Попытка номер пять. Убить или влюбить

Глава 25. Первая ночь Альфии

Я прошлась по третьему этажу, пытаясь заглянуть в каждую дверь. Большинство из комнат оказалось закрыто. Те же из них, в которые можно было попасть, содержались явно не в жилом состоянии – мебель накрыли белыми простынями, а на зеркалах и окнах скопилась пыль и грязь. Еще бы – из всего персонала всего три человека!

У остальных, видимо, просто здесь нервы не выдерживали или психика давала сбой. И переезжали бедные сразу в дом для умалишенных.

В самих коридорах было довольно чисто, и даже перила на лестнице оказались натерты до блеска. Я спустилась по ней, размышляя, стоит ли прогуляться и по второму этажу, когда услышала странный шум на первом. Это не был звук шагов или разговор слуг, скорее… скрежетание?

Будто что-то пыталось выбраться на волю.

Первое правило для тех, кто попал в фильм ужаса – не идти на крики и пугающие звуки. Я испуганно схватилась за перила, готовясь в любую секунду рвануть в свою спальню. Если бы у меня сейчас оставались лисьи уши – они бы стояли торчком, дрожа от напряжения.

Но вскоре звук стих, а я немного успокоилась. Если бегать от любой опасности – я в этом мире застряну надолго. Тем более, у меня родилось подозрение, что все эти странности связаны с почившим и одновременно не почившим хозяином этого замка. И если так, то мне не стоит слишком бояться – Марис никогда не причинял мне боль, кем бы он ни был.

Каблучки моих туфель слишком громко цокали по мраморному полу. Звукоизоляция в замке была ни к черту, но никто так и не вышел проверить, чем же хозяйка занимается по ночам. Может быть, я зря клеветала на служанку? Возможно, они с отцом сами боялись выходить из своих комнат ночью, потому что…

Я вспомнила, как Тезо говорил, что это мир проклятий. Здесь не было магии – по крайней мере, в том понимании, что я знала, но все же существовали сверхъестественные силы. И как водиться, активизировались они скорее всего ночью.

Я прошла мимо холла, миновала несколько проходных комнат, подсвечивая себе путь предусмотрительно взятым фонариком, и остановилась около тяжелых двухстворчатых дверей, закрытых на засов.

Странно. Но еще страннее оказалось то, что крепкая доска треснула посредине, будто что-то… пыталось вырваться наружу.

– Твою ж налево, – прошептала я. – Только бы не зомби, только бы не зомби…

При всей моей привязанности к Марису, если он будет гнить и пускать слюни, то нам с ним точно не по пути. С другой стороны, приятно, когда мужчина ценит тебя не за внешность, а за мозг…

В результате ответственное отношение к делу превзошло желание спрятаться, и я, решительно избавившись от засова, шагнула внутрь.

Помещение, в котором я оказалась, было просто огромным. Вероятно когда-то оно предназначалось для балов. Но едва ли прежний хозяин любил приемы, и часто ей пользовался. Узкий луч фонарика осветил покрытый трещинами пол, холодные, пустые стены… и наткнулся на чудовище, растянувшего многочисленные отростки в разные стороны.

По крайней мере, так мне показалось на первый взгляд. Я уронила фонарик, сделала несколько шагов назад… И только затем поняла, что чудовище, возвышающееся до самого потолка, было… деревом?

Я не знала, что это за род дерева, но издалека и в плохом освещении растение походило на дуб или вяз с раскидистыми голыми ветвями, что я приняла за тентакли, и мощным, причудливо искореженным стволом. Что самое странное, дерево росло прямо из паркета. Именно росло, потому что выпростанные наружу корни растянулись в несколько метров в ширину, и вгрызались прямо в пол.

Что-то подобное я, кажется, видела в “Сонной лощине”. Там в подобных корнях Всадник без головы прятал свои трупы. Но фантасмагоричность картине придавал даже не сам причудливый облик дерева, а скорее то, где оно росло. Прямо внутри помещения, и выглядело довольно старым. Окажись растение дубом, я бы решила, что ему несколько сотен лет. Возможно даже, оно росло здесь раньше, чем построили замок. Тогда… Кто-то специально позволил ему здесь расти.

Но как оно могло так хорошо вырасти и сохраниться, не имея нормального доступа к свету? Не говоря уже о плодородной почве. Крайне трудно считать плодородной плитку белого и черного цвета, которая чередовалась как клетки на шахматной доске.

И если скрежет шёл из этого зала, то откуда он доносился? Здесь не гулял ветер, и ветви совершенно не шевелились.

