Мастер Трав IV

Глава 13

Мы двинулись вперёд, уже не скрываясь, но и не шумя. Грэм шёл первым, его топор был готов к удару в любую секунду. Я следовал за ним, хотя все еще не считал эту затею «удачной».

Звуки боя с каждым шагом становились громче. Рычание, ответный рев и звуки ударов.

ВИА! БЫСТРЕЕ!

Через связь я почувствовал, как лиана ускорилась, как она мчалась. Но она всё же не человек, и пока еще ее сильная сторона короткие рывки и атака, а не быстрое передвижение на больших дистанциях. И всё же с каждой секундой она становилась всё ближе. Её голод и возбуждение от предстоящей охоты передавались мне через нашу связь.

Ох, Виа, боюсь, что тут немножко не та охота. — мелькнула мысль. — Как бы нами не поохотились.

— Пи-пи-пи! — Седой в корзине забился, его писк стал совсем тревожным.

— Тише! — цыкнул я на него, хотя прекрасно понимал его страх.

Чем ближе мы подходили к дому Морны, тем сильнее становился запах хищника. Что-то звериное, дикое и первобытное. Я такого не ощущал даже когда на нас с Грэмом напали волки — тут было что-то опаснее. И мы идем прямо к нему. От этого запаха по коже побежали мурашки, а волоски на руках встали дыбом. Тело инстинктивно хотело развернуться и бежать прочь. Я заставил себя неслышно ступать.

И тут раздался рёв, от которого я чуть не споткнулся.

Еще несколько шагов — и мы увидели дом Морны, и не только его.

Тварь, с которой сражалась знахарка была огромной — больше медведя, намного больше. Она стояла на задних лапах, возвышаясь над Морной где-то на метр. Чёрная жёсткая шерсть покрывала всё её тело, топорщась во все стороны, словно иглы. Морда была вытянутой, с выступающими клыками, а глаза… глаза горели темно-красным огнем.

— Измененный, — коротко бросил Грэм.

А у меня снова пробежали мурашки по коже. Ну вот, хотел узнать кто такой Измененный? Теперь знаю.

Моя рука дернулась к перевязи. Я выхватил второй кинжал, сжимая оба так крепко, что побелели костяшки. Инстинктивное движение, и совершенно бесполезное — против этой твари мои кинжалы были как зубочистки против быка. Я мог бы метнуть их все, и попасть каждым, но это не остановило бы Измененного даже на секунду.

Изгородь вокруг дома Морны была полуразрушена: колючие ветви, которые раньше образовывали плотную защитную стену, теперь торчали в разные стороны, многие были вырваны с корнем или переломаны.

Грэм положил руку мне на плечо, останавливая. Его глаза быстро оценивали ситуацию.

Потом он молча указал на себя, а затем на Измененного. Затем на меня и обводящим жестом показал на дом. И показал, чтобы я тихо снял корзину. Я кивнул. Только сейчас до меня дошло, что перемещаться с большой корзиной не лучшее решение, но это было от страха. Он хотел, чтобы я обошёл и ждал у дома?

Я открыл рот, чтобы возразить, но не возразил. Если тварь нас еще не услышала, то скажи я хоть слово — точно услышит. Ладно, у меня свое мнение на этот счет, и думаю кое-чем помочь я все же смогу.

Грэм протянул руку, и я, поняв, отдал ему два кинжала из перевязи. Он молча кивнул и начал красться вперед, пытаясь обойти тварь со спины. Я же пошел в противоположную сторону и только сейчас увидел как следует сражающуюся Морну.

Она была… другой. Такой я ее еще не видел. По-настоящему полузвериной. Её глаза горели желтым, зрачки сузились в вертикальные щели, а одежда на ней была изодрана в клочья, и сквозь прорехи виднелась густая, тёмная шерсть, покрывающая ее руки и плечи. Когти на её пальцах удлинились, превратившись в настоящее оружие. А все тело, словно стало больше, сами мышцы проступили, укрупнились, как у настоящего хищника.

Я перевёл взгляд на дом.

В окне, за переплетением лиан, мелькнули лица детей. Лира, Майя, Талик — все они были там, за закрытой дверью. Морна заперла их, чтобы тварь не добралась до них.

Грэм сделал ещё один шаг вперёд и преобразился. Это был другой Грэм, не старик с черной хворью по всему телу, а Охотник. Его походка изменилась, плечи расправились, а топор в его руках занял совершенно иное положение: теперь это было не просто оружие, а продолжение его тела.

Он двигался как хищник, таких движений я от него не видел ни разу. Он собрал все силы, которые были в нем.

Я видел, как напряглись его мышцы, как по телу прошла едва заметная дрожь предвкушения, и жива наполняла его, готовя к бою. И я видел, что он был этому рад — рад бою.

