Искушение

10. Стелла

Стелла ехала домой. Она смотрела из окошка такси на мелькающие зеленые улицы Города и старалась осмыслить, что же произошло недавно? С какого перепугу она взбеленилась?

Губы девушки были пренебрежительно и зло поджаты, но по непонятной ей самой причине на глазах то и дело наворачивались слёзы, которые она сглатывала и сдерживала, не давая себя разреветься как бы этого не хотелось.

«Ну что за привычка у этих мужиков все испортить? — злилась Стелла, — какого черта Валерчик заговорил об этом, нафиг ей не нужном, замужестве? Какая из неё жена?! И что он вообще имел в виду, когда предложил ей пожениться? Что она бросит все (что именно Стелла подразумевала под этим «все», она и сама толком не знала), усядется клушей под боком у его мамочки, начнет рожать детей? Это все вполне возможно. Но не сейчас, а когда-то потом. В далёком будущем! А сейчас он просто взял и все испортил»!

Буквально через неделю после того, как Стела перебралась к Валерчику, в квартиру его родителей, она заскучала. Одно дело, встретиться на часок другой. Даже провести вместе ночь. И разбежаться, занимаясь каждый своими делами. А совсем другое — засыпать и просыпаться рядом с одним и тем же мужчиной. Жить так, как он привык.

Валерчик на сегодняшний день устраивал Стеллу по всем параметрам: нежный и робкий, не напрягающий её ни ревностью, ни попытками узнать, чем же занимается его зазноба в свободное от его присутствия время. Довольствующийся той ролью в жизни Стеллы, которую ему и отвела сама девушка. Конечно, Стеллу немного напрягали рассказы папы о принципиальности Анны Федоровны, о том, что она не поймет и не одобрит то, чем занимается сам Стас и его дочурка в свободное от работы и учёбы время. Ну так её в эти «интимные» подробности посвящать никто и не собирался. Вот пусть бы и шло все так, как и шло!

«Наверное, можно было обратить все в шутку, — думала Стелла, — спустить, что называется, на тормозах».

Но, «спустить на тормозах» по какой-то причине не захотелось. Быть может потому, что Стелле порядком поднадоел размеренный ритм жизни. Ей хотелось драйва и движухи, адреналина и хоть каких-то новых впечатлений. А жизнь с Валерчиком за прошедший месяц показала, что вот этого всего в отношениях с ним ждать не стоит.

Стелла открыла входную дверь квартиры, когда уже наступил вечер.

В коридоре, заложив руки за спину, стоял генерал:

— Натаскалась паскуда?! — поприветствовал дедушка внучку.

— Закрой хлебало, старый поц, — ответила на приветствие внученька, и толкнула дверь в комнату отца, не утруждая себя такой мелочью, как элементарный стук.

Стелла выпучила глаза от удивления, увидев сидящих за столом друг напротив друга, Стаса и Ираиду:

— Чего сидим, как на похоронах? — удивилась дочь, — вроде, никто не опрокинулся? Или я чего-то не знаю?

Стас взглянул на дочь:

— Все живы, как видишь! Скажу даже больше — пока ты шлялась неизвестно где, у нас тут прибавление семейства наметилось!

Глаза Стелы округлились еще больше:

— Маман! Да ты, никак, заикрилась на старости лет?!

— Типун тебе на язык, дурра! — рявкнул Стас, — дедуля твой жениться собрался! О как!

Генерал распахнул дверь в комнату сына, словно стоял все это время и прислушивался к разговору:

— Да! Собрался! И не тебе, молокососу, мне указывать! Я имею право на личное счастье!

Стелла расхохоталась:

— Ну ты даешь, дед! И кто же твоя избранница? Ты где её подцепил? В собесе?

— Где надо — там и подцепил! — генерал гордо вскинул голову, — а до собеса моей Тамасе еще далеко! Ей и пятидесяти нет!

— Вот это да! — продолжала веселиться Стелла, — и что же ты с нею делать собираешься?!

— Что положено мужику, то и буду делать! У тебя советов и разрешения не спрошу! — заходился в крике генерал.

Стелле, отвыкшей за месяц от такого бурного проявления родственных чувств, начал надоедать ор, стоящий на всю квартиру. Она вздохнула:

— Хорошо. От нас-то ты чего хочешь? Благословения?

