Изолятор

Глава 16 Цепная реакция

Темнота заброшенной вентиляционной шахты пахла спрессованной пылью, сухой ржавчиной и мертвым временем.

Жека подтянулся на руках, втискивая широкие плечи в узкий квадратный короб, уходящий вертикально вверх. Металл под пальцами был ледяным и склизким от старого конденсата. Света не было вообще, если не считать тусклого зеленоватого свечения от кольца на его безымянном пальце.

Лилит лезла прямо над ним. И если Жеке каждый метр давался ценой нечеловеческих усилий, содранной кожи и горящих от молочной кислоты мышц, то суккуб находилась в своей стихии.

В абсолютной темноте Жека видел только два ярких, фиолетовых огонька её глаз. Лилит больше не сдерживала свою демоническую природу. Её пальцы удлинились, ногти превратились в прочные, изогнутые когти, которые с мерзким, скрежещущим звуком пробивали тонкую жесть вентиляционного короба, обеспечивая ей идеальную опору. Она двигалась вверх с пугающей, паучьей грацией.

— Давай, Изолятор, не отставай! — донесся сверху её глухой голос. Кусок сухой грязи сорвался с её ботинка и ударил Жеку по щеке. — Если ты сейчас сдохнешь от инфаркта, я не потащу твою тушу наверх.

— Заткнись… и лезь… — прохрипел Жека, упираясь спиной в одну стенку шахты, а тяжелыми армейскими ботинками — в другую.

Он лез на чистом, диком адреналине. Легкие, обожженные грязным эфиром Максима, горели при каждом вдохе. Содранные в кровь костяшки скользили по металлу. Но стоило ему закрыть глаза, как он видел Алису. И это заставляло его делать еще один толчок ногами. И еще один.

Они поднимались целую вечность. Минус десятый этаж. Нулевой. Пятый. Десятый. Шахта периодически изгибалась, заставляя их ползти на животе, а затем снова уходила вертикально в зенит.

Где-то на уровне пятнадцатого этажа Жека почувствовал, что руки больше его не держат. Мышцы свело жестокой судорогой. Он хрипло выдохнул и прижался лбом к холодной жести, пытаясь восстановить дыхание.

— Привал. Десять секунд, — выдавил он.

Прямо перед его лицом в металле шахты виднелась узкая, зарешеченная щель — выход в один из технических коридоров Башни. Сквозь толстую чугунную решетку пробивался свет.

Жека моргнул, смахивая едкий пот с ресниц, и прильнул к щели.

Коридор по ту сторону не был залит привычным стерильным белым светом Корда. Там ритмично пульсировали красные аварийные стробоскопы. Башня истерично выла сиренами.

Мимо решетки, тяжело громыхая подкованными сапогами, пробежал отряд «чистильщиков» Корда. Двадцать человек в тяжелой броне, с электромагнитными винтовками наперевес и включенными подавителями магии на воротниках.

— Отряд «Дельта», код красный! — орала рация на плече командира, пробегающего мимо Жеки. — Стянуть все свободные резервы на первый этаж и стилобат! Внешний периметр прорван! Повторяю, множественные контакты на площади! Применяйте боевые патроны, это не учебная тревога!

Отряд скрылся за поворотом, оставив после себя запах озона и паники.

Жека нахмурился. Корд запер их в подвале из-за взлома логов. Но Корд не стал бы поднимать всю свою армию по тревоге и гнать её на нижние уровни только из-за двух диверсантов в вентиляции. Внешний периметр прорван?

Над головой раздался тихий смешок Лилит. Она висела на когтях чуть выше и тоже смотрела в щель.

— Кажется, Граф Валериан не отличается терпением, — её фиолетовые глаза в темноте радостно сощурились. — Корд врубил изоляцию, и вампиры решили, что это наш сигнал. Они штурмуют Башню снаружи, Жека. Клан Ночи пришел за своей едой.