Вот дерьмо! Я знал, как именно он заплатит за этот «приступ» храбрости (если выживет, конечно). Если выживем мы все.

Я крался вдоль деревьев, стараясь не наступать на сухие ветки. Седой сидел на моей спине, крепко уцепившись коготками, и, словно понимая серьёзность момента, ни разу не пискнул.

Виа была уже совсем близко, я чувствовал её нетерпение и жажду.

КО МНЕ.

Тем временем Морна сражалась с Измененным.

Она была невероятно быстрой: её тело мелькало вокруг твари размытым силуэтом, а когти рассекали воздух, оставляя на чёрной шерсти Измененного красные полосы.

Но тварь… тварь была слишком прочной. Её шерсть и кожа казались почти непробиваемыми. Удары Морны, которые разорвали бы обычное существо на части, лишь царапали поверхность, оставляя глубокие, но не смертельные раны — я бы даже серьезными их не назвал.

А потом я заметил кое-что ещё. По телу Измененного ползли насекомые: сколопендры, крупные жуки и другие ползающие и кусающие твари от мелких до крупных — они атаковали его со всех сторон, впиваясь в шерсть, пытаясь добраться до кожи. Крупные осы кружили вокруг морды твари, раз за разом пытаясь залететь ей в глаза или в пасть.

Это была Лира. Она управляла своими насекомыми, заставляя их атаковать Измененного снова и снова. Тот рычал, отвлекаясь на укусы, и сметая насекомых лапами. Это давало Морне драгоценные секунды. Каждый раз, когда тварь поворачивала голову, чтобы стряхнуть очередную многоножку, Морна наносила новый удар своими когтями и успевала проскользнуть мимо более медленных ударов противника.

Осторожно и незаметно, я добрался до края изгороди. Виа, тихим шорохом выдавшая себя, спрыгнула мне на руку, обвиваясь вокруг предплечья. Её радость от воссоединения была почти осязаемой. Она была большой — еще больше, чем я ее оставлял в прошлый раз. Виа стала толще и длиннее.

Я присел на корточки у изгороди и взглянул на Грэма. Тот стоял неподвижно, держа топор в правой руке и прищурив глаза. Он готовился, выжидал нужный момент, а тело его было натянуто, как струна.

Грэм готовился к стремительному рывку, и нужный момент случился через несколько секунд.

Измененный повернулся боком, отбиваясь от очередной атаки Морны, и Грэм тут же «взорвался» — другого слова не подобрать. Его словно выплюнуло с места, как снаряд из пушки, тело превратилось в размытую полосу, несущуюся прямо к твари. И я уже знал, что это — рывок.

Мое сердце замерло: до последнего я надеялся, что Грэм просто выберет позицию и метнет топор, и этим его помощь ограничится. Но нет, он полез в ближний бой.

Рывок был действительно стремительным и я понадеялся, что тварь не среагирует.

Среагировала.

Голова Измененного повернулась, реагируя на новую угрозу и тело чуть сместилось. Этого хватило, чтобы топор, который целился прямо в шею, ударил чуть ниже, в грудную клетку, и только краешком задел низ шеи. Этого было недостаточно.

Топор вошел глубоко, и похоже что Грэм использовал Усиление, но это был не его зачарованный топор, а обычный, поэтому и нанести достаточный урон он не смог.

Вдобавок лезвие топора просто застряло в плотной плоти существа, и не похоже, что сильно ему мешало.

Но Морна мгновенно воспользовалась этим моментом: она обрушилась на Измененного, полосуя его грудь когтями, раздирая шерсть и кожу. Её рычание смешивалось с ревом раненой твари.

Я впервые видел настоящую схватку в этом мире. Даже когда Грэм убивал волков, я сидел с закрытыми глазами и вбирал в себя живу, а сейчас мне нужно им помочь.

Измененный чуть отшатнулся и отшагнул вбок, обескураженный новым противником. Вот только Грэм не собирался сражаться голыми руками. Он попытался вырвать топор из тела Измененного и чуть не наткнулся на взмах лапы. Затем провел еще несколько попыток, и когда Измененный переключился на него, резко отскочил назад, понимая, что не может выхватить топор, свое единственное оружие. Кинжалы он в ход не пускал. Едва он отпрыгнул от твари, как тут же согнулся пополам, закашлявшись. Я видел, как из его рта брызнула кровь.

Я должен хоть что-то сделать! Но что? Только взять под контроль изгородь.

Морна продолжала атаковать. Её движения стали ещё быстрее, ещё яростнее. Она почти полностью отдалась звериной части себя, и это было… страшно. Лира посылала своих насекомых волна за волной, но я видел, что они двигаются всё медленнее: осы падали, не долетев до цели, многоножки еле ползли… Видимо бой шел не первую минуту, и все свои силы она потратила еще тогда.

