Мой Чужой

Глава 15. Артём.

— Так что ты здесь делаешь? — Альфа смотрел на меня в упор, прожигая взглядом чёрных глаз. Никогда не боялся этого человека, но всегда знал, что с главой нашего подразделения стоит быть осторожным. Я был уверен, что за всем, что мы делаем, скрываются его тёмные делишки, которые он проворачивает под носом у правительства. Из-за одного из таких дел, я и покинул армию. Понял, что ничем не отличаюсь от псов отца. Только вот служу я у более высокопоставленных людей. Смотрел сейчас на бывшего начальника, и не мог понять, какую игру он затеял. Именно в момент, когда он снова вышел на меня, искренне порадовался, что отправил Полину к отцу. Это не самое лучшее место для каникул, но по крайней мере там она в безопасности. Так же как и Мэри.

— Женюсь. — Нужно прорабатывать стратегии. Начнём с самой простой. Общая версия.

— Не делай из меня идиота, Чужой. Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы поверить в бескорыстную любовь. Что тебе нужно от Оболенского?

— Его дочь.

— А подружка его дочери, которая сейчас прячется у Джона, тоже тебе нужна? — Блять. Альфа подготовился. А это значит только одно, ему от меня что-то нужно. И учитывая его визит, это "что-то" в России.

— Давай по-другому. Что нужно тебе? Ты ведь не поболтать прилетел? — Глава спецподразделения ощерился, и наклонился вплотную к столу, максимально приблизившись ко мне.

— Мне нужно то же, что и твоему отцу.

— Ты же знаешь, что подарочком может воспользоваться лишь один человек. И мне выгодней, чтобы это был отец. — Альфа усмехнулся, словно его забавляла эта ситуация, и он не видел проблем, в достижении цели.

— Я так не считаю. Да, пока мне сложно добраться до твоих девочек. Но я терпелив, и люблю раздавать долги. Ты же знаешь.

Наклонился к нему, и вцепился рукой за горло, сдавливая и слыша хруст позвонков.

— Не смей. Мне. Угрожать. Мы сотрудничество закончили. Проваливай.

— Ты ещё пожалеешь, Чужой. — Захрипел Альфа, сбрасывая руку с шеи. Вскочил, и быстро вышел из ресторана.

Я знал, что это не конец. Слишком хорошо знал этого сучёныша, чтобы понимать, что он вернётся. Но у меня был план. Помочь отцу, и свалить. Так, чтобы меня уже никто не нашёл.

Открыл в очередной раз записи, которые мне прислали с камер в особняке отца, и стиснул челюсти от желания оказаться за тысячи километров отсюда. Мэри и Полина сидят за обеденным столом. Девочка что-то увлечённо рассказывает. И это одновременно удивляет и забавляет. Она вообще плохо сходится с людьми. С детства предпочитает копаться в книгах в своей комнате, и редко выбирается из дома. Так сложилось, что у неё было не самое лучшее детства. И я блять не могу ничего сделать для неё до сих пор. Это бесило до безумия, до скрежета зубов и желания крушить всё вокруг. Я ставил на колени десятки, сотни вояк. А войну за этого ребёнка проигрывал каждый раз. Отец знал, что это единственный способ привязать меня к себе. Девочка же росла в одиночестве, в десятках комнат бродила одна, и лишь в мои редкие приезды улыбка могла озарить её детское личико. В тот день, когда она появилась на свет, я поклялся, что сделаю всё, что угодно, лишь бы она была счастлива. И не думал, что клятву будет так сложно сдержать.

А сейчас Мэри что-то рассказывала Полине, они смеялись и от этой картинки передёрнуло внутри. Сцена забытого счастья. Сколько раз я повторял себе, что не достоин всего этого. Но сейчас, глядя на них, в груди разрасталось это чёртово слово "моё". Накатывало как цунами, и не собиралось останавливаться. Где-то внутри отчаянно хотелось поверить в то, что это может быть реальностью. Хоть ненадолго забыться, и ощутить себя не чужим, как обычно, а тем, кого ждут, кем дорожат. Сплюнул, потому что всё это херня. Ничего не изменилось. И если Мэри я не могу бросить, то у Полины ещё есть шанс вернуться к нормальной жизни. И я его ей дам. Как только вернусь, отвезу её к матери. В новую квартиру, которую купил уже давно. Сотру из головы девчонки весь романтический настрой, потому что вижу уже, что стала смотреть на меня по другому. Именно так, как мне бы хотелось. Нельзя. Нужно убирать её от себя, пока собственник во мне окончательно не вошёл в свои права. Если ещё не поздно. Иначе я уже не отпущу её. Никогда.

