Отряд особо опасных горничных: испытание для Туза 4

2. Спасение Туза / История Эйс

Тяжело дыша, еле удерживаясь на ногах и все время опираясь на плечо Заны, Эва упорно пыталась бежать вперед. Чем дольше продолжался этот побег, тем тяжелее ей становилось. Все ее тело будто разрывало изнутри. Из-за травмы левая рука даже не двигалась, а из-за последнего тяжелого удара эльфа что-то острое внутри будто щекотало внутренности. В таких условиях даже лишний вздох был болезненным. Однако самой большой неприятностью являлось то, что бежать бесконечно было невозможно. Так как они все отдалялись от входа, шахты, которые рано или поздно должны были закончиться, все больше напоминали ловушку, выхода из которой просто не было.

Позади прозвучал громкий рев. Услышав его, Эва поняла, что с ней на руках сбежать ее сестры уже не смогут, как и сражаться во всю силу. Даже если бы вместо побега они выбрали сейчас сражение, то не смогли бы победить, потому что были слишком уставшими. Это означало лишь то, что кто-то или что-то должно было выиграть время для того, чтобы оставшиеся выжившие смогли передохнуть и приготовиться к неминуемому бою.

Внезапно Эва затормозила. Ощутив это, удивленная Зана попыталась остановиться вместе с сестрой, но та намеренно оттолкнула ее от себя. Серьезно взглянув на двух перепуганных девушек, Эва грозно закричала:

— Не останавливайтесь!

В этом взгляде, полном решимости, читалось явное нежелание слушать пререкания, однако в текущей ситуации даже сама Зана, глубоко почитавшая свою старшую, не могла молчать.

— Сестра! — в страхе истошно закричала она.

Внезапно Зана ощутила, как чья-то рука схватила ее за предплечье. Она перевела взгляд на Киру, третью девушку, стоявшую позади, и удивленно посмотрела на ее испуганное лицо.

Кира не действовала сама. Пусть она и удерживала Зану за руку, но, казалось, это не было ее желанием. Она будто подчинялась чьему-то приказу, но вот чьему именно понять удалось не сразу. Из-за ужаса, вызванного этим контролем сознания, сама Кира изумленно расширила глаза. Ее тело задрожало, но не смогло противиться неслышному приказу.

Первым кукловодом, который пришел на ум, можно было назвать Каргеона. Конечно, это ведь ему принадлежала способность манипуляции и контроля. Однако Каргеона не было в этом месте, и вообще, не было известно выжил ли он после атаки саблезубых тигров.

Зана быстро перевела взгляд на Эву, и в тот же миг все поняла. Решительный взор ее сестры, устремленный на них обеих, тотчас подчинил себе двух девушек и лишил какого-либо контроля над своим телом. И Зана, и Кира одновременно развернулись и бросились прочь, даже не в силах хоть как-то воспротивиться этой способности.

Рык за спиной становился все громче, а вместе с ним и тяжелый топот мохнатых лап. Эва, проследившая за тем, как обе ее дорогие сестры скрылись в соседнем проходе, не спеша обернулась. Она еле стояла на ногах, но чувствовала себя достаточно спокойной, ведь теперь у ее младших был хоть какой-то шанс выжить.

На лице возникла насмешливая улыбка. Эва, вспомнившая момент, когда она впервые воспользовалась этой отвратительной способностью Каргеона, вновь почувствовала отвращение к самой себе. В тот день одну из ее младших должны были забрать для проведения эксперимента, но отчаянно не желая отдавать ни одну из них, Эва неосознанно активировала контроль на другом подопытном и заставила его самостоятельно вызваться для проведения экспериментов. Тогда тот мужчина весь дрожал от страха, и после того раза он уже не вернулся. Что именно с ним сделали осталось загадкой, но никого из ее сестер так и не забрали.

Эва поняла, что может манипулировать всеми, кому Каргеон одолжил частичку своей древней магической силы, и она намеренно не стала никому об этом говорить. Так было безопаснее, намного безопаснее.

Впереди показались дикие звери, бегущие прямо на девушку. Эва, уже потерявшая остатки страха, просто выпрямилась, высоко приподняла голову и широко улыбнулась. Она была готова к тому, чтобы сразиться в последний раз.

