Прятки с любовью

Глава 12

Светлана

Дни в доме Нагольского тянуться с чудовищной медлительностью. Моего благодетеля всё время нет, а когда он есть, мы едем в театр, оперу или ресторан. Я даже толком не понимаю, кто кого соблазняет.

Марка с того утра я не видела, лангету с ноги сняла спустя неделю. Впрочем, работать я не переставала. Куда удобнее было находиться на объекте, и, как говорится, держать руку на пульсе.

Сегодня выдалось ясное утро, несмотря на то, что сентябрь медленно вступает в свои права. Я пришла в гостиную, стены которой бережно отреставрировали, а паркет — отшлифовали. Теперь пришла пора расставлять мебель и развешивать пошитые на заказ шторы.

Места в комнате было более чем достаточно, и мне тут было неуютно. Вообще, должна сказать, что весь дом Нагольского вызывал у меня некое отторжение. Я прошла вдоль стен, осторожно касаясь глади покрытия, и задумчиво оглядела красивый эркер, а за ним достигла встроенной ниши, из-под которой странным образом сквозило.

Там что, пустота?

Я подставила ладонь и путём не самых хитрых манипуляций, определила, откуда именно идёт воздух. Тонкое, едва различимое отверстие между стеной и нишей, сбоку и внизу явно сквозило.

Новости скверные, придётся всё вновь ломать, получается?

Перестукиваю стену, пытаясь понять масштабы просчёта строителей. Но пустота образуется как-то странно, лишь в углу у эркера. Вся остальная стена в порядке.

— Светлана?

Вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь.

Нагольский стоит посередине гостиной, всего в паре метрах от меня. Я так увлеклась поиском пустоты, что не услышала его появления.

— Ты меня напугал, — пытаясь объяснить дрожь и частое сердцебиение, отвечаю смущенно приподнимая уголки губ.

Но странный, пустой и немигающий взгляд моего ухажёра, заставляет улыбку скиснуть.

— Что ты тут делаешь? — его голос угрожающе холодный, а я пытаюсь понять, в чём проблема.

— Свою работу, — в тон ему отвечаю, скрестив руки на груди, — Кажется, стена повреждена и за ней пустота. Нужно вернуть бригаду, и пусть все переделывают.

Нагольский вскидывает удивлённо блёклую бровь.

— Да? — мне кажется, или я слышу облегчение в его голосе, — Что ж, я займусь этим. А тебе следует восстановить здоровье. Я тут подумал, а что если мы совершим короткое путешествие в тёплые страны?

Так. Первые большие подарки? Свою квартиру обновляю за свой счет.

— А как же ремонт, — указываю на стены.

— За неделю бригада исправит косяки, а мы с тобой узнаем друг друга поближе…

От слов Димы чувствую неприятный мороз по спине. Странное отвращение от одной мысли о более близком знакомстве, охватывает меня.

Не слишком ли мы торопимся?

Но потом вспоминаю, что с первого свидания с Нагольским прошло больше месяца, и я уже вторую неделю живу в его доме. Он вправе получить вознаграждение.

Впрочем, в нём меня подкупало то, что мое тело его мало интересовало. Нет, безусловно, я порой ловила алчные взгляды Нагольского на себе, но он никогда не распускал рук, как его водитель.

От воспоминаний о Марке жар бросил в лицо, а внизу живота сразу образовалась тянущая тяжесть. Поджимаю губы, опускаю глаза, сгоняя наваждение.

— Ну, так что? Ты согласна?

Дима делает ко мне шаг, и я ощущаю аромат его тонкого дорого парфюма. Этот мужчина был со знаком качества. И незримо отличался от остальных.

Его сухая ладонь ложится на изгиб моей спины, и я ощущаю её тепло сквозь тонкую ткань рубашки.

Поднимаю глаза, прекрасно понимая, к чему идёт.

Дима склоняется к губам, и накрывает их своими. Сухие и жёсткие, они властно втягивают мои в поцелуе обжигая. Никогда не замечала, какая высокая температура у тела Нагольского. Или я просто немного обмерла от такой странной близости?

