Метод Чарли

Глава 54 Шарлотта

День слёз

Я сижу на полу своей спальни, окружённая коробками, и до меня вдруг доходит всё сразу.

Это действительно происходит.

Я уезжаю.

Фейт рядом со мной, передаёт мне очередную стопку одежды, чтобы сложить, но мы обе знаем, что это не просто упаковка. Это прощание.

— Это так странно, — бормочу я, пытаясь сосредоточиться на задаче. Мой голос напряжён, горло уже сжимается. — Сколько я прожила в этой комнате? Четыре года? А теперь… Австралия.

Фейт смеётся, но это тот смех, который маскирует что-то другое.

— Да, мисс Искательница Приключений. Я всё ещё не могу поверить, что ты действительно это делаешь. Я горжусь тобой, правда. Ты там будешь великолепна.

Я перестаю складывать вещи и просто сижу, глядя на беспорядок из полуупакованных коробок вокруг меня. Многое из этого отправляется к родителям, но тётя Беккета, Сюзанна в Сиднее, согласилась разрешить мне отправить несколько коробок с книгами к ней на хранение, пока мы не найдём жильё.

Мы с Беком и Уиллом через несколько дней летим в Лос-Анджелес, а оттуда в Сидней на три недели. Надеюсь, к концу этого срока мы найдём квартиру и подпишем договор аренды. Затем я вернусь, чтобы провести остаток лета с родителями, прежде чем официально отправиться в Австралию в середине августа.

Это всё ещё не кажется реальным, даже несмотря на то, что оно прямо передо мной. Я оставляю позади эту комнату, этот дом, эту жизнь.

Фейт тоже перестаёт упаковывать и внезапно направляется к двери.

— Эй, — говорит она. — Прежде чем ты упакуешь всё, у меня кое-что для тебя. Подожди минутку.

Она исчезает, прежде чем я успеваю ответить, и возвращается, прежде чем я могу догадаться, зачем она уходила. Недоумение пробегает по мне, когда она протягивает мне маленький подарок, завёрнутый в подарочную бумагу с лягушками.

— Это что?

Она улыбается, но в её глазах что-то горько-сладкое.

— Просто открой.

Я открываю, осторожно разворачивая. В ту секунду, когда я вижу плюшевого зайца, меня накрывает. Слёзы застилают глаза, когда я прижимаю игрушку к себе, волна эмоций поднимается в груди. Он не серый, как Тигр, а белый, как мой любимый кашемировый свитер.

— О боже, Фейт… — Я не могу закончить предложение, прежде чем начинаю рыдать.

Она придвигается ближе, обнимает меня, пока я плачу у неё на плече.

— Я знаю, это не то же самое, что твой старый. Но я подумала, что это может быть новым началом. Тем, что ты возьмёшь с собой в своё новое приключение.

Я сжимаю зайца крепче.

— Я буду так по тебе скучать, — выдавливаю я, мой голос срывается на каждом слове.

— Я тоже буду по тебе скучать. До безумия.

Мы остаёмся так надолго, просто обнимая друг друга. Если я могу вынести что-то одно из своего опыта в Delta Pi, каким бы раздражающим и удушающим он иногда ни был, так это то, что в этом доме я встретила свою родственную душу.

В конце концов я отпускаю её, вытирая щёки тыльной стороной ладони. Я так благодарна. Благодарна за этот момент, за эту дружбу, которая пронесла меня через всё.

После того как мы упаковали большую часть моих вещей, я спускаюсь вниз проведать Блейк, которая приехала рано на наше последнее собрание в семестре. То, на котором Агата произносит длинную скучную речь, подводящую итоги достижений нашего общества за год, а затем передаёт бразды правления новому президенту — госпоже Яре Мерримак. Я рада, что это Яра. Надеюсь, она сделает следующий год весёлым для наших сестёр. А затем пошлёт Агате словарное определение слова «веселье».

Я нахожу Блейк в гостиной, она листает что-то в телефоне. Она улыбается, когда замечает меня в дверях.

— Как там упаковка?

— Медленно, — признаюсь я с усталой улыбкой. — Думаю, такими темпами у меня уйдёт ещё неделя.

Она смеётся.

— Могу представить. Переезд на другой континент — это не шутка.

— Да, это так, — соглашаюсь я, прислоняясь к дверному косяку. — Но хватит обо мне. Как у тебя дела? Всё ещё счастливо влюблена?

Её щёки розовеют, когда она ухмыляется.

— Я бы не заходила так далеко. Слово на «Л» ещё не было произнесено.

