Отряд особо опасных горничных: испытание для Туза 4

1. Воспоминания Туза / История Эйс

Громкие быстрые вздохи сопровождались топотом бегущих ног. Девушка, все время оглядывавшаяся, старалась не останавливаться. Она не смотрела под ноги, будто не боялась споткнуться о камни, да и в этой ситуации камни были наименее страшным объектом в ее окружении.

Позади прозвучал громкий рев. Животное, бежавшее следом за этой розоволосой девушкой, стремительно нагоняло ее. В какой-то момент стало очевидным то, что сбежать попросту было невозможно. Тогда, резко затормозив, Эва — так ее звали, быстро развернулась.

Саблезубый тигр, привезенный в эти шахты прямиком из глубин севера, прямо на бегу приготовился к прыжку. Заметив это, Эва слегка согнула ноги в коленях и быстро отскочила в сторону.

Крупный зверь прыгнул туда, откуда его цель уже успела сбежать, и из-за этого он на мгновение потерял ее из виду. Лишь когда у него получилось затормозить, он попытался оглянуться.

В тот же миг девушка, словно монстр из фильмов ужасов, запрыгнула на него сверху. Обхватив широкую крепкую шею тигра руками, она начала сдавливать ее изо всех сил. Ее руки еле сцеплялись на этой шее, но благодаря развитой физической силе уже этого было достаточно для удушения.

Тигр начал вертеться в попытках сбросить с себя Эву. Девушка все держалась. Ее мотало из стороны в сторону, но она продолжала сжимать горло своей добычи. В какой-то момент, во время очередного неприятного прыжка тигра, ее длинная розовая челка, до этого момента прикрывавшая верхнюю часть ее лица, приподнялась и позволила увидеть странные глаза. Один из них казался совершенно нормальным. Он имел голубой, довольно приятный насыщенный оттенок. Второй же был будто нереальным. На фоне сероватого белка не было ни зрачка, ни радужки, но вместо этого черное изображение орла, раскинувшего крылья, растягивалось практически по всей поверхности глаза.

Как только Эва начала чувствовать собственную слабость и осознала, что долго она так не протянет, какое-то внутреннее чувство негодования и сопротивления вынудило ее продолжить борьбу. В этом ее странном глазе орел будто начал махать крыльями, и вместе с этим Эва начала ощущать прилив сил. Сдавив зверя еще сильнее, до хруста костей, она резко повалилась вправо и завалила его вместе с собой на землю.

Даже неприятное приземление на камни ее не остановило. Продолжая сдавливать, она начала ломать одну кость за другой. Тигр вертелся все меньше. Он лишь издавал громкие возгласы и пытался дрыгать своими массивными тяжелыми лапами.

Эва поняла, что ее противник был повержен, лишь тогда, когда он окончательно замер. Силы, нахлынувшие вместе с активацией внедренной в ее тело способности, начали быстро иссякать. Они пробуждались лишь тогда, когда она чувствовала сильный стресс, и после них ее тело всегда было намного слабее, чем раньше.

Раздались аплодисменты. Человек, намеренно громко и медленно хлопавший в ладоши, начал не спеша приближаться. Это был худощавый, морщинистый мужчина, которому не было и тридцати лет. Темные короткие волосы, маленькие карие глаза и невероятно широкая, противная улыбка — только так и можно было описать его заурядную внешность.

Следом за этим мужчиной шел еще один. Вот он совершенно не походил на первого. Во-первых, он был эльфом, а не человеком. Во-вторых, он был высоким, мускулистым, привлекательным и весьма опасным. Его правый глаз был таким же необычным, как и у самой Эвы. Можно было сказать, что даже сила Эвы принадлежала именно ему.

— Ты живучая, — счастливо произнес Гроттен Хээль, подойдя как можно ближе и сразу же замерев, — впрочем, как всегда.

Эва даже не переводила взгляда на этих двоих. Для нее они были сущим ночным кошмаром, и она была буквально готова оторвать им головы. Правда, перед этим ей нужно было собраться с силами.

Глубоко вдохнув, лежавшая на спине девушка положила руку на землю и внезапно перевернулась. Из положения низкого старта, она, словно легкоатлет, бросилась прямо на Гроттена.

