Мастер Трав IV

Глава 14

Я бросился к Грэму. Старик просто лежал, смотрел в небо и тяжело дышал. Я помог ему приподняться и после оттащил чуть в сторону от Измененного.

— Ты как? — спросил я, просто чтобы что-то спросить.

— Ничего, бывало и хуже… — прохрипел он, — Главное, что мы справились и тварь сдохла.

Я кивнул, а сам в это время внимательно осматривал его черные нити хвори, которые словно удлинились и четче проступили на коже. Попытался применить Анализ, но не смог, система просто не дала — я был еще не готов. Шесть применений уже было использовано.

Дерьмо!

Быстро взял себя в руки. Ладно, нужно сохранять спокойствие: тварь мертва, и сейчас мне нужно просто принять «экстренные меры» по тому, чтобы блокировать распространение хвори. А она, почувствовав слабость старика, точно попытается это сделать.

— Не двигайся, я сейчас принесу отваров. — кинул я ему и метнулся к месту, где оставил корзину.

Через десяток секунд был уже снова у старика и протягивал ему бутылочки.

— Пи-пи-пи! Пи-пи! — метался у меня по плечам Седой.

— Знаю, знаю! Всё нормально, никто не умер, нечего паниковать.

Мои слова не помогли и Седой продолжил наводить панику на ровном месте.

— Пей! — сказал я Грэму и, держа флакон, начал понемногу вливать отвар в рот старика.

Руки Грэма тряслись, видно это последствие отката после усиления.

Краем глаза заметил, как дети копошатся возле Морны. Лира и Майя помогали ей подняться — знахарка едва держалась на ногах, прижимая руку к боку. Сквозь её пальцы сочилась кровь. Странно, я думал у нее должна быть какая-то усиленная регенерация, быстро затягивающая подобные раны. Талик вообще стоял над телом Измененного, глядя на него с каким-то странным выражением — не страхом, а скорее с любопытством.

— Надо еще, — забрал я пустой флакон и дал следующий, — Тебе нужно много.

Грэм на удивление не спорил, а молча пил.

Второй флакон…третий…

Четвертый я не стал давать, этого пока достаточно. Остальные последствия нужно убирать другими методами.

Грэм откинул голову назад и закрыл глаза.

— Сейчас.

Я быстро встал и с бутылочками направился к Морне. Сначала протянул Лире флакон.

— Держи.

Девочка взяла его и тут же жадно выпила. Я понимал, что ее Дар был истощен почти до предела — видел это по её бледности и дрожащим рукам. Но ей я еще помогу, надо только живу найти.

— Ещё один, — я дал ей второй флакон, когда она закончила. — Пей.

От самочувствия этой маленькой девочки сейчас полностью зависела жизнь Грэма.

Потом я повернулся к Морне.

— И ты.

Знахарка посмотрела на меня своими звериными глазами. Сейчас, после боя, они уже не горели огнём — это были просто усталые, больные глаза раненой женщины. Хотя, честно говоря, сейчас, когда я очутился вблизи, то ощутил идущий от нее сильный звериный запах, заставлявший… напрягаться. Я видел насколько она опасна и быстра.

Она выпила отвар одним глотком. Я протянул второй, и его она тоже в секунду проглотила.

— Спасибо. — выдавила она.

Я ничего не ответил, а просто вернулся к Грэму.

— Дед, нужно перенести тебя в дом.

— Сам дойду…

— Нет, не дойдешь.

— Эта… — старик кивнул на лиану, — Она…

— Она не тронет. — ответил я. — Об этом потом.

Он кивнул и не стал спорить. Либо он считал, что сейчас не лучшее время и место для выяснения подробностей, либо у него банально не было на это сил.

Я подхватил его под руку и помог подняться. Грэм попытался сделать шаг и едва не упал, а я еле его удержал. Только сейчас я понял насколько он ослаб и чего ему стоило это недолгое использование живы и способностей охотника. Всё из-за решения идти и помогать Морне. А ведь судя по тому как проходил бой, эта тварь не пошла бы за нами следом, что-то мне подсказывало, что ее интересовала только Морна и что она тут не случайно.

Мы медленно двинулись к дому Морны. Седой уже спрыгнул с моей спины и семенил рядом, не отставая ни на шаг, и его тревожный писк не прекращался ни на секунду. Я же бросил взгляд на убитого Измененного и порванную изгородь.