Я фыркаю.

— Разве Айзек не сказал его на вашем пятом свидании?

— Да, но Айзек — сумасшедший. А я — рациональный человек. — Она пожимает плечами. — Но он мне очень нравится. Я беру его с собой в отпуск с семьёй на озеро Тахо этим летом.

— Правда? Это серьёзный шаг.

Она кивает немного застенчиво.

— Я знаю. Понятия не имею, как поведёт себя мой папа. Я имею в виду, папа у меня замечательный, но он чрезмерно опекает, когда дело касается моей личной жизни.

— Он не убьёт его, не волнуйся. Если честно, он, скорее всего, просто устроит ему допрос на пару часов, а затем тайно одобрит.

Она замолкает на мгновение, а затем смотрит на меня очень непохожим на Блейк взглядом — наполненным эмоциями, а не безразличием.

— Я говорила это недостаточно часто, но… спасибо тебе. За всё. Ты была рядом весь год, и я не думаю, что выжила бы без тебя.

Этот знакомый комок снова поднимается в горле. О боже. Я официально объявляю сегодня Днём Слёз.

Я сдерживаю слёзы и подхожу, чтобы обнять её.

— Пожалуйста. Мне было очень приятно узнать тебя в этом году, и я буду чертовски зла, если ты не будешь мне писать, когда я буду в Сиднее.

— Буду, — обещает она.

Она обнимает меня в ответ, и я понимаю, что, несмотря на отношения любви-ненависти с Delta Pi, я действительно буду скучать по этому месту.

•••

Выпускной — это американские горки эмоций. Мои родители плачут навзрыд. Харрисон прилетает и сидит рядом с моей мамой, которая держит его за руку на протяжении всей церемонии. Уилл и Беккет сидят с Оливером, и все трое кричат и улюлюкают, когда я выхожу на сцену в мантии и шапочке. Джордж и Лурдес тоже учатся на инженерных специальностях и получают дипломы вместе со мной, и я с удивлением узнаю, что они расстались, больше не едины в любви и учёбе.

Церемонии парней проходят позже в тот же день, и я целую их обоих после — на публике. Никто из окружающих даже глазом не моргнул, что является хорошим знаком для нашего австралийского приключения. Я до сих пор не знаю, как будут развиваться эти отношения или как они будут выглядеть в будущем, но сейчас я счастлива. Блаженна. Благодарна.

Мы уезжаем сегодня вечером в Лос-Анджелес. Такси заберёт нас из дома парней в Хастингсе, поэтому, простившись с семьёй, я еду туда с Фейт. Теперь она будет жить в Бостоне, и я продала ей свою машину, так как не могу взять её с собой в Австралию.

Сейчас я стою в дверях их дома, глядя на темнеющее небо. Горько-сладкая тяжесть застыла в воздухе. Дом пуст, расчищен для следующих жильцов, но моё сердце, кажется, всё ещё спутано с этим местом, словно отказывается двигаться дальше.

— Ты в порядке? — говорит Беккет, подходя сзади.

Я оборачиваюсь и мягко улыбаюсь ему.

— Я в порядке. Просто задумалась.

— Странное чувство, правда? Уезжать.

Комок в горле становится больше.

— Да. Странное.

Его рука находит мою, и мы стоим так минуту, впитывая момент. Трудно поверить, что эта глава моей жизни закончена. Колледж. Четыре года пролетели как одно мгновение.

— Такси приехало? — Голос Уилла прерывает мои мысли.

Я вижу его стоящим у лестницы, рюкзак перекинут через одно плечо. На нём небесно-голубая толстовка и потёртые джинсы, и хотя он улыбается, улыбка не доходит до глаз. Наверное, ему тоже грустно оставлять это место.

Кивая, я перекидываю сумку через плечо.

— Ага. Только что подъехало. Заезжает на подъездную дорожку.

Мы с Беккетом выходим на крыльцо. Мне требуется секунда, чтобы понять, что Уилл не идёт за нами.

— Милый? — подзываю я, оглядываясь через плечо.

Я чувствую изменение в воздухе ещё до того, как он открывает рот.

— Я не еду.

Он говорит так тихо, что я едва слышу его. Но когда его слова доходят до меня, кажется, что земля уходит из-под ног.

Я замираю, всё ещё сжимая ремешок сумки.

— Что?

Беккет вторит моему чувству, только более красочно.

— Какого хрена, приятель?

Уилл не смотрит на меня. Ни на кого из нас. Он смотрит в пол, его челюсть сжата.

— Я не еду в Австралию.