***

Не спеша продвигаясь вперед по длинному подземному проходу, Аларис недоверчиво осматривался. Позади него шел целый отряд рыцарей, в среди которых находилась светловолосая эльфийка по имени Блайнд. Удерживая в руках короткий меч, девушка в наряде горничной с легким недоверием осматривалась. Она шла прямо позади Алариса, но в самом начале группы, что делало ее позицию какой-то не совсем понятной. Вроде бы за спиной господина ей не стоило переживать, но в самом начале отряда, продвигавшегося по территории врага, явно стоило ожидать приятных неожиданностей. И вскоре они их настигли.

Аларис широко шагнувший вперед, внезапно вынул меч из ножен и развернулся вправо. Темный, ничем не освещенный боковой проход шахт, оказался наполнен хищниками, тихо поджидавшими свою добычу. Стоило парню выйти на одну линию с этим проходом, как огромный зверь махом прыгнул на него и отбросил в сторону.

Блайнд удивленно замерла и машинально подняла свой короткий меч. Она была новенькой в отряде скрытных горничных, поэтому ее опыт сражений, как и само желание бродить на передовой, был крайне мал.

При виде множества пар глаз, засверкавших в скрытом ходу, Блайнд задрожала. Там был не один зверь, а чуть ли не целый десяток.

Внезапно на женское плечо легла чья-то рука. Испуганно вздрогнув, и чуть ли не запищав от страха, девушка увидела, как вперед вышел Росс — рыцарь-подчиненный Алариса. Юноша, совсем уж напоминавший неопытного подростка, спокойно вынул меч из ножен и уверенно подшагнул. Его равнодушный взгляд встретился со взглядами множества зверей, которые будто намеренно начали не спеша выходить навстречу.

— Шахты зачистить, — скомандовал Росс рыцарям, стоявшим чуть позади, — в живых никого из хищников не оставлять.

Мужчины и молодые парни, уже привыкшие к самым разным стрессовым ситуациям, приготовились к бою. Они несколькими рядами начали выходить вперед и, как только тигры бросились в атаку, те также побежали с оружием на них.

Блайнд осталась позади. Шокированная всем происходящим и, так и не привыкшая к виду крови, девушка растерянно протянула:

— А господин?

Росс, стоявший напротив эльфийки, задумчиво обернулся к ней. Он был уже и сам готов побежать в бой, но оставить ее одну позади было бы неправильно, по крайней мере, до тех пор, пока он не получил иной приказ.

— А что с ним? — сухо спросил парень.

Брови Блайнд удивленно приподнялись. Девушка, в глазах которой все еще стоял образ Алариса, отброшенного тигром, словно рыба начала хлопать губами. Ей было непонятно почему обычно догадливый Росс не понимал причину ее переживаний.

— Блайнд, — внезапно прозвучал громкий зов Алариса, — пошли вперед.

Услышав этот голос, девушка испуганно оглянулась и увидела своего господина. Юноша удерживал в руках окровавленный меч, да и сам он после этого небольшого сражения частично был покрыт кровью, правда, не своей. Саблезуба не было рядом, но где-то в темноте шахты валялось массивное мохнатое тело.

— А? Что? — Блайнд заметила, как ее господин быстро развернулся и пошел вперед, не оставляя ей даже шанса на то, чтобы нормально прийти в себя. Осознав, что он вполне может вот так от нее отдалиться, эльфийка быстро помчалась вслед за ним.

Углубившись внутрь катакомб, Аларис и Блайнд добрались до камер, в которых еще недавно сидели заключенные. Все это место было покрыто кровью. Останки разорванных тел, отвратительная вонь и множество следов огромных саблезубов сразу разъясняли детали случившегося. Одного не было ясно до сих пор: как эти звери оказались здесь и что за люди удерживали их?

— Господин… — тихо зашептала Блайнд, прикрывая рот и нос руками. От всего этого зрелища ее тошнило. Стараясь хотя бы немного отвлечься, девушка приподняла взгляд и шагнула вперед, но неожиданно под ее ногами раздался шлепающий звук. Такой, будто бы она наступила во что-то мягкое и влажное. Сглотнув, эльфийка в ужасе посмотрела на Алариса.

— Пойдем, — парень отвернулся и, схватив Блайнд за руку, повел ее прочь, — здесь нет выживших.