— Всё будет хорошо, дед, — сказал я, толкая дверь плечом. — Не волнуйся.

— Я и не волнуюсь, — он попытался усмехнуться. — Просто… немного устал. Ну, зато подрался неплохо.

Внутри было темно и пахло травами. Я усадил Грэма на небольшую лавку у стены и быстро огляделся. Знакомая обстановка: полки с бутылками и склянками, пучки сушеных трав под потолком и стол по центру комнаты со стульями.

Следом, пошатываясь, в дом вошла Морна. Она держала за руку Лиру — то ли вела её, то ли сама на нее опиралась, вторую руку держала Майя.

Морна тяжело и со вздохом опустилась на стул все так же прижимая руку к ране.

— Надо промыть. — сказал я, кивнув на рану.

— Ничего не надо. Просто дай мне ту бутылку. — указала Морна на полку справа от окна.

Я не стал спорить, она лучше знает пределы своего организма. Поэтому просто взял бутылку и поднес ей.

— Открой. — попросила она.

Я откупорил пробку и в нос ударил резкий спиртовый запах с примесью каких-то трав.

Морна выхватила бутылку из моих рук и, не колеблясь, вылила содержимое прямо на рану. Ее тут же скрутило болью, а кровь в ране запузырилась. Так, похоже, что это совсем не обычная спиртовая настойка, как я подумал сначала, а что-то помощнее. Нужно будет проанализировать. Такая вещь мне точно пригодится.

Жидкость зашипела еще сильнее и я видел как все тело Морны напряглось, мышцы снова чуть увеличились, и она тихо зарычала — ей было больно.

Через десяток секунд всё прошло и ее тело снова расслабилось. Я присмотрелся к ней и понял, что дело даже не в ране, вернее, ранах. Хоть их было много, но все они были мелкие, только три крупных рваных раны, которые она уже залила настойкой. Похоже, что именно использование звериной ипостаси и истощало ее сильнее всего. И сейчас она выглядела откровенно плохо: испарина на лбу, непривычная бледность и тяжелое дыхание.

Она отложила бутылку в сторону и попыталась встать. И тут же начала заваливаться, я едва успел сделать шаг, подхватить ее и усадить обратно на стул.

— Спасибо, — кивнула она, — Можешь дать мне мазь? Вон там лежит, коричневая банка.

Я нашёл банку и открыл её. Знакомый запах — что-то похожее на мазь, которую я сам делал, только сильнее. Собственно, рецепт этой мази у меня уже был.

— Давай помогу. — предложил я глядя на все ее раны.

Она только молча кивнула, ее руки просто опустились и она устало сидела на стуле.

Я начал наносить мазь на её раны. Старался быть осторожным, но она всё равно шипела при каждом прикосновении.

— Откат, — пробормотала она, когда я закончил с плечом. — Откат за использование способностей. Каждый раз… каждый раз всё хуже.

Я молча продолжал работу, поглядывая на Грэма, который был в сознании и внимательно смотрел за моими действиями. Может он думает, что после того использования изгороди и лианы я потеряю рассудок?

Когда я закончил, Морна указала на мою руку, где обвилась Виа. Не знаю почему, но сейчас мне было спокойнее, когда она была со мной, поэтому и не отпустил ее. Все равно и Морна, и Грэм уже всё видели. Что тут скрывать?

— Помощница. — коротко ответил я.

— А это не та лиана…что я видела тогда?.. — прищурила она глаза.

Я не ответил. Вместо этого я подошёл к Грэму, положил руку ему на грудь и передал несколько капель живы — всё, что мог сейчас выделить. Нет, этого слишком мало. Нужно срочно идти и заниматься Поглощением — без этого я бесполезен и это просто потеря времени.

— Мне нужно ненадолго уйти, — сказал я, глядя на деда. — Но я скоро вернусь. Нужно… восполнить запасы.

— Понял, — кивнул Грэм. — Иди.

Лира сидела на полу возле матери, прислонившись к её ноге. Майя, тем временем, носила какие-то бутылочки с полок — Морна молча указывала на них пальцем.

Я обернулся уже у двери.

— Морна, тут больше нет таких тварей?

Она покачала головой.

