Макс Лазарь. Книга 3

Глава 13

Оставаться в ресторане после такого я уже не хотел.

Мало того что сейчас персонал неминуемо будет выпытывать у девчонки подробности, так ещё и мне будет уделено слишком много внимания. А я всего-то хотел вкусно поесть и не устраивать сцен.

Вернувшись к машине, я сел за руль и, вбив в навигатор запрос, поехал к ближайшей точке быстрого питания. Мира появилась рядом со мной, когда я уже выехал с парковки.

— Я опознала перстень, — будничным тоном сообщила она. — Это Марков Семён Валерьевич, известный повеса и типичный представитель «золотой молодёжи». Его обязательно будут искать, но я уже зачистила записи с камер и удалила заказ из истории вызовов такси. Поэтому, если официантка будет молчать, никто на неё не выйдет.

— Через пятьсот метров держитесь правой полосы, — сообщил навигатор.

Кивнув, я перестроился, готовясь съехать с главной дороги к ресторану. Столица уже проснулась, и машин стало куда больше, на каждом светофоре собирались небольшие пробки. А судя по карте, часть центральных улиц сегодня перекрывали –какой-то дипломатический раут намечается, не иначе. В итоге те, кто раньше ездил иными путями, были вынуждены двигаться новыми дорогами, загружая инфраструктуру столицы.

Солнце било прямо в лобовое стекло, но я совершенно не испытывал по этому поводу никакого дискомфорта. Мои глаза как будто подстроились, и блики вместе со светом не жгли, я просто их учитывал и двигался дальше, словно ношу солнцезащитные очки.

— Не думаю, что кто-то из ресторана станет трепаться, — всё же ответил я. — Доказательства я уничтожил, устраивать скандал родня девчонки не захочет. Если выяснится, что они причастны к гибели дворянина, это могут счесть бунтом, и тогда всё для семьи официантки кончится плохо. Воевать против благородного сословия в сословном обществе — самоубийственная тактика. Не казнят, конечно, но ресторан точно отберут — в назидании другой черни, чтобы не забывала своё место.

Мира пожала плечами.

— Мы можем купить «Бычье сердце» на твоё новое имя, — заметила она. — Тогда ни у кого уже не возникнет к ним претензий.

Я покачал головой в ответ. Идея мне в целом нравилась, но сперва нужно решить вопрос с Селивановыми. Слишком многие люди были заинтересованы в том, чтобы Врановы исчезли. И если сам Григорий Ильич вывез себя и родню за границу, а уже оттуда достал самого императора, что ему стоит организовать, например, попытку ограбления, при которой была убита вся семья, трудящаяся в моём ресторане? Одного звонка или пары кликов мышкой?

— Хорошо, чем займёмся, когда ты поешь? — спросила ассистентка, глядя на проплывающий за окном город. — У нас же есть какая-то цель, или ты просто в отпуск сюда отправился, пока Селивановых в стране нет?

Я, наконец, свернул к забегаловке с громадной яркой вывеской бургера. Пока не подъехал к окошку, обслуживающему автомобилистов, отвечать Мире я не спешил. И только сделав заказ, оплатив его, встал в зоне ожидания, где уже можно было нормально поговорить, дожидаясь подачи заказа.

— История с убийством императора учит нас двум вещам, — заговорил я, посматривая в зеркало заднего вида, чтобы не пропустить сотрудника ресторана, который принесёт мне горячую и вредную еду.

Мира повернулась ко мне боком, приготовившись внимательно слушать. На её лице появилась улыбка, от которой блондинка превратилась в самую прилежную ученицу на лекции.

— Первое: даже физически находясь за пределами Российской Империи, Селиванов умудряется вести здесь свои дела, — озвучил я. — А это значит, что помимо того ублюдка, который был связан непосредственно с убийством его императорского величества, у Григория Ильича остались свои агенты в стране. И они до сих пор работают на благо своего господина. Руководят теневой стороной бизнеса Селивановых.

— Это логично, — кивнула ассистентка.

— Второе: мы знаем, что Григорий Ильич находится сейчас в Европе, где у него полно союзников. А следовательно, нам нужно выяснить, где он физически сидит сегодня и где окажется через три дня, когда я смогу снова перенестись на Землю. Как ты понимаешь, у него всегда остаётся вариант отступить в Долину, чтобы сохранить свою шкуру, но это — поражение, ведь для него не существует возможности вернуться. А значит, род Селивановых очень быстро растеряет свои активы и влияние.

