Отряд особо опасных горничных: испытание для Туза 4

3. Интерес Туза

В настоящее время:

— Его величество Эдамион четвертый, — внезапно раздался мужской голос где-то неподалеку, — разрешил вам войти.

От неожиданного появления человека за спиной, Ивар чуть не подпрыгнул. Он быстро выпрямился и обернулся. Позади него, как это было не удивительно, стоял восточный эльф. Один из тех, кто состоял в свите самого императора всей эльфийской восточной империи. Ивар мог поклясться, что он не слышал даже звука шагов этого создания, хотя для того, чтобы подойти так близко, ему как минимум нужно было открыть дверь в комнату и пройти несколько метров по мраморному полу.

Ивар сделал глубокий вдох. С того момента, как он попал в этот замок, он был как на иголках. Оно и не было удивительным, ведь он, человек, был в этой империи совершенно лишним, но при этом он отчаянно пытался добраться до самого императора.

Эльф, осознав, что Ивар наконец-то смог собраться с мыслями, развернулся и молча направился на выход из гостевой комнаты. Ему даже не приходилось оборачиваться, ведь он точно знал, что этот надоедливый человек определенно шел за ним.

Ивар был слабым, слишком слабым. Иногда даже самому Руфусу Пэролу, сопровождавшему в этот миг Ивара, казалось, что убить этого человечишку было бы самым простым и доступным решением проблемы. Однако все же был один фактор, останавливавший от убийства Ивара, а именно то, что ему были известны подробности гибели Ла-мии Хесвальд — изгнанной принцессы восточной империи.

Сжимая руки в кулаки, Ивар все продолжал идти следом за Руфусом. Длинные белокаменные коридоры дворца очаровывали своей чистотой и просторностью. На мраморных стенах висели картины, полы были покрыты мягкими темно-синими коврами. Буквально все, что находилось рядом, а именно элементы искусства и даже сама охрана, говорило о том, что это место было настоящим дворцом.

«Если бы только Огэст не умер, — размышлял Ивар, стараясь не показывать своего страха, — я бы никогда не попал сюда. Ноги бы моей не появилось на землях эльфов. А что, если меня захотят убить? Что, если у меня не получится убедить их? Тогда я не смогу ни исполнить последнюю волю друга, ни просто дожить остатки своих дней».

Впереди показались высокие светло-серые двери. Они тянулись до самого потолка, что отличало их от всех остальных дверей в замке. По ним было сразу понятно, что дальше располагался тронный зал.

Ивар сглотнул. Осознавая всю важность этого момента, он чувствовал приближение опасности, но не убегал. Возможно, не будь эта ситуация связанной с Огэстом, он бы и отступил, но сейчас, когда его единственного наставника и спасителя уже не было в живых, все, что мог Ивар — это отплатить за его доброту.

«Я должен во что бы то ни стало наказать Алариса де Хилдефонса за гибель моего друга».

***

Двери перед глазами быстро распахнулись. Не успев сделать и шага вперед, юноша, вернувшийся домой после долгого путешествия, услышал громкие женские голоса:

— С возвращением, господин.

По другую сторону дверей, внутри особняка, в несколько линий стояли горничные. Все девушки, одетые в черно-белую форму с нарядными фартуками, белоснежными воротниками, чепцами и белыми лентами на волосах, склонив головы, довольно улыбались. Пусть они и стояли так, что Аларис не мог видеть их глаз, но атмосфера радости и какого-то неуловимого счастья явно ощущалась.

Осознав, что его возвращение было для кого-то долгожданным, Аларис широко улыбнулся и радостно ответил:

— Я вернулся.

Он сделал несколько широких шагов вперед, и вместе с ним внутрь особняка сразу же направились его сопровождающие. Индиго, Джози и Зеро осторожно занесли сумки и поставили их на пороге. Кто-то из ряда горничных сразу направился им на встречу.

— Вы только посмотрите на него, — зазвучал громкий женский голос. Эдит, женщина генерал, отдыхавшая в этом доме все то время, пока Аларис был в отъезде, вышла на балкон второго этажа. Этот небольшой балкон располагался ровно над входом в особняк, из-за чего Аларису пришлось обернуться и приподнять голову.