Безвольно подаюсь, позволяя целовать себя. Дима властно раздвигает мои губы своим языком, и я чувствую мятный вкус освежителя рта. Казалось, он запланировал поцелуй сильно заранее, и это шло вразрез с тем, что я выдумала.

Мужчина разворачивает меня к себе, удерживая за локти согнутых рук, отчего я не знаю, куда их деть, и неуклюже упираюсь в грудь своего благодетеля. Обнимать его не хочется, да и не могу. Дмитрий углубляет поцелуй, усиливая давление, и я вынуждена даже немного прогнуться под натиском, но что странно — мои эмоции так крепко спят, что не чувствую ровным счётом ничего.

Только неловкость, и странную пустоту.

Нагольский отстраняется от меня, и его руки оставляют в покое мои локти, скользят к предплечьям и замирают в районе плеч. Мужчина смотрит в глаза долгим, задумчивым взглядом. Его пальцы почти болезненно сжимают меня и я испытываю острое желание вывернуться из этой хватки.

Одёргиваю себя с насмешкой. Никто ведь меня не заставляет делать это, правда? Я здесь только потому, что не хочу больше подвергаться нападениям со стороны Воронина. А он достаточно отчётливо дал понять, что намерения его весьма прозрачны. Жаждет моей смерти.

Что, если завтра на меня кирпич упадёт? Или машина наедет? Ведь никто не поймёт, что это дело его рук.

Поэтому я нахожу в себе силы, растянуть губы в улыбке.

— Твои поцелуи, сладкие словно нектар, — говорит Нагольский, приторное сравнение и мне с трудом удаётся, не сморщится брезгливо, — Собирай чемоданы. Мы летим на море.

Марк

Дмитрий Васильевич велел зайти за ним в гостиную, и я зашёл.

Правда, застал там достаточно интимную сцену, от которой ярость сдавила моё горло, а кулаки сжались сами собой.

Нагольский впился в губы Светы, и та отвечала ему взаимностью. Грязная шлюха! Дрянь! Подстилка!

Красная пелена застелила мои глаза. Я даже не нашёл в себе силы привлечь внимание милующейся парочки, пытаясь совладать со своими эмоциями в первую очередь.

Их разговор я не слышу, начальник интимно склонился к Самойловой, гладит ее плечи, смотрит на нее голодным взглядом.

Меня пробирает вновь. С трудом отвожу глаза от них, и громко прочищаю горло.

Света и Дмитрий тут же оборачиваются на меня. И если первая явно смущается и отходит на пару шагов, то второй улыбается самодовольно и надменно.

— Вы просили зайти, — напоминаю Нагльскому, сдержанно игнорируя взгляды.

— Да, Марк. Займись документами Светланы, и своими. Мы летим на Мальдивы. Предупреди Валентину. Также свяжись с Алиной, пусть скинет мое расписание, нужно внести коррективы.

Я напрягаюсь. Мне не улыбается лететь никуда. Особенно с этими двумя. Хочется послать все к черту и свалить.

Но я пока молчу.

— Я сама справлюсь, — Самойлова берет себя в руки, — Мне помощники ни к чему. И, я надеялась… что мы будем только вдвоем, — говорит она, сплетая свои пальцы с его.

Босс оглядывается на Свету и нежно сдвигает прядь волос, упавшую на ее лоб.

— Прости, но я не могу отправиться в столь долгую поездку без своей команды. А Марк, практически моя правая рука.

«Да, только это настоящая ложь. И с каких пор я стал столь значимым?»

Света кидает на меня быстрый взгляд. Ловлю его, исподволь. И мне, кажется, это не ускользает от проницательного взора Дмитрия.

— Можешь для компании взять подругу, — с улыбкой замечает Нагольский, — Мне иногда придется работать, чтобы тебе не было скучно.

С каждой минутой все чудеснее.

Дмитрий жестом дает знать, что со мной все и демонстративно отворачивается, обнимая Самойлову. Та, податливо льнет к нему, глядя на меня поверх плеча моего шефа. Ее взор заставляет меня задуматься.

