Пленница

Глава 35

Адам ждет у двери.

- Что-то случилось? - догадываюсь. - Эй. Ты же не подумал, что я сбежала?

- Когда уходишь, хорошо бы предупреждать, - он вроде бы шутит. Правда, опять прищуривается нижними веками в этой своей жуткой манере психопата.

И я ведусь снова, опять пробирает эта его проницательность.

- Прости, - неловко взмахиваю руками, ощущаю отголоски стыда. - Я только в дамскую комнату. На пару минут. Надо было тебе сказать.

- Прогуляемся?

На крыльце клуба Адам оглядывается по сторонам и ведет меня к морю.

Шпильки тонут в песке, приходится разуться, но я только рада: прохладный песок приятно массажирует ступни. Мы идем вдоль берега, народу с каждым десятков шагов становится меньше. Музыка тоже остается позади, и звуки прибоя заполняют уши. Я сжимаю ладонь Адама.

У кромки воды песок совсем мокрый, это блаженство. Свежий соленый бриз ударяет в лицо. Я ежусь, и Адам обнимает со спины.

Он опять устраивает для меня романтику, поэтому я просто беру и отпускаю наше с ним прошлое. Смотрю на черную воду, улыбаюсь.

- Сейчас побежишь вперед и будешь ждать меня в пяти метрах.

- Что?

Его слова не очень-то вяжутся с моментом, поэтому смысл доходит не сразу.

- Давай!

В следующую секунду Адам толкает меня вперед, и я, спотыкаясь, делаю несколько больший быстрых шагов. Не удержав равновесие, падаю на колени, оборачиваюсь.

Позади потасовка. Я застываю, неспособная отвести глаз от того, как Адам двигается. Как вообще человек такого роста может двигаться настолько легко? Их двое. Внезапный удар ногой. Пара резких движения... Адам технично вырубает первого нападающего, а потом сцепляется со вторым. У меня не получается уследить, как, но через секунду он уже обхватывает того за горло. Они вместе опускаются на песок. Глухой удар.

Первый начинает подниматься.

Я шарю по песку: ни камня, ни ветки... блин, давай же. Пальцы касаются чего-то гладкого. Удача! Я хватаю пустую бутылку из-под пива.

Прости, пляж. Разбиваю ее дно об единственный твердый предмет в наличии - мобильник, и вскакиваю на ноги с импровизированным оружием.

Первый тем временем уже поднимается на четвереньки.

- Адам... - зову я. - Адам...

Тот оборачивается, но нападающий, все еще согнутый пополам быстро много раз извиняется. Дескать, прости, брат, попутали. Устремляется бежать!

Адам допрашивает второго. А потом, ради удовольствия,не иначе, использует электрошокер, который, очевидно, вытащил у одного из нападавших. Когда мы заходили в клуб, ничего подобного у него в руках не было, кроме начатой бутылки виски.

- Можно подойти? - спрашиваю я, кода Адам включает фонарик на телефоне. Разглядывает свою жертву. Фотографирует. Нападавшим оказывается мужчина лет тридцати, высокой, смуглый. Говорит с акцентом.

Дождавшись кивка, я приближаюсь.

- Знаешь его? - спрашивает Адам. - А что у тебя в руке?

Показываю импровизированное оружие, и он смеется.

- Применить не испугаешься?

- Если доведется — проверим, - отвечаю сквозь зубы. Мое тело напряжено. Кажется, я больше не способна бояться. - Впервые вижу.

Адам открывает бутылку виски, присаживается на корточки.

- Чувак, что хотел? Давай, рассказывай, оно того не стоит. - Зажимает и хладнокровно вливает ему в рот алкоголь. Болтает так по-доброму: - Твой приятель удрал, а тебя в море утром найдут, пьяным. Пополнишь регулярную статистику. Зачем? Во им чего?

Тот захлебывается, но вынужденно глотает, пока не поднимает руку и не показывает на меня.

Адам дает ему передохнуть.

- Виски кстати хороший, таким не грех налакаться напоследок.

- Телку эту! Ищут! Блядь. Отпусти, мы только передать хотели. Ничего больше.

- С электрошокером, я так и понял. Передавай.

Я крепче сжимаю горлышко бутылки.

- Что жизни ей не будет. Механизм запущен.

Сжимаю зубы.