Эдит стояла в одном шелковом халате, и это казалось вполне нормальным, ведь время было довольно ранним, да и эта женщина не была из стеснительных. Широко улыбаясь и, опираясь обеими руками о перилла, она добавила:

— Выдрессировал девчонок, и теперь такой довольный.

Аларис усмехнулся. Конечно, он бы предпочел не видеть лицо этого человека к моменту своего возвращения, однако учитывая то, что все это время Эдит приглядывала за его горничными, Аларис был готов потерпеть ее отвратительный нрав еще немного.

— А где алкоголь? — с наигранным удивлением спросил юноша. — Что же ты? С утра и без алкоголя?

— А я бросила, — еще радостнее вскрикнула Эдит, будто бы это было ее личной долгожданной победой.

Аларис удивленно замолчал, на этот раз уже искренне. Поверить в подобное заявление действительно было трудно. Нахмурившись, юноша задумчиво спросил:

— Тебя били пока меня не было?

Эдит хмыкнула. Она быстро отстранилась от перилл, выпрямилась и начала обходить второй этаж по кругу.

— Было бы кому.

Аларис покачал головой. Неподалеку от себя он заметил подступивших горничных. Девушки, как и полагало, потянулись к его верхней одежде и осторожно помогли снять все лишнее.

— Сегодня я уезжаю, — прозвучал голос Эдит.

Услышав эти слова, Аларис быстро приподнял голову, неосознанно улыбнулся и спросил:

— Наконец-то?

Быстро опомнившись, парень сдержал улыбку, развернулся и встретился с недовольным выражением лица Эдит. Женщина стояла на вершине лестницы и после этой искренней фразы счастливого графа явно негодовала.

— Ох, прошу прощения. — Аларис кивнул и неторопливо направился навстречу своей гостье. — Почему же так внезапно?

Эдит молчала еще несколько секунд. На ее глазах Аларис подступил к лестнице и начал уверенно подниматься по ней.

— Потому что, — заговорила она, — мне нужно что-то менять в моей жизни. Пора бы всерьез заняться моими владениями. Не могу же я и дальше игнорировать обязанности лорда?

Аларис взобрался по лестнице на самую вершину и остановился прямо напротив Эдит. Со своим доброжелательным, и в то же время деловитым, выражением лица, он ответил:

— Это правильное решение. Если вдруг понадобится помощь, на расстоянии я всегда ее окажу.

Эдит зловеще улыбнулась. Она четко слышала и чувствовала, как сильно Аларис хотел от нее избавиться. Более того, казалось, он даже этого не скрывал.

— Кстати, — настораживающе заговорила Эдит, — те северные земли, что мне подарили после войны, теперь твои. Я уже получила разрешение от нашего императора.

— Что?

Искажение эмоций Алариса стоило видеть. Его лицо довольно быстро побледнело, улыбка исчезла с губ, а в глазах появилась не то безысходность, не то отчаяние.

Эдит быстро развернулась, махнула рукой и на прощание ответила:

— Поздравляю с расширением территорий в два раза.

Аларис остался на прежнем месте. После одной только мысли об увеличении территорий, а вместе с этим и о двукратном увеличении проблем, в висках начало барабанить. Земли Эдит ведь тоже были северными, на них тоже жили завоеванные народы, к тому же, после окончания войны никто с ее владениями даже не пытался управиться. И теперь весь этот подарок с непокорным народом и ворохом проблем, как настоящая граната перебрасывалась в руки Алариса.

«И все-таки, — задумался граф, устало прикрывая глаза, — она, как обычно, оставила последнее слово за собой».

В то же время к Аларису приблизилась Эйс. Девушка-горничная в легком рабочем наряде, скрытым под белым фартуком, остановилась на ступенях лестницы, не решаясь подняться дальше без приказа господина. Она видела и слышала весь этот разговор, а потому прекрасно понимала причину подобной реакции Алариса.

«Думаю, сейчас господин еще растерян, но уже через секунду он мысленно выстроит план действий и к вечеру со всем разберется».

— Ладно, — Аларис внезапно открыл глаза и приподнял голову, — разберемся с этим позже. Для начала я бы хотел принять душ.