Я думал, что Грэм отступил, но нет. Он просто откашлялся, сам себе что-то крикнул, подбаривая и поднялся собираясь вернутся в бой. Я видел как он стиснул зубы и сжал кинжалы в руках.

Вот идиот! Он себя так угробит окончательно!

Я тут же прикоснулся к изгороди и ощутил ее всю. Это мой шанс, единственный шанс помочь им. Вот только сейчас они стоят слишком далеко.

Сначала изгородь попыталась оттолкнуть меня, но я начал на нее давить. Мне нужно было полное подчинение. Я использовал Дар и начал продавливать ее волю кусочек за кусочком. Я ощутил ее боль — те части, где ее порвал Измененный. И эта боль теперь становилась и моей. Я ее разделял, и это сближало меня с этим хищным растением, которое должно было стать моим союзником.

Грэм, тем временем, снова кинулся в бой. Но без топора, с одними кинжалами, он мог только отвлекать, наносить мелкие порезы, уворачиваться от ударов… От одного из ударов он не успел уклониться и принял его на голую руку.

Морна метнулась к твари и… выдернула топор Грэма из её плеча. Одним движением она швырнула его старику.

Грэм поймал топор в воздухе и снова атаковал тварь.

Виа рвалась в бой и я едва ее удерживал — она не понимала, что эта тварь ей не по силам.

Я всё это время используя Дар нащупывал «ключики» к управлению изгородью. Мне нужно только, чтобы тварь подошла вплотную к изгороди, тогда я смогу стать полезным, смогу помочь.

Я видел, что удары старика становятся медленнее и в них уже явно нет живы. Да, он попадал топором, но пробить плотную шкуру Измененного не мог.

Но и этого хватило, чтобы Морна сумела перехватить инициативу и, воспользовавшись возможностью, дотянулась когтями до глаза твари.

Измененный взревел от боли и…обиды!

Грэм отступил, и я видел как на его лбу выступила испарина, и как тяжело он стал дышать. Топор он просто выронил.

В момент, когда Измененный начал «раздуваться» у меня отвисла челюсть. Мускулы под шерстью вздулись, тело будто стало еще массивнее. И в этот момент Морна чуть отскочила, понимая, что сейчас тварь одним точным ударом может разорвать ее, а сам Измененный шагнул за ней. Прямо к изгороди. Старика он уже игнорировал, поняв, что тот больше не в состоянии причинить ему серьезного вреда.

Этого я и ждал — я уже подчинил изгородь. Это было непривычно, но я ощущал всю ее огромность, это переплетение ветвей и длинных лиан, которые хотели дотянуться до врага своей хозяйки. Да, хозяйкой изгороди была по прежнему Морна, даже несмотря на то, что я перехватил контроль. Проблема была в том, что изгороди для самостоятельных действий банально не хватало силы и воли — она сама по себе не могла реализовать весь свой потенциал.

Зато я мог.

Едва Измененный очутился в зоне досягаемости изгороди, я выплеснул в нее огромную порцию живы. Я не экономил, не сдерживался и вложил всё, что мог. И изгородь в тот же миг зашуршала, зашевелилась как тысячи мелких змей.

ХВАТАЙ!

Ветви изгороди метнулись к Измененному. Даже не десятки, а сотни и сотни тонких, гибких, невероятно прочных лоз! Они обвили его ноги, поползли по туловищу. Тварь взревела и начала их рвать.

В тот же миг мое сознание захлестнули волны боли, от которых я чуть не потерял контроль над изгородью.

Не обращать внимание на боль.

Не обращать.

ХВАТАЙ!

Новая команда и новые ветви оплетались вокруг твари, обездвиживая ее. Пусть ненадолго, но это время, которое будет у Морны и Грэма.

Но удержать надолго Измененного я не мог. Тварь дергала лапой и лозы рвались.

И снова каждая оторванная ветвь отзывалась во мне ударом молота по голове. Жива утекала из меня рекой. Изгородь пила её жадно, используя для восстановления и роста.

Но этого было недостаточно. Грэм снова атаковал, теперь кинжалами. Морна же…она пыталась достать до горла твари. Вокруг морды твари вились насекомых, пусть уже не так активно, но Лира пыталась помогать своей маме.

Я же сосредоточился на одном — все силы послать на то, чтобы удерживать нижние конечности твари, только нижние.

А еще послал Виа. Я видел, что Измененный замедлен и пропускает удары и от Грэма, и от Морны. Другое дело, что этим ударам, особенно старика, банально недоставало силы. Но даже это не остановило Изменного: он умудрился нанести короткий удар-тычок Морне и оттолкнуть ее на несколько шагов.

Я, стиснув зубы, понял, что одной изгороди не хватит.

ВИА! АТАКА! ДУШИ!

