Кодекс Практика: Страница 1

Глава 7

Обнаружен редкий ингредиент: рыба 2 ранга — Драконья Кость

Потенциальная полезность: ограничена из-за высокого уровня загрязнения тела пользователя и статуса смертного (0 ранг).

Я раз за разом перечитывал странное сообщение.

По виду, скелет рыбины действительно напоминал дракона в миниатюре, такого, длинного, китайского, виденного мною на фотках и парочке видео с фестивалей в Пекине. Но у меня сразу возникло множество вопросов. Рыба второго ранга? А я нулевого? А Фэн Сяогун был первого, пусть и ближе к концу? Тогда получается, что эта рыба способна прикончить меня за долю секунды? Способна разбивать камни ударом хвоста? Но я же жив и даже держал её в руках, и что-то она не была похожа на обладателя суперсилы.

Я ещё раз ткнул в пиктограмму о нахождении ингредиента и нашел там небольшую сноску, которых раньше явно не было. Это из-за того, что я прикоснулся к ней рукой?

Ответа на вопрос у меня в любом случае именно сейчас не было, поэтому я углубился в чтение. Там была инструкция с рекомендуемым вариантом приготовления относительного моего текущего уровня развития и статуса загрязнения, немного правда смущала надпись о том, что несоблюдение техники готовки приведет к летальному исходу. Я и так чуть не раскидал мозги по асфальту и не хотелось бы так рано обрывать новую жизнь.

Отбросил в сторону негативные мысли, решив просто быть осторожней и сосредоточился на чтении.

Основными ингредиентами в рыбе являлись мясо, содержащее концентрированную энергию Ци, заодно вызывающую у смертного гниение плоти при неправильном употреблении, затем кости отвечающие за укрепление скелета, и кровь.

Сам же рецепт выглядел не сильно сложным.

Для начала, в описании было сказано, что необходимо отделить мясо от костей с особой тщательностью, причём сами кости нельзя резать металлом, только раскалывать ударами камней, затем залить их холодной водой, довести до кипения и слить первую воду. Потом залить заново, добавить семь головок чеснока, проткнутого иглой, один острый перец, после которого необходимо было вываривать всё это четыре часа, превращая в студень.

Там было ещё много всего написано, но я уже просто пробегал глазами, отмечая главное. Кровь слить в отдельную глиняную посудину, просыпанную солью, добавить слабое рисовое вино, щепотку имбиря и затем взбивать бамбуковыми палочками до тех пор, пока смесь не перестанет сворачиваться. Само же мясо томить на пару над бульоном из костей, но только после того, как пройдёт первый час.

И для каждого действия была подробная инструкция.

Итогом должно было стать обычное с виду блюдо: рис, поверх которого ложилось распаренное мясо, всё это заливалось бульоном и добавлялось три капли крови. Скажем так, не самое необычное, что я видел из рецептов азиатской кухни. Вспомнить хотя бы летучих мышей, которых одно время было популярно есть жареными.

Я набрал воды в бочонок и выпустил туда рыбину. Выглядело жутковато, как будто оживший скелет плавает внутри неё. Затем собрал кости, засунул в мешок, приторочил бочку на спину за специальные тесёмки, крякнул от тяжести, и отправился обратно, попутно раздумывая над происходящим.

Получается, что мой браслет выступает в роли некоего помощника в готовке? Но я не хочу быть поваром! Я не для этого пять лет учился в институте и ломал мозги над высшей математикой. Мне бы что-нибудь другое, более интеллектуальное. Руны там древние вычерчивать или ещё что. С другой стороны, я не был полным дебилом и прекрасно осознавал, что играть надо с теми картами, что есть на руках и пока это выглядело так, словно у меня есть джокер в раздаче, который нужно правильно разыграть. Если придётся для этого поработать ножом, шинкуя продукты, то значит таков Путь.

Ещё и второго ранга рыбина эта покоя не давала. Явно стоит чертовски дорого, и я даже пожалел, что не зашёл в рыбные ряды. Может хотя бы увидел там нечто подобное и понимал, с чем вообще столкнулся. А то светящиеся грибы видел, корни в банке тоже, заметил даже пузырящихся медуз, и покрытых перьями крокодилов, а вот рыбу нет.

