Отряд особо опасных горничных: испытание для Туза 4

14. Поддержка Туза

При тусклом свете свеч, стоявших на письменном столе, Аларис, сидя в мягком кожаном кресле, задумчиво смотрел куда-то глубоко в темноту спальни. Его положение казалось расслабленным: правая нога была заброшена на левую, руки вальяжно свисали с подлокотников, а отброшенная на мягкую спинку кресла голова была слегка приподнята.

— Иными словами, — заговорил Аларис, — мы не знаем, где они сейчас находятся?

— Все верно, — прозвучал спокойный женский голос. Бекер, стоявшая в темноте комнаты подле окна, задумчиво поглядывала на улицу, как бы опасаясь, что кто-то может следить за комнатой ее господина в подобное позднее время.

— Когда вы спустились в шахты, вы нашли тела самих преступников?

— Все, кто там были, это либо сами испытуемые, либо охранники. Зачинщики сбежали.

— А убийца?

Бекер повернула голову к господину и серьезно посмотрела на него. Взгляд Алариса тем временем, задумчиво следил за каждым ее действием, будто бы ее движения могли поведать намного больше, чем слова.

— Их было много, — отвечала Бекер, — но в основном, вероятнее всего, это были сами испытуемые, которые начали обращаться в монстров и сходить с ума.

— Как и в случае с Ла-мией, да?

Устало прикрыв глаза, Аларис вздохнул. Он намеренно отвернулся, замечая, что Бекер немного даже настораживал этот его внимательный взгляд. Между тем, в глазах Алариса, пришедшая к нему посреди ночи девушка выглядела превосходно. Пусть она и не была одета в свою рабочую форму горничной, но на ее теле виднелась облегающая спортивная форма, состоявшая из коротких удобных шорт, мягкой темной футболки, и короткой накидки поверх нее. Ремни, покрывавшие тело Бекер, опутывали ее грудь, проходили по талии и спускались по бедрам. К этим ремням были прикреплены небольшие сумки и кармашки, внутри которых девушка и носила все необходимые мелочи.

— Императорская семья восточных эльфов, — заговорила Бекер, — не знала, что Ла-мия была особенной.

— Если бы они знали, вряд ли бы сослали ее.

— Значит, — недоверчиво сощурившись, Бекер задумчиво посмотрела на господина, — это совпадение, что ее способность подобна той, какая имеется у Каргеона?

— Или это особенность силы восточных эльфов.

— О чем вы?

— По преданию, особенные эльфы владеют древней магией.

— Да, и по этому приданию Квин умеет подчинять души умерших, а Блайнд заключает договоры с духами, которые даруют ей силы исцеления.

— Все верно. — Юноша невольно усмехнулся. — У обеих наших северных эльфиек силы основаны на заключении договоров с духами. Возможно, что Ла-мия и Каргеон тоже заключают с кем-то договоры, но тогда почему же их силы выходят из-под контроля?

— Потому что они пытаются нарушить контракт?

— Возможно. — Парень кивнул и выпрямился. Ровно поставив ноги на пол, он немного склонился вправо и, поставив локоть на подлокотник, подпер подбородок рукой. — Тогда и одинаковый результат — вполне логичен, но почему их способности по искажению человеческого облика схожи?

— Вы считаете, что силы особенных эльфов севера и востока могут отличаться?

— Да, вероятнее всего. — Аларис искоса посмотрел на Бекер. — Надругательство над сущностью живого создания — это явно действия против законов природы. Духи не согласились бы на подобное, но раз нечто подобное в их силах, тогда основа их магии должна быть близка к преобразованию объектов или к наделению их особыми свойствами.

Бекер явно задумалась. Поднеся руку к подбородку, она опустила взгляд в пол и вслух начала размышлять:

— Изначально злоумышленники пытались сделать Эйс, Кикер и Зеро физически выносливыми и нечеловечески сильными.

— И это получалось у Каргеона, но чрезмерное увеличение силы и попытка на долгий срок передать эту силу другому могли как раз-таки и привести к искажению облика. Все-таки, чтобы быть сверхбыстрым, ты должен как минимум обладать подходящим телосложением.

— Но Ла-мия, — Бекер приподняла голову и с легким удивлением посмотрела на парня, — кажется, с самого начала искажала облик живых существ. Знала ли она о том, что могла просто увеличивать физические возможности других, а не превращать их в монстров?

