Просто моя

6 Леджер

Шарлотта и я вошли в ресторан, и я увидел, что перед Джилли лежит блокнот и пачка маркеров, а Гаррет просто сидит напротив и улыбается ей.

— Она в курсе, что это ужин, а не собрание родительского комитета? — прошептал я, почти задевая губами ушко Шарлотты, и она едва заметно поежилась.

— Это ее свадьба. Твоя задача — сделать все для нее максимально простым.

— У нее есть свадебный организатор. Разве это не ее задача?

Шарлотта толкнула меня локтем в бок, и я не сдержал смех. Сегодня я видел отца, и обычно после такого закапывал свои чувства в бутылке и искал женщину, с которой можно потеряться. Но в этот раз мне было нормально. Обед вытащил меня из мрака, даже с визитом Тобиаса-чесотки. Тип был насквозь мутный, и я прекрасно видел, что он задумал.

Я сделаю так, чтобы она тоже увидела.

Называйте меня заботливым. Называйте лицемером.

Мне плевать.

Не когда дело касается Шарлотты Томас.

С этой девушкой я никогда не мыслил трезво. И это не изменилось.

— А почему у нас тут блокноты и листочки? — спросил я, рассматривая стопку распечатанных пакетов на каждом месте.

— Потому что я хочу, чтобы у вас был план. Впереди куча событий, и мне важно, чтобы вы знали расписание.

— Как трогательно, — протянул я, сочась сарказмом, пока отодвигал стул для Шарлотты. Она села, а я устроился рядом.

Гаррет хмыкнул:

— Очень мило с твоей стороны, что ты заехал за Чарли.

Мелкий гад снова меня поддел. Ну ладно, это я тоже умею.

— Конечно. Мне совсем не сложно. Я подумал, раз поводок, на котором держит тебя моя сестра, такой короткий, тебе трудно делать лишний крюк. К тому же тебе наверняка нужно было заехать в типографию за методичками к нашему ужину, а потом купить ей пару коробок тампонов. Раз уж вы у нас синхронизировались?

Гаррет расхохотался, Шарлотта согнулась пополам от смеха, а я бросил взгляд на сестру, которая методично выделяла текст маркером, как будто готовилась к экзамену. Настолько сосредоточенная, что даже не слышала нас. Я такое не придумаю.

— Малышка, — мягко тронул ее за плечо Гаррет. — Давай немного просто поболтаем.

Я усмехнулся, глядя, с какой нежностью он к ней относится. И чертовски это любил. Гаррет Джонс — самый правильный мужик на свете, и лучшего зятя я придумать бы не смог.

— Эй, невеста из ада, давай сначала еду закажем, а потом уже ты начнешь раздавать указания, — я приподнял бровь. Моя младшая сестра в последнее время выглядела такой взрослой, что у меня горло перехватывало. Я всю жизнь за нее переживал. Ненавидел, что ее единственной мужской моделью был наш отец, и старался, как мог, компенсировать это. Защищать ее так, как должен был родитель.

Она улыбнулась и покачала головой:

— Простите, ребята. Я просто так взволнована, что немного увлеклась. — Она отодвинула блокнот, и мы заказали бутылку вина на стол.

— Еще бы тебе не волноваться. Мы же всю жизнь про этот день говорили, — сказала Шарлотта таким сочувственным взглядом, что у меня внутри все сжалось. Я всегда был благодарен за то, что у Джилли есть такая подруга, как Чарли. Та, с кем и в огонь, и в воду, до последнего вздоха. Мы с Кольтом были такими же. И нет ни дня, чтобы я о нем не вспоминал.

Джилли нужна была такая связь. Когда Шарлотта уехала учиться, а Джилли решила остаться дома, жить с мамой и начать с местного колледжа, я боялся, что их дружба сойдет на нет. Знал, как это сломает сестру. Но Шарлотта приезжала домой раз в месяц, и они разговаривали каждый день, даже на расстоянии.

Я же говорю — она одна сплошная светлая полоса.

Официант принес вино, я попробовал — за последние годы я считал себя почти знатоком. Мы сделали заказ, и разговор потек сам собой.