Мужчина лишь усмехнулся. Он не сделал даже шага назад, но вместо него вперед вышел его помощник — Каргеон. Эльф, грозно взглянув на девушку, активировал свою способность. Силы Эвы сразу иссякли. Она ощутила, как ее ноги просто перестали двигаться, из-за чего она повалилась прямо на Каргеона. Эльф, быстро вытянув свою широкую крупную руку, схватил ею девушку за голову. Эва так и повисла в его тяжелых лапах.

— Верни ее к остальным, — с усмешкой произнес Гроттен, — но до этого проучи. Когда же она все-таки поймет, что нападать на нас бессмысленно?

Развернувшись, мужчина пошел куда-то прочь. Его шаги, смешивавшиеся со свистом, издаваемым им, постепенно становились все тише.

Искоса посмотрев на все еще прибывавшую в сознании, но безвольную Эву, Каргеон вздохнул. Он подтолкнул девушку вперед, намеренно вынуждая ее рухнуть на спину. Затем, приблизившись, он поднял ногу и быстро, достаточно сильно, начал наносить по ней удары. Он вставал на ее руки, пинал ее по животу, топтал лицо и волосы. Из-за силы, воздействующей на нее, Эва не могла даже пошевелиться. От боли на уголках ее глаз скапливались слезы, но даже при этом девушка старалась сохранять самообладание. Звуки пинков разносились эхом по каменным коридорам шахт, в которых и находились они сейчас. Когда только звуки закончились, Каргеон схватил девушку за ее вьющиеся розовые волосы и потащил куда-то вперед.

Вот так, волоча ее по камням, и все еще не позволяя двигаться, он добрался до той части шахт, где располагалась одна длинная крупная темница с заключенными в ней людьми. В этом месте было так много представителей разных возрастных групп, полов и даже национальностей, что сосчитать их всех по пальцам было просто невозможно.

Добравшись до нужной камеры, Каргеон жестом указал охране на то, чтобы они открыли решетку, дождался этого момента и быстро забросил внутрь темницы Эву. Девушка боком рухнула на землю прямо возле самой решетки. В тот же миг замок за ней оказался заперт.

Каргеон, хладнокровно окинувший взглядом всех присутствующих в камере, глубоко вздохнул и развернулся. У каждого заключенного в этом месте один глаз был отличным от другого. Символ ястреба на белке был доказательством того, что все эти люди были связаны с самим эльфом, и не просто так. В этом месте они были скорее подопытными, чем кем-либо еще. Каргеон работал на Гроттена, помогая ему создавать совершенного человека, а именно такого, который был бы физически и морально устойчивым ко всем опасным и трудным жизненным ситуациям.

— Эва! — прозвучал громкий девичий крик. Подбежав к своей неподвижной сестре, Зана осторожно перевернула ее на спину и осмотрела. Тело Эвы было все покрыто тяжелыми ранами. И не только синяки, оставленные после пинков Каргеона. На ее теле четко были видны следы от когтей саблезубов.

Охрана, стоявшая подле решетки, обернулась и недоверчиво посмотрела на двух розоволосых девушек. Зана и Эва были родными сестрами, поэтому они очень походили друг на друга.

Ощутив на себе эти подозрительные неприветливые взгляды, Зана приподняла голову и посмотрела на охранников. Она сразу поняла, что сейчас лучше всего ей было замолчать и оттащить сестру подальше, ведь смотрели они так, будто были готовы продолжить избиение за лишний шум.

Подхватив Эву за руки, Зана начала тащить ее назад, правда, тяжесть тела старшей сестры не позволила сделать ей этого так легко.

Внезапно к сестрам подбежала еще одна заключенная. Русоволосая, худощавая девушка, примерно одного возраста с самой Заной, присела рядом и приподняла Эву за ноги. Так они вдвоем и оттащили ее в сторону.

Правда была в том, что все эти трое были уже достаточно хорошо знакомы, хотя последняя из них, отличавшаяся и внешностью, и даже характером, обычно старалась держать дистанцию.