Мира на несколько секунд задумалась.

— Я могу попробовать выяснить его график, — произнесла она. — Но ты должен понимать, что это сработает только в том случае, если кто-то записал его в цифровом виде. Если же Григорий Ильич ведёт только устные переговоры без камер или пользуется исключительно бумажной перепиской, я не смогу его отследить.

Я кивнул и, бросив взгляд в зеркало, улыбнулся. Одетая в пуховик молодая девчонка в очках, высмотрев на парковке номер нашей машины, быстро перебирала ногами, неся в руках большой бумажный пакет, от которого валил пар.

Я не стал играть в барина и опустил стекло раньше, чем она подошла ближе.

— Ваш заказ, — произнесла сотрудница ресторана, прежде чем передать мне еду и напиток. — Приятного аппетита.

— Спасибо, — отозвался я, прежде чем положить добычу на кресло, которое занимала проекция Миры.

Блондинка на это фыркнула, и сразу же появилась на заднем сидении. Сложив руки на груди, ассистентка изо всех принялась изображать, как ей не нравится подобное отношение, но губы то и дело подрагивали, сдерживая улыбку.

Я же достал стаканчик кофе из подставки и, открыв крышку, всыпал туда пару пакетиков сахара. Ложки по какой-то причине не полагалось — и как я должен сахар мешать? Так что пришлось воспользоваться трубочкой, которую положить догадались. Размешав напиток, я снова накрыл его крышкой и тронулся с места.

А стоило нам вклиниться в поток машин, я продолжил разговор.

— Я всё прекрасно понимаю, Мира, — вернулся к нашей теме я. — Но меня устроит любой Селиванов, про которого ты сможешь нарыть информацию.

Она вскинула бровь, и я внёс уточнение:

— Кроме женщин и детей, само собой.

Конечно, можно было бы вырезать всех. Однако я-то не Селиванов. К тому же по дворянским традициям наследование по правилу прялки в Российской Империи запрещено. Нужно личное дозволение государя, чтобы какая-нибудь внучка Григория Ильича возглавила Селивановых, а я не верю, что наследник престола, чьего отца Селивановы убили, снизойдёт до такого слюнтяйства.

Вот в то, что их вычеркнут из всех списков благородного сословия Российской Империи, лишат активов, арестуют имущество — вполне. Иначе его собственные подданные не поймут, здесь не правовое государство, когда даже массовый убийца может рассчитывать на снисходительность суда. Абсолютная монархия не просто так называется абсолютной. Да, государь от многих знатных фамилий зависит, но месть за императора не тот повод, когда у кого-то из дворян вообще рот откроется, чтобы выступать против.

— Из детей у них только малолетние девочки, — пожала плечами блондинка. — Так что можешь даже не переживать на эту тему. Но мне понадобится время, всё-таки земные технологии хоть и примитивны, придётся перелопачивать много информации. А ты, кроме всего прочего, обещал мне интересные подарки.

Я усмехнулся и ткнул пальцем в навигатор.

— Поэтому мы и едем в музей военной техники, — ответил я. — Посмотришь, так сказать, вживую на достижения человечества. Туда свозят все трофеи с каждого конфликта, чтобы подданные могли прийти, посмотреть, сфотографироваться у вражеской побеждённой техники. Я сам там разок был, ещё в гимназии, и должен сказать — коллекция впечатляет.

Мира благодарно улыбнулась.

— А пока ты будешь выяснять расписание Селивановых, мне нужны люди, которые у них остались в столице, — проговорил я, продолжая рулить. — Заодно проложи маршрут к ним так, чтобы успеть как можно от больших избавиться за эти сутки. Так как следующий наш перенос будет, скорее всего, в Европу.

Блондинка кивнула и растворилась в воздухе, показывая тем самым, что приступила к выполнению задания. А я потягивал кофе, вёл автомобиль и вдыхал запах холестериновых мин, которые ехали в бумажном пакете. Ох уж этот непередаваемый аромат дешёвого фастфуда!

Остановившись на ближайшей городской парковке вдоль дороги, я вскрыл пакет и с наслаждением впился зубами в бургер. Вот она, прелесть цивилизации! В этой пересушенной котлете, в мягкой пшеничной булке, которая сыплется под пальцами, в химозном кетчупе и совершенно безвкусной горчице.