Эйс попыталась сдержать улыбку. Она кивнула, выпрямилась и быстро поднялась по ступеням на второй этаж.

— Я все подготовлю, — уверенно ответила девушка.

— Спасибо. — Аларис двинулся вперед, прямо вглубь собственного особняка, который уже казался ему родным домом. — И еще принесите всю корреспонденцию, накопившуюся за время моего отсутствия. Я рассмотрю все это прям там.

Когда господин ушел, некоторые из оставшихся горничных наконец-то смогли расслабленно выдохнуть. Из-за того, как долго они не видели своего господина, находясь рядом с ним, они вот-вот были готовы потерять всю свою честь прислуги и просто наброситься на него.

Мечтательно смотря в ту сторону, в которой еще недавно скрылся Аларис, Квин протянула:

— И все-таки так приятно на него смотреть.

Хайроллер усмехнулась. Девушка с неоново-желтыми оттенком волос пожала плечами и расслабленно ответила:

— С удовольствием соглашусь.

— Джо, Джо, — прозвучал взволнованный женский голос неподалеку. Эльфийка по имени Блайнд, приблизившись к расстроенной Джози, задумчиво присела и наклонилась к ней. Обе девушки все еще находились на пороге, неподалеку от расставленных на полу сумок. — А ты чего такая грустная?

Джози даже не поднимала головы. Разочарованно смотря себе под ноги, она тихо ответила:

— Проспала.

— Что?

Джози жалобно поджала губы. Она подняла свои печальные заплаканные глаза на лицо удивленной эльфийки и, чуть ли не крича, ответила:

— Основное сражение просто взяла и проспала!

Внезапно Джози покачнулась и намеренно рухнула спиной на пол. Раскинув руки и ноги в стороны, словно морская звезда, она замерла и громко взвыла. Обидно ли ей было из-за того, что ее просто оставили позади? Конечно. Настолько обидно, что теперь она чувствовала себя даже слишком жалкой.

— Я больше не сдвинусь с этого места!

Хайроллер усмехнулась. Пусть она и стояла в стороне, но она прекрасно видела всю эту сцену, и прекрасно понимала, почему Блайнд была так шокирована подобным поведением самого Джокера.

Приложив руку к своему лицу, Хайроллер звонко закричала:

— Как жаль, теперь об тебя все будут вытирать ноги!

Внезапно Блайнд всплеснула руками. Она быстро обернулась, посмотрела куда-то вглубь особняка и заметила уже спешивших на помощь скрытных горничных. Ей даже не пришлось звать подмогу, она сама мчалась навстречу.

— Лидеру не хватает сладкого в крови! — громко закричала Блайнд. Тотчас все скрытные, находившиеся рядом, подбежали к Джози и подняли ее на руки, словно больного. — Срочно несите ее к клубничному тортику!

Скрытные сработали оперативно. Обхватив Джози под руки и под ноги, они потащили ее вперед по первому этажу, прямо в сторону кухни. Как только вся эта бравая команда скрылась, и в холле остались только девушки из основы, наступила тишина.

Даже сама Квин, обычно совершенно беспечная и веселая была немного удивлена увиденным.

— И чего они так с ней возятся? — Хайроллер нахмурилась и непонимающе пожала плечами.

— Так ведь, — Квин с улыбкой обернулась к напарнице, — Джози довольно милая. Как мне рассказала Юнитс, когда она стала главой отряда скрытных, остальные девушки видели в ней лишь ангела, вот и баловали по-всякому.

— И это они называют лидерством?

— Что касается части принятия решений, то Джози точно можно назвать лидером. — Квин завела руки за спину, сделала несколько шагов вперед и посмотрела на парочку чемоданов, так и оставшихся на пороге дома. — Ей есть к чему стремиться, но у нее явно имеется талант. И в руководящей роли она сможет раскрыть его лучше всего.

***

Со всех сторон звучало приятное журчание воды. Аларис, сидя в своей роскошной широкой ванной, прислонился к низкому бортику и устало склонил голову назад. В его правой руке уже имелось несколько распакованных писем, в которых сообщалось о ведении хозяйства на его территориях, о распоряжении запасами в зимний период и о текущих нуждах его народа.