Зана не смогла сдержать слез. Прислонив сестру спиной к стене, она с болью во взгляде осмотрела ее. Все эти раны на теле Эвы только доказывали то, что ей приходилось отдуваться за них всех, ведь чаще всего на опыты или проверки физических способностей забирали именно ее. И ведь она всегда шла добровольно.

— Я… — Зана шмыгнула носом и попыталась успокоиться. Она не хотела заставлять сестру волноваться, но эмоции были все же слишком сильны.

Эва постепенно начала приходить в себя. При виде двух жалостных лиц напротив, она попыталась выдавить из себя улыбку.

— А я говорила, — гневно щурясь, зашептала русоволосая девушка, звавшаяся Кирой, — что ничего этого не произойдет, если ты просто им подчинишься. Всякий раз, когда ты нападаешь на них, они тебя избивают, а ты…

— Волнуешься? — Эва улыбнулась чуть шире. Из-за этого ее вопроса Кира удивленно замолчала. Ее глаза округлились, будто бы ей сказали что-то действительно шокирующее.

— Я? — Кира попыталась изобразить усмешку на своем лице, но даже она была смешана с горечью. — С чего бы? Я тебе даже не кровная сестра. Это вы двое…

Внезапно Эва, еле сидевшая возле стены, приподняла руку и положила ее на макушку Киры. Это действие, довольно неожиданное, вызвало настоящий шок. Кира замерла и замолчала, тем временем Эва продолжала трепать ее по волосам со словами:

— Все в порядке, я в норме. Не переживай так сильно.

Кира довольно быстро изменилась в лице. Слезы начали скатываться по ее щекам, глаза сощурились, губы плотно сжались, будто бы пытаясь сдержать жалобный вой.

— И, знаешь, — продолжила с широкой заботливой улыбкой говорить Эва, — то, что ты не моя кровная сестра, для меня не аргумент.

Кира открыла рот, глубоко вздохнула и, не сдерживая эмоций, бросилась на грудь своей старшей. Эве от этого объятия стало очень больно. Настолько, что захотелось закричать, но девушка все продолжала улыбаться, ведь в этот момент ее сестра смотрела на нее.

Переведя взгляд на Зану, Эва протянула к ней свою руку и жестом поманила к себе. Вторая девушка, действительно являвшаяся ее кровной сестрой, с той же охотой приблизилась и прижалось к большой женской груди.

Эва обхватила их обеих и начала гладить по волосам. Так она пыталась успокоить их, и у нее это получалось. Сама же она с тревогой и гневом вспоминала лица тех, из-за кого они все были вынуждены жить в шахтах и терпеть над собой постоянные эксперименты. Мир, в котором они втроем жили, был жесток. И если бы только Зана, Эва и Кира не были хорошо знакомы еще до попадания в это место, вероятнее всего сейчас они были бы сами по себе. В конце концов в этих камерах практически каждый мечтал о том, чтобы следующим на опыты забрали кого угодно, но только не его.

«Эксперименты становятся все жестче, — размышляла Эва, все также осторожно поглаживая девушек по волосам. — Даже число детей сократилось почти в два раза, а их для опытов берут реже всего. Мне страшно только из-за одной мысли о том, что этих двоих уведут следующими, но… — Жалобно сощурившись, девушка попыталась сдержать стон отчаяния и боли, вызванный не то душевными, не то физическими терзаниями. — Я совершенно ничего не могу с этим поделать».

***

В это же время в лагере западных войск, в центральном шатре находилось двое: Аларис и его юный подчиненный. Росс, так звали этого юношу, был моложе Алариса ровно на год. Это было удивительно, ведь главным в этом лагере был Аларис, и без того один из самых молодых рыцарей, а его заместителем был юноша еще куда более молодой.

Росс особо не выделялся внешне: средний рост, типичное подростковое телосложение, миловидное, слегка пухлощекое лицо и волосы светло-русого оттенка. Если Аларис для своего возраста выглядел слишком высоким и физически развитым, из-за чего иногда походил на самого обычного взрослого рыцаря, то сам Росс в точности напоминал подростка его возраста.

Перевернув слегка мятый лист в своих руках, Росс, стоявший напротив командующего, заговорил:

— Нам поступило донесение о том, что в горах Зарандеи раньше располагалась шахты. Теперь они заброшены.