Аларису и самому было тяжело переносить увиденное. Он не мог избавиться от отвратительного чувства, вызванного видом всех этих растерзанных тел и несчастных испуганных лиц. Головы некоторых погибших просто валялись в проходе где-то под ногами.

С одной стороны, отсутствие такого большого количества выживших людей решало будущие проблемы, связанные с необходимостью предоставления крова, питания и одежды, но, с другой стороны, мыслить в подобном ключе было просто бесчеловечно, и сейчас сам Аларис это прекрасно понимал.

После этого тюремного ряда шли развилки, по остаткам крови на которых можно было понять в какую сторону бежали выжившие и как быстро нагоняли их тигры.

Всю дорогу вперед по пути встречались оторванные конечности, разорванная одежда, вырванные внутренности. Блайнд смотрела в потолок, полагаясь в этом пути только на Алариса, который буквально вел ее за руку.

Вскоре, когда этот длинный коридор закончился, пара вышла к небольшому проходу. В этом месте коридор становился шире всего. Его стены растягивались на десятки метров, будто бы здесь когда-нибудь что-то должно было строиться или храниться.

Осмотревшись, Аларис неожиданно для себя заметил тела убитых диких зверей, а вместе с ними и всего одну лежавшую на земле женскую фигуру. Настороженно, но достаточно быстро, парень приблизился вместе с Блайнд и осмотрел тело незнакомой ему девушки. Старая рваная одежда, синяки и глубокие раны по всему телу, а также будто откусанный кусок плоти в области бока, говорили о том, что она в этом месте была чуть ли не рабыней, которая во время нападения тигров оказалась вынуждена бороться с ними.

Блайнд опустила голову и, заметив девушку, машинально приблизилась к ней. Она села на колени перед Эвой, положила руку на ее шею и, нащупав пульс, без каких-либо раздумий активировала свою способность. Древняя эльфийская магия, основанная на лечении, пришла в действие мгновенно. Волосы Блайнд будто зашевелились, ее торчавший из общей белой копны синий хвостик начал сиять. Вместе с тем и само тело раненной девушки озарило ярким синим светом.

Блайнд сощурилась, явно испытывая боль от использования своей магии, однако не издала ни звука. Даже то, что ей передавались ощущения ее пациента, не вынудило ее прервать лечение.

Аларис стоял позади. Несмотря на всю эту ситуацию, он старался оставаться хладнокровным. Оглядевшись, парень понял, что это не было ловушкой. Рядом совсем не было людей, лишь мертвые тела саблезубов. «Стоило ли спасать незнакомку?» — было другим вопросом. Если помимо нее в этом месте еще скрывались выжившие, за которых всему его отряду пришлось бы взять ответственность, тогда, возможно, ей было бы лучше просто умереть от полученных травм, но если здесь больше никого не было или же количество выживших было минимальным, тогда Аларис, возможно, мог принять еще нескольких человек, при условии, что он найдет способ, как их обеспечить.

Внезапно раздался испуганный писк Блайнд. Опустив голову, Аларис увидел, что израненная девушка очнулась. Она неожиданно открыла глаза и ладонью схватилась за предплечье эльфийки. Сам вид Блайнд вызвал в ней ужас, перед ее глазами будто предстало лицо Каргеона.

Приняв сидячее положение, Эва быстро положила руку на плечо Блайнд и повалила ее на землю. Несмотря на не до конца залеченные травмы, силы девушке было не занимать. От ее сжатия Блайнд услышала хруст собственных костей.

— Ты! — гневно вскрикнула Эва, смотря на эльфийку так, будто намереваясь ее убить. И так бы оно и произошло, ведь Эва сразу потянула ладонь к шее заваленной девушки.

Внезапно Аларис, находившийся рядом, поднял ногу и одним быстрым пинком откинул незнакомку назад. Удар пришелся по раненному левому плечу. Эву оттолкнуло в сторону и перевернуло на спину.

Недовольный парень вышел вперед и остановился между Блайнд и Эвой, как бы прикрывая перепуганную эльфийку собой. По одному только его строгому взгляду можно было понять, насколько сильно его задевала вся эта ситуация.

— Это так ты решила отплатить за твое спасение?! — громко завопил Аларис.

