Просто моя

1 Шарлотта

Последние две недели перед каникулами всегда изматывали. Лето будто звало нас по имени, и все мечтали вырваться на солнце и проводить дни у озера, особенно мои первоклашки — вчерашние детсадовцы, заканчивавшие свой первый полный учебный год. Скоро мои ученики перейдут в первый класс, и я буду по ним очень скучать. Я думала обо всех переменах, которые их ждут, пока занимала свое место перед классом — как делала каждое утро с первым звонком. Все двадцать два моих малыша сидели на ковре передо мной, на тех же местах, что и последние два месяца, если не считать Дарвина. Он весь год сидел только там — это место меньше всего провоцировало его на шалости.

— У нас было десять дней до каникул, когда мы уходили в пятницу, но я сегодня пересчитал. Нам осталось проснуться всего девять раз, и будет лето, — выпалил Дарвин, и все переглянулись, гадая, напомню ли я ему поднять руку и дождаться своей очереди.

Разумеется, напомню. Я ведь учительница в детском саду. Это часть моей речи — особенно после десяти с лишним месяцев с Дарвином Дирборном. Его воспитательница в подготовительной группе предупреждала меня, что с ним непросто. Предупреждала и его мама, которая так и не нашла способ заставить его слушать. Полкласса тоже предупреждало, что он будет часто менять карточки, как делал в прошлом году.

Смена карточки в детском саду — как штраф за неправильную парковку у взрослых.

Как домашний арест у подростков.

Как когда тебя перестают обслуживать в баре, когда тебе двадцать с небольшим.

Карточки Дарвина — самая обсуждаемая тема в классе, и я была горда тем, что случалось это теперь не так уж часто. Мы просто научились понимать друг друга.

Я втянула воздух, тихо ахнула, привлекая его внимание, и приложила палец к губам. Другой рукой я напомнила ему, что нужно сделать, встретившись с ним взглядом.

Он сжал кулачки и глухо фыркнул, будто злился на себя за то, что снова забыл. Глаза сузились — он обдумывал, чего я от него хочу. Через секунду его рука взметнулась вверх, и он замер, ожидая.

Мы шли к этому месяцами.

— Да, Дарвин, — сказала я с улыбкой, потому что была ужасно горда его прогрессом.

Он повторил вопрос, и я кивнула:

— Верно. Сейчас утро, так что сегодняшний день мы тоже считаем. Но ты прав — у нас осталось девять ночей до каникул. Я буду по вам всем скучать, но очень хочу увидеть, как вы расцветете в первом классе.

Я любила своих учеников, даже в те дни, когда хотела вырвать себе волосы.

Белла подняла руку, и я разрешила говорить.

— Надеюсь, я встречу вас у озера этим летом, мисс Томас.

— Я тоже надеюсь. Было бы здорово, — кивнула я.

— У меня три... — начал Дарвин, но вовремя пискнул и поднял руку. Я прикрыла рот ладонью, чтобы не расхохотаться, и жестом позволила ему продолжить. — Три вопроса.

— Слушаю.

— Вам нравится озеро? Вы хорошо плаваете? Вы знаете, что я на вас женюсь?

Все засмеялись, кроме Марси Уотерс. Ее Дарвин раздражал просто по факту своего существования.

— На учительнице нельзя жениться, — прошипела Марси, и ее яркие рыжие кудри подпрыгнули на плечах.

— Нельзя говорить без поднятой руки, — назидательно заявил Дарвин, оглянувшись на нее, а потом снова улыбнулся мне.

— Так, успокоились. Марси права, но можно сказать и помягче, — я подняла бровь на девочку, которая была неиссякаемым источником колкостей. — Озеро я люблю, плаваю я хорошо, я ведь росла у воды. А женишься ты однажды на ком-то особенном. Просто тебе пока рановато об этом думать. И спасибо за предложение, но я для тебя немного старовата, милый. А сейчас нам пора возвращаться к делу — у нас сегодня спортивный праздник, и нужно пораньше закончить работу.

Дети радостно закричали, и мы начали утренние задания.

Через час они сидели за партами и заполняли тетради по фонетике, а моя помощница Келл Андерс обходила столы и проверяла работу. Я заносила оценки в электронный журнал, когда дверь открылась. Вошел директор Питерс, за ним — Дэн Гарфер, руководитель нашего округа. Я распрямилась и встала. В следующее мгновение в класс вошел Леджер Дейн. У меня внутри все ухнуло. Ладони сжались, по виску скатилась капля пота, и я прочистила горло — ученики обернулись на троих мужчин, направлявшихся ко мне.

