Мои

Глава 40

— То есть, Москва все же… — задумчиво делаю я вывод после фактов, которые вываливает мне Миша.

— Она самая… — бубнит он, — но вот странно, Хазар. Никаких связей с ребятами из “СтройСтор” нет. А они — прямые конкуренты же… И сам помнишь, какие заходы делали сюда… А тут чисто вообще! Ну, или они круче Ара в айти и аналитике. Девка не знает точно, кто именно ей оплатил переезд, верней, знает, конечно, фирму, но уверена, что все чисто… Просто переезд, Хазар! То, что она пришла сюда, чистая случайность! Там реально посоветовали, понимаешь? Она говорит, дали список всех богатых людей города, ты среди них тоже же теперь числишься. Мы же “белые”…

Кривлюсь.

Прямо пожалеешь в такие моменты, что отмылся.

Твои данные так или иначе будут светиться в нужных кругах вот таких вот хищников, желающих поиметь тебя в неестественное место.

Миша продолжает говорить фоном:

— Этот момент же проверили со всех сторон! Какая была вероятность, что мы ее выберем? И то, что она подставная, понятно только потому, что фирма, которая оплатила ей переезд и подогнала первого клиента, ликвидировалась через неделю. И слишком чисто, чтоб это не вызывало вопросов. Они чуть поторопились просто, а так бы…

Киваю.

А так бы вообще все чисто было.

— Она — просто репетитор? — помолчав, уточняю я.

— Да, — пожимает плечами Миша.

— Никаких дополнительных заработков?

— Нет… Ну, она не бедствует, у нее на счет регулярно падает бабло… Не от папаши. Тот, как сел, все отчисления прекратились же. По крайней мере, мы глянули историю прямо до того времени… Аккурат, как сел, так и все. Обрубилась нитка. Какое-то время был просед, а потом снова появились бабки. Уже значительно меньше. А, когда вернулась в страну, то прямо нормально начало падать. Вернее, падало до недавнего времени. В столице было, потом перестало, когда переехала. Потом тут, у нас, от местных… Но там проверили, там просто мужик, с которым она спала.

— Кто?

— Да вот…

Он показывает на строчку в документе.

Киваю.

Знаю такую фамилию.

Сын одного из моих знакомых. В бизнесе ничего не делим, там продукты, вообще не мой интерес.

— Содержанка?

— Типа того. Но в последние месяца два ничего не поступало. А мужик этот женится.

Понятно все.

И в таком разрезе ее поведение тоже становится более-менее понятным.

Нового папика искала.

А, так как местных реалий не вкуривает, решила, что неженатый папаша одного из ее учеников вполне подойдет.

Но профессионалка, напрямую не полезла.

Вспоминаю большие, чуть раскосые и показательно наивные глаза. Запросто кто-то мог и купиться.

— Бабе двадцать семь, — вторит моим мыслям Миша, — замуж, то да сё. Искала варианты. И напоролась на тебя. Дура, чё.

Соглашаюсь мысленно. Дура. Никто ей не объяснил, что Хазара надо десятой дорогой обходить.

Но кто же ее так настойчиво сунул в мой город?

— С Жекой общалась… — продолжает Миша, — но тут тоже все тонко. И поспрашивать бы Жеку… Неаккуратно ты с ним, Хазар.

Молчу, никак не комментируя.

Живой остался, пусть радуется. Когда в себя придет.

— Все понятно, отпускайте, — командую я, но Миша мнется чего-то.

Вскидываю на него взгляд. Что еще?

— Там это… — смущаясь, выдает Миша, — Сонный ее хочет себе…

— Что себе?

— Ну… оставить…

Молчу, переваривая.

Себе, значит… Ну вот скажи после этого, что у бабы не талант?

— Мне без разницы, — решаю, наконец. К Ваньке она в любом случае больше не подойдет, и что с ней будет происходить дальше, глубоко пофиг, — но без осложнений, передай ему.