Жека почувствовал, как на его лице расползается хищная, жесткая улыбка. Корд думал, что контролирует всё. Но прямо сейчас армия бессмертных монстров, накачанных чистейшим эфиром из коллектора, рвала его хваленую службу безопасности на куски прямо перед парадным входом.

Охрана представительского крыла будет ослаблена. Корду придется бросить все силы вниз, чтобы спасти свой фасад.

— Значит, мы заставим их встретиться посередине, — Жека оттолкнулся от стены, игнорируя боль в мышцах. Открывшееся второе дыхание жгло легкие. — Наверх, Лилит. Мы идем в пентхаус.

Вечерний Петербург тонул в холодной, моросящей слякоти. Площадь перед Главной Башней «Этернити» обычно была пуста и безупречна: ровный гранит, геометрически идеальные клумбы и патрули боевых дронов, бесшумно скользящих в воздухе.

Но сегодня тени на границе площади вели себя странно. Они клубились, пульсировали и пахли мокрой шерстью, озоном и застарелой жаждой крови.

Граф Валериан стоял на крыше соседнего бизнес-центра, опираясь двумя руками на трость с серебряным набалдашником. От изможденного старика, каким его видел Жека в их последнюю встречу, не осталось и следа. Идеально сшитый костюм-тройка безупречно сидел на широких плечах. Кожа больше не обтягивала скулы пергаментом — она светилась холодной, мраморной силой. Красные глаза вампира горели во тьме, как два рубина.

Чистый концентрированный эфир, который Жека сбросил в коллекторы прошлой ночью, сотворил чудо. Клан Ночи проснулся.

Валериан смотрел на Башню. Внезапно по всей высоте стеклянной иглы пробежала красная волна аварийных стробоскопов. Массивные титановые плиты начали с лязгом опускаться на нижние этажи, закрывая панорамные окна. Завыли сирены абсолютного карантина.

Граф обнажил клыки в хищной, безумной улыбке.

— А Изолятор держит слово, — прошептал он, пробуя холодный воздух на вкус. — Он вырубил им внутренний контур и запер Корда. Пора подать основное блюдо.

Валериан поднял трость и с силой ударил серебряным набалдашником по краю бетонного парапета. Звук, усиленный древней магией, разнесся над площадью, как удар колокола.

Это был сигнал.

Из теней, из переулков, из подземных переходов на идеально чистый гранит площади хлынула первобытная тьма.

Два десятка огромных, трехметровых оборотней, чья шерсть искрилась от переизбытка сырой магии, первыми ударили по периметру. Они двигались с такой скоростью, что камеры безопасности не успевали фиксировать их силуэты.

Первый удар принял на себя бронированный патрульный «Тигр». Огромный седой вожак стаи просто влетел в машину на полном ходу, подцепил её когтистыми лапами за днище и с первобытным ревом перевернул многотонный броневик, словно детскую игрушку. Металл заскрежетал, полетели искры, вспыхнул бензин.

— Контакт! Огонь на поражение! — заорали из громкоговорителей охранники внешнего периметра.

Затрещали электромагнитные винтовки. Воздух прошили синие трассеры плазменных зарядов. Несколько оборотней взвыли, когда выстрелы пробили их шкуры, но боль от ранений лишь разжигала магию в их крови. Они прыгнули на заграждения, сминая кевларовую броню «чистильщиков» Корда вместе с костями.

Следом ударили вампиры. Они не использовали грубую силу. Они были похожи на смазанные, размытые росчерки бритвы. Боевые дроны Корда, спустившиеся с небес, попытались взять их в прицел, но вампиры взлетали по отвесным стенам стилобата, разрывая стальные корпуса машин голыми руками. Десятки дронов посыпались на гранит дождем из горящих микросхем.

Из Главного входа Башни высыпало подкрепление — тяжелая пехота с портативными генераторами подавления. Воздух задрожал от «белого шума». Магический фон начал стремительно падать. Оборотни споткнулись, теряя скорость.