Где бы я такого в Долине поел? Да нигде, там подобное питание не в чести. А здесь — плати и жри, сколько хочешь. А учитывая, что с моим обновлённым телом мне никакие проблемы со здоровьем от неправильного питания не грозят, есть риск и вовсе переключиться исключительно на уличную еду.

Добив первый бургер, я запустил пальцы в жареную картошку и сразу прихватил горсть. Солёные дольки, попадая в рот, едва не заставляли меня стонать от удовольствия. И нет, вкус был то ещё дерьмо, но сам факт попадания в цивилизацию грел меня больше, чем любая картошка на отработанном масле. Всё-таки как многого мы не ценим, пока не окажемся этого лишены.

Расправившись с едой и допив кофе, я выбросил всё в урну. И пока возвращался к машине, поймал себя на мысли, что уже прекрасно отдохнул. Каким бы крутым ни было моё тело, а человеческая психика устроена так, что ей требуется перезагрузка.

Как часто я видел тех, кто пытался ради этой самой перезагрузки нажраться до невменяемого состояния, отмучиться с похмелья, а потом ощутить себя живым — когда все последствия остались позади. Я никогда не налегал на алкоголь больше своей нормы — слишком наглядны были примеры, к чему приводят трясущиеся руки соратников, теряющих способность работать.

Сев в машину, я продолжил путь в музей. Мира сохраняла молчание, перекапывая информацию и сверяя её с тем, что у неё получалось нарыть в сети. Мы слишком старые данные откопали, кого-то арестовала государственная безопасность, кого-то зачистили по приказу самого главы рода Селивановых. Так что блондинке предстояло не просто сопоставить устаревшие сведения, но и найти уцелевшие фигуры, которые наверняка не желают быть найденными.

Только у музея Мира появилась рядом с довольным лицом.

— Нашла одного из казначеев, — сообщила ассистентка. — Сальников Никита Алексеевич, один из бухгалтеров инвестиционного фонда, в котором держала свои сбережения супруга Григория Ильича. В руках Никиты Алексеевича сосредоточено не менее двадцати трёх миллиардов рублей. Конечно, часть из них — законные средства, но процентов восемьдесят — грязные деньги.

Я кивнул, выбираясь из машины.

Несмотря на то что сегодня был будний день, парковка у музея была забита автомобилями. Множество семейных пар с детьми стремились посмотреть на вещественное доказательство мощи победоносной русской армии. Я сунул руки в карманы и влился в их поток.

— У Сальникова на сегодня запланировано свидание с любовницей на квартире, которую он оплачивает с запасного счёта, — продолжила докладывать Мира, бросая по сторонам заинтересованные взгляды. — Девушка живёт на полном обеспечении Никиты Алексеевича и совсем не думает скрывать, кто её благодетель — в её переписке столько компромата, что одного его хватит, чтобы закопать Сальникова.

— Прекрасно, — ответил я, вставляя беспроводной наушник. — Продолжай.

— Встреча назначена у неё в квартире в семь вечера. Во всяком случае, на это время заказан ужин из ресторана, — усмехнулась блондинка, и сквозь неё пробежал мальчишка лет пяти, вооружённый пластиковым автоматом.

Ассистентка на миг запнулась, разглядывая ребёнка, а тот, разумеется, её не видел и самозабвенно отстреливался от невидимых врагов. Но целился при этом в направлении Миры, так что я на секунду даже засомневался, настолько ли она незаметна, но затем наваждение схлынуло, когда в теле блондинки появились дыры от пуль.

Лицо пацана ни капли не изменилось, и стрелять он прекратил, только когда пузатый отец взял его за руку и принялся отчитывать, что нехорошо стрелять в людей. Я проводил их взглядом и двинулся дальше к входу в музей.

— Тебе нужно подумать о детях, — резко сменив тему, произнесла Мира. — Я, само собой, не способна к продолжению рода, но могу собрать инкубатор, в котором мы сможем вырастить твоего наследника. Даже на Земле это возможно, используя только ваши технологии, чтобы не вызывать подозрений.

Я хмыкнул в ответ, заходя на территорию музея — основная масса экспонатов располагалась на открытом воздухе.

— Подумаем об этом, когда я найду способ задержаться больше, чем на сутки, — ответил я.

Поход по музею занял много времени. Несколько часов я бродил по аллеям, останавливаясь у той мёртвой техники, которую выбирала Мира. Мне было неясно, по какому критерию она это делает, но времени у нас было полно, так что прогулка длилась и длилась. Лишь раз мы прервались — чтобы я мог поесть в местном кафе.

