Метод Чарли

Глава 26 Шарлотта

Сексуальная фея по соседству

— Сейчас сезон привязанности, — ноет Фейт. — А я всё ещё не нашла свою привязанность.

— Ты не хочешь парня, — напоминаю я ей. — Каждый раз, когда у тебя есть парень, ты только и делаешь, что жалуешься на него.

— Да, летом, — говорит она надменным голосом. — Зимой я за это. Я могу носить его толстовки. Есть обнимашки. Тыквенные пряные латте. Парные костюмы на Хэллоуин.

Тьфу. Это звучит действительно приятно. Я тоже скучаю по парню. Митч, возможно, в последнее время полный придурок, но мы с ним могли отжигать в парных костюмах, как никто другой.

— Какие у тебя были самые длительные отношения? — спрашивает Блейк Фейт, крутя тонкую соломинку в своём сангрии. Поскольку я пью зелёный чай, Фейт не оставалось ничего другого, кроме как уговорить мою Младшую заказать сангрию.

По настоянию Фейт мы втроём сегодня вечером в «Мэлоунс». Завтра мы все разъезжаемся по домам на День Благодарения, и Фейт настаивала, что ей нужно напиться в преддверии семейной драмы, которая её ждёт. Я не знакома с родителями Фейт, но встречалась с четырьмя из её шести братьев и сестёр — да, с шестью — и могу только представить, как хаотично проходят праздники в доме Грирсонов.

Похоже, у Блейк тоже будет насыщенный День Благодарения. Её семья проведёт его со всеми друзьями родителей и их детьми.

Я же была рада услышать, что в этом году мы проводим праздник тихо. Только ближайшие родственники. Я предпочитаю более спокойные праздники. Это даёт мне больше времени провести с родителями.

— Никогда больше шести месяцев, — отвечает Фейт Блейк. Она ахает. — Чёрт возьми, я сезонная свидательница.

Я хихикаю в свой чай.

— А ты, Шарлотта? — с любопытством спрашивает Блейк.

— Почти два года с моим бывшим. А в старшей школе у меня не было постоянного парня. Я была слишком занята, чтобы встречаться.

— У меня никогда не было отношений, — признаётся Блейк.

Я бросаю на неё быстрый взгляд.

— Как дела с Айзеком?

Всё, что я знаю на данный момент, это то, что она была с ним на свидании. Он сводил её в кино в Хастингсе и не получил поцелуя на ночь. Конец.

Блейк Логан — самый неразговорчивый человек, которого я когда-либо встречала. Клянусь, секретность словно вплетена в саму её ткань, что заставляет меня задуматься, в какие авантюры она пускается, о которых никто не знает. Может быть, она ведёт свою собственную двойную жизнь. Блейки к моей Чарли. Может быть, она гоняет на машинах посреди ночи и тоже спит с несколькими хоккеистами.

— Вы снова виделись? — настаиваю я.

Она пожимает плечами. Но я вижу, как она борется с улыбкой, попивая свой напиток.

— О боже. Виделись.

Очередное пожимание плечами.

— Сколько раз?

После паузы она поддаётся требованиям сплетен.

— Три раза всего.

— Вы спали? — спрашивает Фейт с усмешкой.

Когда Блейк качает головой, я стараюсь не поднимать брови. Я не могу представить, чтобы Айзек Грант был согласен двигаться в таком ледниковом темпе. Этот человек был готов трахнуть меня после пяти минут флирта возле «Кофейной хижины». Его репутация — это не просто выдумка сплетен. Она была заслужена.

Воспоминание о моём прерванном вечере с Айзеком вызывает укол вины. Я планировала рассказать Блейк об этом после того, как он устроил сцену у дома, умоляя её пойти на свидание, но это вылетело у меня из головы, когда всё с Уиллом и Беккетом накалилось.

Теперь, когда она рассказала, что регулярно с ним видится, я должна быть с ней откровенна.

— Итак, — начинаю я, протягивая руку через стол, чтобы украсть стакан Фейт. Её челюсть отвисает, когда она смотрит, как я глотаю сангрию. — Извини, — говорю я ей. — Мне нужно жидкое мужество.

Краем глаза я вижу, как Блейк хмурится на меня.

— Жидкое мужество для чего?

Фейт теперь смотрит с пониманием. Как мой экстренный контакт и предотвратитель убийств, она единственная, кто знает о моей связи с Айзеком Грантом.

Я пододвигаю стул, поворачиваясь к Блейк.

— Это супернеловко, но ради полной откровенности — и прежде чем ты решишь переспать с ним — ты должна знать, что Айзек и я однажды развлекались. До того, как вы встретились, — поспешно добавляю я.

Её брови взлетают до линии волос.

— Что? Ты была с Айзеком?

Чувство вины сильнее сжимает мой живот.

— Да. Но у нас не было секса. И мне жаль, что я не сказала тебе раньше…

Она удивляет меня, махнув рукой, невозмутимо.

— Нет, мне всё равно. Ты даже не должна была мне говорить. Я просто… — Её глаза широки от удивления. — Шокирована. Ты последний человек, от которого я ожидала случайных связей с футболистами.