— Завтра Тамася знакомиться с вами приедет! И ведите себя по-людски! Разговаривайте с нею вежливо и без матюков! Она к такому не привыкла!

— Если собралась за тебя замуж — значит, придется привыкать, — усмехнулась Стелла и отправилась в свою комнату.

Следующим днем было воскресенье.

Стас и Ираида, в свой выходной день, никуда не торопились, а потому в комнате у родителей было тихо почти до обеда.

Даже бодрое ежеутреннее песнопение гимна, не сподвигло ни одного из родителей покинуть свою комнату.

Генерал, оповестивший всех о своем уходе ароматом Консула и оглушительным хлопком закрывшейся за ним двери, отбыл в одному ему известном направлении ближе к полудню.

Стелла вышла в коридор:

— Эй, родаки! Давайте в кухню выползайте! Семейный совет проводить будем!

Стелла сварила себе кофе, даже не подумав озаботиться приготовлением напитка для родителей, и плюхнулась за стол.

Вскоре, подтянулись и Стас с Ираидой. Молча уселись напротив дочери.

— И что вы мне можете новенького добавить к тому, о чем я уже знаю? — Стелла отхлебнула из чашки и закурила первую в этот день сигарету.

— Да мы не больше твоего знаем, — вздохнула Ираида.

— Да, — подтвердил Стас, — папочка нас огорошил новостью буквально за полчаса до твоего приезда.

— Делааа — задумчиво протянула Стелла, — ладно, подождем «невесту», посмотрим, что оно такое. Может, и выживем по-быстрячку из нашего благородного семейства.

Стас ухмыльнулся:

— Да уж постараемся!

Пол в кухне хрустел от просыпавшихся за прошедшие дни крошек. Мойка была завалена грязной посудой. Домработница должна была прийти только завтра, но никто и не подумал навести хотя бы минимальный порядок к приходу гостьи. А что такого? Дамочка хочет стать членом нашей семьи? Вот пусть и увидит семейку такой, какая она есть.

Конечно, Тамася уже успела разузнать, где именно живет её «избранник», узнала о том, кто он сам и кто его домочадцы, но до сегодняшнего дня в гостях у Вили ей побывать не удалось.

Тамася не то, чтобы удивилась, но, как-то насторожилась, когда генерал предложил ей заехать на Привоз, чтобы скупиться. Он ходил между рядами, закупая провизию так, словно голодал минимум неделю, и в доме не было ничего, даже маковой росинки. Но о чем-то расспрашивать женщина поостереглась.

О своей семье генерал не слишком распространялся. Сказал неделю тому, когда пригласил её в гости для знакомства, что все увидит сама, и чтобы не подумала чего, потому как он, не чета своему семейству, человек интеллигентный и образованный, но «в семье не без урода».

Тамася только хмыкнула про себя, подумав: мне с твоим семейством не жить и детей не крестить. Но, обходя мясные и рыбные ряды Привоза, все же надеялась, что её не поставят у плиты в первый же день. Хотя, надежды эти начали таять, когда генерал, купив несколько килограмм картошки, радостно сообщил ей:

— Люблю картофанчик жареный, — и мечтательно улыбнулся.

Стелла захохотала в голос, услышав, как генерал елейным голосом чуть ли не пропел в коридоре:

— Дети! А вот и мы! Выходите знакомиться.

Стелла и не подумала переодеться к приходу гостьи. Из прорёхи в майке торчал наружу сосок. Коротенькие шортики едва прикрывали ягодицы. Девушка распахнула дверь своей комнаты:

— Привет, бабуля! Жрать когда будем?!

Тамася оторопела. Генерал покраснел от ярости. Зашипел, защищая возлюбленную:

— Какая она тебе бабуля?! Придержи язык, молокососка!

Стелла, придав лицу вид невинный и растерянный, пролепетала:

— Ну а как же? Ты мне дедуля, а она, значит, будет бабулей. Или ты жениться раздумал, дед?

Генерал еще не говорил Тамасе о своем намерении сочетаться узами брака. Он думал, что надо бы сделать это красиво. В кругу семьи.

Тамася из кожи вон лезла, чтобы произвести на него наилучшее впечатление, и ей это удалось. Виля считал её женщиной интеллигентной и утонченной. Вдова. Мать молодого моряка. Работница ИТР. Чего еще желать? И тут эта дрянь, хренова внученька, разрушила его планы одним махом.