Если, конечно, это дерево не было хищным…

Я подняла разломанную деревянную доску, слегка приблизилась к чудовищу и кинула в него трофей. Благо выданное мне тело хоть и выглядело хрупким, было столь же сильным, как и у других жителей этого мира.

Доска упала между корнями… И ничего не произошло.

– Подманиваешь меня, да? Сожрать небось хочешь? – я обвиняюще ткнула пальцем в сторону дерева, но оно меня проигнорировало.

Возможно, я немного преувеличиваю опасность. Это просто дерево. Оно не может мне ответить. В этом мире нет дриад или других разумных растительных рас. И никто не стал бы оставлять плотоядное дерево посреди замка.

Никто в здравом уме, конечно. Но человек, способный оставить наследство совершенно незнакомой девушке, едва ли является оплотом разумности.

Ладно, я вернусь сюда днем. Скорее всего с топором или даже бензопилой, если здесь подобные существуют.

Может быть, захвачу пару крепких ребят с факелами.

В моей голове раздался вздох.

“Тезо?”

“Не устраивай пожар, пожалуйста. Как ты вообще сама себя не убила еще, с таким здравомыслием? Да и еще умудрилась выжить в нескольких мирах”.

“Ну уж явно не твоими стараниями! Тезо, это дерево как-то связано с моей целью?”.

“Вероятнее всего. Реагирует ли твоя татуировка?”

Я слегка закатала рукав, и заметила, что рисунок кинжала на коже слегка покраснел. Что удивительно, я не ощущала прежнего жара. Адаптировалась, что ли?

“Что будет, если я просто ткну артефактом в кору?”

“Можешь проверить. Но даже, если осколок душ как-то связан с деревом перед тобой, ты не обязательно сможешь легко выполнить свое задание. Часто, чтобы разрушить проклятый предмет, нужно выполнить определенное условие. Например, найти истинное сердце чудовища, или решить обиду, из-за которой возникло проклятие”.

То есть сначала стоит узнать, почему здесь растет это дерево… и как, на самом деле, умер Далтон. Точнее, оказался проклят. Похода на кладбище мне тоже, судя по всему, не избежать.

Вот веселуха-то-то!

С Мейнардом и Матиасом я хотя бы на праздники выбиралась. Пусть даже с последним этим праздником оказалась моя собственная свадьба. С Менаром мы тоже как-то развлекались. Гуляли, плясали…

А тут? Все главные экскурсии – на кладбище, лучшее общение – со зловещими персонажами, которых словно выдернули из фильма ужасов. Прелесть! Не удивительно, что ни один эмиссар сюда не добирался. От одного вида этого мира со стороны у слабонервных, наверное, сердце останавливалось.

“Ну так что, будешь тыкать?” – провокативно спросил Тезо.

“А что бы и не тыкнуть…” – смирившись, ответила я демону, потирая левое предплечье.

Кинжал будто уже ждал, когда я его извлеку из-под кожи. Когда горячая рукоять оказалась в моей ладони, она, будто даже немного подрагивала от волнения.

Я осторожно коснулась ствола дерева, но не почувствовала ничего странного. А затем аккуратно, не прилагая большой силы, уперла кончик лезвия в кору. Он зашёл вглубь на два или три сантиметра и застрял.

“Когда мне было лет семь, бабушка однажды очень больно надрала мне уши”, – поделилась я воспоминанием со своим единственным собеседником, освобождая кинжал. Оставшаяся ранка в стволе была не слишком заметной.

“Надрала… уши? Это какой-то опасный ритуал?”

“Нет, наказание. Я выцарапала гвоздём имя того мальчика, который мне нравился. Прямо на яблоне, что росла у нас в саду. С тех пор я стала особо бережна к живой природе”.

Мне не хотелось уходить ни с чем. Поэтому найдя незаметное место, я немного коряво выцарапала своё имя.

Настоящее имя. А затем не удержалась, и добавила одно очень простое, но самое известное уравнение:

Альфия + Марис =

“О, я видел этот символ! Это любовь!”

“Угу”.

Я ласково потерла имя Мариса, неожиданно для самой себя жалея, что поддалась романтическому порыву перед демоном.

“Но почему любовь у вас обозначается с помощью жопы?”

“… Это сердце, Тезо”.

“Нет, я знаю, как выглядит человеческое сердце. Это явно не оно. Да и какое отношение сердце имеет к любви. Вот жопа с другой стороны…”.

“Давай прекратим этот ужасный разговор о частях тела! Никакой магии, как видишь, не случилось. Поэтому я иду спать”.

Я снова поместила кинжал в руку, и подняв фонарик с пола, повернулась спиной к дереву. Но не прошла и половины зала, как услышала за собой весьма знакомый скрежет.