Конечно, в теории у меня было у кого спросить, что это за рыба, но я буду последним идиотом, если доверюсь человеку, которого знаю всего один день, пусть и помогшему мне и спасшему от неприятностей. Он, может и неосознанно, но явно дал мне понять, что за чужаков тут никто не вступится и что в этом мире превалирует право сильного. Отберёт рыбину и хорошо если просто не прибьёт. Так и на рынке, если я приду с таким сокровищем, то живым оттуда точно не уйду. Даже если удастся продать (хотя я не знаю за какую цену), то меня или ограбят, или стукнут по голове и бывай.

Так что сокровище надо приберечь.

И снова возвращаясь к браслету. Что же это за штуковина? Артефакт наподобие меча, на котором летал мастер Шу? Я хоть и не был фанатом азиатских книг, но обычное фэнтези читал запоем, и в игры играл, знаю про всяких избранных, попадающих в другие миры и как правило обладающих какой-нибудь вундервафлей, так что в голове всё потихоньку начало складываться в некую картину.

Во-первых, ранги. Я точно знаю, что у меня нулевой, первый у торговца рыбой и второй, как иронично — у самой рыбы. Раз этими рангами обладают люди, рыбы и предполагаю, что растения и звери, то логично, что предметы могут делиться на некие градации. Возможно, и кубик, собравшийся в браслет, какой-нибудь артефакт. Почему он изначально был в форме кубика? Принял знакомую мне форму, чтобы я не испугался? Подсознательная адаптация?

Чёрт… Слишком много безответных вопросов. Нужно будет всё-таки вечером углубиться в его изучение, возможно найду подсказки.

Во-вторых, в этом мире есть магия, и ли что-то чертовски на неё похожее. Учитывая подсказки браслета, это некая Ци. Всё что я сумел вспомнить об этом, что это нечто вроде внутренней энергии человека и одновременно с этим источник жизни во всей Вселенной. Тут же это явно существующий факт, с которым нельзя спорить. Хватит уже отрицать реальность и списывать всё на сон или галлюцинации. Не могут они так долго длиться по времени и проходить так ярко.

За раздумьями я как-то незаметно дошел обратно. Фэн уже закончил обслуживать посетителей, обеденный ажиотаж схлынул, и он теперь наводил приборку.

— А, вернулся, — он приветственно кивнул мне, — речку нашёл?

Я дотащил бочку, поставил её сбоку от тележки и выдохнул. Какое-то слабоватое мне досталось тело, чуть прошёлся и всё, устал. Вдобавок жутко хотелось есть, я же, по сути, только позавтракал одной лепёшкой, которую от щедрот барских отвалил торговец, а молодому растущему телу это на один зуб. Потом и вовсе, сражался как лев, героически отстаивая свои припасы. Проиграл, но это уже другая история.

— Чуть не заблудился, — честно признался я, — но я справился.

— Это хорошо, — а потом Фэн внезапно спросил, кивая чуть в сторону — Обедать будешь? Я тебе тут оставил немного.

Я даже растрогался от такой заботы. Может я просто себе надумал и преувеличиваю, а на самом деле он добрейшей души человек? Впрочем, следующие его слова поставили всё на своё место, разбив вдребезги мою веру в человечество.

— Вечером, как расторгуешься, расплатишься за еду. За вчерашнюю рыбу три медяка, за завтрак два и обед четыре. Итого девять.

Хорошо хоть жильё бесплатное. Правда за него приходится отрабатывать.

С выставленным долгом пришлось согласиться, всё же без еды мне не протянуть. Хотя вообще, надо переходить на собственное производство. У меня же есть запасы лапши, вот ей и питаться.

Уминая очередную рыбину, начал планировать что мне надо делать. Как уже было понятно, надо начать варить бульон для лапши. Но для этого нужно разобраться с водой, с дровами, и с освещением, вон уже солнце к закату клонится, смеркаться начнёт быстро. И главное, не спугнуть потенциальных клиентов. Кто захочет делать заказ у подозрительного у оборванца с разбитой мордой?