— И в них кто-то обязательно скрывается, да?

Аларис откинулся на спинку стула и тяжело вздохнул. Да, он догадывался о том, что в горах кто-то скрывался. Все-таки территория, на которой они находились, была отвоевана лишь недавно, и эти самые горы весьма неудачно располагались у них в тылу. Будто в подтверждение этим размышлениям недавно, при очередном обходе, группа рыцарей Алариса заметила человеческие следы в глубине леса, который отделял сами горы от лагеря. Именно после этого Аларис и приказал провести расследование с целью понять, не было ли запрятано на этих территориях чего-нибудь необычного.

— Как я предполагаю, — продолжал говорить Росс, — это повстанцы из северной империи. Вряд ли это квалифицированные рыцари.

Юноша, взяв лист бумаги лишь в левую руку, правую просунул в карман своего мундира. Из него он вытащил один из немногих оставшихся леденцов и положил себе на язык.

— А точно ли повстанцы? — спросил Аларис, смотря куда-то вверх.

Росс перекинул во рту леденец куда-то к щеке и удивленно спросил:

— Что?

Аларис сощурился. Выпрямившись, парень вновь правильно сел за стол и посмотрел на юношу, стоявшего напротив. Скрестив пальцы рук в виде замка, Аларис поставил локти на стол.

— Не так давно ты сообщил мне о том, что наши люди уже выходили на след этих неизвестных, но отчего-то они еще ни разу так и не встретились. Это значит, что те якобы повстанцы намеренно скрываются. — Аларис инстинктивно расцепил пальцы и, приподняв правую руку, сжал в кулак. — И тогда вариантов всего два: либо они готовят что-то грандиозное против нас, как и полагает действовать повстанцам, либо они не повстанцы вовсе и цели у них другие. Ты прав, вряд ли это рыцари. Те не стали бы оставлять за собой следы. Шпионы так тем более. Возможно, это простые стражники или те наемники, которых начали набирать не так давно в Северной империи, но и те и другие не стали бы тратить свое время на прятки в горах. У них другой почерк, они нетерпеливые.

Росс засомневался. Да, было довольно странно то, что эти люди уже достаточно давно просто скрывались от них. При всем этом если бы это были обычные повстанцы, то есть простые граждане Северной империи, восставшие против захватчиков, тогда они не смогли бы скрываться от рыцарей так долго. Даже знание местности не помогло бы им пережить зиму в горах, при том условии, что где-то постоянно ходит враг, а у них отсутствует пропитание.

— Я… — Росс опустил голову.

Внезапно посторонний голос с улицы громко предупредил:

— Прибыл Огэст Фалк со своим взводом!

Аларис, услышавший это, не спеша поднялся со своего места и развернулся. Тот час в шатер вошел мужчина: гордый, уверенный в себе. Приблизившись к Аларису, он быстро и даже как-то неосознанно протянул ему руку для рукопожатия. Подобный жест, особенно по отношению к тому, кто находился выше по статусу, был неприемлем, но сам Аларис натренировал Огэста так здороваться с ним. Причина тому была одна: Огэст был молчаливым и ему было куда проще пожать руку, чем начать отдавать все возможные почести какому-то ребенку, который с момента попадания на границу был полноправным воином. Можно было сказать, что все это делалась для самого же Огэста, гордость которого периодически манипулировала его решениями. Все-таки ему было неприятно осознавать, что молодой рыцарь, ребенок, был с ним на равных.

— Рад видеть тебя вновь, — Аларис улыбнулся и пожал руку Огэста. Он был действительно рад тому, что с момента их последней встречи этот человек все еще помнил этот жест.

— Поздравляю с повышением, — как всегда сухо ответил мужчина.

— Спасибо. Сколько людей ты привел с собой?

— Пятьдесят четыре человека, — выпустив руку Алариса, Огэст отступил, — однако тридцать из них через несколько дней должны будут выступить дальше, прямо на территории под командованием Эдит

Аларис кивнул. Так как рыцари в их армии постоянно перемещались с одной точки на другую, от одного командующего к другому, было не удивительно, что вскоре кто-то из них должен был уйти дальше, к более важному месту сражений.