Вытянув руку с этими письмами вверх, Аларис молча отдал четкий приказ горничной, помогавшей ему в ванной. В этот момент в одной комнате с ним находилась Эйс.

Девушка, приблизившись к господину, взяла из его руки тонкие листы старых писем и осторожно вложила в нее же новое, уже распакованное ею письмо.

На белоснежной, довольно необычной для этого времени бумаге, Аларис увидел знакомое имя: Анджин Шельд. Опустив и поднеся письмо к своему лицу, парень начал внимательно вчитываться в него.

Анджин рассказывал о том, как продвигалось строительство их торговой дороги. О том, какие товары особенно пользовались спросом у его населения, и о том, в каких точках он продавал их. Также он спрашивал, где еще он мог разместить свои дополнительные торговые предприятия, чтобы распространить продукцию с востока по всем территориям Алариса.

— Вот это, — граф вновь поднял руку с письмом, — отложи в сторону и потом принеси ко мне на стол.

Эйс подчинилась. Она быстро взяла письмо и вместе с ним отошла туда, где лежали все сухие и чистые вещи. Здесь же, в большой плетеной корзине одной неровной стопкой лежала груда писем.

— Вы привели с собой новых горничных… — вслух заговорила Эйс, искренне интересуясь теми седовласыми девушками, которых она видела несколько минут назад внизу.

— Они вошли через черный вход. — Аларис положил локти на бортик ванной и глубоко вздохнул. Горячая вода вызывала легкую дрожь. Усталость, скопленная за время путешествия, лишь в этот момент начала постепенно отходить. — Мне не хотелось заходить вместе с ними в дом. Тогда бы Эдит обязательно сходу сказала бы что-то неприятное.

— Не хотелось портить радость возвращения?

— Что-то вроде того.

Приподняв правой рукой небольшой ножик, а левой очередной конверт, Эйс быстро раскрыла его, отложила в сторону колящий предмет и вытащила новое письмо.

— Я думала, вы оставите Котлетту вместе с нами.

— Она не подходит, — уверенно отвечал Аларис. Его голос, эхом разносясь по ванной, доходил до Эйс будто бы не сразу. — И дело не в ее способностях или чем-то подобном. Просто ее мышление не предполагает привязанностей или полного подчинения кому-то. Она переметнется на сторону наших противников сразу, как появится возможность, а нужно ли нам это?

— Тогда ее стоило убить.

— Ха, — Аларис открыл глаза и, взглянув на ровную водную гладь, улыбнулся, — я обещал ей, что сохраню ее жизнь, если она сделает все так, как я скажу. Мы оба исполнили наши обещания.

Отложив в сторону конверт, Эйс быстро развернулась и направилась вместе с письмом к господину. Из-за всего этого разговора горничная даже не взглянула на конверт, а потому и не увидела отправителя письма. Хотя, можно было сказать, что ей, как горничной, этого знать и не нужно было.

Услышав приближавшиеся шаги, Аларис поднял руку. В ту же секунду в его ладонь оказалось вложено письмо, которое он сразу решил прочитать.

Равнодушный взгляд начал спускаться строчка за строчкой, и вместе с этим все больше меняться. Сначала в глазах Алариса появилось удивление, затем настороженность, а уже после этого тревога. В конце концов, дочитав письмо, Аларис внезапно взмахнул рукой, отбросил его в сторону и с головой скатился под воду в ванную.

Эйс удивленно замерла на месте. Обычно Аларис никогда не вел себя так эмоционально. Он даже старался не показывать своего волнения, если что-то происходило, но сейчас, казалось, у него просто не было для всего этого сил.

— Господин? — шокировано позвала Эйс, но Аларис так и не отвечал.

Догадавшись, что причиной подобного поведения может быть письмо, Эйс перевела взволнованный взгляд на тонкий лист бумаги, лежавший на влажном полу. Лишь теперь обратив внимание на письмо, она заметила, что бумага была достаточно плотной и гладкой, следовательно, довольно дорогой.

«Могу ли я хотя бы взглянуть, что находится в этом письме? — Эйс схватилась руками за ткань своей черной пышной юбки и крепко сжала ее. — Нет, не буду. Я не могу так вести себя».