Я покосился на своё отражение в тёмной воде бочки. Я всё ещё иногда дергался от осознания того, что вижу своё же лицо, только молодое, но потихоньку начал привыкать. Синяк под глазом расплылся, губа распухла, но в целом вид уже не такой жуткий, как утром. Живой, и ладно. Всё равно тонального крема нет.

Фэн тем временем сгребал заработанные монеты в деревянный ящик.

— Торговать-то собираешься сегодня? — спросил он, не оборачиваясь. — Или так и будешь проедать мои припасы?

— Собираюсь, — ответил я, проглатывая последний кусок. — Сейчас подготовлю всё.

— Тогда тележку выкатывай вон туда, — он махнул рукой в сторону небольшого свободного пространства сбоку от своей лавки, ближе к проезжей части. — Место бойкое, народ мимо ходит. Только не вздумай мне клиентов перебивать! — он погрозил пальцем, но в глазах мелькнула усмешка. — Лапша и рыба, конечно, не конкуренты, но, если начнёшь моим покупателям своё впаривать, я разозлюсь.

— Понял, не дурак, — кивнул я, поднимаясь.

Первым делом нужно было решить вопрос с водой. Основные запасы у Фэна были, но просить у него если совесть и позволяла, то гордость нет. Я сам творец своего будущего.

Я подошёл к бочке, в которой плескалась моя неожиданная находка. Прозрачное тельце метнулось от стенки к стенке, когда тень упала на воду. Выглядело это жутковато, но я уже начал привыкать к местным странностям.

Осторожно, стараясь не расплескать и не дай бог не выплеснуть саму рыбину, я зачерпнул ковшом из бочки. Воды там было литров тридцать, не меньше, так что урон запасам будет невелик. Драконья Кость метнулась в сторону, явно недовольная вторжением, но быстро успокоилась.

Я перелил воду в большой медный котел, который нашёлся в тележке. Его я планировал использовать для бульона. Затем сходил к Фэну за парой поленьев, он наколол их с запасом, и часть лежала у входа. Попросил тоже в счёт долга, но торговец только рукой махнул.

Тележку я выкатил на указанное место. Процесс дался легче, чем утром с проклятой телегой дров, но всё равно пришлось попотеть. Колёса у моей передвижной кухни были широкими, деревянными, без амортизации, и каждый камешек на мостовой отдавался дрожью во всём теле. Но я справился, водрузил её на попа, зафиксировал колёса подпорками.

Теперь предстояло подготовиться к торговле.

В первую очередь разжечь огонь. Встроенный очаг был сконструирован хитро: внизу место для золы, сверху решётка под дрова или угли. Их я решил экономить, пока есть альтернатива. Я положил дерево в центр, обложил его мелкими щепками, которые настрогал ножом из чурбачка. Вот было бы гораздо проще, была бы у меня зажигалка. Но хорошо хоть, я был знаком принципом действия кресала, а то стоял бы и смотрел на него как баран на новые ворота, поэтому просто достал его, чиркнул об кремень. Раз, другой, третий. Искры высекались, но щепки не хотели загораться.

— Чёрт тебя дери, — выругался я шёпотом.

Я распушил трут, сложил щепки шалашиком, и, чиркнув кресалом ещё раз, наконец попал искрой прямо к сердцевине. Трут задымился, я осторожно подул. И о чудо! Тонкий язычок пламени лизнул щепу.

Дальше пошло веселее. Щепки занялись, пламя перекинулось на дерево. Я подкладывал ещё, раздувал, пока оно не загорелись ровным жаром. Сверху поставил котел с водой.

Пока вода грелась, занялся подготовкой ингредиентов. Кости тщательно промыл ещё раз, теперь уже чистой водой из бочки, сложил их в котел, туда же отправил пару головок чеснока, луковицу, какой-то корешок, похожий на сельдерей, и горсть сухих грибов — всё, что нашлось в тележке и пережило грабительские нападки Сумо и его прихлебателей. Насыпал соли, приправ добавил минимум, чтобы не перебить вкус.

В отдельном котелке, поменьше, я поставил греться воду для лапши. Её нужно будет просто отварить, а потом обжаривать в воке с мясом, если бы оно было. Но чего нет, того нет. Были только кости. Значит, буду делать суп с лапшой. Тоже вариант.