— Возможно, что и не знала. Если, предположим, кто-то показал ей неправильный пример использования силы, и она его запомнила, тогда все становится ясным.

Бекер замолчала от удивления. Лишь после этих слов господина она наконец-то поняла, о чем он так долго размышлял после того, как услышал ее доклад.

— То есть, — взволнованно заговорила девушка, — наши противники могли знать о ее силе и даже могли обмануть ее?

— В теории это возможно. — Аларис усмехнулся. Вновь посмотрев на Бекер, он мимолетно отметил ее шокированное выражение лица, что было весьма непривычно. Обычно строгая и решительная девушка, теперь была будто беспомощна. — Во дворце у Ла-мии не было поддержки, поэтому любая протянутая рука помощи могла восприниматься ею как нечто прекрасное и драгоценное.

Бекер прикрыла глаза и опустила голову. Вместе с этим ее удивление пропало, в возвышенный голос прозвучал довольно тихо и сожалеюще:

— Бедный ребенок.

— Ребенок? — переспросил Аларис.

Бекер вновь стала серьезной. Приподняв голову, она посмотрела на растерявшегося после ее слов парня и довольно строго заговорила:

— Юный господин, Ла-мия же была примерно вашего возраста? С какой стороны не посмотри, но она еще дитя. Не все же люди в мире взрослеют также быстро, как и вы.

Аларис выдохнул. Первым, что бросилось в его глаза, стало обращение «юный господин». Пусть еще недавно его так называли все, но в последнее время его слуги пытались отучиться от подобного, уже не подходящего ему, обращения. Лишь Кинга иногда продолжала называть его так, по привычке. И лишь Бекер, делала это осознанно, как бы показывая, что Аларис навсегда останется для нее тем же ребенком, за которым она ухаживала в прошлом, когда он болел, учился или просто веселился.

— Здесь ты права.

Аларис замолчал, и перевел взгляд куда-то вперед. Там, в полумраке, рядом с письменным столом на тумбе стояло нечто крупное и округлое, накрытое плотной тканью. Этот странный предмет в спальню принесла сама Бекер, и потому Аларис все ждал, когда она заговорит об этом, однако она все продолжала молчать. В конце концов, не выдержав, Аларис все-таки спросил:

— А что вон там?

Бекер перевела взгляд в ту сторону, куда указал парень. Выпрямившись, она отступила от окна, и быстро приблизилась к тому самому месту, на котором и стоял интересный ее господину предмет.

— Доказательства. — Бекер, приблизившись к тумбе, быстро подхватила с нее плотную ткань и внезапно сбросила ее на пол. — Как ими воспользоваться, решать Вам.

Лишь теперь, когда ткань оказалась сброшена, Аларис смог увидеть то, что скрывалось под ней. Искаженные от боли и ужаса глаза умертвлённого эльфа уставились прямо на графа. Частично эта отрубленная голова, стоявшая на деревянной поверхности тумбы, была подобна голове эльфа: такие же длинные уши, такие же типичные черты лица. Однако другая половина лица была покрыта чешуей. Длинное вытянутое ухо отчего-то стало мохнатым, а правый глаз, внутри которого скрывались черви, постоянно колебался.

— Спрячь его под тканью, — строго произнес Аларис, — и уходи. Пусть ваша группа продолжает поиски пропавших.

— А вы?

Уперевшись руками в подлокотники, Аларис неспешно поднялся с кресла и устало потянулся. Приблизившись к Бекер и, подобрав с пола брошенную на пол ткань, он с полуулыбкой посмотрел на девушку.

— А я пойду отнесу подарок в покои императора. Обрадую, так сказать.

— Юный господин, — Бекер недовольно нахмурилась, — я же говорила вам, что злорадство нужно уметь скрывать?

— Ну, — Аларис прошел к отрубленной голове, вновь накинул на нее ткань и, подняв в руки, со зловещей улыбкой развернулся в сторону выхода, — рядом с тобой-то можно немного позлорадствовать.

— Только перед императором создайте более сочувствующую и печальную атмосферу. Иначе ведь…

— Понимаю.

***

Тяжело дыша и уже даже не сдерживая слезы, Эйс сидела в своей небольшой узкой комнатке для прислуги, прижимая подушку к лицу. Она пыталась сдерживать всхлипы, будто не желая, чтобы кто-то смог это услышать, но молчать совсем было уже невыносимо.