— Хорошо. Значит, нам нужно управиться за сутки.

— Управиться с чем? — Огэст недоверчиво нахмурился.

Аларис повернулся к мужчине полубоком, так, чтобы его могли видеть и Росс, и сам Огэст. Приподняв правую руку, он начал спокойно объяснять:

— В горах скрываются имперцы с севера. Предположительно они вооружены и крайне опасны.

— Рыцари? — спросил Огэст.

— Нет.

— Бандиты?

— И снова нет. — Аларис улыбнулся. Кивнув в сторону своего младшего починенного, он продолжил: — Росс говорит, что повстанцы.

Росс, вынув из своего кармана еще один леденец и забросил его себе на язык. Недовольно, даже немного обиженно, пробормотал:

— Это самый вероятный вариант.

Аларис лишь пожал плечами. Теперь он понимал, что Росс волей не волей, но хотел отстоять собственное мнение. Такова уж была человеческая натура. Сказав что-то единожды, ты невольно становился жертвой собственных утверждений и уже не мог отказаться от них.

— Надо всех уничтожить и расчистить это место. — Аларис спокойно посмотрел на Огэста. — Очень плохо, когда подобные люди дышат нам в спину. К тому же, у нас совсем скоро начнется полномасштабное сражение с основными силами врага. Нападение со спины в такой момент — это большой промах.

— Но повстанцы — это же простые мирные жители. — Огэст начал недоверчиво хмуриться. Водя взглядом с Алариса на Росса и с Росса на Алариса, он все больше начинал раздражаться из-за того, что такие юнцы были у командования. — Убивать их всех…

— Мы не можем взять их в заложники. — Аларис сразу почувствовал не просто настороженность, а уже некоторую неприязнь. — Война слишком затянулась, нам не хватает продовольствия. При этом сейчас зима, а на содержание этих людей кроме еды понадобится еще кров, теплая одежда и многое другое.

— Тогда мы можем отпустить их.

— Куда? — Аларис усмехнулся. — На территории запада, где они будут нападать уже на наших мирных граждан? Или на территории севера, где сейчас полномасштабно ведется война? Пойми, рядом нет такого места, где они были бы в безопасности. Особенно, когда речь идет о большой группе.

Огэст замолчал. Да, ситуация и впрямь была безвыходной. Если речь шла о небольшом количестве людей, если бы только они не были настроены враждебно, тогда можно было бы попытаться отправить их на земли запада. Но если оставалась вероятность того, что это были неприятели, такое решение бы повлекло за собой жертвы.

— Огэст, — Аларис, сдержав свои эмоции, с толикой заботы в голосе заговорил, — я ценю твои благородные мотивы, но ты не связываешь благородство и действительность. Мы почти на пороге завершения войны, у нас нет времени на то, чтобы заботиться о тех, кто может откусить нам руку.

Огэст продолжал молчать. В этих словах он сразу услышал сравнение невинных на его взгляд людей с какими-то бродячими собаками. И то, как спокойно рассуждал об этом Аларис, еще больше возмущало его.

Аларис пригляделся к этим темным карим глазам. Тяжело было понять из-за чего Огэст злился сильнее: из-за решения убить всех нарушителей или же из-за того, что Аларис так быстро взбирался по карьерной лестнице, не смотря на возраст. Да, во взгляде Огэста можно было распознать оба этих чувства: зависть и тревогу. Он вроде бы действительно переживал за людей, но как-то сильно смешивал это с собственной задетой гордостью. Возможно, катализатором всего этого послужило также и то, что Росс, тоже достаточно молодой, уже был в подчинении у Алариса. Иными словами, весь лагерь управлялся двумя юнцами.

— Я передумал, — решительно заявил Аларис. — Повстанцами в горах займусь сам. Тебе будет отдано другое задание.

— Какое? — удивленно спросил Огэст.

— Эвакуация. — Аларис быстро повернулся к мужчине спиной. Ему больше не хотелось смотреть в глаза человеку, который с каждой их новой встречей все сильнее обрастал предубеждениями. — У подножья горы расположено где-то пять поселений. Через два дня там начнется настоящий ад, поэтому выведи оттуда всех, и даже тех, кто будет отказываться.