— Папа сказал, что столкнулся с тобой сегодня, — заметила Джилли, глядя на меня поверх бокала. — Сказал, у вас был отличный разговор.

— Он говорил о себе. Классика Дина Дейна. А я слушал. Не хотел позорить его перед Бэмби.

Гаррет хмыкнул:

— Ты ненавидишь, когда люди узнают, что ты добрый, да?

— Да, каждый раз, когда я кому-то говорю, что свадьбу оплачиваешь ты, ты готов меня сожрать, — подхватила Джилли.

Я пожал плечами:

— Я не ради похвалы что-то делаю. Я делаю, потому что хочу. Потому что много работаю, чтобы иметь возможность помогать тем, кого люблю.

— Ты добрый человек, Леджер. Просто ты один этого не видишь. — Шарлотта потянулась за бокалом и улыбнулась мне, и у меня буквально сжалось в груди.

Женщины у меня в груди ничего обычно не сжимали.

Зато член у меня почти всегда жил собственной жизнью.

Но Шарлотта Томас заставляла реагировать каждую мою часть.

И это меня бесило. Я уже давно не гормональный подросток.

Соберись, мужик.

Я глубоко выдохнул:

— Ладно, хватит об этом. Давайте к свадьбе вернемся.

— Леджер, — голос Джилли дрогнул. — Я не хочу заканчивать этот разговор. Спасибо, что подарил мне свадьбу мечты. И спасибо, что выплатил мамин дом. Она сегодня утром мне сказала.

Я просил маму только об одном.

Никому не говорить.

Я рад был это сделать. Она всю жизнь пахала, чтобы мы ни в чем не нуждались. Ни разу не жаловалась, даже когда муж бросил ее без гроша.

А я сейчас стоял на ногах твердо. Несколько лет назад начал изучать фондовый рынок и удачно вложился. Работал в самом крутом архитектурном бюро Сан Франциско. Купил пару домов, когда цены просели, сдавал их, и это тоже приносило хороший доход.

Короче. Я мог помогать матери и сестре и ради этого, собственно, и работал.

— Ты выплатил дом своей мамы? — переспросила Шарлотта, качая головой.

— Там немного оставалось. Она сама оплатила этот дом своим трудом и терпением. То, что она всем рассказывает, будто это сделал я, обесценивает ее путь. — Я метнул взгляд на сестру, именно поэтому и не хотел, чтобы мать об этом болтала. — Зато она может перестать так надрываться.

— Чувак. Она тобой гордится. Поэтому и сказала, — заметил Гаррет, и я почувствовал себя ослом.

— Слушайте, у меня просто хорошая работа. Я не пашу больше, чем вы. Мне просто повезло. — Я снова сделал большой глоток вина. Обычно скромность не была моей сильной стороной. Но с этими тремя я становился другим.

— Я иногда переживаю, что ты свои мечты не преследуешь, — сказала Джилли, потянулась через стол и сжала мою ладонь. — Ты всегда хотел открыть свое бюро. Сам выбирать проекты. А сейчас ты просто гребешь деньги на какого-то пафосного богача в городе, который наживается на твоем таланте. И еще давит на тебя, чтобы ты встречался с его дочкой. Мне это не нравится.

Я усмехнулся:

— Гарольд Картрайт точно не наживается на моем таланте. Этот мужик сам по себе легенда. Он создал больше десятка знаковых зданий в городе. И иногда бывает, что за старой мечтой не гоняешься, потому что мечта поменялась.

Это была чистая правда. Такой жизни я бы себе не позволял, работая в одиночку. Не смог бы помогать семье так, как делал последние годы, если бы пошел другим путем. Мне повезло, когда я попал на стажировку в Cartwright Designs, и этот человек поверил в меня. Мы не всегда сходимся во взглядах, но он уважает мое ремесло. Говорит, ему нравится черпать свежие идеи, потому что сам он устал разбирать архитектуру по косточкам. Я приношу новый взгляд. Я не выбираю проекты, которые мы берем, и он не любит связываться с тем, что не приносит прибыль, даже когда это ради хорошего дела. Но в части дизайна он часто дает мне свободу.