— Таких точно больше нет. И Майя заметит, если кто-то приблизится, не беспокойся.

Я кивнул и вышел наружу, где на пару мгновений застыл, глядя на разрушенную изгородь, как-то подозрительно тихо лежащего падальщика и вообще всё место, где происходила драка.

Но, конечно, взгляд дольше всего остановился на теле Измененного. Оно лежало там же, где его прикончила Морна. Хотя легкий страх, что и этих ран подобной твари окажется недостаточно, все-таки оставался.

Седой вполз на меня своими цепкими коготками и, усевшись на плечо, начал тыкать в Измененного и возмущенно пикать.

— Ага, Седой, знаю. Эта тварь чуть нас всех не убила. Но волноваться больше не о чем.

— Пи!

Я вздохнул. Ладно, пора начинать. Я подошёл к ближайшему кусту и положил на него руку.

Поглощение.

Жива потекла в меня медленно и неохотно. Куст сопротивлялся, и хоть я быстро продавил его волю, сопротивление было ощутимым и думаю дело не в том, что сам куст был сильным, а скорее я слишком истощенным после боя. Пожалуй, впервые с момента пробуждения Дара я ощутил, что силы моего Дара просто не хватает. Изгородь требовала слишком много сил, что уж говорить о растениях помощнее, с которыми мне рано или поздно придется столкнуться.

Зато был и плюс: Дар вырос на четыре с половиной процента за раз.

ВИА. ЕСТЬ.

Я ощущал, что после ранений лиана хочет есть, ей нужны питательные вещества для восстановление собственного тела, поэтому я и отпустил ее к Измененному, что она с радостью и сделала. Заскользила по земле и через пару секунд уже присосалась к телу Измененного. Малик уже сидел на большом камне с закрытыми глазами. Похоже свое любопытство он утолил и теперь вернулся в свое обычное состояние.

Пока Виа восстанавливалась телом Измененного, я продолжал поглощение, переходя от одного растения к другому, и быстро откачивая живу. Даже больше обычного.

С каждым мгновением боль от ран Виа, которую я всё это время ощущал, становилась всё слабее — она восстанавливалась.

Шаги я услышал даже несмотря на то, что был полностью погружен в процесс, но поскольку они шли от дома, то не прерывался. От того, что Морна или дети увидят, что я прикасаюсь к растениям и те увядают ничего страшного не случится. На фоне управления изгородью и лианой-симбионтом это всё мелочи.

— Что ты делаешь?

Я обернулся. Это была Майя.

— Чтобы кому-то помочь, мне нужно сначала забрать немного живы из растений.

— Любопытная способность, — сказала она, склонив голову набок.

— Не намного любопытнее, чем ваши.

Она не ответила. Вместо этого её взгляд переместился на Виа, которая возилась с телом Измененного.

— Это твоя питомица?

— Да.

— Она красивая.

Я хмыкнул, вот уж последнее, о чем думаешь глядя на эту хищную лиану, так это о том, что она красивая.

Я вспомнил про падальщика. Никто так и не посмотрел, что с ним.

— Угрюму можно помочь?

Майя подошла к нему, потрогала, перевернула и покачала головой:

— Ему уже не помочь. Он мертв.

Я ничего не ответил, взглянул на него еще раз и отвернулся. Не сказать, что я испытывал к нему какие-то эмоции. Я и видел-то его всего лишь пару раз. А вот почему девочка так холодно реагирует было непонятно. Все-таки это их питомец.

Ладно, нечего об этом думать.

Я продолжил поглощение.

Седой снова слез с меня и начал подбирать какие-то палочки и листочки с земли. Честно сказать, его присутствие странным образом успокаивало меня. Сложно было уже представить себя без Седого. Этот старый мурлык, несмотря на то, что между нами не было особой связи как с растением-симбионтом, или между приручителем и питомцем, прекрасно понимал меня. А я его.

Я перешел к следующему растению.

Духовный корень уже побаливал сильнее и каждое последующее поглощение только усиливало эту боль. Вот только у меня не было вариантов. Я должен передать Грэму, а затем девочке живу, и как можно скорее.

Поэтому я почти не делал перерывов и ходил от растения к растению безостановочно.

Грэм с закрытыми глазами полулежал на лавке в доме. Я тихо подошел и без лишних слов начал передавать ему живу, положив руку на плечо.