— Вы, — Огэст недоверчиво сощурился, — собираетесь провести сражение именно там?

— Я собираюсь отдать нашему врагу часть этой земли для того, чтобы ослабить бдительность. Все-таки сейчас самое подходящее для этого время. Время, когда обида врага после нашей победы в этих землях еще сильна настолько, что это затуманивает разум.

Росс, довольно громко раскусивший на этих словах конфету, спокойно продолжил:

— Против нас сражается Нодгарион Эзенбоу, он слишком гордый и мнительный человек. Мы уверенны, что, увидев наше отступление, он бросится в полномасштабную атаку.

Недовольство Огэста будто нарастало. Сощурившись, мужчина низким, почти шипящим тоном, произнес:

— Если дома этих людей окажутся разрушены, им больше негде будет жить.

— Тогда, — Аларис не спеша сцепил руки за спиной, — иди к Эзенбоу и договорись о том, чтобы он сдался сам.

Аларис через плечо посмотрел назад. Четко лица Огэста он не увидел, но зато хорошо заметил то, как фигура мужчины быстро развернулась и направилась прочь. Так ничего и не ответив, мужчина вышел из шатра.

Стоило Огэсту покинуть неприятную ему компанию и выйти на улицу, как ему сразу полегчало. Казалось, свежий воздух буквально отрезвлял. Остановившись и приподняв голову, он тяжело вздохнул.

«При прошлой нашей встрече, — задумался мужчина, — он не был таким решительным. Тогда мы оба были лишь в подчинении у Кеннета, но сейчас он поднялся в звании и теперь стоит даже выше меня. Более того, ему доверяют такие крупные и важные территории, какие доверяют только генералам. Неужели император хочет сделать его героем для народа и поднять в должности до генерала?»

Оставшись вновь наедине, Аларис и Росс переглянулись. Командующий отчего-то натянуто улыбнулся, а его подчиненный, бывший в этой ситуации лишь зрителем, спросил:

— Почему ты передумал?

— Он слишком сомневается. — Аларис вновь выдвинул стул из-за стола и устало сел на него. — Почему-то его взгляд больше не такой, как прежде. Возможно, с ним что-то случилось пока он сражался под командованием Бэтреса, а, возможно, он просто устал от затяжной кровопролитной войны, и потому сейчас хочет завершить все правильно, быстро и безболезненно.

Росс непонимающе нахмурился и спросил:

— Но так ведь не получится, когда вторая сторона продолжает разжигать пламя сражения?

— Только он этого не понимает.

***

— Не смейте! — звучал истошный женский крик. Эва, отталкивая от себя и сестер за ее спиной охранников, была вне себя от смеси злости, шока и ужаса. Она кричала так, что ее было слышно буквально во всех шахтах.

Другие заключенные, находившиеся рядом, в страхе прижимались к стенам, будто опасаясь попасть под эту драку. Хотя еще больше они опасались, что вместо кого-нибудь из этих девушек для экспериментов могут взять их самих.

Один из мужчин успел ухватиться за руку Заны. Он не был достаточно сильным, так что Зана могла вполне с ним справиться, однако еще прежде, чем она успела что-то сделать, Эва схватилась за мужскую голову, резко наклонила и ударила ее о свое колено.

Кто-то, стоявший рядом, схватился за ее волосы и потянул назад. Заметив это, Кира сразу же вцепилась когтями в мужские руки и сжала их так, что нападавшему волей не волей пришлось разжать хватку.

— Остынь, — внезапно прозвучал знакомый мужской голос. Каргеон, приблизившийся к длинной решетке просторной камеры хмуро посмотрел на троих девушек. Одного только взгляда стало достаточно для того, чтобы активировать способность. Кира, Зана и Эва замерли на своих местах.

Тогда эльф недовольно посмотрел на охранников, кивнул им и как бы приказал побыстрее разобраться со своей работой. Перепуганные мужчины засуетились. Один из них вновь потянулся к Зане и схватил ее за запястье.