От этого болезненного удара Эва плотно стиснула челюсти. Казалось, все ее силы иссякли разу, как ее отбросили, но, что действительно в этот момент ее пугало и ослабляло, так это громкий голос Алариса и его зловещий взгляд, будто смотревший в саму душу. В полутьме слабо освещенных факелами проходов Эва видела лишь силуэт юноши, но она будто точно знала, что смотрела ему прямо в глаза.

— Спа… Спасение? — через боль прошептала она. Эва машинально приложила руки к своему животу, затем к груди, а следом и к самому лицу. Да, она все еще чувствовала на себе некоторые раны и повреждения, но как минимум все ее конечности были на месте, а от самых тяжелых травм, на подобии вывернутого плеча, оставалась лишь тянущая боль.

— Да, спасение! — грозно повторил Аларис. — Она вылечила тебя, а все что ты можешь, это напрыгнуть на нее и попытаться убить? Этого ты добивалась?

Глаза Эвы расширились от удивления. Лишь теперь до нее начало доходить происходящее. Она поняла то, что этих людей видела впервые, вспомнила то, как сражалась еще недавно не жалея сил, и осознала то, что совершенно ничего не знала о своих сбежавших сестрах. Последнее зацепило сильнее всего. Перевернувшись на живот, Эва попыталась подняться, но ослабшее тело не позволило ей сделать и шага. Она рухнула на землю, окончательно теряя способность ходить. Ни подняться, ни даже проползти нормально она не могла. Боль, слабость и непонимание ситуации начали давить на нее, из-за чего на глаза навернулись слезы. Эва приподняла руку, ухватилась ею за землю и вновь попыталась приподняться, но снова рухнула.

Аларис уже ничего не говорил. Он, как и Блайнд, недоверчиво наблюдал за тем, что происходило сейчас с этой девушкой. По ней легко можно было сказать, что она была в отчаянии, но из-за чего именно — не было ясно.

Обернувшись, Аларис тревожно посмотрел на все также сидевшую на каменной земле эльфийку. Блайнд попыталась в ответ улыбнуться, но после использования своей силы она все также чувствовала себя неважно, вследствие этого ее улыбка показалась вымученной. Частично боль, полученная Эвой, передалась ей, из-за чего ее тело теперь ломило в самых разных местах.

Чтобы хоть как-то доказать своему господину, что она в порядке, Блайнд оттолкнулась от земли и приподнялась. Ее быстрый уверенный шаг вперед доказал, что она как минимум может самостоятельно ходить, и это действительно успокоило.

Аларис вновь обернулся к Эве. Тем временем девушка, осознавшая, что встать ей не удастся, все продолжала пытаться что-то сделать. Она цеплялась руками за камни, пыталась ползти и подтягиваться, по выступам в неровной поверхности, но все это не сдвинуло ее ни на метр. Она просто замерла в одном положении, устало перебирая камни под собой, и плотно сомкнула губы. Все еще пытаясь хоть как-то сдерживать слезы, она шмыгала носом и пыталась отгонять от себя самые страшные мысли о том, что могло случиться с ее сестрами в то время, когда она спала.

Блайнд перевела взгляд на Алариса. Осторожно дотронувшись до его руки, она жестом указала на Эву и с мольбой посмотрела в глаза господина. Ее жалобный взгляд говорил сам за себя.

Аларис улыбнулся. Конечно, он и сам захотел помочь незнакомке после увиденной сцены, но то, что его просила об этом одна из его подчиненных, не могло не радовать.

Приблизившись к Эве, парень быстро, ничего не спрашивая, поднял ее на руки. Так как проход вперед был всего один, он уже знал, куда нужно было идти. Эва, жалобное лицо которой было залито слезами, лишь удивленно посмотрела на незнакомого ей юношу и просто замолчала. Она старалась даже не дышать, чтобы не шмыгать носом.

— Давай, — Аларис опустил голову и с доброй широкой улыбкой взглянул в перепуганные глаза Эвы, — просто посмотрим куда ты так хочешь попасть?

***

Огэст вместе с небольшой поисковой группой, завершив осмотр приближенных к лагерю территорий, направился вглубь леса. Он знал, что в это время Аларис вместе со своим отрядом должен был зачищать шахты, и ему становилась отвратительной сама мысль о том, что он ничего не мог с этим поделать. Вот так, продолжая осмотр леса, Огэст в скором времени вышел на тропу, по которой возвращался отряд Алариса.