Я не обижаюсь на это. Моя тщательно продуманная персона Delta Pi настолько эффективна, что никто и не заподозрит мою бурную сексуальную жизнь. В этом и есть смысл персоны.

— Я знаю. Это совсем на меня не похоже. Но… мне было скучно, — единственный ответ, который приходит мне в голову.

Фейт прикрывает свой смешок кашлем.

Блейк не обманута.

— Нет. Как я уже говорила тебе — я знаю, что в тебе больше, чем кажется на первый взгляд. Это только углубляет тайну.

Следуя клятвам лучших подруг, Фейт вмешивается на моей стороне.

— В любом случае, теперь, когда мы прояснили ситуацию, я хочу знать больше об этих свиданиях, на которые ты ходила, — говорит она Блейк. — Ты сказала, секса не было, а как насчёт поцелуев?

Первокурсница снова переходит в режим защиты.

— Может быть.

— Хорошие поцелуи? — настаивает Фейт.

— Очень хорошие. Он не такой, как я ожидала, — признаётся Блейк.

— Значит, он не наглый футболист с чувством собственного превосходства? — не могу удержаться от поддразнивания. Потому что именно таким я считала Айзека, и моё время с ним не опровергло эту гипотезу.

— Нет, он определённо такой. Но у него также есть нежная сторона. Он пишет мне каждое утро и каждый вечер, чтобы пожелать доброго утра и спокойной ночи. Он… вроде как сентиментальный.

Это удивляет меня почти так же сильно, как то, что Айзек Грант ждёт больше трёх свиданий, чтобы заняться сексом. Но мой научный ум легко может найти здесь решение: человеческая природа. Биология. Мы существа, запрограммированные на поиск партнёра, и, как правило, именно самец вида преследует самку. Самка ведёт себя неприступно, потому что у неё больше вариантов. У неё все козыри в руках. Это заставляет самцов работать усерднее, распушать перья и делать всё возможное, чтобы победить в конкуренции.

Всё это значит, что я не знаю, сколько из этой «нежной стороны» связано с тем, что Айзек действительно хочет Блейк, или с внутренними установками, которые говорят ему, что он должен её добиваться.

Волна шума от двери привлекает моё внимание. Сегодня мы сидим в главном зале, поэтому нам хорошо видно всех, кто входит в бар. Группа парней только что вошла, несколько из них в чёрных хоккейных куртках. Вспышка светлых волос привлекает моё внимание.

Беккет.

В последний раз, когда я его видела, он трахал меня так сильно, что я видела звёзды, его пальцы впивались в мои бёдра и бока так сильно, что оставили крошечные синяки. Я должна была встревожиться, когда увидела синяки в зеркале на следующий день, но я не встревожилась. Это только завело меня, когда я вспомнила ощущение его движения внутри меня, пока Уилл подбадривал меня быть хорошей девочкой и кончить для Беккета.

Мои бёдра сжимаются от воспоминания, и я отрываю взгляд от двери. Нет. Мне нельзя вспоминать об удовольствии. Мне нужно сосредоточиться на стыде. На том ужасном, удушающем чувстве, которое я испытала после, когда уходила из их дома, гадая, что бы люди подумали, если бы узнали, что я только что переспала со всеми внутри, как сексуальная фея по соседству.

— Нам пора, — говорит Фейт, допивая остатки сангрии. — У меня завтра ранний рейс.

Я киваю.

— Мне нужно только зайти в дамскую комнату.

— Иди. Я оплачу счёт. Моя очередь угощать.

Я иду по заднему коридору к туалетам. Я быстро справляю нужду, затем мою руки и поправляю волосы перед зеркалом. Убеждаюсь, что мой пробор идеален. Не то чтобы мне было важно, что Беккет думает о моём проборе. Но, знаете…

Да, мы хотим хорошо выглядеть для парня, с которым трахались, пока его лучший друг смотрел, не так ли?

Мой внутренний критик — такая сука.

Я выхожу из ванной и обнаруживаю Беккета, ждущего меня.

Обычно туалеты забиты до закрытия, но сегодня среда и ещё рано, поэтому коридор совершенно пуст. Мы одни. Но я всё равно смотрю в сторону конца коридора, чтобы убедиться, что никто не идёт.

— Боишься быть замеченной со мной, сахарная пышка? — Его австралийский акцент заставляет моё сердце подпрыгнуть.

— Нет, не в этом дело, — лгу я.

— Слишком распутно для тебя, да?

Мой желудок сжимается от чувства вины.

— Я сказала Уиллу, что не считаю его распутным. Никого из вас.

— Ты также сказала ему, что тот, у кого регулярные тройнички, распутен. Так что то, что ты говоришь, не сходится, не так ли?

Мои внутренности скручиваются сильнее. Чёрт возьми. Я чувствую себя мудаком. Я мудак. Потому что он прав — причины, которые я привожу, чтобы не видеть их снова, противоречат заверениям, которые я даю ему сейчас.