Внезапно в этот же момент мужскую руку перехватила ладонь Эвы. Девушка, все еще двигавшаяся с трудом, посмотрела на охранника большими, разгневанными глазами. Ее взгляд был пугающим, а в сочетании с странным искусственным глазом еще и отвратительным.

Эва буквально когтями впилась в мужскую руку и сжала ее так, что тому невольно пришлось ослабить хватку.

— Не пущу. — Низким грозным тоном произнесла девушка. — Даже если насмерть придется стоять. Никуда. Не пущу.

Каргеон недоверчиво нахмурился. С каждым разом ему было все труднее манипулировать Эвой. Можно было сказать, что из всех подопытных она была наиболее живучей и сильной. Возможно, именно поэтому ее больше остальных пытали и мучали.

Проникнув в темницу, Каргеон схватил девушку за волосы левой рукой, а правую приподнял, сжал в кулак и нанес всего один, но достаточно сильный удар по лицу. Когда он убрал руку, то ожидал увидеть слезы и хоть какое-то проявление боли, но вместо этого на женском лице с окровавленным носом появилась лишь ярость. Еще более пылающая, еще более опасная.

Эва отшагнула назад даже несмотря на то, что ее удерживали за волосы, и внезапно замахнулась ногой. Пусть несколько прядей и оказались вырваны, боли она будто не ощутила. Ее пинок попал прямиком по челюсти эльфа и вынудил его отступить на несколько шагов. Следом, вновь подскочив к мужчине, Эва с разворота локтем ударила его по груди и вновь заставила отступить.

Сила, сдерживавшая других девушек, развеялась. Зана и Кира, переглянувшись, вдвоем бросились на охранников. Словно дикие звери они напали на них с кулаками, еще даже не зная, как правильно нужно сражаться, но уже обладая невероятной силой, пробуждавшейся во время стресса.

Сражение невольно переместилось в коридор, туда, где решетка не могла никого ограничивать. Пока Кира и Зана отталкивали от себя охранников и наносили им тяжелые травмы, Каргеон пришел в себя. Во время следующей атаки Эвы, он ухватился за ее руку, резко развернулся и дернул в сторону. Девушку прибило лицом к стене. Воспользовавшись этим, Каргеон заломил ее руку и надавил на спину так, что женское тело издало довольно неприятный хруст. От боли Эва взвизгнула, теперь ее рука была выломана.

Услышав крик сестры, Зана оттолкнула от себя очередного нападавшего и побежала к ней. Как только она приблизилась, Каргеон быстро отступил.

Зана подскочила к Эве, схватилась за нее и помогла развернуться. Старшая сестра дышала как-то неестественно и довольно неприятно. Лишь по ее вздохам Зана поняла, что дело было не только в руке. Казалось, что от этого давления на спину, из-за которого девушку прибило к стене, еще как минимум несколько костей в ее теле оказались сломаны.

Каргеон выпрямился и успокоился. Да, это сражение было для него неожиданным, но теперь, когда Эва была ранена, она уж точно не могла побороть его способность. Мужчина серьезно посмотрел на двух сестер, явно собираясь вновь применить свой контроль, но внезапно неподалеку прозвучал громкий рев.

Услышав его, присутствующие в панике оглянулись. Абсолютно все в этом месте хорошо знали кому мог принадлежать такой рык. Несколько крупных хищных созданий буквально ввалились друг за другом в этот длинный коридор. Не было понятно, что они здесь делали, как и то, почему они оказались на свободе, однако их появление точно не сулило ничего хорошего.

Сразу все осознавшие девушки быстро развернулись и побежали прочь. Даже Эва, практически висевшая на шее своей сестры, поковыляла ногами. Вместе с ними побежали и охранники, и сами саблезубы. Звери начали набрасываться на всех тех, кто не успевал убежать вперед. Громкие человеческие крики зазвучали на весь коридор. Набрасываясь на охранников, они одним укусом отрывали им конечности, раздирали плоть и начинали поедать еще брыкавшиеся тела.

Некоторые из зверей, почти сразу бросив погоню за беглецами, направились в открытую настежь дверь темницы. Запертые в этом месте заключенные в ужасе начали кричать и молить о пощаде, и только лишь те, кто первыми успел выбежать из этого места, выиграли себе хотя бы немного времени.