Игра, разорвавшая время

Глава 15 Родные места

Илья был по своей природе материалистом и в сказки не верил. А как же иначе, когда со школьной семьи в советском детстве ему внушали, что никаких чудес не бывает и всему есть рациональное объяснение. И верить надо только в науку.

Технологии вокруг менялись так быстро, что всё напоминало сказку. Телевидение, мобильная связь, интернет — когда‑то это казалось фантастикой. Илья, человек старой закалки, до сих пор с трудом принимал такие перемены. А теперь ещё и эти погружения в компьютерные игры… После всего увиденного это уже не казалось невозможным. Наверно, поэтому Макару так легко удалось втянуть Илью в эту авантюру.

Что теперь происходит вокруг него — непонятно. Он в Игре, в Прошлом или в своем Настоящем?

Поразмыслив, Илья нашел только одно решение: добраться до поселка — его родного поселка, где он когда-то родился — и поискать ответы на свои вопросы там.

Он надел быстро высохшую на солнце одежду и отправился по знакомой тропинке в сторону Тихоречного.

Шел и вспоминал, как они с мальчишками бегали на речку купаться. Именно по этой дороге. Как вонзались колючки в голые пятки и обжигала коленки крапива.

Боже, как они были счастливы в то время и не понимали этого!

Впереди показался поселок. Длинная почти прямая дорога и дома, утопающие в зелени.

Илья стал считать сколько лет он не был в родных местах. И ужаснулся. После того, как погибла мама, он ушел на фронт, а после войны домой не возвратился. Боль так и не утихла в груди после того страшного события. Сейчас он почувствовал угрызения совести: где-то на кладбище за поселком была могилка матери — наверно, заросла, или вообще потерялась.

Парень вступил на центральную улицу и огляделся. Она была пуста. Солнце пекло нещадно. В огородах копались люди. Кто-то на перекрестной улице брал воду из колодца.

Илья опасался прямой встречи с людьми — он все еще сомневался в том, где он: в прошлом, настоящем или в Игре.

В поселке словно время остановилось. Казалось, ничего не поменялось. Асфальта, как и в его детстве, не было — только хрустящая под ногами щебёнка.

Нет, поменялось. Он не узнавал некоторые дома, а другие, вроде бы знакомые, сильно «постарели».

И тут он вышел на просторную площадь, где когда-то были сельсовет и магазин.

Здесь также находился магазин, о чем говорила исшарпанная вывеска «Универсам», но он был каменным в отличие от довоенного. Старый, деревянный, сгорел еще во время войны. Наличие нового магазина было логично.

Ухватившись за ручку, Илья помедлил, потом решительно потянул дверь на себя.

В магазине было приятно прохладно. Вдоль стен стояли длинные стеклянные прилавки — здесь не было самообслуживания, как в городах. За одним из них скучала продавщица, нисколько не стесняясь, разглядывала вошедшего внутрь молодого человека. Илья медленно пошел, вытягивая шею и ища дату на молочных продуктах.

Нашел и вздрогнул, увидев, что дата обозначена с текущим годом.

Значит, не Прошлое.

Но может, он все еще в Игре? Тогда логично, что даты текущие. Хотя… Макар же его отправил в Прошлое.

Совсем запутавшись, Илья развернулся и пошел прочь из магазина. В задумчивости отправился в ту сторону, откуда пришел. Снова за поселок, к реке.

Мимо на велосипеде ехал пацаненок. Обычный такой, с растрепанными волосами и разбитыми коленками.

— Эй, мальчик! — окликнул Илья.

Тот притормозил. Одна его нога встала на пыльную дорогу, вторая осталась на педали.

— Ты в компьютерных играх разбираешься? — спросил Илья.

— А что в них разбираться? Легкотня! — заявил тот.

— А погрузиться в Игру не пробовал?