Когда такое происходит в ужастиках, первое, о чем думает искушенный зритель – насколько глупо тратить время на то, чтобы обернуться, вместо того, чтобы бежать сломя голову.

Но человеческое любопытство перебороть невозможно.

Я оглянулась. И конечно же, пожалела об этом. Потому что неподвижные до этого корни, которые я совсем недавно попирала ногами, ожили и потянулись в мою сторону.

Самое обидное, что длина корней явно превосходила разумную величину.

А затем из дерева раздался скрипучий низкий голос:

“Альфи-и-и-ия… Альфи-и-и…”

Вот мало меня в детстве бабушка наказывала! Нужно было тогда не только уши надрать, но и выпороть. С чего я вообще решила, что писать свое имя на подозрительном объекте – хорошая идея?

Я рванула так быстро, как могла, чувствуя, как треснула за мной юбка, схваченная особо цепким отростком. Я успела сделать еще несколько шагов, когда один из корней ловко обвился вокруг моей лодыжки. Мне показалось, что я даже услышала довольное кряхтение от демонического дерева, поймавшего свою добычу.

– Тезо! Спасай! Ты меня в это втянул!” – завопила я вслух, пока корни сноровисто меня опутывали.

“Что я могу сделать?! Ты здесь, а я там!”

– Вспомни какое-нибудь заклинание!

“Они здесь не работают!”.

Хватило нескольких секунд, чтобы меня подтащили обратно к дереву, швырнули в ветви, а затем… начали раздевать. Должно быть, есть меня в одежде было не так сподручно.

Но стоит сказать, что дерево действовало… довольно нежно. Не считая ссадин от падения и нескольких царапин, полученных в пылу борьбы, оно не причинило мне никакого вреда. И все же расслабиться и получать удовольствие мне не удавалось.

Хотя бы потому, что мне было слишком щекотно. Мои крики ужаса вскоре перешли в нервный смех.

– Хва… хватит!

Я пнула ногой особо наглую ветку, пытающуюся стянуть с меня чулок, и сердито укусила другую, пытающуюся погладить меня по лицу. Было невкусно.

Внезапно ветви, обхватившие мою левую руку, отпрянули, а затем скрючились и почернели. Должно быть, артефакт все же как-то меня защищал.

– Альфи-и-ия… – обиженно застонал голос.

– Марис! – Ничего не произошло, и я попыталась еще раз. – Менгельд! Менгельд Далтон!

Имя хозяина замка оказало чудесное влияние. Ветви ослабли… а затем осторожно положили меня на пол.

Когда я вернулась в свою комнату, помятая, исцарапанная и злая, мой куратор задумчиво произнёс.

“О, это дерево явно связано с последним осколком”.

“Ты должно быть великий сыщик, Тезо”, – едко ответила я, избавляясь от клочков одежды. – “Отвернись и не подглядывай. Я собираюсь переодеться”

“Я уже… Так, что это?!”

Испуг в голосе демона заставил меня замереть.

“Что?”

“Артефакт…”.

Я посмотрела на татуировку. Вобрав несколько осколков, артефакт изменился – его лезвие было наполнено насыщенно рубиновым цветом, оставляя незаполненным лишь часть у самой рукоятки.

Теперь кинжал вернулся к своему первоначальному виду. Так, будто я не пленила ни одного Мариса…

“Тезо… Что это значит?”

“Осколки… осколки пропали. Все три части души, которые ты собрала, исчезли”.

“Как они могли исчезнуть?!”

“Не знаю! Может быть… нет, скорее всего, они освободились. Это очень плохо, Аля”.

“Почему? Ты боишься, что эти осколки объединятся с последней частью и Марис снова воскреснет?”

Я услышала горький вздох.

“Если бы это было так просто. Каждый из этих осколков обладает своей историей, способностями и характером… Ты думаешь, все твои бывшие ухажеры так легко захотят расстаться со своей личностью, и послушно стать частью кого-то другого?”.

Я вспомнила прилипчивого арка Мейнарда, одержимого желанием меня коснуться, вспыльчивого мага Менара, не любившего отпускать меня со своих рук… И наконец, вампира Матиаса Ройла, бесцеремонно меня похитившего спустя пару дней после знакомства.

Все мои цели довольно сильно отличались друг от друга характерами. Объединяло их одно – они совершенно не хотели с кем-либо мной делиться.

Твою ж… демоническую дивизию. Кажется, у меня были проблемы пострашнее, чем еще один эмиссар, отправленный, чтобы мне помешать.

Потому, что хуже ревнивого бывшего – зверя нет. А у меня их целых три…