— Я люблю тебя, Леджер. И невероятно благодарна за то, что ты помог маме и сделал столько для меня. И Гаррет, и я… мы никогда по-настоящему не отплатим тебе за этот день. Но я хочу, чтобы теперь ты начал думать о себе. Когда ты в последний раз останавливался и спрашивал себя, чего хочешь? Встречался с кем-то просто потому, что этого хочешь? Думал о семье?

Я поперхнулся вином, и рука Шарлотты тут же легла мне на спину, пока я откашливался.

— Господи, Джилли Бин. У меня все прекрасно. У меня есть все, что нужно. И семья никогда не входила в список моих желаний. У меня есть ты, мама и Нэн и мне этого хватает. А что до женщин — там у меня все более чем в порядке. Об этом можешь не волноваться.

Рука Шарлотты тут же исчезла, плечи напряглись, будто мои слова ее задели. Отлично. Я и хотел, чтобы она радовалась, что тогда я не пошел дальше. Потому что сейчас она бы меня, скорее всего, ненавидела. А мы наконец-то вытаскивали нашу дружбу из руин.

Значит ли это, что я ее больше не хочу?

Да ни черта.

Но я не собирался заходить так далеко с Шарлоттой Томас.

Потому что дороги назад уже бы не было.

Она захочет всего и сразу. Мужика на белом коне. Сказку.

А я в сказки не верил.

Слишком хорошо знал, чем они заканчиваются.

— Если бы тебе и правда хватало поверхностных отношений, как ты любишь утверждать, ты бы до сих пор встречался с Джессикой. Так что можешь притворяться, будто не хочешь большего, если это помогает выглядеть крутым, но я знаю тебя лучше, чем ты сам, — сказала сестра, поднимая бровь, умоляя меня возразить.

— Тогда ты знаешь, что я сейчас умираю с голоду, верно? — поддел я, когда официант поставил перед нами тарелки. Вести этот разговор у меня не было ни малейшего желания.

Я глянул на телефон — от Гарольда, моего босса, пришло сообщение. Я отправил ему всю информацию по проекту для средней школы. Сказал, что с радостью возьму его на себя, потому что для меня это личное.

Гарольд: По маленькой школе — отказ. Цифры не сходятся, слишком много времени на слишком маленькую отдачу. И портфолио это нам не поднимет. Никому не нужна какая-то школа в маленьком городке. Передай, что мы отклоняем проект.

Черт. Меня это взбесило. За все годы я ни разу не просил о личной услуге. О проекте, который действительно что-то значил для меня.

Я: Это крайне разочаровывающе.

Гарольд: Когда у тебя будет своя фирма, тогда и будешь решать.

Интересно. Особенно учитывая, что он уже полтора года обещает сделать меня партнером. Я начинал подозревать, что это просто повод держать меня на крючке.

Он, видимо, понял, что ляпнул, потому что тут же прислал следующее.

Гарольд: Когда станешь партнером, у тебя будет больше права голоса. Но конечное слово все равно останется за мной — я не отдам крупную долю компании. И мне жаль, Леджер, но средняя школа в Хани Маунтин нам вообще неинтересна.

Ну да. Ведь смысл — дать детям место, где учиться. Что, черт возьми, он несет? Мы часто спорили о таких вещах, но сегодня — здесь — это ударило сильнее.

Я: Назначение искусства не всегда служить себе. На этом остановлюсь.

Гарольд: Вот поэтому я и хотел тебя в команде. Ты хороший человек. Лучше меня, что не всегда хорошо для прибыли. Ладно, хотел пригласить тебя на яхту, когда вернешься. Я, ты, Морин и Джессика — неделя в Мексике. Как тебе?

Как по мне — максимально неловко, учитывая, что мы с его дочерью больше не встречаемся. Он сделал вид, будто не заметил нашего разрыва. Меня это не задело, у нас ничего серьезного не было, но сейчас он реально перегнул.

Я: Я после отпуска в две недели, так что лучше мне остаться в офисе и держать все под контролем.