Он тут же очнулся и сел.

— А?

— Сейчас станет полегче. — сказал я.

За нами наблюдали Морна, которая сидела уже с обработанными ранами и с залитыми в себя отварами, и Лира, которая не отходила от нее. Майя по-прежнему была снаружи.

Я влил в Грэма почти шесть единиц живы. Ради этого пришлось попотеть, но оно того стоило — дыхание старика стало ровнее, взгляд стал осмысленнее, и его перестало клонить в сон.

— Полегче… — сказал он. — Спасибо, Элиас.

— Ага, нужно еще. — кивнул я, — Потерпи.

После этого я подошёл к Лире и присел рядом с ней. Девочка подняла на меня усталые глаза.

Я прикоснулся к ней и передал немного живы, полторы единицы, но даже этого ей хватило. Бледность исчезла с лица, дрожь в руках утихла, а сама она перестала выглядеть так, будто не спала неделю.

— Спасибо. — кивнула она.

— Не за что.

Я молча вышел наружу и продолжил Поглощение живы из растений.

Еще одна ходка за живой, на которую ушло почти двадцать минут — и сразу после этого возвращение обратно. Передача основной части живы Грэму, остатки — Лире, и потом снова поглощать растения.

Я переходил от растения к растению, выжимая из них по капле энергии.

Даже после четырех таких ходок я понимал, что еще недостаточно. Тело Грэма поглощало живу сегодня как не в себя — он слишком много потратил за этот бой. Да и Лире тоже нужно было больше живы, чем я давал. Но я был вынужден делить.

В одну из таких ходок я решил внимательнее осмотреть тело Измененного.

Виа уже закончила питаться им и сыто обвивала мою руку.

Я присел возле убитого Измененного и, не обращая внимания на вонь от него, решил осмотреть его лапы. Перевернул одну, вторую…и увидел то, что и ожидал увидеть.

Сквозь плотную шерсть проступала черная, словно угольная, метка черного древа. И там, где она чернела — шерсть не росла, только вокруг.

Вот как….и тут Гиблые. Метка была такой же, как у Шипящего, разве что размерами чуть крупнее. Я думал, что Морна с ними в деловых отношениях, а выходило, что не всё так однозначно. С другой стороны, могла ли метка быть старой? В том плане, что пока это существо было человеком, у него имелась метка и он принадлежал к Гиблым, а затем, когда он окончательно трансформировался в…. «это», то сбежал и перестал быть частью этой группы отверженных?

Непонятно. Вот у Морны и узнаю.

Я вернулся в дом и подошел к Лире, прикоснулся к ней и в этот раз передал много живы.

— Лира, мне нужна твоя помощь.

— Да, Элиас, — Лира, уже обретшая новые силы, посмотрела мне в глаза, — Что нужно делать?

— Лира, я тебя прошу помочь Грэму. Без твоей помощи он умрет, схватка отняла у него слишком много сил. Мне нужно, чтобы ты снова использовала своих живососов, сможешь?

— Да, смогу. — кивнула девочка.

Я знал, что Лира мне не откажет, именно потому, что она видела во мне такого же она и дважды об этом говорила.

— Она не будет этого делать, — прохрипела усталым голосом Морна, — Для нее это слишком опасно, для ее Дара.

Я привстал и взглянул на знахарку.

— Морна, — резко ответил я, — Без помощи меня и Грэма ты, скорее всего, была бы уже мертва.

— Я так не думаю.

— Ты можешь думать что угодно. Возможно, ты и спаслась бы, а твои дети? — продолжил я, — Они бы не убежали.

Морна тихо зарычала.

— Я прошу не так много — лишь помощи спасти деда. У нас была возможность уйти, как только мы увидели следы этой твари, но мы не ушли. И за это благодари Грэма, потому что именно он решил тебе помочь, хоть я его и отговаривал. Так что прошу тебя, не мешай. Я и так восстанавливаю силы Лире. Мне нужна помощь здесь и сейчас, потому что потом будет уже поздно. Хворь может распространиться еще больше, и чем больше Лира ее откачает сейчас, тем больше шансов, что он справится.

— Да, мам, я помогу. Ничего сложного. — сказала Лира, закрыла глаза и через полминуты в комнату влетела дюжина живососов.