Когда он увидел, как выглядели люди, возвращавшиеся в лагерь, сердце его будто остановилось. Все покрытые кровью, уставшие, явно недовольные, они шли друг за другом и даже ничего не обсуждали. Конечно, а что именно им было обсуждать? Все, что они нашли в шахтах, это части тел убитых людей и несколько десятков хищных зверей. Как ни погляди, а ситуация была достаточно неприятной.

В это же время где-то в конце группы с одной лишь девушкой на руках шел Аларис. Он, как и все остальные, был изрядно покрыт кровью убитых им хищных зверей. К тому же на его одежде виднелась кровь тех людей, которых он и Блайнд обнаружили уже мертвыми, что не вселяло ни радости, ни спокойствия даже в сердце самого Алариса.

Эва, лежавшая в его руках, мирно спала. Позади нее и Алариса, рядом с Блайнд, Россом и еще несколькими людьми шли Зана и Кира, которые все еще будто пребывали в состоянии шока. Да, они были живы, но казались напуганными.

— Хилдефонс! — громко вскрикнул Огэст. Явно взволнованный мужчина, что было совсем на него непохоже, быстро обошел весь отряд и приблизился к Аларису. Он остановился прямо напротив командующего, тем самым преграждая путь.

— Что стало с невинными…

— Все мертвы, — перебил Аларис, даже не желая дослушивать вопрос. На улице было достаточно холодно, при этом сопровождавшие его девушки были почти раздетыми. На них виднелись накидки, отданные им рыцарями, а на их ногах была одета крупная, неподходящая по размеру обувь, что означало то, что где-то среди отряда стояли те, у кого не было обуви и вовсе.

— Все? — шокировано повторил Огэст. Руки его опустились. Одна мысль о том, сколько же человек были убиты Аларисом, вызвала у него разочарование.

— Кроме них троих, — Аларис кивнул в сторону девушек, — да. Мне жаль.

Парень быстро шагнул в сторону и обошел Огэста. Он хотел как можно скорее попасть в лагерь для того, чтобы дать своим людям отдохнуть и согреться. И пусть даже он чувствовал, что после этих слов настроение Огэста изрядно испортилось, это была точно не та ситуация, в которой он мог терять время на разгадывание причин изменения чужих эмоций.

Миновав Огэста, Аларис пошел вперед вместе со всем остальным отрядом. В это же время мужчина, оставшийся позади, с хмурым отчаянным взглядом посмотрел в сторону удалявшихся фигур.

«Жаль? — Мысленно повторил Огэст. Он смотрел на трех выживших девушек и уже знал, что хотел сделать с ними Аларис. Конечно, они были симпатичными и им явно некуда было идти. Это значило, что они непременно должны были стать частью прислуги этого юнца. — Тебе жаль? И это все, что ты можешь сказать после того, как искупался в крови всех этих людей?»

***

Утром следующего дня, даже не дождавшись рассвета, Огэст выдвинулся вместе со своим отрядом на эвакуацию ближайших поселений. После увиденного вчера он не спал всю ночь и лишь неспешно обдумывал действия Алариса в своей палатке. Он осознавал, что не знал всех деталей случившегося, но для него достаточно весомым фактом было наличие мертвых тел в шахтах, которые Аларис тем же вечером приказал придать огню. Зачем бы ему нужно было делать это? С одной стороны, подобные действия предотвращали распространение болезней, но, с другой стороны, это было отличным предлогом для того, чтобы скрыть улики собственной жестокости и кровопролития.

Как только группа Огэста начала подъезжать к первому поселению, они сразу заметили, что что-то было не так. Над скоплением деревянных домов, стоявших вдали, клубился черный дым. При виде этой картины Огэст быстро потянул на себя поводья и громко приказал всем ускориться. Весь их отряд помчался вперед.

Чем быстрее они приближались к поселению, тем ужаснее представлялась картина. Домики, которые казались таковыми еще издали, были уже лишь обугленными строениями. Тела убитых лежали тот тут, то там по всем улицам. А некоторые из погибших были просто заперты в своих домах и сожжены дотла.