Прозвучал плеск. Аларис, быстро вынырнув из воды, поднялся на ноги. Широкими, уверенными шагами он вышел из ванной и подошел к лежавшей в стороне стопке полотенец.

Эйс все смотрела на него взволнованными глазами. В этой ситуации ее не столько волновало обнажённое тело господина, сколько его серьёзное выражение лица, которое явно говорило о том, что что-то пошло не так.

— Эдит еще не уехала? — Аларис взял в руки полотенце и быстро начал обтираться им. — Она вроде бы не говорила, что уедет утром.

— Нет, она еще здесь.

— Экстренный сбор. — Аларис бросил полотенце на пол, потянулся к плотному махровому халату, лежавшему рядом, и уверенно добавил: — Пусть Эдит, элита «Дублета», а также все эльфийки в этом доме соберутся в зале для гостей.

— Прямо сейчас?

— Немедленно.

Аларис развернулся и быстро накинул халат на свои плечи. Больше не произнося ни слова, он решительно направился на выход.

У Эйс, оставшейся позади него, в голове возник лишь один вопрос:

«Что же все-таки было в том письме?»

***

Когда в просторной гостевой комнате собрались все призванные люди, вошел и сам хозяин дома. Аларис, остановившись на пороге, окинул взглядом и горничных, рассредоточено стоявших в комнате, и Эдит, сидевшую в мягком кресле, закинув ногу на ногу. Пожалуй, последнюю видеть хотелось меньше всего.

Зловеще усмехнувшись, женщина-генерал звонко произнесла:

— Рассказывай. Что успел натворить?

Аларис глубоко вздохнул. Он не знал, стоило ли говорить это сразу, но такой прямой вопрос от другого генерала просто не оставлял ему выбора.

— В данный момент Восточная империя эльфов обвиняет меня в убийстве их принцессы. — Граф размеренными широкими шагами прошел в комнату, подошел к креслу, стоявшему неподалёку от Эдит, и устало сел в него. — Они требуют от нашего императора выдать меня живым или мертвым.

— И? — Эдит улыбнулась еще шире.

Аларис улыбнулся в ответ. В его голове пролетело лишь одно слово:

«Помогите».

Прикрыв глаза, граф попытался собраться с мыслями. Признаться перед Эдит, что тебе нужна была помощь, было подобно смерти, поэтому он собирался лишь намекать на то, что было бы неплохо получить от кого-то помощь.

— Я бы хотел, — Аларис прокашлялся, пытаясь сделать свой голос намного строже, — обсудить эту ситуацию с вами и хорошенько все обдумать, чтобы понять, какие дальнейшие действия надо предпринять.

— Да? — Эдит склонилась влево и подперла голову рукой. — А на лице написано, что ты почти готов умолять о помощи.

— Я? Нет. — Аларис неубедительно сощурился и покачал головой. — Это же еще не безвыходное положение.

Эдит усмехнулась, но ничего отвечать не стала. В конце концов, Аларис же так и не попросил у нее помощи напрямую, следовательно, он действительно считал, что еще не все было потерянно.

— Господин, — внезапно прозвучал голос со стороны. Аларис, оглянувшись, посмотрел на Кингу, которая стояла у окна. — Я не совсем в курсе дел. Не могли бы вы точнее рассказать, что случилось с вами во время вашего путешествия и пересекались ли вы с принцессой на самом деле?

— Пересекался, — граф утвердительно кивнул, — но то, что она принцесса, понял только сейчас. На самом деле…

Аларис начал рассказывать об их путешествии по порядку. И о данных, которые он получал еще до отъезда, и о нападениях в дороге, и о последнем сражении. Как только история подошла к концу, всем наконец-то стала ясна полная картина событий.

— Иными словами, — задумчиво заговорила Вайлет, также стоявшая возле окна рядом с Кингой, — даже собственная гибель для Огэста и Ла-мии было частью определённого плана?

— Да, плана «Б».

— Но вы же не виноваты, — Квин сделала шаг вперед. Недовольно хмурясь и, сжимая руки в кулаки, эльфийка будто пыталась сдерживать свое негодование. Ее сомкнувшиеся вместе светлые брови так и показывали, насколько она была зла.