— Понял, — Миша перебирает документы, — и теперь еще несколько вопросов по “Азоту”, и от мэрии пришел запрос…

— Это до завтра потерпит?

— Ну… Да…

— Тогда все завтра. Аленку проверять в саду постоянно, чтоб не как в прошлый раз, понятно?

— Да, само собой…

— Само собой… — рычу я на него нетерпеливо, — напряг меня.

— Да я, Хазар…

— Все. Ваньку из школы встретить и на спорт отвезти. Чтоб каждый шаг тебе докладывали. А с завтрашнего дня — дома его сажаем.

— Это я понял.

— И по мужику этому… Пробей мне его на встречу. Но тоже завтра. Сегодня я занят буду. Весь день. И ночь. И ухмылку эту сейчас тебе в рожу вобью.

— Прости, Хазар. Я, типа того… Рад за тебя. Это… Поздравляю. От всех нас… Подарок вот…

Он протягивает мне какие-то бумаги, красиво упакованные в подарочный бокс. Удивленно вскидываю брови, беру.

— Бунгало? — усмехаюсь, рассматривая фотки, глянцевые, стильные.

— Ага… Ну, мы тут подумали… У тебя все есть, чего дарить? — говорит смущенно Миша, — а это место… Оно крутое. Уединенное. Там все, что надо: бассейн, баня, сауна, закрытая охраняемая территория, есть возможность разместить свою охрану, вертолетная площадка тоже имеется… И лес заповедный вокруг. И озеро чистейшее там… Короче, когда все решим, лучше места для медового месяца нет… Ты же жару не особо… А тут…

Он еще что-то говорит, а я рассматриваю фотки реально очень крутого бунгало, и прямо вижу, как мы с Аней там зависаем на неделю. Или на две… Или…

— Мы две недели забронировали, но там можно продлевать, проблем не будет… — слышит мои мысли Миша.

— Спасибо, — киваю я, откладывая подарок.

— Если что не так, то не держи зла, Хазар, реально от души хотели тебе…

— Мне нравится.

Миша выдыхает с облегчением, видно, в самом деле волновался, понравится или нет подарок.

— Еще что-то?

— Пока нет.

— Все, свободен. Беспокоить только в крайнем случае.

— Ну само собой, мы же не самоубийцы…

— И языком не мели.

— Ага.

Выхожу из кабинета, подхватив по пути телефон, иду в свою спальню. К своей жене. Жене. Моей.

Это пока еще настолько ново, что хочется постоянно про себя повторять. Жена. Жена. Моя. Кайф какой.

Она лежит еще в постели, скролит ленту соцсетей в телефоне, светлая, ослепительная на фоне темного постельного белья настолько, что дух захватывает.

Замираю у входа в комнату, словно деревянный. Жадно смотрю.

Моя. Жена.

Моя.

— Тагир? Что ты так долго? Надо, наверно, вставать…

Аня садится на кровати, стыдливо притягивает шелковое покрывало к груди. И меня это выводит из ступора и даже злит. Зачем закрывает от меня моё?

Нет уж!

Это теперь все официально моё. По закону, бл…

Привычно затыкаю в себе мат, делаю шаг к ней, по пути стягивая футболку.

— Лежи.

Аня немного испуганно и взволнованно наблюдает за моим приближением, краснеет, словно девочка, прикусывает губу. Люблю в ней эту ненаигранность. Она реально ведь такая, несмотря на опыт, возраст, то, что дочь мне родила. Она — такая. И круче ее нет.

— Но Тагир… — растерянно пытается возразить она, — нам же… Ой…

Это я до нее добираюсь, скольжу вперед, заставляя упасть на спину.

Нависаю над ней, тяну вниз простынь, убирая все лишнее между нами, шепчу в губы:

— Лежи.

Аня открывает рот, чтобы что-то сказать все же, и я просто затыкаю ее поцелуем.

Вот так. Правильно.

Я все правильно делаю.

Да.