Отряд Огэста проник в поселение, словно вихрь, и быстро разбрелся в поисках выживших. Сам Огэст затормозив еще на въезде в деревню, начал обходить одно тело за другим, будто пытаясь найти хоть какую-то зацепку.

В основном погибшие были убиты либо холодным оружием, либо голыми руками. У некоторых были свернуты шеи, другие были задушены. При всем этом среди тел местных жителей виднелись тела незнакомцев, облаченных в какие-то лохмотья. У всех них левый или правый глаз казался необычным. Он был белым, но в самом его центре виднелся символ птицы, который можно было увидеть и у группы девушек, подобранных Аларисом.

При осознании этого все начало вставать на свои места. Случившееся на первый взгляд выглядело так: выжившие, сбежавшие минувшим днем от Алариса, затаились и напали на местных. В качестве возмездия за убийство товарищей они решили перебить всех невинных жителей поселения и, понимая, что пощады им не ждать, убили сами себя. Огэст, уверенный в собственной идее, с болью и тревогой смотрел как на невинных местных, так и на невинных в его глазах убийц. Он был убежден в том, что, если бы не жестокость Алариса, тогда эти люди бы не стали мстить, и всех этих жертв можно было бы избежать.

Вместе с этими мыслями пришла и злость. Злость на Алариса, злость на собственную бесполезность, злость на войну и на правителей, которые ее затеяли. Эмоции, долгое время скапливавшиеся у него за длительные годы убийств и сражений, выплеснулись наружу. Огэст сел на колени, подобрал и прижал к своей груди маленькое тело неизвестного ему ребенка и громко, почти отчаянно, закричал.

«Почему я ничего не сделал? Если бы я тогда настоял, если бы я сам пошел в шахты и спас бы всех их…»

Внезапно неподалеку прозвучал шорох. Мужчина, услышавший его, быстро повернул голову вправо. В стороне, среди очертаний наваленных друг на друга бревен, лежавших где-то между двумя деревянными домиками, он заметил торчавшую русую макушку.

Толика надежды, затаившаяся в сердце, вынудила его аккуратно положить тело убитого ребенка и подняться на ноги. Огэст быстро и довольно тихо подобрался к бревнам, приподнялся на носках и осторожно выглянул из-за них. По другую сторону этого небольшого укрытия он увидел женскую фигуру. Незнакомая эльфийка, непонятно каким образом попавшая на границу запада и севера, сидела на холодной промерзшей земле, прикрывая голову руками.

При виде тени, накрывшей ее с головой, девушка испуганно подняла голову и посмотрела на лицо Огэста. Ее красные от слез глаза уставились на него, будто бы он был самым настоящим монстром, пришедшим по ее душу.

Огэст молчал. Он был рад, шокирован и взволнован. Ему было без разницы то, к какой расе относилась эта девушка. Важнее этого было то, что она просто смогла выжить.

Сглотнув скопившийся в горле ком, Огэст попытался собраться. Мысленно он уже представил, что нужно было делать дальше. Отвести ее в лагерь обозначало примерно то же, что и передать ее в руки Алариса. Юноша, хобби которого заключалось в коллекционировании красивых беспомощных девушек, явно бы не оставил очередную эльфийку в покое. Поэтому, если спасать эту незнакомку и нужно было, то только в тайне от самого Алариса.

— Как тебя зовут? — спросил Огэст, как можно мягче, хотя с его низким грубым тоном это и прозвучало, как обычно, довольно резко.

— Ла-мия… — Эльфийка опустила руки и уже почти дрожа от страха замерла. Она была готова ко всему: к крику, удару и даже к самой боли. Все то время, пока убивали местных, она пряталась в доме одной из семей, временно приютивших ее. Пока все кричали и умоляли о пощаде, она просто прикрывала уши руками и мечтала о том, как при первой же удачной возможности сбежит оттуда. Когда дом загорелся, побег стал уже необходимостью.

— Ла-мия, — повторил Огэст, отчего-то начиная тепло улыбаться, — не беспокойся. Я тебе помогу.

Тем временем где-то вдали за поднимавшимся в воздух дымом наблюдали двое: Гроттен Хээль и Каргион. Невысокий морщинистый мужчина, презрительно улыбаясь, мысленно вспоминал лица и крики всех тех, кто так отчаянно пытался убежать от его творений. У местных с самого начала не было шанса на то, что они смогут сбежать от сверх людей, как и у его подопытных кроликов с самого начала не было шансов на то, что они выживут, если Каргион прикажет им всем разом перебить друг друга.