Но Валериан стоял на крыше и дирижировал этим хаосом. Он раскинул руки, и из его пальцев в ночное небо ударили густые струи чистого, черного эфира. Клан Ночи, накормленный до отвала, излучал столько магии, что внешние генераторы Корда начали захлебываться. Их радиаторы раскалились докрасна и стали лопаться один за другим, не в силах переварить и погасить такую колоссальную аномалию.

Резервные мощности Башни начали экстренно перебрасывать энергию с внутренних систем безопасности на внешние щиты, чтобы удержать фасад.

Валериан рассмеялся, глядя на горящие машины и паникующих солдат Корпорации.

— Ешьте, дети мои! — его голос гремел над площадью. — Верните себе этот город!

Маскарад трещал по швам. Идеальный, стерильный мир Архитектора захлебывался в крови и первобытной ярости. А где-то внутри этой дрожащей от напряжения Башни, сквозь отключившиеся из-за перегрузки внутренние сканеры, два человека ползли вверх по вентиляционной шахте.

В просторной, залитой теплым светом квартире на Крестовском острове пахло ванилью и дорогим парфюмом.

Марина стояла посреди гостиной, напевая себе под нос какой-то легкий мотивчик, и аккуратно складывала в небольшой чемодан вещи. Любимая пижама Алисы с единорогами, её пушистые тапочки, планшет, запасные заколки. Завтра утром она отвезет всё это в Башню «Этернити», чтобы её девочка ни в чем не нуждалась во время этой престижной стажировки.

Марина улыбнулась своему отражению в панорамном окне. Всё складывалось идеально. Женя наконец-то взялся за ум, получил роскошную должность, Алиса в лучшей школе города… Жизнь удалась.

Она потянулась за стопкой футболок, когда входная дверь квартиры — тяжелая, бронированная, с итальянскими замками — внезапно взорвалась.

Взрыв был глухим, направленным, но отбросил тяжелое дубовое полотно прямо в коридор, вырвав его с петлями. С потолка посыпалась белая штукатурка.

Марина вскрикнула, уронив вещи, и в ужасе попятилась к дивану.

В клубах серого дыма и цементной пыли в квартиру ворвались четверо. Они двигались бесшумно и слаженно, как машины. Черная кевларовая броня, шлемы с закрытыми визорами, укороченные электромагнитные винтовки в руках. На плече каждого тускло серебрился логотип Корпорации Корда.

— Цель обнаружена. Захват, — металлическим голосом произнес старший из группы.

Двое солдат мгновенно оказались рядом с Мариной. Один из них грубо схватил её за руку, заломив её за спину с такой силой, что Марина взвыла от боли.

— Ч-что вы делаете⁈ — закричала она, брыкаясь и пытаясь вырваться. — Отпустите! Мой муж работает на Виктора Павловича! Он Изолятор! Вы ошиблись квартирой!

— Никак нет, госпожа, — сухо ответил солдат, доставая пластиковую стяжку, чтобы связать ей руки. — Приказ Архитектора. Ваш муж признан изменником. Вы задерживаетесь до выяснения обстоятельств. Шаг вправо, шаг влево — огонь на поражение. Пошли!

Мир Марины перевернулся. Изменник? Женя? Тот самый Женя, который вчера стоял в дорогом костюме в актовом зале? Это какая-то чудовищная ошибка!

Она открыла рот, чтобы закричать, позвать соседей, но крик застрял у неё в горле.

Панорамные окна гостиной, выходящие на двадцатый этаж, с оглушительным звоном разлетелись вдребезги. В квартиру ворвался ледяной питерский ветер и дождь.

А вместе с ветром внутрь влетели они.

Марина не могла понять, что она видит. Её мозг, всю жизнь защищенный психологическим барьером Маскарада, отчаянно пытался найти логичное объяснение. Террористы в масках? Каскадеры на тросах?

Но блок трещал по швам. Потому что люди не могут двигаться так быстро.