Достал из тайника заначку с монетами. Было сорок семь штук. Потратил двадцать на кости и яйца, девять должен Фэну, оставалось восемнадцать. Крутиться как-то надо. Но главное — начать. Глаза боятся, руки делают.

Пока бульон закипал, я нарезал зелень. Кинза, зелёный лук, их оставалось совсем чуть-чуть, больше разбросанные по отсеку, которые воришки поленились собирать Надо будет завтра обязательно прикупить свежей. В принципе, если суп будет наваристым, можно и без зелени продавать. Но вид блюда — это половина успеха.

Внезапно раздался звук шагов, и я вздрогнул. Фэн, закончивший со своей лавкой, подошёл ко мне, сложив руки на груди. Он с интересом разглядывал мои приготовления.

— Неплохо, — хмыкнул он, кивая на котел. — А это что? — он указал на бочку, стоящую в тележке. — Зачем с собой воду таскаешь? У меня есть, сказал бы, налил.

— Привычка, — натянуто улыбнулся я, молясь, чтобы рыбина внутри не вздумала выпрыгнуть. — Не люблю быть должным по мелочам.

Фэн хмыкнул, но спорить не стал. Он подошёл ближе, заглянул в бочку. У меня сердце ушло в пятки. Я лихорадочно соображал, что сказать, если он увидит рыбу. Скажу, что поймал? А если это всё же редкий и дорогой вид, и он захочет долю? Или просто отберёт?

Но торговец жареной рыбой лишь скользнул взглядом по тёмной поверхности воды, ничего не заметил — рыбина затаилась на дне, прижавшись к ближней к нему стенке, и перевёл внимание на кости.

— Мослы, значит, взял, — проговорил он, почесывая бородку. — У Хун Тао? Хороший выбор, если денег мало. Мясник он толковый. Бульон из них знатный выйдет, только варить долго надо, часа три-четыре. Успеешь до вечера?

— Должен успеть, — ответил я, чувствуя, как напряжение отпускает. Понятия не имею как зовут мясника, и с чего он взял, что я у него закупился. Следил за мной? — Покрошу туда лапшу, зелени добавлю, яйцо, и пойдёт.

— А яйца где взял? — прищурился Фэн. — У старухи на рынке? У Шу Ин? Она та ещё проныра, цены ломит.

— Не знаю, такая сморщенная старушка. — ответил я. — Пять медяков за десяток.

Фэн присвистнул.

— Дороговато. В следующий раз к Фай Суну сходи, на восточной окраине. У него и дешевле, и куры здоровее. Но далеко топать, это да.

Он ещё немного постоял, наблюдая, как я помешиваю будущий бульон длинной ложкой, потом махнул рукой и ушёл в свою лавку. Оттуда донёсся стук, видимо, принялся готовиться к ужину. Похоже просто интересовался как коллега, желающий расширит свои знания в готовке, а не высматривал мои тайны.

Я перевёл дух. Пронесло.

Бульон тем временем начинал закипать. Я снял пену, выгреб немного дров, чтобы огонь был меньше и оставил томиться. Часа три у меня было в запасе. Самое время заняться тележкой всерьёз.

Я протёр прилавок, разложил миски и палочки, расставил баночки со специями. Нашёл даже небольшую дощечку, на которой углём были довольно криво нацарапаны иероглифы. Судя по всему, меню. Я, конечно, не понимал ни черта, но примерно догадался, что там написано. Наверняка: лапша с бульоном, лапша жареная и цены. Как вспомнил, с бульоном три медяка, как мне вчера кинули, а для второй у меня всё равно не было мяса.

Стемнело довольно быстро. Прошлись люди, зажигая масляные фонари, народ на улицах поредел, но не исчез совсем. Наоборот, появились новые лица: те, кто днём работал, а вечером вышел прогуляться, подышать воздухом, перекусить. Потянуло запахами еды из соседних лавок, там готовили кто что во что горазд: мясо, рыбу, в общем типичный азиатский рынок во всём его многообразии, и я со своей лапшой особо не выделялся. Я сглотнул слюну, но напомнил себе, что поел совсем недавно.

Бульон уже вовсю булькал, распространяя умопомрачительный аромат. Даже я, относительно недавно поевший, чувствовал, как желудок требует добавки. Что уж говорить о прохожих?