— А правящей династии, как правило, наплевать на это. — Эдит глубоко вздохнула и прикрыла глаза. Теперь ее голос звучал строго, даже улыбка на ее лице не была видна, и все потому, что ситуация была серьезной. — Задета их гордость, этого достаточно.

Эйс, также чувствовавшая и злость, и волнение, серьезно посмотрела на господина и спросила:

— Что говорит наш император?

— Мягко намекнул разобраться в ситуации так, чтобы ему не пришлось отдавать им мою голову.

Эдит попыталась скрыть усмешку, ведь то, как ответил Аларис, явно не было похоже на правду. Посмотрев в сторону молодого графа, женщина заговорила:

— Зная нашего императора, «мягкий намек» содержал в себе дату и время твоей гибели. Сколько времени тебе дали?

Аларис сощурился. Он знал, что Эдит довольно хорошо была знакома с собственным монархом, и потому не был удивлен ее проницательностью.

— Месяц. Чуть больше этого времени эльфы выделили нашему императору для моего уничтожения.

— Понятно. — Кинга глубоко выдохнула, обдумывая эту ситуацию. — Тогда перед вами стоят сейчас всего несколько вопросов, верно? Кем же была Ла-мия для эльфов и почему ее изгнали, как она познакомилась с Огэстом, почему была с ним и…

— Какие последствия она могла после себя оставить, — серьезно продолжил Аларис.

— Последствия? — Кинга удивленно посмотрела на господина. Именно этого ответа она и не ожидала услышать.

Аларис перевел взгляд на старшую горничную. С момента его прибытия они вдвоем так и не успели нормально поговорить, а потому то, о чем они в итоге разговаривали спустя долгое время разлуки, порядком удручало.

— Она беспорядочно превращала людей в монстров, — уверенно отвечал граф. — Конечно, всех созданий, которые находились в особняке барона Гейтмейстера, мы уничтожили, но могли быть и другие.

— Ла-мию убили собственные монстры… — задумчиво зашептала Эйс. Горничная, неосознанно прислонившись спиной к стене, опустила голову и добавила: — Это значит, что она не смогла проконтролировать собственную силу. Тогда, получается, есть вероятность того, что где-то на наших землях сейчас бродят ее монстры?

— Да, и это уже другая проблема. — Сцепив руки в замок, Аларис задумчиво склонил голову. То, над чем так активно думали сейчас остальные, он сам уже успел продумать несколько раз, пока был под водой в ванной. Именно в те секунды он и попытался соединить все пазлы воедино, в том числе свои воспоминания из их с Огэстом совместного прошлого. — Как граф я не могу оставить это просто так. Кинга, займись подбором группы для проверки и зачистки территорий. Можешь задействовать рыцарей, часть из них призови с границы.

— Думаю, — Квин вяло улыбнулась, — они будут только рады.

— Но почему Ла-мия не смогла контролировать своих монстров?

Все взгляды переместились на Алариса. Он, как человек, больше всех разбиравшийся в этой ситуации, был главным ответчиком на все вопросы.

— Потому что, — заговорил граф, — она подчинила их насильно. Думаю, даже у превращенных в монстров людей оставалась своя воля.

Эдит, молчавшая последние несколько фраз, пробежалась взглядом по присутствующим. В этот момент ее интересовало именно то, кого Аларис привел на это небольшое собрание и что могло за этим скрываться. Конечно, ее собственное присутствие не было удивительным. Она была генералом, и это означало, что у нее было влияние, с помощью которого она могла хоть как-то попытаться повлиять на их императора. Помимо нее в комнате также стояла элита «Дублета»: Кинга, Квин, Вайлет, Эйс и Джози. А еще две эльфийки из скрытного отряда, работавшие на Алариса: Блайнд и Респин. Если элита была нужна потому, что она являлась опорой и поддержкой Алариса, то сами эльфийки явно были призваны просто потому, что они были из той же расы, к которой принадлежал их новый неприятель.

— А все ли особенные эльфы могут подчинять себе кого-то? — Эдит уставилась серьезным взглядом на Блайнд и Респин, которые отчего-то продолжали молчать. — Ведь древняя магия доступна только особенным эльфам.