Но Тамасе было начхать на условности! Она поняла, что то, чего она добивалась, едва встретив генерала, вот-вот осуществится! И какая разница — сделал ей предложение сам генерал, или проболталась его внученька?! Вот-вот — и она станет генеральшей!

Лицо Тамаси расплылось в улыбке:

— Здравствуй, деточка. Покажи мне, где тут у вас кухня? Нужно покушанькать приготовить, а то не по-людски как-то в коридоре разговоры разговаривать.

— Родители, — что есть мочи заорала Стелла, — выползайте на кухню! Наша новая бабушка нам пожрать приготовит!

Дверь в комнату Стаса тот час же распахнулась.

Стас и Ираида протягивали Тамасе руки для знакомства.

Тамася вертелась в чужой кухне, как заведенная. Перемыла посуду, нажарила картошки и мяса, накрошила полную миску салата, нарезала сыр и колбасу, морща нос, выпотрошила наманикюреными пальчиками копченую скумбрию, накрыла стол.

Ираида вначале вроде бы и попыталась чем-то помочь гостье, но дочь одернула её:

— Сиди, мама, пусть моя новая бабушка покажет, на что способна. Стоит ли её вообще принимать в нашу семью.

Стас ухмыльнулся. Генерал, в очередной раз, злобно зыркнул на внученьку, но ебуками не порадовал. Очень уж не хотелось ему портить впечатление о себе у «невесты».

Повернувшись спиной к сидящим за столом, Тамася, стоя у плиты, чуть не лопалась от злости, думая: «Ну погодите, получите вы у меня! Я вам припомню эти смотрины»! Но лицо женщины снова сияло улыбкой, когда она ставила на стол блюдо с отбивными.

Ужин подходил к концу. Стелла, которая только расковыряла отбивную и надломила кусочек картошки, откинулась на спинку стула:

— Конечно, до моей бабушки, Варвары Кузьминичны, вам далеко, но жрать можно, — посмотрела на родителей, — ну что? Опустим деда жить к молодой жене? Надеюсь, что с голоду он там не подохнет, а подохнет — так не велика потеря.

Генерал, который мужественно терпел все выбрики семейства целый вечер, вынести подобного уже не смог. Он взвыл дурным гласом:

— Да ты совсем охуела, секелёвка ёбаная! Ты забыла в чьем доме живёшь?! Ты еще командовать вздумала, где, с кем и как мне жить?! Да я тебя в порошок сотру!

Лицо Вили покраснело от злости.

Ираида выскочила из-за стола и, от греха подальше, юркнула в свою комнату. Стас хохотал, как сумасшедший, видя отвисшую Тамасину челюсть.

Стелла, все так же улыбаясь деду, сделала невинное лицо:

— Дедушка, я к твоим словам уже давно привыкла, а вот новая бабушка, похоже, впервые узнала, как богат твой словарный запас и как громок командирский голос.

— Иди нахуй в свою шхеру, и затихарись там, чтобы я тебя не видел и не слышал! — продолжал раздавать указания генерал. Потом, словно опомнившись, перевел взгляд на Тамасю:

— Ты уж прости меня, что позволил себе выражаться в присутствии дамы, но с моими домочадцами иначе нельзя. Они человеческих слов не понимают. Пойдем, я тебя домой провожу, — Виля протянул руку «невесте», помогая выбраться из-за стола.

Стела и Стас провели покинувших застолье дружным хохотом.

В такси Тамася поглаживала руку генерала:

— Я все понимаю. Отцы не отвечают за своих детей, — переиначила пословицу хитрая бабёнка.

— Но ты ведь понимаешь, что я не такой, — не унимался генерал.

— Конечно. Ведь я тебя знаю, — успокоила «жениха» Тамася.

В понедельник, перед тем, как уйти на работу, Стас вынул из стола пакет. Протянул Стелле:

— Отнесешь сегодня?

— Конечно. Там же, где и всегда?

— Там же и тому же, — кивнул Стас.

Стелла сидела за выносным столиком летнего кафе, ожидая встречи.

Мужчина средних лет, по лицу которого была явно видна его национальность, незаметно подошел к девушке. Стела вздрогнула: «Вот умет этот кацюк подкрадываться, как кот к мыши! Всегда выныривает, словно из-под земли»!