— Отлично, кое-что новое я действительно узнала, — подвела итог блондинка, удерживая в руках рожок с ванильным мороженым. — Не то чтобы это была совершенно новая информация, которая даст нам больше возможностей… Но часть своих наработок я могу переделать теперь, имитируя земную технику.

— И нам не придётся больше скрывать технологии Предтеч, — кивнул я.

— Именно! — лизнув белое лакомство, ответила Мира. — А теперь, раз мы здесь закончили, пора выдвигаться к Сальникову. Никита Алексеевич скоро подъедет. Кстати, ты ведь не планируешь вламываться в квартиру к любовнице?

Я доел своё мороженое на ходу. На самом деле проникать на само свидание вовсе не требовалось. У меня был немного другой план — разобраться с казначеем на подходе, когда он только приедет. И оружие на этот раз мне не понадобится, магии будет достаточно.

А чтобы ни у кого не осталось сомнений, в машину ему мы подбросим документы, которые изобличают деятельность Селивановых. Конечно, эту работу стоило бы выполнять Королёву и его соратникам, но раз Сальников до сих пор на свободе, Александр Леонидович явно не справляется со своими обязанностями. А для меня любой удар по Селивановым — это стоящий удар.

Машина тронулась с места, я выехал на дорогу и, прибавив скорости, помчался по столичным улицам. Ехать было недалеко — обеспеченный человек мог себе позволить снимать для любовницы квартиру достаточно близко к центру. Перед этим, правда, пришлось заехать в копировальный центр, куда Мира послала нужные файлы на печать.

В итоге я успевал с запасом минут в сорок, так что планировал подождать Сальникова во дворе. Народа здесь хватало, и никого парень с папкой документов не удивит, так что можно было спокойно занять место на одной из лавочек и ждать подходящую машину.

Без дела мы не сидели — Мира показывала новые модели техники, под которую станет маскировать те машины, которые будут готовиться в лаборатории и на заводе. Мысль о том, чтобы раскопать заваленные узлы связи, она не забыла. Как и идею расширить нашу группировку, залегендированную в качестве отряда наёмников.

— Три минуты, — наконец услышал я, и виртуальные проекции машин исчезли из моего зрения.

Я повернул голову в сторону въезда на территорию. Сальников обычно передвигался вместе с машиной охраны и только к любовнице ездил лично. О её существовании не знала законная супруга, не знало прямое начальство. Собственно, как и о делах с Селивановыми.

— Вот он, — подсветила мне единственный въезжающий во двор автомобиль Мира.

В машине больше никого не было, так что я безо всякой опаски послал «Сверкающие лучи». Три снаряда, описав неровные дуги, врезались в водительское окно, разламывая его в кашу. А следом превратили голову Никиты Алексеевича в разбрызганный по автомобильному салону фарш.

Машина тут же врезалась в заборчик, огораживающий детскую площадку. От столкновения сработали подушки безопасности, раздался сигнал клаксона, и я подошёл к автомобилю. Трупу уже никто не поможет, но зачем наводить панику, вечер уже, ни к чему тревожить людей, которые только с работы возвращаются?

Подкинув через выбитое окно папку на заднее сидение, я спокойно развернулся и пошёл к выходу со двора. Камеры здесь были, конечно, всё-таки не окраина, а элитный спальный район. Но Мира уже держала их под своим контролем, и пока я не покину двор, охрана может только услышать клаксон.

Так что я добрался до припаркованной машины раньше, чем полиция нагрянула на место происшествия. Я как раз открывал дверь, когда мимо промчался внедорожник с метками стражей порядка. Документы они обязательно найдут, но не бумажками одними.

— Скинь всё, что у нас есть на Сальникова, в сеть, — проговорил я, заводя двигатель. — Заправимся, и можно будет поужинать. Сможешь мне снова лицо поменять?

— Хочешь всё-таки заехать в «Бычье сердце»? — уточнила блондинка. — Передала сведения по Никите Алексеевичу по всем каналам. Так что замолчать о его смерти и делах с Селивановыми не получится при всём желании.

Я кивнул, выруливая с парковки на дорогу. Удачный выдался день.

Оказавшись в лаборатории Предтеч, я глубоко вздохнул и направился в сторону комнаты, не задерживаясь в центральном зале, который за время моего отсутствия изменился ещё больше прежнего. Я мог бы прочесть и даже догадаться о назначении каждого появившегося столбика, но не стал тратить на это время.

