Осень по договору: Жена на шесть месяцев

Глава 23. Ника: Утро после

Проснулась я от того, что Глеб осторожно выбирался из-под одеяла, стараясь не разбудить меня. Но я уже не спала — лежала с закрытыми глазами, слушая, как он тихо собирается в полумраке комнаты.

Вчерашняя ночь отпечаталась в памяти каждым прикосновением, каждым вздохом. Мы перешли черту, и теперь в утреннем свете это казалось одновременно неизбежным и пугающим. Как смотреть ему в глаза? О чем говорить? Делать вид, что ничего не произошло, или признать, что все изменилось?

— Я знаю, что ты не спишь, — раздался его тихий голос.

Открыла глаза. Глеб сидел на краю дивана, натягивая носки. В бледном свете раннего утра его профиль казался мягче, уязвимее.

— Доброе утро, — прошептала я.

— Доброе.

Он повернулся ко мне, и несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. В его глазах плясали золотистые искры — смесь нежности и неуверенности, которую я чувствовала и в себе.

— Жалеешь? — спросил он прямо.

— Нет. А ты?

— Нет.

Простые слова, но от них стало легче дышать. Мы не жалели. Это уже что-то.

На кухне, за крошечным столом, мы пили кофе в тишине. Дождь за окном превращал утро в акварельную размытость — серые дома, желтые пятна фонарей, мокрый асфальт. Обычное октябрьское утро, только внутри меня все переменилось.

— В контракте нет запрета на... — Глеб замялся, подбирая слова, — на личные отношения.

— Знаю.

— Тогда формально мы ничего не нарушили.

Формально. Смешное слово для того, что произошло между нами. Разве можно измерить формальностями то, как дрожали его руки, касаясь моей кожи? Или то, как он шептал мое имя в темноте?

— Глеб, — начала я, но он покачал головой.

— Не нужно ничего решать сейчас. Просто... будем жить дальше. Посмотрим, что получится.

Мудрые слова. Не торопиться, не давать обещаний, не строить планов. Просто жить. День за днем, момент за моментом.

На работе мы старательно держали дистанцию. Приехали вместе, но в лифте стояли на приличном расстоянии. На моем этаже Глеб кивнул сдержанно-официально и поехал выше. Никто не должен был заподозрить, что этой ночью мы… Хотя почему? Мы ведь супруги — постоянно забываю об этом. То, что между нами произошло это самая естественная и правильная вещь в браке, верно?

— Ника! — Лена выскочила из-за угла с сияющей физиономией. — У меня новости!

— Какие?

— Максим пригласил меня на свидание! В пятницу! Представляешь?

Я улыбнулась, глядя на ее счастливое лицо. Хорошо, когда все просто — встретились, понравились друг другу, назначили свидание. Без контрактов, тайн и запутанных условий.

— Это чудесно, Лена. Максим хороший парень.

— А у тебя как? — она внимательно посмотрела на меня. — Ты какая-то... другая сегодня. Мечтательная.

— Просто не выспалась.

— Конечно, — хитро улыбнулась она. — "Не выспалась" с мужем, да?

Я почувствовала, как краснею, и это выдало меня с головой.

— Ох, так и есть! — захихикала Лена. — Нечего стесняться, вы ведь супруги! Еще не привыкла к статусу жены?

Супруги. По документам — да. По контракту — временно. А по факту? По факту мы были двумя людьми, которые запутались в собственных правилах.

День тянулся бесконечно. Новый проект требовал концентрации, но мысли то и дело уплывали к Глебу. Что он сейчас делает? Думает ли обо мне? Жалеет ли о том, что линия между деловым и личным окончательно размыта?

К обеду пришло сообщение: "Северов созывает внеочередное совещание. Буду занят до вечера."

"Хорошо. Удачи."

"Спасибо. Встретимся дома."

Встретимся дома. Два простых слова, а сердце екнуло. У нас есть дом. Не у нас с Соней, но и у Глеба тоже. Пусть тесный, потрепанный — но общий.

К пяти вечера я закончила с отчетами и собралась уходить. В коридоре столкнулась с Мариной из бухгалтерии.