- Хорошо. Ты тоже, будь другом и дай мне повод тебя отпустить, - говорит Адам спокойно, почти ласково. - Передай Павлу Цечоеву, что на юге живет некой Адам Алтайский, и что у него долгая история работы с «Калеками». Ему позвонят скоро. Пусть собирает чемодан. - Поворачивается ко мне. - Идем, Рада.

Проходя мимо я топаю ногой так, чтобы осыпать песком лицо гада, хватаю Адама за руку.

- Не трясись, - говорит он.

- Черт. Черт. Какой еще механизм.

- Мы сейчас пойдем в машину, спокойно в нее сядем и вернемся в город. Хорошо?

Адам говорит почти весело, но при этом напряжен предельно. Сканирует местность, периодически оглядывается.

Машину он бегло осматривает, потом галантно открывает передо мной дверь. Я только-только уговорила себя расстаться с осколком у мусорки, и сейчас нервно сцепляю пальцы.

Адам выруливает с парковки, в этот момент вибрирует его мобильник.

- Марат, ты на громкой.

- Здравствуйте, - говорю я.

- Здравствуйте. Адам, звоню тебе уже полчаса, ты че трубку не берешь.

- Если ты насчет пожаров...

- Та нахрен мне твои пожары. Ты просил предупредить — предупреждаю — Рада Филатова в розыске. Еще раз добрый вечер.

- Ясно. Кто ищет?

- Универ. Отличница она круглая, на учебу не ходит. Педагогический состав волнуется. Надо обозначить, что жива-здорова и находится у нас на юге по собственному желанию.

- Какой заботливый педсостав. Малыш, волнуются за тебя.

Я бросаю в него убийственный, полный испепеляющей ярости взгляд.

- Так что? Я ее нахожу или продолжаю искать? - с энтузиазмом интересуется Марат.

- Пока «поищи». Я подумаю, где ее лучше найти.

- Понял. Хорошего вам вечера.

- До связи.

Едва Адам сбрасывает этот вызов, набирает в телефоне другого приятеля и сообщает новости. Тот перезванивает через полчаса, мы уже к дому подъезжаем.

- Метиков, слушаю, - говорит Адам.

- Твоя девушка на «Мамбе» светится, сама адрес отеля слила еще три дня назад.

Адам поворачивается ко мне так резко, что я чуть не сгораю на месте от стыда. Между прочим незаслуженного!

Всплескиваю руками и захлебываюсь возмущениям.

- Я что... Я... Да с чего... - Пытаюсь подобрать слова, благо, годы учебы помогают не потонуть в междометиях окончательно, и я-так выпаливаю: - На идиотку похожа? Региться на мамбе СЕЙЧАС? Ты, блин, подумал, что я с кем-то пытаюсь познакомиться?!

Адам чуть изгибает бровь и криво улыбается.

- Ну фотка ее. С парнями общается, с одним дообщались до обмена адресами в соцсетях.

- А зовут? Как зовут?

- Представилась Надей.

Я закрываю глаза, чувствуя как сковывает озноб.

- Дурочка наивная, - бормочу. - Я просила никуда меня не выкладывать, она вечно все фоткает, я всегда прошу, чтобы удалила. Какая глупышка.

Смотрю на Адама жалобна.

- Кстати, судя по аккаунту, Рада имеет успех на сайте знакомств.

- Адам, я клянусь! - пищу, сжимая ладони. - Я здоровьем своим клянусь!

- Спасибо, Стас. - Он сбрасывает вызов. - Успокойся, я же попросил. Если ты будешь истерить, мы поссоримся.

- Ты меня им не отдашь? Адам?

- Успокойся! - рявкает он.

Я прикусываю язык и замираю.

- Это был вопрос времени, - говорит он ровно. - Сегодня переночуем в городе, я решу к утру, где тебе будет безопаснее переждать.

Леди я так себе. Сижу-ерзаю в машине, жду, пока Адам озирается на парковке. Он неспешно подходит к двери, открывает, мой вынужденный джентльмен. Подает руку. Я быстро вкладываю свою ладонь в его, он подносит к губам и целует. Извиняется так.

Я быстро улыбаюсь, чувствуя его тепло.

В подъезде тихо и светло, но я все равно умудряюсь трижды испугаться тени. Едва заходим в квартиру и здороваемся с малышкой Кирой, Адам показывает мне фотку с мамбы.