Но самое запутанное в том, что я не осуждаю их. Я не думаю, что есть что-то плохое в том, что они делают.

Так почему же это плохо, когда это делаешь ты? — бросает вызов голос в моей голове.

Замешательство затапливает мой мозг. Я… не знаю, блядь. Всё, что я знаю, это то, что я чувствовала стыд из-за этого. Но они не должны чувствовать стыд. Потому что…

Стон застревает в моём горле. Почему я не могу понять ничего из этого?

Словно чувствуя мою внутреннюю борьбу, Беккет пожимает плечами.

— Всё в порядке, Шарлотта. Если это не для тебя, значит, не для тебя.

Когда он отходит, я вдыхаю его знакомый аромат, так напоминающий океан. Он наполняет мои чувства. Я помню, как вдыхала его, когда он целовал меня. Когда его лицо было зарыто в мою шею. Когда его пальцы скользили по моему телу, переворачивая меня, чтобы Уилл мог вставить свой член в…

Хватит. Я больше не могу думать об этом, чёрт возьми.

Смущение ползёт по моим щекам.

— Это была фантазия. И я выбросила её из головы.

— Если ты так говоришь.

Он не касается меня. Между нами фут расстояния, и его руки в карманах выцветших синих джинсов. Но я чувствую фантомные прикосновения этих рук на мне. Его язык, вылизывающий полосу вверх по моему бедру, направляющийся к моему…

— Нормально хотеть этого, Чарли. — Знающая улыбка мелькает на его губах.

Я закусываю внутреннюю сторону щеки, пытаясь сдержать жжение слёз.

Затем я выдыхаю и говорю:

— Я никогда не чувствовала себя более униженной, чем когда уходила из вашего дома тем утром.

Это заметно ошеломляет его.

— Шарлотта…

— Нет. Просто забудь. Мне пора. Мои друзья ждут меня.

Я чувствую, как он смотрит мне вслед, но я не оборачиваюсь. Я нахожу Фейт и Блейк у главного входа, и, должно быть, я плохо держу маску, потому что черты Фейт смягчаются от беспокойства.

— Ты в порядке? — спрашивает она. — Ты выглядишь немного бледной.

— В порядке. Просто вспомнила всё, что нужно сделать, когда вернусь домой сегодня вечером. Наверное, чувствую себя перегруженной.

— Это эссе для поступления в аспирантуру?

Я киваю.

— Они продлили срок, так что я хочу перечитать их и внести правки. Я торопилась с ними из-за промежуточных экзаменов.

— Если поможет, я могу вычитать всё, прежде чем ты отправишь?

Меня трогает это предложение.

— О, спасибо. Я была бы очень благодарна.

Когда мы выходим из бара, я засовываю руку в сумочку и ищу ключи от машины. Мои пальцы натыкаются на металл в тот же момент, как вид парня, стоящего у входа, частично скрытого ночными тенями, привлекает моё внимание.

В нём есть что-то — стрижка, его поза, то, как он пытается слиться с толпой, но не получается, — что заставляет мою кожу покалывать.

Фейт следует за моим взглядом.

— Ты знаешь этого парня?

— Не думаю…

Я замолкаю, когда он поворачивается, чтобы уйти, и я замечаю его бровь. Внезапно воспоминание о том же самом парне, прячущемся на парковке в кампусе, возвращается ко мне.

— Подожди, чёрт. Я точно видела его раньше. Просто… постой здесь секунду.

Фейт хмурится.

— Шарлотта…

Игнорируя её, я направляюсь к нему, моё сердце колотится не от страха, а от адреналина перед надвигающейся конфронтацией.

При моём приближении темноволосый парень напрягается, понимая, что его заметили. Он пытается уйти, но я быстрее, преграждая ему путь.

— Эй! — зову я, мой голос резкий. — Почему ты следишь за мной?

Его глаза расширяются, и он делает шаг назад, поднимая руки в знак капитуляции.

— Я не слежу за тобой, клянусь.

— Чушь, — отрезаю я, наступая на него. — Я видела тебя в кампусе, и теперь здесь? Ты преследуешь меня?

— Шарлотта. Что происходит? — Фейт подходит ко мне, в то время как Блейк остаётся у входа в «Мэлоунс», настороже.

— Я думаю, этот придурок за мной следит, — сообщаю я ей, и глаза Фейт немедленно сужаются на нём.

Его лицо становится свекольно-красным, и он выглядит так, будто хочет раствориться в тротуаре.

— Нет, всё не так. Я…

— Тогда что же? — требую я, скрещивая руки на груди.

Он возится с чем-то в кармане.

Мы с Фейт инстинктивно отступаем назад, и я чувствую себя глупо, когда понимаю, что он всего лишь достаёт свой телефон. Он протягивает его, чтобы я могла заглянуть в экран.

— Смотри. Ты отправила мне это.

Меня поражает шок, когда я узнаю логотип BioRoots и вижу свои собственные слова, отражённые обратно ко мне.

— Я не слежу за тобой, — говорит он с тяжёлым вздохом. — Я твой брат.