Что за черт? Леджер встретился со мной взглядом, и меня накрыли воспоминания о каждом подростковом сюжете, который я когда-то воображала. Большинство девчонок мечтают о певцах или актерах. Мои мечты всегда крутились вокруг него — вокруг мальчишки, который теперь давно не мальчишка. Я видела его дома за последние годы, когда он приезжал, но всегда держалась на расстоянии. Все же у нас была история. О которой знала только моя младшая сестра Эшлан.

— Мисс Томас, — директор остановился передо мной. — Надеюсь, мы не помешали.

Он говорил так каждый раз. Он был прекрасным руководителем и относился ко мне с добротой.

— Конечно нет, — сказала я, отводя взгляд от Леджера. — Чем могу помочь?

— Мы надеемся, что вы поможете уговорить этого человека поделиться своим талантом — у нас большие планы для новой средней школы на Хани-Маунтин. Мистер Дейн утверждает, что вы его давняя подруга, — сказал Дэн Гарфер, приподняв бровь.

Леджер Дейн — старший брат моей лучшей подруги. Тот самый парень, по которому сходили с ума все девчонки в школе. Теперь он был успешным архитектором в Сан-Франциско.

И да, он был моим первым увлечением.

Первым поцелуем.

Первым... не будем углубляться.

— Да. Леджер — брат Джилли, — сказала я как можно спокойнее, хотя сердце просто колотилось. Его присутствие всегда действовало на меня так.

— Ну же, не смущай меня. Я все же немного больше, чем брат твоей лучшей подруги, — Леджер дернул бровями, и я почувствовала, как краснею. Он обнял меня за плечи. — Я бы сказал, мы и сами друзья.

Я осторожно выдохнула, боясь, что он ляпнет что-то лишнее. Ну а что? Что мы целовались, когда мне было пятнадцать? Что делали куда больше, когда мне было семнадцать? Что я фантазировала о нем половину своей юности?

Нет. Он бы так не поступил.

— Конечно. Мы друзья.

Оба мужчины рассмеялись, и директор тепло улыбнулся.

— Отлично. Мы только что вышли с ним на школьное поле — показали участок под новую среднюю школу. Надеемся, он согласится ее спроектировать. Он ведь родом с Хани-Маунтин, значит, ему не все равно.

— Так вы свяжетесь с нами, когда узнаете больше? — спросил мистер Гарфер.

— Да. Я поговорю со своим руководителем и уточню детали.

— Прекрасно. У вас есть мой номер. Буду ждать.

Леджер кивнул. Темно-каштановые волны его волос были теперь короче, чем раньше, а скулы подчеркивала легкая щетина. На нем были темные джинсы и белая рубашка. Он всегда возвышался надо мной — ростом больше метра восьмидесяти, стройный, с нужной долей мускулов. Рубашка натянулась на плечах, когда он убрал руку с моего плеча и пожал руки мужчинам.

В этот момент прозвенел звонок на перемену, и дети выстроились у двери. Келл заняла место впереди, остановилась за спиной Леджера и подняла бровь в мою сторону — с привычной озорной улыбкой. Ей было чуть за тридцать, она много смеялась и никогда не упускала случая отметить симпатичного мужчину, хотя была счастливо замужем уже десяток лет. Она вечно пыталась меня с кем-то познакомить.

— Не хотите пройтись с нами? — спросил директор Питерс, и Леджер бросил на меня быстрый взгляд с понимающей усмешкой на красивом лице.

— Я задержусь на минуту и поболтаю с мисс Томас, если вы не против?

— Конечно. Спасибо еще раз. — Оба мужчины вышли из класса, и Келл распахнула дверь и повела детей на площадку. Когда она закрыла дверь, воздух будто изменился.

В классе стало тихо, и его взгляд сомкнулся с моим.

— Как ты, Божья коровка? — У меня внутри все перевернулось от прозвища, которым он называл меня всегда. Ну да, в детстве я спасала божьих коровок. Что тут скажешь? Я люблю красный цвет и обожаю горошек.

Я отошла за стол, мне нужно было хоть какое-то расстояние между нами. Я уже давно не та девчонка. Леджер Дейн достаточно поиграл моими чувствами за эти годы. Сейчас я на это не поведусь.

— Все хорошо. А ты как?

Он кивнул, подошел ближе, его взгляд медленно скользнул по моему телу, и он склонил голову, улыбнувшись:

— У меня отлично. Я хотел тебя увидеть. Джилли Бин сказала, что ты здесь преподаешь.