******

И, кажется, я уже на грани. Потому что смотрю на неё в этом голубом сарафане и зверею от желания. Даже в одежде она настолько возбуждает, что скулы сводит, а рот наполняется слюной. От того, как загорелая кожа контрастирует с нежно-голубой тканью, как виднеется ложбинка груди, как она, задумавшись плавно проводит ладонью по бедру. А у меня от этого невинного движения член каменный и воспоминания забивают разум, не оставляя места больше ничему. Я помню, как она дрожала в первые встречи. Боялась меня, но при этом не могла справиться со своей чувственностью. Ещё в первый раз, когда поймал её за кражей, она стала влажной под моими пальцами. Как бы не была напугана, не могла сопротивляться своему телу. И это охренительно заводило. Если бы в ванной меня не ждала Настя, то разложил бы её на той самой тумбе, с которой взял и отдал ей кольцо. Не знаю, зачем тогда это сделал. Хотя нет, знаю. Я хотел её с первой встречи. Дико хотел, но не мог себе этого позволить. Поэтому когда понял, что она может оказаться передо мной в долгу, зацепился за эту возможность мгновенно. Назначил встречу, и как мальчишка мерил комнату шагами, когда ждал её впервые. Я тогда ещё не думал, насколько глубоко она может залезть мне в мозги. Повсюду мерещатся её шаги, и запах этот сладковатый, нежный. Даже не уверен, что это запах духов. Кажется, что это её личный запах, так пахнет её кожа, и мой личный фетиш. Сколько раз я срывался рядом с ней. Пугал, бросался как одичалый, но не мог себя удержать. Когда касался её кожи, вдыхал запах и смотрел в эти чертовски невинные глаза, планку срывало наглухо. И даже когда она изменилась, когда смотреть начала по-другому. Без ненависти, с огоньком желания, она меня ещё сильнее пожирала этим. Маленькая ведьмочка с зелёными глазами даже не представляет, на что она способна. Когда понял, что её кто-то тронул до меня, притом против её воли, накрыло от бешенства. Я буквально чувствовал как глаза наливаются кровью, а воздух в легких сменяется жидким пламенем, не давая дышать, пока не расправлюсь с этим ублюдком. Как же он плакал, когда его поставили на колени на городской свалке и заставили жрать свой поганый отросток. Он во всём признался, всё готов был сделать лишь бы выжить. Мерзкая, жирная свинья. Девочек было одиннадцать. И он выбирал их с умом, никогда не шёл к той, за которую могли заступиться. Смотрел внимательно на родителей, и искал тех, у кого не было отцов, братьев, или семья была неблагополучной. Даже те, кто попытались обратиться в органы, не смогли ничего доказать, да и не поверили им. Полина не обращалась, не знаю по какой причине, но она молчала. Две девочки, из тех, что он замарал своими руками, повесились. Я никогда не считал себя законопослушным гражданином. И за те грехи, что я накопил за свою жизнь, уверен, заслужил отдельный котёл после смерти. Но убивая эту мразь, испытал чистое удовольствие. Знать, что девочек не станет двенадцать или пятнадцать, стоило того, чтобы испачкать руки в его крови.

Настолько погрузился в воспоминания, что дёрнулся от стука в дверь. Посмотрел в глазок и выматерился. Опять эта сука, как же она меня достала. Ещё неделя, чёртова неделя до свадьбы. Только бы не сорваться. Открыл дверь и тут же повесилась мне на шею.

— Любимый, я так соскучилась. Я конечно понимаю, что жених не должен видеть невесту перед свадьбой. Но достаточно одного дня. Куда ты всё время пропадаешь? — Капризно надула губы и потянулась к моему лицу.

— Дела. Что ты тут делаешь? — Сбросил её руки с себя, и отошёл на несколько шагов.

— Тебя хочу. На мне сейчас безумно сексуальный комплект. — Снова попыталась приблизиться, но меня аж передёрнуло от этого. Я и раньше заставлял себя спать с ней. А сейчас только от этих мыслей становилось мерзко.

— В другой раз, Настя. Сейчас не до тебя.

— Это всё из-за неё? Да?! Отвечай!!! — С каждым словом переходила на визг, а лицо покрывалось красными пятнами. — Ты из-за этой шлюхи больше меня не хочешь?! Так нет её больше, папа её посадил.

В два шага преодолел расстояние между нами и, обхватив её шею, прижал к стене.

— Ещё одно подобное слово, и ты пожалеешь, Настя.

— Я поняла. Прости. Погорячилась. — Злость мгновенно сменилась испугом, и вместо крика залепетала, путаясь в словах. — Я пойду. Позвоню тебе завтра, надеюсь ты отдохнёшь и придёшь в себя. — Это вряд ли, дорогая. Для тебя, я не приду в себя никогда.