Напарница находилась в арсенале, работая с оружием — идею об отряде наёмников модуль оставил здесь задолго до того, как я решил переместиться на Землю, и именно подготовкой этого плана занималась Мира. Я же зевнул, ощущая накопившуюся усталость, и, не раздеваясь, рухнул на кровать.

За одни сутки мне не только удалось грохнуть Сальникова, но и ещё двоих теневых агентов Селивановых. Был ещё чиновник из паспортного стола, который передавал людям Григория Ильича документы, неотличимые от настоящих. Последним оказался глава неофициальной ЧВК, выполнявшей слишком грязные задания, чтобы их можно было доверить кому-то другому.

Но главной добычей стали не эти трое, это всего лишь маленькие винтики большой машины. Самое ценное — Мире удалось определить, где окажется Григорий Ильич, когда у меня вновь появится возможность перенестись на Землю.

— Для изменённого ты быстро устал, — заметила напарница, входя ко мне в комнату.

Я пожал плечами, разглядывая её.

Волосы собраны в пучок, на теле надет комбинезон механика — явно скопированный с трофейных вещей вольных или Орсини. Пикантности наряду добавлял тот факт, что под комбинезоном блондинка ничего не носила. Стало даже как-то приятно от мысли, что она подготовилась к встрече со мной.

— Было много беготни, — ответил я. — Да и не всегда же быть напряжённым и готовым к бою в любой момент. Так что отпуск прошёл плодотворно, я расслабился и отдохнул. Можно позволить себе побыть не наёмником, а просто человеком.

Она усмехнулась и забралась ко мне в кровать. Извернувшись, как змея, Мира умудрилась одновременно обнять меня руками, закинуть ногу и при этом совершенно не мешать. Я даже позы не изменил, оставаясь в том же положении, в котором лежал.

— Пока тебя не было, я подготовила всё для десятка бойцов, — отчиталась напарница. — Полные комплекты оружия — огнестрельного и энергетического, панцири, аптечки, другие расходники.

Уточнять, зачем искусственным людям под контролем модуля Предтеч аптечки, я не стал. Во-первых, когда ты видишь, что у бойца он есть, ты не подумаешь о том, что этот боец не живой. Во-вторых, помощь может потребоваться кому-то другому. Мне, например.

— Это хорошо, они нам скоро пригодятся, — кивнул я. — Как продвигается с синтетами?

Мира улыбнулась, прежде чем ответить.

— Зачистили два лагеря Орсини, — объявила она. — Следы замели, синтеты отступили в узлы связи и ждут реакции клана на пропажу. Так что можно сказать, что началось. Все узлы связи, которые мы задействовали в рейде по земле Орсини, теперь обеспечены двумя десятками синтетов. Это немного, но для кинжальных ударов — вполне хватит. А там и другие отряды подтянутся.

Я кивнул, чувствуя, как меня всё больше тянет моргать помедленнее.

— Какой у нас план?

Вопрос был не праздный. Завтра Селиванов прибывает на базу Шварцфельд в Пруссии. А послезавтра, когда у меня уже будет возможность воспользоваться переносом, он прилетает в Париж. У нас есть вся необходимая информация, чтобы добраться до главы рода и нанести самый серьёзный удар Селивановым.

— Карта у тебя есть, маршрут по городу — тоже, — уже даже не поднимая веки, проговорил я. — Нужно найти подходящую точку, откуда мы снимем Григория Ильича из снайперской винтовки. Также проложить маршрут, чтобы пробраться через отель в его номер и убить эту тварь лицом к лицу. Он наверняка будет иметь при себе усиленную охрану — значит, нужен такой план отхода, чтобы после смерти телохранителей и самого Селиванова меня не поймали.

Мира улыбнулась и чмокнула меня в щёку.

— Я всё подготовлю, конечно, но нам всё равно придётся корректировать планы на Земле. Вдруг всё ещё изменится?

Я кивнул и обнял напарницу за талию.

Даже как-то и не верилось, что всего через сутки у меня появится возможность поставить точку в своей мести за уничтожение Врановых. Не знаю, понимала ли это Мира, когда сегодня заговорила о детях, но…

Когда Григорий Ильич умрёт, его убийство обязательно припишет себе государственная безопасность. Спорить с ведомством Королёва я не буду. Но это не значит, что я не смогу вернуть себе своё имя и принять наследство.

Первый этап моей войны будет окончен.