— Хотелось бы. Да денег на такое нет. Может, когда вырасту, разбогатею. Тогда вот…

— Понятно, — усмехнулся Илья. — Ну, удачи!

И пошел дальше, всё больше запутываясь в собственных мыслях…

Вскоре впереди показался высокий берег, за которым пряталась река. А также руины церкви справа — в углу этой живописной картинки.

Церковь… Вот куда он не может себя заставить пойти!

Неожиданно его воспоминания о той страшной ночи обострились: ужасная гроза с частыми вспышками молний и громкими раскатами грома, сильный дождь, вой самолета, бомбежка, отчаянные крики людей, кровь на полу… И мама…

Боль сжала сердце. Илья рванул к лесу. Занырнул внутрь, в прохладу. Бежал, задыхаясь и не разбирая дороги, пока не упал, споткнувшись о корень.

Потом долго бродил по лесу, успокаиваясь и приходя в себя.

И тут, казалось, время не сильно потрудилось. Словно только вчера они с ребятами — девочками и пацанами — с корзинками зашли в лес, чтобы набрать грибов и ягод. Тогда он знал лес наизусть: каждое дерево, каждую ямку, каждый пенек. Он вспомнил старую сосну, у которой во время бури сломало ветку. Сломало, но не оторвало. Однако дерево прозвали «сломанная сосна», и в своих детских играх так и говорили:

— Встретимся у сломанной сосны.

Илья безошибочно нашел нужную тропку и заспешил к этой самой сломанной сосне…

…Она до сих пор стояла на старом месте. Светлый ствол. Раскидистая крона, как крыша для муравейника у ствола…

Сломанной ветки уже не было. Да и сама сосна изменилась: ствол стал толще, кора потемнела и растрескалась, нижние ветви давно усохли.

Илья выбрал место под сосной, улегся на спину, смотрел сквозь ее колючие ветви на проглядывающее голубое небо и вспоминал свое беззаботное босоногое детство.

Беззаботное до тех пор, пока война не началась…

Он задремал под стрекот кузнечиков и пение птиц, одуваемый легким ветерком и одновременно согреваемый редкими лучиками солнца, которые пробирались сквозь кроны деревьев.

Очнулся от раскатов грома.

Потемнело. Гроза явно надвигалась. Да и день подходил к концу.

Гроз он не любил. А после того случая во время войны, стал еще и бояться.

Илья встал и снова направился к берегу, раздумывая, что спрятаться можно только у реки. Там — крутой овражистый берег, и есть углубленная в землю ниша.

Выбрался на опушку, когда почти стемнело.

И тут он увидел на берегу ребят.

Трое молодых людей лет восемнадцати-девятнадцати от роду — девушка и два паренька — торопливо пихали рюкзаки, печку и сухие дрова в палатку. Затем подхватили какой-то узел, спальные мешки и заспешили к руинам.

Илья, идя вдоль опушки, последовал за ними. Вряд ли они его могли заметить: темно уже было, да и некогда молодежи было — торопились успеть до грозы.

Когда они зашли за изломанные стены, он смог подойти ближе. Слышал их негромкие разговоры…

Потом всё стихло. Видимо, туристы уснули.

Громыхнул гром — гроза подступала всё ближе. Сверкнула за лесом молния. Поднялся ветер.

Илья повернулся, чтобы идти к реке, к нише, куда и планировал спрятаться. Двигался широкими шагами. Каждый новый раскат становился громче, каждая молния — ярче. Гроза торопливо приближалась к руинам церкви. Илья почувствовал, как каждая жилка в его теле натянулась. Нервы не выдержали, и он побежал.

Одновременно с его рывком вперед закапали первые крупные капли дождя — словно кто-то качнул на небе огромную лейку, примеряясь к месту, где еще было не полито. И тут же потоком полилась с неба вода. Новые молнии, новые удары грома.

На пути встретилась покинутая походниками палатка. Илья, не долго раздумывая, занырнул внутрь…