— Вообще, думаю, да. — Аларис отклонил голову и, повернув ее, посмотрел на генерала. — По крайней мере все особенные эльфы, которых я знаю, так или иначе могли кого-то подчинять. Например, Ла-мия — монстров, а Квин — духов.

— Я не подчиняю духов насильно, — внезапно вмешалась в разговор Квин, будто бы эта тема была для нее действительно животрепещущей, — хотя у меня есть такая возможность.

— Почему? — настороженно спросила женщина-генерал.

Вопрос, заданный Эдит, вынудил северную эльфийку перевести на нее взгляд. Тот изучающий интерес, с котором на нее смотрела женщина, был схож с тем, с каким Эдит озирала своих врагов и товарищей на войне.

— Потому что, — серьезно заговорила Квин, — я не могу быть уверенна в том, что когда-нибудь они не повернутся против меня. Духи сильные и довольно мстительные создания. С ними нужно быть в дружбе.

— Соглашусь, — наконец-то в разговор вступила и Блайнд. Девушка, сохранявшая молчание вплоть до этого момента, приподняла взгляд и серьезно ответила: — Моя способность тоже заключена в контроле духов, только я не могу связываться с душами умерших людей, как делает Квин. Я говорю о древних духах природы, которые поддерживают наш мир. Всякий раз, когда я использую силу, я прошу у них помощи и защиты. Духи природы не могут вредить, поэтому единственная способность, которую они могут мне дать — это исцеление.

— Но ты можешь их подчинить? — все наседала Эдит, пытаясь разобраться в особенностях древней магии, дарованной эльфам.

— Только в теории. Я никогда не пыталась, но, если бы попыталась, возможно, я смогла бы, как и драконы, начать управлять элементами природы.

— Драконы тоже связаны с духами? — женщина задумчиво нахмурилась. Ей еще никогда не приходилось сражаться с другими расами. Пусть войны в их мире и не были редкостью, но вот именно сражений против другой расы все пытались избежать. Особенно, если речь шла о такой сильной расе, как драконы.

— Нет, — Блайнд отрицательно покачала головой, — они управляют стихиями на основе маны в их телах. Им не нужно заключать пакты с духами и подчиняться их воле. А вот я обязана заключить пакт и использовать свою силу только во благо других.

Эдит усмехнулась. Подобный разговор, с какой стороны не посмотри, но был для нее крайне полезным. Знания о способностях других народов и так было сложно получить, а когда речь заходила об особенных личностях из других народов, так тем более.

— Какой вывод мы можем сделать? — спросила Эдит, возвращая взгляд к Аларису. — Основа силы эльфов заключается в том, что они могут манипулировать чем-то или кем-то. Кто-то может видоизменять тела, кто-то сами души.

Аларис продолжал молчать. Он видел в глазах Эдит толику ревности, ведь под его крылом скрывался не один человек иной расы, а сразу несколько. Более того, среди его горничных были и особенные, что означало наличие у него возможности раскрыть все тайны других народов этого континента.

— Потрясающая сила, — продолжала говорить Эдит, — и ведь она только эльфам доступна. Тебе не жаль? Ты ведь тоже избранный, но по сравнению с эльфами…

Аларис вяло улыбнулся. Он не хотел рассказывать о том, какие преимущества имела его собственная сила, и потому вместо ответа он спокойно заговорил:

— Я уже видел два примера избранных эльфов, которые использовали свои силы неправильно. Они старались подчинить волю других людей собственным желаниям, и, знаешь, я почти уверен, что собственные творения таких эльфов неминуемо становятся причиной их гибели.

На мгновение Аларис перевел взгляд на Эйс. Сама девушка этого явно не заметила, но граф посмотрел на нее так, будто бы за эту долю секунды он успел вспомнить что-то очень важное.

Аларис задумался о прошлом Эйс и о том, кем же были те люди, которые когда-то давно пытали ее и ее сестер. Он знал, что тогда волей Эйс тоже манипулировал какой-то особенный эльф по имени Каргион, но, к сожалению, завершение его истории еще не было никому известным. Оставалось лишь гадать, пострадал ли он в конечном счете от рук своих творений или же смог избежать печального конца.