Пепел на языке

Глава 11. Цифровая гильотина

Бункер жил своей монотонной, механической жизнью. Здесь не было смены дня и ночи, только бесконечное гудение ламп дневного света и шелест серверных стоек. На второй день пребывания в «Гавани» Абрам настоял на том, чтобы его пересадили в кресло-каталку. Его лицо всё еще было бледным, а каждое движение вызывало глухой стон, который он яростно подавлял, но глаза горели тем самым холодным, расчетливым блеском, который Диана видела в первую ночь.

Они находились в святая святых бункера — узле связи. Перед ними светились десятки мониторов, отражаясь в темных зрачках Абрама.

— Это здесь? — спросила Диана, стоя за его спиной. Она сменила халат на найденную на складе черную тактическую форму, которая была ей великовата, но подчеркивала новую, угловатую жесткость её движений.

— Да, — Абрам ввел длинную последовательность символов. — «Проект Зеро». Десять лет я собирал эти фрагменты. Каждый перевод, каждый подписанный твоим отцом приказ, каждое имя убитого солдата. Здесь достаточно взрывчатки, чтобы обрушить не только карьеру Виктора, но и всю систему, которая позволяет таким, как он, процветать.

На главном экране появилось древо файлов. Тысячи папок, каждая из которых была чьей-то смертью или чьим-то предательством.

— Если ты нажмешь «Enter», — Диана положила руку на его плечо, чувствуя, как напряжены его мышцы, — пути назад не будет. Ты понимаешь, что он сделает? Он объявит нас врагами номер один. Он задействует всё: армию, наемников, киллеров. Мы никогда не сможем выйти на солнце.

Абрам медленно повернул голову к ней. Его рука накрыла её ладонь.

— Мы уже давно в тени, Диана. Разница лишь в том, что теперь тень будет принадлежать нам, а не ему. Ты боишься?

Диана посмотрела на экран, где в одном из файлов светилось имя её матери и дата её «несчастного случая», произошедшего восемь лет назад. Её пальцы дрогнули.

— Я боюсь только одного, Абрам. Что в конце этой войны от нас самих ничего не останется. Только этот цифровой пепел.

— От нас и так ничего не осталось, — отрезал он и ударил по клавише.

Экран заполнился полосами загрузки. Данные начали растекаться по сети — к журналистам, в международные суды, в теневые форумы, где информация стоила дороже золота. Это была цифровая гильотина, и лезвие уже начало свое падение.

Эффект последовал почти мгновенно. Через час Серый ворвался в комнату, его лицо было сосредоточенным.

— Началось. По всем каналам — экстренные выпуски. Акции «Каренин Индастриз» рухнули за двадцать минут. Но есть и плохая новость.

— Говори, — приказал Абрам.

— Нас вычислили. Не конкретное место, но квадрат. Твой отец, Диана, вывел в небо частные спутники. Они ищут тепловой след системы охлаждения бункера. У нас есть несколько часов, прежде чем здесь станет слишком жарко.

Диана почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она посмотрела на Абрама. Тот выглядел странно спокойным.

— Он придет сам, — тихо сказал Абрам. — Виктор не доверит это наемникам. Ему нужно увидеть мои глаза, когда он будет нажимать на курок. И ему нужно забрать тебя, чтобы доказать себе, что он всё еще владеет миром.

— Он не заберет меня, — Диана выхватила пистолет из кобуры на бедре и проверила затвор. — Я больше не его имущество.

Абрам посмотрел на неё с горькой гордостью.

— Серый, готовь группу к эвакуации через нижние уровни. Диана, иди за мной. Есть кое-что, что ты должна увидеть до того, как мы уйдем.

Они спустились в самый дальний сектор бункера — оружейную. Там, среди ящиков с боеприпасами, стоял небольшой сейф. Абрам открыл его и достал старую, выцветшую фотографию. На ней была группа молодых мужчин в камуфляже — веселых, живых, на фоне палящего солнца пустыни.

— Мои ребята, — прошептал он. — Единственная семья, которая у меня когда-либо была. Твой отец продал их за контракт на поставку титана. Я единственный, кто выжил, чтобы помнить их имена.

Он протянул фото Диане.

— Ты спросила, почему я не убил тебя в ту ночь. Я хотел. Мой палец был на спусковом крючке. Но когда ты посмотрела на меня… я увидел в твоих глазах ту же пустоту, что была у них в последние секунды. Ты тоже была мертва, Диана. И я подумал: может быть, две смерти могут дать одну жизнь?

Диана прижала фото к груди. В этот момент она окончательно поняла, что их связь — это не просто стокгольмский синдром или жажда страсти. Это был договор двух призраков, решивших отомстить живому миру, который их предал.

— Мы не умрем сегодня, Абрам, — она подошла к нему вплотную. Её губы коснулись его лба. — Мы заставим его захлебнуться этим пеплом.

Внезапно пол бункера вздрогнул. Где-то наверху раздался глухой взрыв, за которым последовал вой сирены.

— Они здесь, — выдохнул Абрам, пытаясь встать с кресла. — Диана, хватай сумку с накопителями. Игра переходит в физическую стадию.

Она подхватила сумку и помогла ему подняться, подставив плечо. В узких коридорах бункера начал распространяться дым. Тишина закончилась. Начался обратный отсчет.