— Так, телефоны убираем. Пора есть, — сказала Джилли.

Я выключил звук и положил телефон рядом. Но неприятный комок в животе остался.

А желудку я доверял.

Остальная часть ужина прошла легко и весело. Мы смеялись, болтали, и сестра строго проинструктировала нас по поводу девичника и мальчишника, которые должны закончиться в Beer Mountain.

— Я же говорил. Поводок короткий, приятель. Но я рад, что на другом конце стоишь ты. — Я хлопнул Гаррета по плечу, а сестра рассмеялась и пошла вперед вместе с Шарлоттой. Девушки выпили несколько бокалов вина, а мы с Гарретом остановились на одном — оба были за рулем.

Мы обнялись на прощание, и я открыл пассажирскую дверь для Шарлотты. Она остановилась и улыбнулась, щеки порозовели, взгляд чуть затуманенный. Эта девчонка никогда не умела пить.

Но, черт, она была такой милой, что глаза отвести было сложно.

— Давай помогу, — сказал я, когда она устроилась в кресле и икнула. Я наклонился и протянул ремень через ее тело. Пальцы случайно коснулись ее груди, когда я перекинул лямку и застегнул замок. — Прости.

— А я — нет, — прошептала она, когда я отстранился. Наши взгляды сцепились.

Черт меня побери.

В лунном свете в ее карих глазах вспыхивали янтарные и золотистые искры. Ее мягкие полные губы манили меня, и я резко выпрямился, захлопнул дверь. Пока обходил машину, пришлось поправлять себя — мой член буквально рвался из-под молнии.

Я уже мечтал поскорее вернуться домой и немного… снять напряжение.

Холодный душ и собственная рука — то, что доктор прописал.

Быть дома. Быть рядом с Шарлоттой Томас. Это оказалось куда тяжелее, чем я думал.

И все же я хотел большего.

Хотел ее.

Но именно ради этого я сюда не приезжал. Я приехал на свадьбу сестры. Хотел наладить отношения с лучшей подругой Джилли. Да и саму Шарлотту я всегда считал лучшим другом — после Кольта.

Я хотел исправить прошлое, а не усложнять его.

Мы ехали молча, пока она не повернулась ко мне, когда мы остановились на светофоре, уже в квартале от ее дома.

Она положила щеку на спинку сиденья и посмотрела на меня снизу вверх:

— Ты хороший человек, Леджер. Хватит притворяться, что нет.

Я коснулся ее щеки ладонью.

— Я не притворяюсь, Божья Коровка. Просто честно говорю, кто я есть.

Свет сменился, и я отвел руку и поехал дальше.

— Ты будешь чаще здесь, если ваша фирма возьмет проект школы? Ты бы курировал его?

Я прокашлялся:

— Мой босс не хочет этим заниматься. С финансовой стороны проект ему невыгоден. Не приносит пользы, по его словам.

Она фыркнула:

— Представить не могу, как можно строить школу, в которой за сто лет будут учиться тысячи детей, и утверждать, что в этом нет смысла. А как же польза для общества?

— Иногда бизнес так не работает. На этом большие деньги не делают. — В моих словах звучала шутка, но она была не от сердца. Потому что я сам не верил в то, что говорил.

Да, я любил деньги. Но я любил и делать что-то хорошее.

А иначе — зачем все?

— Думаю, твой босс тоже бы не назвал хорошим бизнесом то, что ты выплатил мамин дом и оплачиваешь свадьбу своей сестры, верно?

Я свернул на подъездную дорожку.

— Возможно. Но в моей личной жизни он точно не распоряжается.

Я поставил машину на парковку и повернулся к ней.

— Но он убедил тебя встречаться с его дочерью, разве нет? Похоже, он хочет командовать и твоей личной, и твоей рабочей жизнью. Если хочешь знать мое мнение.

Я обдумывал ее слова, и то тревожное чувство, которое накрыло меня в ресторане, только усилилось.

Я ведь чувствовал его, когда он продолжал пихать меня в сторону Джессики. Этот человек был моим наставником. Он дал мне карьеру. Помог сделать имя.