— Ладно, Карги, — довольно протянул Гроттен, — пойдем отсюда. Миссия уже точно провалена, но хотя бы мы смогли отыграться за наш проигрыш.

Гроттен развернулся и не спеша зашагал вперед. В то же время Каргион, настороженно последовавший за ним, заговорил:

— Но выжившие все же остались. Они расскажут им о Вас.

— Пусть рассказывают. — Гроттен продолжал зловеще улыбаться. Признаться честно, его даже будоражила мысль о том, что его враги будут знать и помнить его имя. — Если нас не будет в зоне их досягаемости, они со временем просто забудут о нас. А мы спокойно продолжим изучать возможности человеческого тела и разума. Верно?

— Верно.

***

— Как выяснилось в ходе расследования, — продолжал докладывать Росс, находившийся прямо напротив Алариса, — саблезубых тигров держали внутри шахт те же люди, которые проводили эксперименты над похищенными. Зверей использовали в качестве подопытных, а также в качестве тренировочных манекенов для самих испытуемых. Обычно если испытуемый погибал в схватке с тигром, его просто заменяли на нового.

Устало покачиваясь на задних ножках стула, Аларис придерживался правой рукой за стол и быстро повторял про себя все сказанное Россом. С каждым новым фактом ситуация становилась ему все яснее и яснее.

— Саблезубы не водятся в этих краях, — вслух заговорил Аларис, пытаясь сдерживать зловещую улыбку. — Чтобы наловить столько особей и перевести сюда нужно было мастерски постараться. К тому же, эти звери славятся своей выносливостью и хорошим умом.

— Судя по тому, что мне удалось узнать, — продолжил Росс, — саблезубы выбрались из клеток самостоятельно. Они просто прогрызли прутья клеток, в которых находились.

Аларис бросил недоверчивый взгляд на подчиненного и спросил:

— Так легко?

— Не совсем. — Росс, опустив бумаги в своих руках, тяжело вздохнул. Спокойным, как обычно, равнодушным взглядом он посмотрел в глаза господина и чуть тише продолжил: — Я бы сказал, что они в течение длительного времени точили свои зубы и когти ровно об одно место, а потом, когда пришло время, некоторые из них просто выбрались наружу и помогли остальным.

— Как?

— Строение клетки достаточно простое. Стоит повернуть и приподнять щеколду…

— И дверь откроется, — уже не скрывая улыбки продолжил Аларис. — Какие умные создания. Поэтому-то их и называют ужасом севера.

Выпрямившись на стуле, Аларис ровно сел на него и замолчал. Ему требовалось время на то, чтобы переварить всю полученную информацию. Опыты, сверхлюди — все это было похоже на эпизоды дешевых фильмов из его прошлой жизни, но никак не на реальность нового мира.

— По итогу, — вновь заговорил Росс, просовывая руку в карман пиджака, в котором должны были находиться конфеты, — те люди не были повстанцами. Это была группировка, образованная королевской семьей севера. Они скрывались на этих территориях только потому, что ранее, когда только началась их деятельность, эти земли еще принадлежали северу.

Аларис улыбался. Мысленно он уже представлял то, как все эти «сверх» люди одновременно выходят из-под земли и атакуют его лагерь с тыла. Тогда они могли бы просто убить всех его товарищей.

— А ведь, — Аларис прислонился грудью к столу и подпер лицо рукой, — если бы мы случайно не пересеклись с ними один раз, так и не узнали бы, что они вообще тут находятся.

— Согласен. Шахты расположены глубоко. Если бы они совсем не выходили на поверхность, мы бы ничего и не узнали.

Внезапно со стороны улицы зазвучал громкий крик стражника:

— Прибыл Огэст Фалк!

Аларис и Росс быстро перевели свои задумчивые, немного даже незаинтересованные, взгляды на вход.

Огэст вошел в шатер стремительно, словно ледокол. Так и не приблизившись к Аларису, он еще на пороге отдал ему честь и замер.

— Уже отбываете? — спросил Аларис, задумчиво рассматривая этого мужчину.