Вообще, насколько я знаю, в Азии даже на Земле была сильно развита культура употребления пищи во всякого рода закусочных и дома толком никто не готовил. Зачем, если вкусно и недорого можно поесть на улице? Заодно не надо заморачиваться с мытьём посуды. В общем, сплошные плюсы.

Первый клиент подошёл, когда я как раз проверял готовность костей. Жалкие кусочки мяса уже сами отделялись от них, бульон приобрел насыщенный, янтарный цвет.

— Эй, торговец! — окликнул меня мужчина в простой рабочей одежде, довольно потёртой, с узелком за плечами. — Готово уже? Лапша горячая есть?

— Есть, уважаемый! — отозвался я, внутренне ликуя. Первый покупатель! — Свежий бульон, с яйцом! Три медяка.

— Давай одну порцию, — кивнул он, протягивая монеты.

Я лихорадочно засуетился. Достал порцию сухой лапши, бросил в кипяток. Пока она варилась, налил в миску бульона, добавил щепотку зелени. Когда лапша сварилась, откинул на дуршлаг, переложил в миску. Сверху положил две половинки яйца, которые предусмотрительно сварил заранее, и щедрой рукой налил ещё бульона.

— Готово! Приятного аппетита!

Мужчина взял миску, принюхался, довольно крякнул и отошёл в сторону, присев на каменный выступ. Я с замиранием сердца следил, как он пробует. Он отхлебнул бульон, зажмурился на секунду, потом быстро заработал палочками.

Доел он быстро. Подошёл, вернул пустую миску и, к моему удивлению, бросил на прилавок ещё один медяк.

— Это было вкусно, парень. Держи от щедрот добавку. Но в следующий раз не жадничай, добавь лапши побольше.

Я чуть не подпрыгнул от радости. Добавка! Четвёртый медяк! Но главное, что клиенту понравилось.

Дальше покатилось как по маслу. Ко мне потянулись люди, и я с удивлением обнаружил, что к моей тележке даже выстроилась небольшая очередь, человек пять-шесть. Среди них была даже та дама, что в первый раз. Она опять назвала по имени и улыбнулась. Что нас с ней связывает?

Но сейчас было не время думать об этом, потому что я работал как заведённый. Лапша, бульон, яйцо, зелень. Лапша, бульон, яйцо, зелень. Руки двигались автоматически, как вчера, когда я очнулся за воком, только теперь я осознавал каждое движение, каждую деталь.

Вот вода закипела, надо добавить холодной, чтобы не переварилась, а тот бульон выкипает, следует подлить из котла и снова убавить жар. Кончается зелень, экономим, кладём чуть меньше.

Несколько человек оценили вкус и тоже подкинули чуть больше медяков.

Я даже не заметил, как наступила глубокая ночь. Народ вокруг поредел, фонари кое-где погасли, улица погрузилась в тишину, нарушаемую лишь отдалённым лаем собак да монотонным бульканьем котла. Теперь можно и самому поесть, как раз там лапши с бульоном осталось на одну порцию, пусть и большую.

Я протянул руку к корзине с яйцами, чтобы взять очередное, и нащупал пустоту. Корзина была пуста.

— Твою ж… — выдохнул я, останавливаясь.

Яйца кончились. Я машинально пересчитал в уме: было три десятка, клал в каждую миску, и арифметика простая, значит продал тридцать мисок.

Тридцать мисок лапши. Тридцать, минимум по три медяка, но многие, как первый, накидывали сверху. Сколько же я заработал?

Я оглянулся по сторонам, рядом никого не было. Даже Фэн, судя по всему, уже спал, в его лавке свет не горел. Я полез в горшочек, куда бросал монеты, на этот раз стоящий внутри отсека лавки, чтобы не украли. Высыпал всё на прилавок. Медяки тускло поблескивали в свете догорающего фонаря. Я принялся пересчитывать, собирая в башенки по десять штук.

Десять одинаковых кучек, и рядом ещё небольшая из трёх монет с квадратной дыркой, итого сто три медяка. Учитывая имеющийся запас, сто двадцать один.

— Ни хрена себе… — прошептал я, не веря своим глазам.