— Не волнуйся обо мне, Божья Коровка. Я справлюсь.

Я отстегнул ремень, вышел из машины и обошел ее, чтобы открыть для нее дверь. Щеки у нее еще оставались розовыми, но выглядела она уже куда трезвее.

— Спасибо за поездку. — Она пошла вперед и вставила ключ в замок.

Разворачивайся, идиот.

Езжай домой.

Я поднялся по трем ступенькам и остановился прямо за ее спиной. Она резко обернулась.

— Значит, ты правда не хочешь когда-нибудь семью? Мне грустно это слышать.

Я глубоко вздохнул и провел рукой по волосам:

— У меня уже есть семья. И я не хочу рисковать испортить кому-то жизнь.

Она наклонила голову, изучая меня. Стоило мне наклониться — и мои губы коснулись бы ее губ.

— Риск есть всегда, Леджер. Но иногда он того стоит. Посмотри, как ты любишь свою маму, Нэн и Джилли. Неужели тебе не хочется своей семьи?

— Я рискую в работе, но не в личном. Я знаю, чего хочу, и что готов дать. И мои отношения меня устраивают.

Она подняла руку к моему лицу, пальцы скользнули по щетине вдоль челюсти. Ее теплое дыхание щекотало мне щеку.

И я хотел ее.

Хоть чуть-чуть.

Еще один раз.

Я провел языком по нижней губе, и ее взгляд тут же упал на это движение.

— Звучит одиноко, — прошептала она.

— Ты волнуешься за меня, Чарли?

— Всегда, — сказала она, и голос дрогнул. Черт. Я даже не поцеловал ее, а уже делал больно. Но уйти совсем — я не мог. Поэтому я отступил на шаг, оставляя между нами хотя бы немного пространства.

— Раз уж у нас есть план, давай я завтра возьму еды на вынос и заеду. Обсудим подготовку к девичнику и мальчишнику.

— Отлично. Но ужин завтра — моя очередь.

— Ладно. До завтра вечером, — сказал я и стал спускаться по ступенькам, пока она открывала дверь.

— Учти, она хочет, чтобы оба вечера закончились в Beer Mountain. Не уверена, что смогу защитить тебя от Люси Блокер. Она выше меня на полголовы. — Она рассмеялась, запрокинув голову, и я не мог отвести взгляд.

— Не волнуйся обо мне, Божья Коровка. Я умею о себе позаботиться.

Я занимался этим большую часть жизни.

Она тихо хмыкнула и скрылась за дверью.

Я сел в машину и застонал от того, как сильно пульсировал мой член.

Похоже, эти две недели дома будут мучительными. Я глянул на телефон — там было сообщение от Джессики. Мы не разговаривали несколько недель, так что ее внезапная активность удивила.

Джессика: Пожалуйста, не отказывайся от поездки в Мексику. Я скучаю. Мы могли бы попробовать все снова. Я не против, если ты не против.

Черт. Вот этого мне только и не хватало. Думал, мы разошлись спокойно. Но раз Гарольд теперь давит на эту поездку, значит, Джессика давит на Гарольда. За все годы работы он ни разу не звал меня в отпуск с собой.

Я: Думаю, это плохая идея. Я желаю тебе всего хорошего. Но нам обоим пора идти дальше.

Джессика: А если я не хочу?

Вот в чем была проблема в те несколько недель, что мы встречались. Она не умела принимать «нет». Я видел пару ее мини-истерик, когда мы делали не то, что ей хотелось. Она избалована. Привыкла получать желаемое. И меня это не привлекало. Я с самого начала честно сказал, что не ищу серьезного. Она уверяла, что тоже.

Я: Прости. Но я не чувствую того же. Надеюсь, однажды мы сможем быть друзьями.

Более ясно выразиться я бы не смог.

И странно — меня это не тревожило. Обычно проблемы с дочерью босса заставили бы нервничать.

Но сейчас я думал только о Шарлотте Томас.

О том, как она смотрела на меня.

О том, как ее губы приоткрылись.

И о том, как дико я ее хотел.