Трое высоких, мертвенно-бледных мужчин в длинных черных плащах обрушились на спецназ Корда, как стая стервятников.

Солдат, державший Марину, вскинул винтовку, но не успел нажать на курок. Один из ворвавшихся через окно просто отмахнулся — его рука смазалась в воздухе, и когти, острые как бритвы, с жутким скрежетом вспороли кевларовую броню на груди «чистильщика», словно бумагу. Кровь брызнула Марине прямо на лицо.

Солдат рухнул. Марина с визгом отползла к стене, забившись в угол между диваном и опрокинутым торшером.

В гостиной началась бойня. Автоматы Корда плевались синей плазмой, прожигая дыры в дорогих обоях и мебели. Один из выстрелов попал бледному мужчине в плечо — запахло паленым мясом, но он даже не поморщился. Он оскалился.

Марина увидела это. Она увидела, как у «террориста» удлиняются клыки. Как его глаза вспыхивают во тьме кроваво-красным, демоническим светом.

Иллюзия нормального мира окончательно рухнула. Монстры из детских сказок, которых не существует, прямо сейчас рвали на куски вооруженных до зубов людей в её идеальной гостиной.

Вампиры Валериана не знали пощады. Они двигались с грацией идеальных хищников, ломая шеи и пробивая грудные клетки. Подавители магии, встроенные в броню Корда, здесь не работали — вампирам не нужен был эфир, чтобы убивать, им хватало собственной чудовищной физической силы.

Через тридцать секунд всё было кончено.

Четверо элитных солдат Корпорации лежали на залитом кровью паркете. Дорогая квартира превратилась в руины.

Один из вампиров, высокий блондин с залитым чужой кровью лицом, медленно повернулся к Марине. Она вжалась в стену, закрыв голову руками, и зажмурилась, ожидая смерти. Её трясло так сильно, что стучали зубы.

Но удара не последовало.

Вампир подошел к ней, изящным движением отряхнул лацканы своего плаща и слегка склонил голову в вежливом, почти старомодном поклоне.

— Прошу прощения за беспорядок, госпожа, — его голос был бархатным, с легким, странным акцентом. — Ваш муж велел вас спрятать. И мы всегда выполняем условия контракта. Идемте, нам нужно спуститься под землю до того, как прибудет подкрепление Архитектора.

Марина медленно открыла глаза. Она смотрела на окровавленного монстра, который только что назвал Женю своим нанимателем, и чувствовала, как её сознание проваливается в спасительную темноту обморока.

На семьдесят пятом этаже Башни «Этернити» пахло не озоном и кровью, а дорогой кожей, полированным деревом и паникой.

Тяжелая вентиляционная решетка, выкрашенная под бронзу, с глухим стуком вывалилась из стены и утонула в густом, мягком ворсе персидского ковра. Следом за ней из черной дыры шахты на пол тяжело рухнул Жека. Он тяжело дышал, его лицо было покрыто слоем въевшейся грязи и пота, а руки тряслись от перенапряжения.

Через секунду рядом с ним бесшумно, как кошка, приземлилась Лилит.

Они оказались в том самом роскошном коридоре представительского блока. Но сейчас он выглядел иначе. Идеальный теплый свет исчез — вместо него под потолком ритмично и зловеще пульсировали красные лампы аварийного освещения.

В конце широкого коридора возвышались массивные двустворчатые двери из красного дерева. За ними находилась столовая. За ними была Алиса.

А перед дверями стояла элита Службы Безопасности Корда. Шестеро бойцов в тяжелой, матово-черной броне. Они сжимали в руках электромагнитные винтовки, но выглядели напряженными. Внешняя атака Валериана перегрузила энергосеть Башни. Подавители магии — толстые ошейники на шеях охранников — больше не гудели ровным, подавляющим фоном. Они жалко искрили, щелкали и периодически отключались, лишенные подпитки от Главного Реактора.