Сто три медяка за один вечер! Минус затраты на кости и яйца с корзиной, двадцатка, ещё минус девять долга Фэну. Итого чистыми — семьдесят четыре медяка. Правда, как чистыми, я же ещё не закупал зелень и сухую лапшу, и цен на них толком не знаю, может я вообще сработал в ноль или в минус.

Но в любом случае, для первого дня — просто отлично. Если так пойдёт и дальше, я быстро встану на ноги. Возможно, сегодняшний ажиотаж — случайность. Люди попробовали новое место, нового торговца, завтра может быть меньше, но, если готовить вкусно и не жадничать, клиенты вернутся.

Я аккуратно спрятал монеты в тайник. Уже солидная сумма, надо беречь.

Теперь оставалось решить, что делать завтра. Во-первых, пополнить запасы. Яйца — обязательно, и побольше, десятков пять. Взять зелень: лук, кинза, чеснок, может, ещё что-то. Мясо! Обязательно надо купить нормального мяса, не обрезки с костей. Хотя бы килограмм свинины или говядины, чтобы можно было делать жареную лапшу с мясом — добавка уже разнообразит меню и привлечёт больше клиентов.

Ещё нужна посуда. Мисок у меня было всего десяток, и сегодня я постоянно мыл их между порциями. Хорошо, что в тележке был ящик для грязной посуды и бочонок с водой для ополаскивания. Но завтра, если народу будет много, могу не успеть. Надо прикупить ещё несколько.

И специи. Соль, перец, соевый соус — они есть, но их маловато. У Фэна я видел какие-то тёмные пасты в горшочках, наверняка что-то вроде устричного или бобового соуса. Надо будет расспросить и купить.

План на завтра потихоньку вырисовывался: утром помочь Фэну, раз уж я у него живу, а потом на рынок. Закупиться всем необходимым. И, может, разузнать побольше про этот мир. Про ранги, про культивацию, про то, как обычному человеку вроде меня встать на этот путь. Потому что девяносто медяков — это, конечно, хорошо, но, судя по ценам на те же ледяные грибы или корни жизни, до настоящих денег мне ещё далеко. И опять же, не думаю, что на медяках можно разбогатеть. Ни за что не поверю, что ту же землю или дом покупают, принося с собой сотни килограммов медяков, нанизанных на нитки. Должно быть серебро, должно быть золото, может ещё что-то, о чём я ещё не знаю.

Я начал собираться. Потушил огонь в очаге, залил остатками воды из ковша — бережёного бог бережёт. Не хотелось бы потерять источник дохода. Перемыл миски и палочки, сполоснул котёл, убрал всё на место и наконец сел поесть.

Уплетал с таким удовольствием, что за ушами трещало. В кои то веки лягу спать сытым и довольным. Ещё и место для ночлега появилось, вообще красота.

Тележку закатил обратно за дом, к дровнице, и снова подпёр колесо камнем. Бочонок с рыбой решил забрать с собой в дровницу. Нечего ей тут стоять, мало ли кто ночью шляется. Поднял бочонок, где оставалось уже довольно мало воды, и отнёс внутрь.

Дровница оказалась именно тем, что говорил Фэн — сарайчик, заваленный поленьями, с дырявой крышей, сквозь которую проглядывали незнакомые мне звёзды, и с мышами, которые шуршали в углах, но для меня сейчас это был настоящий дворец. Во-первых, сухо, во-вторых, есть крыша над головой. И, в-третьих, не дует почти.

Я выбрал свободный угол, сгрёб щепки и опилки в кучу, соорудив подобие лежанки, сверху постелил куртку, которая служила мне и одеялом. Бочонок с рыбой поставил в изголовье, чтобы, не дай бог, не перевернуть во сне. Заодно, если кто-то сунется, сразу проснусь.

Лёг, прикрыл глаза, но сон не шёл. Слишком много впечатлений за день, и слишком много мыслей. Рука сама собой потянулась к браслету.

— Ну что, дружище, — прошептал я, глядя на металл. — Показывай, на что ты способен.

Я осторожно крутанул браслет на запястье. Он послушно разошёлся, и перед глазами, прямо в воздухе, засветились уже знакомые голографические символы.