— Ничего с Лирой не случится, — сказал я Морне, — Никто ей зла не желает. Как только ей станет тяжело, мы остановимся.

Морна недовольно стиснула зубы.

— Это вместо благодарности за помощь? — удивился я.

Неожиданно Морна приподнялась и сказала:

— Мне Лира важнее старика, который рано или поздно умрет, ты это понимаешь? Если ее Дар, не дай Великое Древо, треснет — тебе не жить.

Я покачал головой и понял, что она абсолютно серьезна. Впрочем, я не знал, что сейчас творится у нее внутри. Думаю, после подобных трансформаций ее эмоциональное состояние скачет из одной крайности в другую.

— Морна, успокойся, ничего с ней не случится. Можешь не беспокоиться.

Она села обратно на стул и устало сказала:

— Начинайте. Я буду смотреть.

А потом через пару секунд добавила:

— И спасибо…ну, за то, что помогли.

Я хмыкнул и развел огонь в очаге, потому что живососов придется сразу уничтожать, как и в прошлый разы. После передвинул Грэма вместе с лавкой поближе к очагу. Лира села на этой же лавке.

Я кивнул девочке и она начала. В воздухе зажужжал живосос, он сел на одну из прожилок Грэма и начал высасывать черную хворью. Процесс был уже знакомый. Тельце насекомого начало покрываться черными прожилками, пока почти полностью не почернело, и тогда Лира скомандовала ему прыгнуть в огонь.

Один живосос…второй…третий…

После третьего она побледнела, но заставила четвертого сделать то же, что и предыдущих.

Из её носа потекла тонкая струйка крови. Я вытер ее и сказал:

— Пока хватит, чуть передохни.

Девочка кивнула, а я вышел наружу за живой. Передавать Грэму живу больше смысла не было. Мне нужно было восстанавливать девочку и дать ей возможность использовать живососов по максимуму. В прошлые разы Морна бы остановила девочку на четырех живососах, но сейчас ситуация другая. Я видел, что ей не нравилось происходящее, но она не мешала.

Я восполнял живу, возвращался, передавал девочке и она проводила сеанс лечения. И так четыре раза.

На последних разах Морна уже начинала откровенно злиться, потому что девочке становилось тяжело, и кровь из носа стала идти слишком часто.

Зато Грэму становилось легче. Дыхание впервые после боя стало ровным и спокойным, а черные прожилки на той руке, куда садились живососы, укоротились. Не знаю, сколько в процентах было откачано черной хвори, но чуть притормозить ее распространение это должно было.

— Достаточно. — прикоснулся я к Лире, — Ты сделала достаточно, теперь можешь отдохнуть.

Девочка просто взяла и села возле горящего очага, закрыв глаза.

Морна вдруг посмотрела на меня:

— Так что это были за способности? Там, снаружи. Изгородь подчинилась тебе, — она прищурилась. — Я видела такое только у Детей Коры.

Вот как, значит Дети Коры могут подобное? Среди них есть симбионты? Или же это просто какая-то более сильная разновидность травнического Дара?

— А что нужно было от тебя этому Измененному? — ответил я вопросом на вопрос, — Он ведь не случайно тут оказался, так ведь?

Морна застыла.

— Я посмотрел на его лапы, там метка Гиблых. Может объяснишь, что происходит?

Знахарка молчала.

— Это был Чернобрюхий? — неожиданно спросил я.

Я вдруг подумал, что кем еще могла быть такая огромная тварь и может она с ним как-то связана.

Морна дернулась, словно от пощечины. В её глазах мелькнул настоящий первобытный страх, а затем промелькнул целый ворох воспоминаний. Женщина, которая, как я думал, никого не боялась, услышав это имя вздрогнула всем телом. Но она быстро взяла себя в руки и тихо сказала:

— Если бы здесь был Чернобрюхий…мы бы не справились. Даже будь Грэм полностью здоров. Но…это был кто-то из его стаи. И да, он пришел за мной.

— Вот как? — неожиданно открыл глаза Грэм, — И что же нужно от тебя Чернобрюхому? Мне очень интересно узнать, зачем ему тебя искать?

Хотелось сказать «мне тоже», но я промолчал.

Морна посмотрела на Грэма, потом на меня и молча отвернулась.