— Стоять! — рявкнул командир отряда, вскидывая винтовку, как только Жека начал подниматься с ковра. — Оружие на пол! Руки за голову!

Жека замер. Он сжимал в руке свой тяжелый разводной ключ, но прекрасно понимал, что против плазменных зарядов с десяти метров кусок стали бесполезен. Он не успеет добежать.

Но он был не один.

Лилит медленно выпрямилась. В красном свете аварийных ламп её порванная, грязная куртка казалась лохмотьями, но сама она излучала такую первобытную, темную силу, что воздух в коридоре начал стремительно остывать.

Её глаза больше не были просто фиолетовыми. Они превратились в два колодца сплошного, слепящего неонового огня. С её удлинившихся когтей начали срываться густые, потрескивающие искры концентрированного эфира.

Она сделала шаг вперед.

— Огонь на поражение! — заорал командир.

Охранники нажали на спусковые крючки, но выстрелов не последовало. Электромагнитные винтовки, напичканные сложной электроникой, просто захлебнулись, столкнувшись с нарастающим полем демонической магии, которую больше не сдерживали генераторы Корда. Оружие в руках солдат заискрило и превратилось в бесполезные куски пластика и металла.

Но магия Лилит всё еще была скована. Искры на её пальцах не могли превратиться в пламя.

Она повернула голову к Жеке. Её лицо исказила гримаса невыносимого напряжения.

— Жека… — прорычала она, и в её голосе зазвучали металлические, нечеловеческие обертоны. — Твоя аура. Ты душишь меня. Я не могу ударить, пока ты держишь свой щит.

Жека смотрел на неё. Вся его суть, весь его инстинкт Изолятора кричал о том, что магию нужно подавлять. Что магия — это хаос, разрушение и смерть. Он всегда защищал людей от таких, как она.

Он перевел взгляд на красное дерево дверей. На бойцов Корда, которые уже бросили бесполезные винтовки и выхватывали тактические ножи и шокеры, готовясь к рукопашной. Эти люди работали на монстра. Эти люди держали в заложниках его девятилетнюю дочь.

В груди Жеки исчезли последние остатки сомнений. Моральный компас с громким хрустом сломался, указав новое направление — спасти свою кровь любой ценой.

Жека сделал глубокий вдох, закрыл глаза и силой воли втянул свою «нулевую ауру» внутрь себя. Он захлопнул свинцовый ящик в своем подсознании, оставляя магию снаружи. Он перестал быть щитом.

— Снеси их, — ледяным, мертвым голосом приказал Изолятор.

Лилит запрокинула голову и издала пронзительный, леденящий кровь крик, в котором смешались годы пыток на минус восьмидесятом этаже и абсолютная свобода.

Воздух в коридоре взорвался.

Фиолетовое пламя, чистое и беспощадное, вырвалось из её тела, как цунами. Оно с ревом прокатилось по роскошному коридору, сжигая дорогие ковры, расплавляя обшивку стен и превращая элитных солдат Корда в кричащие, бьющиеся в агонии факелы. Броня, созданная для защиты от пуль, плавилась на них за секунды, сливаясь с кожей.

Жека стоял позади Лилит, чувствуя, как невыносимый жар демонического огня опаляет ему лицо. Он не отвернулся. Он смотрел, как горят люди Архитектора.

Через десять секунд коридор погрузился в тишину, прерываемую только треском догорающего пластика. От шестерых охранников остались лишь обугленные, дымящиеся куски брони на почерневшем полу.

Лилит тяжело дышала. Огонь в её глазах медленно угасал, уступая место привычной радужке. Она обернулась к Жеке, ожидая увидеть в его глазах страх или отвращение.

Но Изолятор лишь перешагнул через дымящийся труп, подошел к массивным дверям из красного дерева, которые чудом уцелели благодаря какой-то внутренней защите, и занес свой тяжелый разводной ключ.

— Алиса, папа здесь, — тихо сказал он и со всей силы ударил по замку.