Внезапно прозвучал тихий стук в дверь. Эйс, услышав его, удивленно приподняла голову и увидела, что в ее комнате возле входа уже стояла Вайлет. Дверь была закрыта, и не было понятно как давно девушка находилась в этом месте, но она явно намеренно постучала для того, чтобы привлечь к себе внимание.

Растерянно убрав от своего лица подушку, Эйс приподняла голову и удивленно посмотрела на появившуюся девушку. Она не знала, что Вайлет прибыла в империю эльфов, не знала, что она могла так легко появиться во дворце и остаться незамеченной.

— Что ты здесь… — со слезами на глазах прошептала Эйс. — Господин приказал тебе тоже пробраться сюда?

Вайлет грустно улыбнулась. Опустив руки, она плавно приблизилась к кровати Эйс, присела рядом с ней и, положив ладонь на розовую макушку, прислонила ее к своей груди. Вайлет ничего не говорила, просто прижимала к себе Эйс и продолжала понимающе улыбаться.

На мгновение наступила тишина. Растерянная девушка даже перестала всхлипывать, и просто замерла в подобном положении, отмечая лишь то, что грудь Вайлет действительно была мягкой и теплой.

— Госпожа Валет, — Эйс насмешливо улыбнулась, вновь шмыгая носом, — своим появлением здесь вы подвергаете всю нашу миссию опасности.

Приподняв правую руку, Валет начала осторожно поглаживать ею голову подруги. Грустно улыбаясь, она тихо прошептала:

— Наша миссия не будет иметь никакого смысла, если я буду закрывать глаза на тех, кто страдает рядом со мной.

***

Внезапно в тишине спальни прозвучал громкий хлопок. Эдамион, в этот момент сбросивший на кресло свою легкую накидку, удивленно оглянулся. Ни в это время, ни в какое-либо еще никто не позволял себе так нагло врываться в его покои.

Возмущение императора было четко заметно в выражении его лица. Мужчина был будто в ярости: его брови были сведены вместе, глаза презрительно сощурены, а губы плотно сжаты. Посмотрев на гордо прошедшего в его комнату юношу, он к собственному удивлению, увидел улыбку на его лице.

— Аларис де Хилдефонс, — грозно заговорил правитель эльфов, — что ты себе позволяешь?

Аларис натянуто улыбнулся. Приподняв находившийся в его руках объект, внезапно и совершенно спокойно он бросил его прямо в руки мужчины-эльфа.

Эдамион растерялся, но инстинктивно сразу протянул руки и подхватил летевший к нему предмет. Во время полета черная плотная ткань слетела на пол, а отрубленная голова оказалась поймана прямо ладонями правителя.

Первые секунды реакция Эдамиона казалась занятной. Это была смесь шока и ужаса, к которой также была подмешана щепотка страха.

— Мы нашли это в вашем секретном убежище, — пытаясь сдерживать улыбку, говорил Аларис. — Не благодарите.

— Что? — Быстро подняв голову, Эдамион посмотрел на разговаривавшего с ним юношу, но именно в этот момент Аларис беззаботно обернулся и направился на выход. — Что все это…

Гордо приподняв голову, юноша вышел из спальни правителя, кивнул шокированной охране, которая все еще не могла прийти в себя после такого наглого прорыва, и под громкие яростные крики Эдамиона на заднем фоне направился вперед по коридору. Следом за возмущенными воплями, прозвучал истошный зов:

— Руфелиус! Немедленно созови собрание!

Аларис улыбался. Он знал, чем грозила подобная находка всей империи эльфов. Если бы народ узнал, что над ним проводили опыты, если бы понял, что сам император был замешан во всем этом, тогда гражданской войны было бы не избежать.

«Единственный выход из этой ситуации для Эдамиона, — Аларис завел руки за спину и вальяжным неспешным шагом пошел дальше, — это сбросить всю вину на Каргиона и его помощников. Чтобы отчистить собственные руки, он точно это сделает. Если же нет, начнется гражданская война, что тоже мне на руку. Эдамион вряд ли станет молчать, потому что он знает, что именно в моих руках находится сейчас самой важный козырь, и он точно понимает, что я им воспользуюсь».

Искоса поглядывая в сторону окон и приятного ночного пейзажа за ними, Аларис не мог не испытывать на душе радости. Правда, он даже не задумывался о том, чему был рад больше всего.