— Да, нам пришел приказ. Нужно выдвигаться.

Аларис молчал. Он смотрел на Огэста испытывающе. Так, будто бы ему уже все было известно. На его лице сложно было прочитать эмоции: он не улыбался, не хмурился. Просто продолжал смотреть прямо в глаза.

— Тогда, — внезапно Аларис поднялся из-за стола и улыбнулся, — могу лишь пожелать удачной дороги.

Огэст кивнул. Он быстро, не дожидаясь и секунды, развернулся, так и собираясь выйти за порог, но неожиданно из-за спины прозвучал звонкий зов Алариса:

— Огэст!

Юноша намеренно остановил мужчину. Он будто чувствовал, что тому еще было, что сказать. И ему казалось, что он просто должен был как-то подтолкнуть Огэста к разговору, ведь, до тех пор, пока тот ничего не говорил, понять, что же происходило в его голове все равно было сложно.

— То, что случилось в деревне, — тихо продолжил Аларис, — это несчастный случай. Мы ничего не могли с этим поделать.

Огэст приподнял голову. В его взгляде явно можно было прочитать ненависть, но так как он стоял спиной к Аларису, тот не видел всего того, что с ним происходило. Собравшись с мыслями, Огэст тяжело выдавил из себя: «Я знаю», и быстро пошел дальше.

Как только он вышел на улицу, ощутил прохладу приятного вечернего ветерка, подумал:

«А еще я знаю, что если бы ты не напал на повстанцев, тогда всего этого не произошло бы. Насилие ведет к еще большему насилию».

Аларис, оставшись в палатке, продолжил стоять и задумчиво смотреть на вход. Странное предчувствие говорило ему, что что-то было здесь не так, но он просто не мог понять, что же именно он упускал.

— О чем ты думаешь? — внезапно прозвучал голос Росса.

Аларис, обернувшись к младшему напарнику, с полуулыбкой посмотрел на него. Его голос прозвучал как-то подавленно, совсем не так, как он говорил обычно:

— Огэст меня ненавидит. Причем так сильно, будто, будь у него возможность, он бы всадил мне нож в сердце.

— Серьезно? — Росс, наконец-то нащупав в своем кармане конфету, быстро забросил ее себе в рот. Перекатив ее к левой щеке, он спросил: — Из-за чего?

— Из-за того, что наши взгляды на ведение войны не сходятся. А еще из-за того, что я всего лишь ребенок, на которого обратил внимание сам император.

— Ага, значит, зависть.

— Да, думаю, и это тоже здесь есть. — Аларис тяжело вздохнул. Прикрыв глаза, он склонил голову влево и мысленно попытался вспомнить всех тех людей, которые недолюбливали его по этой же причине, а таких было много. — Однако я точно знаю, что Огэст никогда не сделает чего-то, что навредит всей нашей империи. Он слишком сильно хочет завершить войну.

Развернувшись, Аларис не спеша и довольно устало направился на выход. Как только он покинул шатер, и свежий воздух ударил ему прямо в лицо, мысли начали проясняться.

Аларис, вспомнив последнее выражение лица Огэста, подумал, что тот явно смог что-то или кого-то от него скрыть, но узнать все подробности сейчас, когда им нужно было идти дальше, было уже невозможно.

«А ведь изначально на эвакуацию должен был отправиться я. Возможно, если бы я тогда решил самостоятельно проверить все поселения…»

Внезапно ощутив приближение небольшого, но все ускорявшегося объекта, Аларис отступил. Круглый снежный ком пронесся у него прямо перед глазами, так и не задевая лица.

Парень, уже понимавший в чем тут было дело, иронично улыбнулся и повернул голову влево. Неподалеку себя он увидел компанию девушек, осторожно выглядывавших из-за шатра. Квин, Эва, Кира и Зана, уже успевшие подружиться, разочарованно вздохнули.

— Э… — протянула северная эльфийка, окончательно покидая свое укрытие. Квин указала пальцем на Алариса и недовольно надула щеки. — Господин, зачем вы увернулись?

Аларис широко заулыбался. При виде этой наивной четверки, которая искренне хотела зарядить в него снежком, он забыл обо всех тревогах, терзавших его сознание еще несколько секунд назад.

— А зачем бы мне подставляться?