Выставил её за дверь и стало легче. Хотя бы ненадолго избавился. А скоро избавлюсь насовсем. Но через час мне позвонил Бес.

— Ты просил следить за Настей. У нас проблемы.

— И где она?

— Судя по навигации, едет в колонию, где якобы отбывает срок Полина.

*************

— Твою мать.

— Я предупреждал, что это плохо кончится.

— Заткнись, Бес. Я разберусь с ней. — Сбросил вызов, и наспех набросив куртку, рванул к машине. Стерву нужно поймать до того, как она вернётся в город. Иначе это действительно плохо кончится.

Гнал по трассе, как ненормальный, и все равно понимал, что не успеваю, потому что, судя по передвижению машины Насти, скорость у неё была не меньше моей. Пытался успокоиться, чтобы не прибить суку, когда догоню, но адреналин повышался с бешеной скоростью, застилая взгляд яростью, и не давая мыслить адекватно.

Не успел. Оставалось пятьдесят километров, когда значок в планшете показал, что Настя достигла цели, а спустя двадцать минут, двинулся мне на встречу. Когда вдалеке показалась её машина, выскочил на встречку и резко крутанул машину так, чтобы заблокировала большую часть узкой дороги. Ей пришлось остановиться и выйти из машины. Вышел на встречу и ждал, что она скажет. Всё будет предсказуемо, я уверен. Слёзы, истерика, угрозы, страх. Это Полина поступает так, что я каждый раз в замешательстве от её действий. То ластится как кошка, то готова разорвать тебя на куски, словно перед тобой дикая тигрица. Настины шаги я мог предсказать почти досконально. Красивая сука, но не настоящая, и скучная, аж корёжит от того, какая она штампованная.

— Я не верю, Артём. У нас же всё хорошо было. Она соблазнила тебя, я понимаю. Но ты ведь на мне женишься, не на ней. Зачем она нужна тебе? Я была в колонии, там сидит другая девушка. Похожая, но не она! Это ты её вытащил? Что с нами происходит, Артём?! — На глазах слёзы и, наверное, впервые мне кажется, что ей действительно больно. Первые секунды становится даже жаль её. Но потом вспоминаю, с какой же лёгкостью она подставила лучшую подругу. Как долго она использовала Полину для личных целей, и теперь боль касается и меня. Полина настолько искренна в своих чувствах, и это её боль меня терзает. Да так мощно, что я не могу переварить такого отношения к ней. Только не к ней. Пора уже признать, что за девочку глотки готов рвать. И ведь рвал уже. — Почему ты молчишь?! Я с тобой разговариваю!

— Успокаивайся и садись в мою машину.

— Нет! Сначала мы поговорим. Артём! Свадьба через пять дней! Тебе не стыдно так плевать мне в душу?! Я терпела, и готова терпеть! Но это перебор! Выбирай. Либо я, либо она.

— Я не собираюсь никого выбирать Настя. — Голова начинает раскалываться, и я устало тру переносицу. — Садись в машину.

— Тогда я всё расскажу отцу! И ты, — Тычет мне указательным пальцем в грудь, — вылетишь из моей жизни так же быстро, как пробка из шампанского. Ты меня понял?!

— Это ты меня не поняла, дорогая. Ещё раз повторяю, свадьба состоится. А ты будешь сидеть как мышка, и даже не посмеешь пикнуть. Иначе… — Перехватываю её руку и заламываю за спину, не причиняя особой боли, лишь фиксируя. Только истерик мне её не хватало, а если начнёт махать руками, точно не выдержу. Никогда не бил женщин, но сейчас на грани. — Не строй из себя влюблённую барышню, Настя. Тебе нужны мои деньги, и красивый статус жены. Ты это получишь. На этом всё. И если ты только попробуешь рассказать что-то отцу, поверь, я сделаю так, что ты об этом пожалеешь, очень сильно.

Остался последний пункт программы. Страх. Смотрю, как округляются её глаза, как смешно хлопает ими словно рыба. Губы начинают дрожать, а во взгляде поселяется страх.

— Ты мне ничего не сделаешь. — Не спрашивает, но говорит так неуверенно, будто ждёт подтверждения.

— Сделаю, дорогая. Ты меня плохо знаешь.

Ответ мне не нужен. Встряхиваю ее, словно куклу и усаживаю в машину. Нужно поговорить с Полиной. Хотя бы пару слов. Она успокоит, я чувствую. Иначе мне крышу сорвёт, иначе с ума сойду. А сам про себя усмехаюсь. Какой из меня чужой, если эта девочка с зелёными глазами превращает меня в преданного пса. Да и плевать. Лишь бы погладила. Пёс будет урчать от кайфа, а чужой перестанет скалиться. Это то, что мне сейчас нужно. Иначе всё закончится плачевно. Для каждого из нас.