«Я мог бы не сообщать Эдамиону ничего и сразу распустить слухи среди народа, но мы же смотрим на долгосрочную перспективу, верно? Гражданская война не даст мне преимуществ, хотя и поможет мне избавиться от обвинений. К тому же, велик риск того, что во время всей неразберихи другие народы захотят захватить восток, и тогда снова начнется война для нашей империи».

Резко остановившись, Аларис намеренно все же подошел к окну. Прекрасная полная луна, освещавшая своим нежным сиянием весь сад, привлекала внимание. Приложив руку к прохладному стеклу, Аларис грустно улыбнулся и подумал:

«Как мне не жаль погибших, но ситуация складывается весьма удачно для нас. Дальше все, что мне нужно, это использовать Каргеона как общего врага для всех и сплотить отношения с эльфами. Даже зная, чего я добиваюсь, император не сможет отказаться от моей помощи, потому что козыри уже в моих руках».

***

Лея, быстро следуя по коридору дворца вместе со своими слугами, взволнованно придерживала обеими руками подол платья. Мысли ее были полностью сосредоточены на том, что сообщили ей недавно. Еще никогда на ее памяти всеобщее собрание советников не проводили прямо посреди ночи. Это могло значить лишь одно — случилось что-то непредвиденное. Учитывая текущую обстановку во дворце, не сложно было догадаться, что к этому делу был как-то причастен Аларис де Хилдефонс. Ни у кого даже не было сомнений в том, что каким-либо образом, но он все-таки фигурировал в этом деле.

Добравшись до тронного зала, Лея заметила группу советников, собиравшихся прямо перед входными дверьми. Как только она приблизилась, двери в тронный зал отворились, и все эльфы один за другим начали быстро входить в него. Вошла и сама Лея, оставив позади всех своих служанок.

Эльфов в этом месте действительно было много. Даже удивляло то, что сюда успели прибыть некоторые высокопоставленные аристократы, обычно проживавшие в отдаленных уголках империи. Именно это и наводило на мысль о том, что для этого собрания даже были вызваны представители церкви, способные призывать врата переноса.

Заметив в толпе знакомое лицо, Лея быстро развернулась и поспешила приблизиться к нему. Где-то по правую сторону от красной ковровой дорожки, тянувшейся к трону, стоял Райзен. Принц что-то бурно обсуждал с советниками, и потому, когда к нему подошла запыхавшаяся сестра, он оказался немного удивлен.

— Брат, — взволнованно позвала Лея, сбрасывая на пол подол своего пышного платья, — что происходит?

— Я и сам не знаю всех подробностей. — Райзен развернулся всем телом к принцессе. — Но, кажется, в нашей империи появилась опасная группировка, которая проводит опыты на живых созданиях.

Глаза Леи расширились от удивления. От сказанных слов на ее лице появилась четко уловимая растерянность. По этому взгляду легко можно было сказать, что она слышала о чем-то подобном впервые.

— Не может быть.

Прозвучал громкий хлопок входной двери. Эдамион, взмахнув рукой, отбросил назад свою темно-синюю королевскую накидку и решительно направился прямиком к трону. Среди сопровождавших его людей оказался Аларис де Хилдефонс и юная Раниэль Эзельхард, что уже казалось странным.

Как только появился правитель, все моментально замолчали и ровно выстроились в ряды. Даже аристократы будто встали в линии вдоль красной ковровой дорожки.

Поднявшись по ступеням на возвышавшийся над залом трон, Эдамион быстро сел на свое место. Серьезно окинув взглядом толпу, он остановил свой взор на юноше, который продолжал стоять посреди ковровой дорожки, прямо напротив трона, вместе со своей спутницей. Остальные же присутствующие в зале поклонились.

— Я не буду терять времени и начну сразу с причины столь внезапного собрания, — заговорил Эдамион. — Мне поступила информация о том, что в нашей империи появилась группировка, проводящая опыты на живых существах, и в том числе на наших собратьях.

В зале поднялся шум. Присутствующие, слушавшие речь императора, удивленно стали оглядываться, будто пытаясь понять, знал ли об этом кто-то заранее.

— Среди этих негодяев, — продолжал Эдамион, — есть как люди, так и эльфы. Более того, среди них есть особенный, обладающий древней магией. Вот он и проводит опыты над эльфами, превращая их в монстроподобных созданий.

Шёпот все усиливался. Представить подробности сказанных императором слов было довольно сложно, учитывая то, что в мире просто не водились никакие монстры. В сознании тех, кто не встречался с ними в реальности, это были лишь страшные существа из ужасных сказок, которыми запугивали непослушных детей.