— Ника, привет! Слышала, Северов опять что-то мутит?

— Да, совещание какое-то внеплановое.

— Он не успокоится, пока Глеба не выживет, — понизила голос Марина. — Все об этом говорят, но молчат. Боятся.

— Глеб справится.

— Надеюсь. Он хороший руководитель. Справедливый. Не то что некоторые.

Дома меня встретила Соня — уже вернулась из школы, переоделась в домашнее, возилась с учебниками на диване.

— Привет, мам! Как день?

— Обычно. Работа. А у тебя?

— Контрольная по химии. Кажется, написала на четверку.

— Неплохо для нелюбимого предмета.

— Это точно. Где Глеб?

— На совещании. Будет поздно.

Соня нахмурилась.

— Опять этот Северский?

— Соня, он Северов…

— Да пофиг. Так из-за него?

— Наверное.

— Он как собака на сене — сам не может нормально руководить и Глебу не дает.

Иногда подростковая прямолинейность попадала прямо в точку.

Мы поужинали вдвоем, потом Соня ушла делать уроки к себе, а я осталась в гостиной с книгой. Но читать не получалось — буквы расплывались, мысли блуждали. Вчерашняя ночь, сегодняшнее утро, неопределенность будущего — все смешалось в тревожный клубок.

Глеб вернулся к десяти, усталый и раздраженный. Темные круги под глазами стали заметнее, челюсть напряжена.

— Тяжелый день? — спросила я, встречая его в прихожей.

— Северов пытается провести реструктуризацию. Хочет разделить компанию и забрать самое прибыльное направление себе.

— Он может это сделать?

— Если заручится поддержкой совета — теоретически да. Но я не дам.

В его голосе звучала сталь. Глеб Руднев не привык проигрывать, и Северов явно недооценивал противника.

— Поужинаешь?

— Не голоден. Но кофе выпью.

На кухне, пока я возилась с кофеваркой, он сидел на табурете, подперев голову рукой. В желтом свете старой лампы выглядел уязвимым — без делового костюма, без брони официальности.

— Не переживай так, — сказала я, ставя перед ним чашку. — Ты умнее Северова.

— Дело не в уме. Дело в связях, поддержке, умении манипулировать.

— Ты тоже это умеешь.

— Умею. Но устал. — Он поднял на меня усталый взгляд. — Иногда хочется просто жить. Без этих игр, интриг, борьбы за власть.

— А что бы ты делал, если бы не это?

Глеб задумался, грея ладони о чашку.

— Не знаю. Наверное, открыл бы маленькую компанию. Что-то простое, понятное. Без совета директоров и отчетов перед акционерами.

— Еще не поздно.

— Поздно. Я слишком глубоко увяз в этой системе. И потом... — он замолчал.

— Что?

— Теперь у меня есть ответственность. Перед тобой, перед Соней. Я не могу просто все бросить.

Мы не просили его об этой ответственности. Но он взял ее на себя — естественно, без пафоса. Как будто иначе и быть не могло.

— Глеб...

— Все в порядке, — он встал. — Просто устал. Пойдем спать?

В гостиной Соня уже расстелила нам диван — аккуратно, с двумя подушками на приличном расстоянии друг от друга.

Мы легли каждый на свою половину. В темноте слышалось дыхание друг друга, скрип старого дивана, далекие звуки ночного города за окном. Соня была за тонкой стеной, и мы оба понимали — сегодня между нами не будет ничего, кроме этой близости на расстоянии.

— Ника, — прошептал Глеб в темноте.

— Да?

— Спасибо, что ты есть.

Простые слова, но от них защемило в груди. Я протянула руку через разделяющее нас пространство, нашла его пальцы. Он сжал мою ладонь — крепко, словно боялся отпустить.

Мы заснули так — держась за руки через половину дивана. Не любовники, не супруги по расчету, а просто два человека, которым было спокойнее вместе, чем поодиночке.

А утром нас ждал четверг. Еще один день балансирования между правдой и игрой, между контрактом и чувствами, между тем, что должно быть, и тем, что есть на самом деле.