— Да. И сказать, что я жду летние каникулы — это ничего не сказать. — Я нервно рассмеялась и мысленно пожалела, что не умею сохранять хладнокровие, как моя сестра-близнец Диллан.

— Верю. Ты всегда любила проводить время на озере, — сказал он, улыбнулся, и я сжала бедра, потому что он чертовски красивый, а мое тело предавало меня самым очевидным образом.

Только не сегодня, гормоны. Я взрослая… ну или умею делать вид.

— Помнишь тот день, когда мы вместе скатились по винтовой горке? Ты так боялась и вопила всю дорогу вниз, — он засмеялся.

— Я столько лет смотрела, как катаются другие, и решила — пора. Но на самом верху меня накрыло, а ты как раз стоял сзади. — Я покачала головой, тоже рассмеявшись.

— Я всегда умел оказаться в нужном месте в нужное время.

Вот о чем я и говорила. Он всегда флиртовал.

— Не верю, что ты помнишь такие вещи.

— Ты шутишь? На тебе был тот милый красный раздельный купальник в горошек. Божья коровка, ты сводила с ума всех мальчишек. — Он лизнул нижнюю губу и скрестил руки на груди.

Я уже говорила, что он опасно обаятельный?

И почему он всегда так смотрит на меня?

— Ну, у меня была Дилан. Она всех держала в страхе.

Он присвистнул:

— Дилан любого порезала бы взглядом, если бы он не так посмотрел на тебя. Она родилась отважной. Я рад увидеть всех твоих сестер, пока я дома на пару недель. Вот, собственно, ради чего хотел поговорить. Надеялся, ты сможешь поужинать со мной сегодня — обсудим кое-что к свадьбе?

Я взяла бутылку воды и сделала долгий глоток, пытаясь привести нервы в порядок.

Спокойно. Он твое детское увлечение. Ты взрослая.

Ты справишься.

— Ладно. А Джилли и Гаррет будут?

Его губы тронула хитрая улыбка:

— Нет. Только ты и я. Шафер и подружка невесты. Ты боишься остаться со мной наедине?

Эм… каждый раз, когда мы оказывались наедине, все заканчивалось одним и тем же.

Тем, чего мне всегда было мало.

Тем, что длилось только миг.

Тем, что он никогда не хотел продолжить.

— Конечно нет. Где встретимся?

— Давай я заеду за тобой в шесть. Слышал, ты купила старый дом Виви у озера.

Маленькое пространство и Леджер Дейн — всегда плохая идея. Но я же не могла ему так сказать. И, кажется, у него есть девушка. И все теперь иначе.

Я теперь другая.

Взрослее и умнее.

— Хорошо. Отлично.

Дверь со стороны площадки распахнулась, и Дарвин влетел в класс первым. Он остановился перед Леджером, упер руки в бока и сузил глаза. Голову ему пришлось запрокинуть полностью, чтобы посмотреть на него.

— Ты кто?

— Дарвин. Веди себя прилично, — сказала я, обходя стол. Нам пора было начинать урок математики.

— Здравствуйте, мистер. Вы кто? — повторил Дарвин.

Леджер засмеялся, присел, чтобы смотреть ему в глаза:

— Я Леджер Дейн, малыш. А ты кто?

— Я Дарвин Дирборн, и я женюсь на мисс Томас. Даже если Злюка Марси говорит, что нельзя. — Он топнул ножкой, и Леджер откинул голову, громко рассмеявшись.

— Дарвин. Так не говорят о своих одноклассниках. Иди, пожалуйста, на место. — Я подняла бровь, и он пожал плечами.

Леджер выпрямился и взъерошил ему волосы:

— Понимаю, малыш. Но тебе придется встать в очередь за мисс Томас.

Я почувствовала, как вспыхнули щеки.

— Ты не помогаешь, Леджер. Дарвин, садись, — сказала я и снова повернулась к мужчине, который сводил меня с ума прямо при детях, пока они тихо рассаживались по местам. — Увидимся вечером.

Он дважды постучал по парте и подмигнул:

— До встречи, Божья коровка.

Вовсе не так я представляла этот день. Голова шла кругом от мысли, как я переживу ужин с ним.

Но это испытание. И я к нему готова. Я выросла из своих подростковых грез.

Сегодня я докажу и себе, и Леджеру это.

— Билли залез без очереди! — завопил Дэниел, и я вернулась в реальность.

Леджер не может просто приехать и перевернуть мой мир. Он все равно уедет так же быстро, как приехал.

Как делал всегда.