Внезапно двери в зал вновь отворились, и тогда вместе с подносом в руках вперед вышел один из рыцарей. Сняв с подноса крышку, этот эльф приподнял свои руки и показал отрубленную, искаженную в агонии, голову омертвлённого создания.

В зале прозвучали крики, стоны и шокированные вздохи. Даже Лея, смотревшая на эту голову, чувствовала отвращение и страх.

Тем временем Аларис, отошедший в сторону лишь для того, чтобы демонстратор головы смог пройти вперед, попытался сдержать улыбку. Ему определенно нравилась реакция общественности, только вот его эмоции выражали сожаление и тревогу.

— Как вы можете заметить, — заговорил Эдамион, — сила этого особенного позволяет изменять тела живых существ. Так он и его сообщники проводили опыты и над животными, и над людьми, и над эльфами. В связи с этим, с данного момента я объявляю представителей этой группировки вне закона. Каждый из них должен быть немедленно казнен, а зачинщики всего этого должны быть доставлены в замок для публичного суда и вынесения особенного наказания.

Казалось, обстановка в зале начинала накаляться. Эльфы, действительно переживавшие из-за подобных новостей, выглядели шокированными, и все потому, что им было удивительно слышать, что кто-то из их собратьев проводил подобного рода эксперименты. Кровь, честь и правящая семья — вот что было важно для любого эльфа, но при свершении действий насильственного характера злоумышленник отказывался от всех этих понятий.

— Кроме того, — продолжал говорить Эдамион, усиленно пытаясь скрыть досаду в голосе, — с этого момента все обвинения в адрес Алариса де Хилдефонса снимаются. Очевидно, что погибшая принцесса стала жертвой нападения монстров, созданных этой группировкой. Вы довольны, Аларис де Хилдефонс?

Аларис очень хотел улыбнуться в этот момент, но его лицо выглядело все столь же печальным и сочувствующим. Положив руку на сердце, парень подумал:

«Они скорее найдут виновного на стороне, чем признают, что кто-либо королевской крови был причастен к делу?»

— Нет, — граф устало прикрыл глаза, — не доволен, Ваше Величество.

Эдамион нахмурился. Его насторожил этот отрицательный ответ, потому что Аларису, как казалось, не нужно было ничего более. Кроме того, настораживало то, что теперь он владел слишком большим количеством компрометирующих доказательств. Учитывая всю ситуацию, учитывая имеющиеся факты в руках этого юноши, а также доказательства владения кем-то из королевской семьи силы обращения людей в монстров, распрощаться с ним было лучшим вариантом для всего народа эльфов.

— Чего же Вам, — хмурясь, протянул Эдамион, — еще не хватает?

Аларис открыл глаза и уверенно посмотрел на императора. Он знал, что этот момент можно было назвать поворотным во всей этой истории, и потому он был готов приложить максимум своих актерских навыков для полной победы.

— Мести от имени моих подчиненных! — Аларис широко взмахнул правой рукой и пылко взволнованно продолжил: — Те, кого вы ищите, враги моих слуг. Следовательно, они и мои враги. Я не успокоюсь, пока мы не найдем их!

— Тогда…

— Я бы хотел попросить Вас, — Аларис опустил руку и серьезно посмотрел в глаза Эдамиона, — позволить мне еще немного остаться во дворце и заняться расследованием. Уверен, если мы объединимся, мы сможем покарать тех, кто запятнал честь наших народов и столь жестоко поступил по отношению к нашим близким.

Эдамион молчал. Как настоящий отец Ла-мии, он должен был сразу согласиться. Как правитель, защищавший честь своего народа, он также должен был с радостью принять этот жест помощи, однако как зачинщик всей этой ситуации он явно не хотел всего этого.

«Если откажу, — задумался Эдамион, — в глазах общественности прослыву равнодушным правителем, да? Тем, кто готов отказаться от помощи из-за личной неприязни?»

Император на мгновение прикрыл глаза, старательно пытаясь сдерживать собственные эмоции. Ощущение того, что он ходил по вытоптанной ему Аларисом дорожке, было просто отвратительным, но учитывая ситуацию, в которой его могли легко и быстро раскрыть, сопротивляться не было смысла.

— Хорошо, — серьёзно ответил Эдамион, открывая глаза и вновь смотря на Алариса. — Надеюсь, что совместными усилиями мы действительно добьемся желанных результатов.

— Благодарю, Ваше Величество.