Стела протянула приготовленный пакет с бонами. Получила в ответ пакет значительно большего размера. Но уходить из кафе не торопилась. Не спешил прощаться и её vis-à-vis.

— Что ты такая грустная, — спросил мужчина, — проблемы?

Стела удивилась. Обычно, обменявшись пакетами, они расходились, каждый по своим делам, не вступая в разговоры. С чего бы на этот раз мужчина начал интересоваться её настроением. Но по непонятной для самой себя причине, Стела все же решила ответить:

— Да нет особых проблем. Так, навалились мелочишки всякие скопом и портят настроение.

Мужчина усмехнулся:

— С лица такой красивой девушки не должна никогда сходить улыбка. А настроение можно и улучшить!

Стелла удивлёно взглянула на собеседника. Какое-такое улучшение настроения собрался ей предложить этот дядька? Уж не себя ли в качестве «улучшителя»?

Словно прочитав её мысли, мужчина расхохотался:

— Ты не думай чего! У меня тёлок больше, чем звёзд на небе! Просто, если хочешь, можем завтра слетать вместе в Батуми. Покажу тебе город, лучше которого нет во всем мире! Если захочешь, мой сын составит тебе компанию на пляже или в ресторане. А как себя с ним вести — тебе решать. Никто тебя насиловать не собирается. Ну так что? Поедем?

Стела так устала сидеть вместе с Валерчиком в четырёх стенах. Ей так хотелось оторваться в ресторане, не отказывая себе ни в чем, не задумываясь, а хватит ли денег у ухажера, чтобы оплатить коктейль, который она выбрала. Ездить по городу, если нужно, не в трамвае или троллейбусе, а на такси, а лучше — собственном автомобиле.

Стела, на минутку представив ожидающий её бурлеск, кивнула:

— А почему бы и нет? Когда вылетаем?

— Завтра утром жду в аэропорту, — мужчина поднялся из-за столика, — билеты я закажу, а ты только платьев красивых набери побольше.

Стелла еще посидела какое-то время в летнем кафе, немного подумала, а не напрасно ли она согласилась на эту авантюру, и поехала домой.

В квартире было пусто.

Девушка решила, что дед все еще нежится в объятиях будущей жены, а родители не пришли с работы, но её предположения не подтвердились.

Генерал, лишь только услышал звук открывающейся входной двери, пулей вылетел в коридор.

Он орал и брызгал слюной, изощрялся в оскорблениях, не думая о том, что Стелла не закрыла дверь, и свидетелями, точнее, слушателями, мерзкого скандала станут все соседи.

— Что за вой вы подняли?! — в квартиру вошел Стас, — на первом этаже вас слышно! Сейчас соседи милицию вызовут, чтобы вас усмирить!

— Да срать я хотел на твоих соседей! — распалялся все больше и больше генерал, — мне, заслуженному и награжденному не указ какое-то быдло!

Стела завизжала так, что казалось, еще минута и из окон повылетают стекла.

Мужчины, не ожидавшие подобной реакции, враз замолчали.

Стела, словно успокоившись, отделяя одно слово от другого, произнесла, не повышая голоса:

— Как же меня заебала ваша гнусная семейка. Всё! Сил моих больше нет. Я завтра уезжаю.

— Ты живешь в моем доме! — не унимался генерал, — и не смеешь со мною так разговаривать!

— Я оплачиваю твою учебу! — подержал папочку Стас, — немедленно объясни, куда ты собралась?!

— Куда, доченька? — на пороге квартиры стояла Ираида.

Девушка уставилась на мать, решив немедленно сорвать зло на ней:

— Тебе какое дело? — Стелла не собиралась никому ничего объяснять.

— Ну как же, — Ираида развела руками, — ведь я твоя мать.

Стелла горько усмехнулась

— Можете заткнуть всё себе в жопу! Ты, дед, свою квартиру! Ты, папа, свою учеблю, а ты, мамочка, свое ёбаное материнство! Завтра утром я уезжаю! Это все, что вам нужно знать!

— А когда ты вернешься? — не оставляла попыток получить хоть какое-то вразумительное объяснение Ираида.

— Вернусь — когда и если вернусь! — Стелла захлопнула за собою дверь комнаты.