В тот же миг обрадованная лиана сорвалась с моей руки и рванула к Измененному. На это ей понадобилось секунд пять, за которые Измененный уже успел полностью высвободить левую конечность и почти порвал сдерживающие лозы на правой.

И в этот миг на него прыгнула Виа. Я направил ее прямиком на шею. Всё остальное ерунда. Шея. Я знал, какая была стальная хватка у нее еще до эволюции и до подпитки, а сейчас она стала еще сильнее и мощнее.

Виа обвилась вокруг его шеи. Раз, два, три… Она выпустила все свои шипы, вонзая их в плотную кожу, закрепляясь так, что ее уже не отодрать. И начала пить. Буквально.

Я почувствовал через связь, как она откачивает энергию твари, жизненные силы. Измененный захрипел и дернул лапами, пытаясь оторвать от шеи лиану. Он не мог ее игнорировать, с каждой секундой она, несмотря на его плотную шерсть, сжималась всё сильнее и перекрывала ему поток воздуха.

И это дало шанс Морне.

Она метнулась вперед быстрее, чем я мог уследить. Её когти вонзились в подбородок Измененного снизу вверх. Он впервые открыл это уязвимое место, и то, благодарить нужно Виа.

Грэм, собрав последние силы, швырнул топор.

Оружие врезалось в голову твари, но не пробило череп — сил не хватило.

Зато Морна не останавливалась. Она рычала, — по-настоящему, по-звериному, — и полосовала шею твари снова и снова. Её когти рвали плоть, добираясь до горла.

Часть её ударов задела Виа и куски лианы отлетели в стороны.

Каждый удар бил обжигающей болью по мне и тут я понял одну вещь: чем выше «уровень взаимодействия» между мной и симбионтом, тем сильнее боль. И сейчас боль не шла ни в какое сравнение с той, которую я ощущал, когда рвут изгородь.

Однако теперь Морна, как настоящий хищник, учуявший слабость и идеальный момент, била наверняка, протыкала своими когтями горло раз за разом, и раздирала его в тех местах, куда попала ранее. Во все стороны брызгала кровь и только где-то после десятого удара знахарки Измененный пошатнулся. Тем более Виа всё это время продолжала его душить и колоть шипами.

Он рухнул на лапы, и тут же словил несколько ударов топором от Грэма в шею. Но даже так Грэм не мог пробить его — это было больше похоже на выплеск эмоций после боя.

А потом в дело включились насекомые Лиры. Им многого не требовалось, они начали наконец-то пробираться внутрь тела твари через раны, через разорванное горло.

Я понял, что пора отзывать Виа.

ВИА. НАЗАД!

В тот же миг она нехотя отпустила горло Измененного и уже медленнее и неуклюжее поползла ко мне. От нее оторвали несколько кусков, но я знал, что для нее это не проблема. Эти оторванные куски отзывались во мне пульсирующей болью. Я уже знал, что пока их не залечу и не дам ей живы, то буду ощущать их.

Измененный дернулся в последний раз и затих. Морна его добила.

Я «отключился» от изгороди и понял, что почти опустошен. Живы осталось совсем чуть-чуть. Дар…он болел. Впервые. Это было похоже на боль в духовном корне. Вот так взять, подчинить и управлять огромной изгородью стало огромной нагрузкой, просто меня в тот момент ни боль, ни все остальное просто не волновало — мне нужно было помочь Морне и Грэму.

Мир вокруг меня плыл, но тем не менее я сумел встать. Ухватился за изгородь и обколол пальцы. Ничего, она не ядовитая.

Мы стояли втроём — я, Грэм и Морна — и смотрели друг на друга. Длилось это буквально три-четыре секунды, а потом Грэм снова упал на колени и начал кашлять, а Морна…она просто села на землю рядом с телом убитого Измененного и прижала руки к глубокой ране на боку. Дышала она тяжело и медленно.

Я услышал как открылась дверь дома и наружу вышли дети. Лира едва держалась на ногах — слишком большая нагрузка на ее Дар. Рядом ее поддерживал Майя, а Талик…просто стоял и смотрел.

— Кажись…перенапрягся… — выдавил Грэм, откашлявшись и перекатившись на бок. Он лег и просто смотрел вверх.

А я только сейчас ощутил вонь этого хищника и оценил его размеры.

Огромная тварь. И пока я не очутился вплотную к ней, не осознавал насколько.

На руку под взглядами всех взобралась Виа и я отдал ей остатки живы, чтобы она хоть немного залечилась.

Что ж, скрывать ее больше не получится. Да впрочем, вряд ли это кого-то сейчас волнует.

— Пи! — неожиданно раздалось из-за моей спины, и я понял, что все это время Седой сидел на мне, просто от страха он даже не шевелился.

Не забывайте жать сердечки и оставлять комментарии. Это мотивирует писать каждый день.