Мы там с Надей крупным планом. В обнимку сидим у бассейна. Я в белой майке и шляпе с полями улыбаюсь во весь рот. Сердце болит. Боже, как болит. Мы с Адамом тогда уже начали жить вместе, Надя как-то пришла в гости, мы пили лимонад и болтали. Я ее фотографировала для сайта знакомств. Эта фотка получилась случайно. Бедная моя дурочка.

- Ты на фото счастливая, - сообщает Адам. - Это их и взбесило. Чужое счастье пережить сложнее всего.

Идиотские соцсети. Пятьдесят лет назад никто бы меня не нашел. Иголка в стоге сена. Плата за технологии.

Он моет руки в ванной, когда я не выдерживаю, врываюсь и обнимаю его за шею. Крепко-крепко.

- Тише. Тише, малыш, - его руки, наконец, стискивают меня, даря спокойствие. - Ну ты чего? Ты же знала, что так будет?

- Надеялась, что они отвалят. Ты как, кстати? Не поранился?

- Не. Эти типы, кстати, были не местными, - рассказывает буднично. Начинает раздеваться. - Видимо проследили от этой квартиры. Причем кто я, понятия не имели. Пасли именно тебя. Хорошо, что ты не выходила, пока меня ждала.

Я торопливо киваю, представляя себе, что бы могло случиться, выйди я за хлебушком. Адам продолжает:

- В клубе спросили у охраны про меня. Лохи, мне, разумеется, сразу передали. Из оружия один шокер на двоих. - Задумывается. - Слушай, Святоша спит, наверное?

- После операции на живую? Думаю, да. Наглотался таблеток своих.

- Тогда утром. Сейчас надо тоже лечь. Долгий день.

Адам принимает душ первым, я жду у двери как преданная акита. Ополоснувшись, он пускает меня в горячую ванную и снова принимается кому-то звонить. Оставшись одной, я делаю душ погорячее и истерично тру кожу, переступаю с ноги ногу.

Одной находится слишком сложно, даже зная, что Адам буквально за стенкой.

Я наскоро смываю пену, беру полотенце и вытираюсь. В тот момент когда я думаю, что хуже уже быть не может, и что я в полной заднице... дурацкая улыбка на фотографии!.. в тот момент, когда я пытаюсь как-то успокоиться, дверь распахивается.

Адам почему-то в штанах. Быстро натягивает черную футболку.

- Ты же меня не бросаешь? - шепчу я в полном ужасе.

- Малыш, - говорит он серьезно, но очень быстро. И это его «малыш-малыш». Мы ведь не занимаемся сексом, откуда нежности? - Сейчас сюда ворвется ОБЭП. Не паникуй, это на за тобой. Поняла? Кивни.

- Блядь, кто? - ахаю я.

В дверь грубо стучатся.

- По-новому УЭБ. Управление службы экономической безопасности и...

- Я знаю, что такое ОБЭП. Но почему?..

- Потому что потому. Одевайся. Из квартиры одна не выходи, закройся. Звони Святоше, пока не ответит.

Стук усиливается, уши закладывает от рева пилы.

- Да иду я! - рявкает Адам, явно разозлившись. - Стоп! Е-мае, дверь не снимайте! Ну что за люди, им по приколу, раз за разом?

- Адам! - окликаю я. Хочу сказать ему что-то важное. Что-то особенное. Но не понимаю, что именно.

Он ждет секунду, потом кивает и спешит открывать гостям.

- Кира, шухер! Менты, прячься!

Кира пулей влетает в ванную, падает на коврик и закрывает морду лапами. Я дрожащими руками поспешно натягиваю пижаму. Мужские резкие голоса заполняют квартиру и мои бедные уши. В дверях ванной появляется вооруженный до зубов мужик в бронежилете, шлеме и с автоматом наперевес. Грозный такой. Будто мы не по экономическим преступлениям проходим, а притон развели.

На груди надпись: МВД. Раньше с этими парнями я была на одной стороне.

- Здрасте, - приветственно поднимаю руки. - Паспорт нести?

Сердце отбивает один из своих самых быстрых ритмов. Я вскидываю подбородок и смотрю максимально невинно.

- Тут женщина, двадцати-двадцати пяти лет на вид! - кричит полицейский. - Здоровается вежливо.

Адаму грубо заламывают руки, хотя он не сопротивляется. И зачитывают обвинение.