог, шла босиком, не жалея ног… — жалобно затянула внезапно Леля, и они с Мариной допели припев вместе.

Нас снимал на мобильник мимо проходящий парень в темном спортивном костюме с капюшоном на голове. Лица не видно, но я его не осуждаю. Завтра у него на ютуб-канале будет миллион просмотров.

Выглядело это как минимум экзотично. Перед чуваком в костюме сосиски сложив руки на груди жалобными голосами поют борзый единорог и толстожопый заяц, пока корова закрывает глаза рукой со стоном «о боже, опять песни», а свинья, развалившись на лавочке бухает «Джек Дениелс» из горла.

Парень ржал в полной истерике, как и редкие прохожие, которые в след за парнем в спортивном костюме остановились снять этот «хор Пятницкого». Певица Максим была бы в восторге от такого исполнения, хотя кто их звезд знает.

— Так вот, — вдруг вспомнила Марина, что она до этого предъявляла парню в костюме сосиски — знаешь ли ты, на сколько мой рог — она покрутила рогом для достоверности, при этом для устойчивости немного присев широко расставив ноги — может глубоко входить в анус?

— Девушка, хватит меня домогаться — хохочет парень.

— Отвечай! — возмущается она — Когда тебе вопрос задает сама леди-единорог!

— Отвечаю! Нет не знаю, не имею привычку что-то пихать в зад!

— Если ты, поролоновая сосиска, не извинишься, перед моей подругой, то мы сейчас это проверим опытным путем!

— Извините девушка-свинья — ржет он, задыхаясь — что вы свинья.

— А ну снимай свою сосиску, я ща тебе наваляю — теперь уже во мне проснулся халк, правда какой-то бухой и вялый, потому что при этом я не двигаюсь и продолжаю сидеть и пить вискарь.

— Вы очень милая свинья, телефончик дадите? — начинает подкатывать парень.

Нет, ну это перебор, еще ко мне всякие сосиски не подкатывали. Ну и пусть я сейчас пьяная как свинья и в костюме свиньи, но я же леди!

— Я всяким незнакомым сосискам не даю… телефоны тем более… — пьяно ору я с лавочки.

— Меня Сергей зовут, теперь мы с вами знакомы, дайте телефончик.

— Для тебя я сегодня загадочная леди Хрю-хрю, пойдемте девочки. — я наконец оторвала задницу от лавки и встала.

Хватит мне любовных приключений, одному уже дала телефончик, а потом и вообще дала, а теперь страдаю. Странно, парень в капюшоне никуда не уходит, переместился в тень и продолжает снимать. Прямой эфир у него по ходу.

Девчонки вдруг начали хрюкать носом на перебой пытаясь подражать звуку свиньи. Правда, когда Марина подавилась и начала жутко кашлять под громкий истерический ржач парня из сосиски и тихий чувака в капюшоне, тут же перестали это делать пока Лену не осенило.

— А давайте встретим рассвет у моря? — Пьяно заявляет она, прикладываясь к моему вискарю, твою мать, это же новая бутылка! Кто спонсор этого банкета?! — А что, деньги у нас есть — продолжает Лена.

Интересно откуда? Трогаю себя по телу в поисках карманов, они и в правду имеются, но там только мобильник. Им, конечно, можно расплачиваться, но у меня нет на карте столько денег.

Все тут же поддержали и пустили бутылку по кругу. Последней мыслью было «Я никогда в жизни больше пить не буду, а с Мариной, так тем более» Потом снова все померкло.

Перрон железнодорожного вокзала. Мы танцуем под зажигательные латиноамериканские ритмы, которые льются у кого-то из мобильника. Дрыгаемся кто как может и подпеваем, тоже определенно не по-испански и даже не по-португальски, но в полный голос и от души. Танцуем невероятно развратно, кто на что способен. Подключаем все свои способности относительно состояния и желания не упасть. В пижамах правда это ни фига не видно, но я точно знаю, что это так.

Доблестная полиция, стоящая неподалеку в количестве трех человек, не пресекает наши действия, а только ржет и снимает все на мобильные. Как и чувак в капюшоне. Епрст. Надо попросить у него чего он там наснимал. Но полиция меня удивила больше, довольные такие, будто им денег дали. Странно если честно, они нас должны были задержать. Особенно Лелю, у которой страстные па были больше похожи на танец маленьких утят, двигалась она по крайней мере, точно так же, даже приседала немного, для достоверности страсти.

И снова виски и мы закусываем какой-то подозрительной огромной шаурмой. Полено просто, а не шаурма.

— А мы не обосремся — бурчу я протягивающей ее мне Лене — в этом костюме очень неудобно в туалет ходить. Я уже ходила два раза. Пришлось реально все снимать, чтоб пушистые свинячьи ножки не обоссать.

— Я тебя умоляю — хихикает Лена — все продези...фин… цируется

Киваю. Снова тьма.

Просыпаюсь в поезде под мерное чучух-чучух чучух-чучух

Нихера себе новости, а куда мы едем? Меня жутко штормит и при этом невероятно хочется спать.

— Никуся, мы уже приехали — Ленка восстает, словно зомби и снова наливает мне виски, одновременно тряся меня за плечо.

Твою мать, откуда пластиковый стакан? А бита? Рядом со мной лежит деревянная бита, явно моя.

— Ты больная? — еле ворочаю языком я, подгребаю биту — Я вообще больше пить никогда не буду! Мы сейчас куда-то едем, тебе это ни о чем не говорит?

— Мы выходим! — громко орет она во всю мощь легких — Ялта! Все на выход!

Девчонки резко подрываются, всем своим видом напоминая восставших из ада, и мы выходим на какой-то перрон. Интересно, я сейчас одна в жестком ахуе?

— Твою мать, Лена! Ты ничего не хочешь мне сказать? — медленно моргаю, пытаясь сконцентрироваться.

— Например? — громко отрыгивается она — ой! — прикрывает рот ладошкой — пардон, это пузырики.

— В вискаре пузырики? — отбирает у нее бутылку Леля и прищуриваясь заглядывает в горлышко бутылки, а потом морщась отпивает.

— Лена! Какого хера мы в Крыму?! — никак не могу прийти в себя.

— А что я люблю Крым, тут классно — пожимает плечами нахохлившаяся Марина, оглядываясь по сторонам.

Она спала лицом вниз на растопыренной пятерне, которая теперь четко отпечаталась на ее щеке. Выглядит как зомби-единорог, которому по роже леща дали.

— Ника! Ты же мне ничего не хочешь сказать. Что я вдруг должна тебе говорить? — пьяно и зло щурит Лена глаза.

— А я что? — судорожно пытаясь вспомнить хоть что-то большее, чем то, что выдает память. Спать от этого хочется еще больше. Спать вообще хочется просто безумно! Не помню, чтоб я так вообще когда-либо хотела спать.

— Посмотри на мобильник и подумай над своим поведением. — возмущается и подкатывает глаза, при этом пошатываясь, видимо организм не готов к резкой смене ориентации и фокусировки.

Я же на мобильник не смотрю, но начинаю в слух рассуждать. Правда меня совершенно никто не слушает, все занимаются своими делами. А если быть точно, то стоят, нахохлившись и ловят жуткие отходняки. Ну или спят. Ощущение такое, будто в поезде мы провели всего не больше часа, а это невозможно. Но пока осмыслить нестыковки не получается.