Было в нем что-то знакомое мне. Только что? Я пока не понимал.

Спустившись на кухню, сообщил Валентине о поездке босса, потом то же самое поведал Алине.

Обе женщины были шокированы новостью, потому что ни в одном расписании нашего сумасбродного начальника никакой поездки не было.

Спустя несколько часов волнительного ожидания, я, наконец, решился.

За окном давно стемнело. Нагольский и Света вернулись с романтического ужина, но шеф не отправился в ее спальню, а пошел в свой кабинет. Я, выждав минут десять, последовал за ним.

Мне казалось, что другого выхода просто нет. Я вынужден рассказать обо всем Дмитрию. О Свете и ее аферах, так будет честно.

Баб в жизни может быть великое множество, а Дмитрий Васильевич — человек порядочный, и сделал для меня столько! Я должен отплатить ему той же монетой.

Подхожу к кабинету, стучу в дверь, приоткрываю ее.

Нагольского за столом нет. Я оглядываю комнату, но начальника не нахожу. Хотя как он выходил из кабинета — не заметил.

Странно.

Стою пару минут в недоумении, после чего ухожу оттуда. И что делать? Я же уже решился…

Спускаюсь, как слышу, что за мной хлопает дверь кабинета, оглядываюсь. Нагольский возникает в темном коридоре.

— Марк? Ты чего не дома до сих пор? — Дмитрий Васильевич выглядит странно взъерошенным, словно запыхался.

— Мне нужно с вами поговорить… — начинаю осторожно, — Это не долго.

Нагольский удивленно вскидывает брови.

— Что ж, давай, — он жестом приглашает меня следовать за собой, обратно к кабинету, как в конце коридора я замечаю движение.

Светлана возникает возле своей двери и смотрит на нас. На ней шелковый халат, который просвечивает лампа, висящая на стене позади нее.

— Дмитрий? — хрипло зовет она, — Что-то случилось?

Нагольский останавливается у двери в кабинет, и смотрит на Самойлову вместе со мной.

— Ничего серьезного. Марк просто хочет со мной поговорить.

Светлана кидает на меня злой взгляд, должно быть, догадываясь о том, что я задумал столь внезапно рассказать.

— А это до завтра не подождет? — она скрещивает руки перед собой и мягко улыбается, — Я бы тоже хотела с тобой поговорить. Это важно.

Дмитрий Васильевич немного хмурится и оборачивается на меня. Понимаю ведь, что она просто манипулирует им, но поделать с этим ничего не могу.

— Марк, давай утром, ладно?

Я безвольно киваю.

— Тогда спокойной ночи.

Нагольский хлопает меня по плечу, и, пожав мне руку, разворачивается к Свете. Она улыбается моему начальнику, пока тот направляется в ее сторону, широкими шагами отмеряя метр за метром до ее спальни.

Сегодня он ее трахнет.

Светлана ловит мой взгляд и, мне кажется, в ее глазах плещется мстительное удовольствие. Тупая шлюха.

Резко разворачиваюсь и иду прочь. Хотя перед мысленным взором то и дело вспыхивают яркие картинки их бурной ночи. Тошнотворная ревность обволакивает меня, и я пытаюсь всю дорогу домой найти хоть один способ вырвать эту дрянь из своих мыслей.

Дмитрий

Свет от лампы не оставляет простора для фантазий. Ее идеальное тело графично обрисованное тенью так и манит меня.

Слышу за спиной шаги — Марк уходит, оставляя нас одних. Словно бы ощущает то напряжение, что испытываю я.

Она хочет близости, иначе ее победа будет неполной. Но я не уверен, что смогу сдержать темноту — отдавшись удовольствию.

Светлана входит в комнату, садится на кушетку своей мини гостиной, закинув ногу на ногу. Я вхожу следом, плотно прикрыв за собой двери.

— Что-то случилось? — спрашиваю женщину деловито.

Пола ее халата соскальзывает с округлого колена, демонстрируя бледную холеную кожу красавицы.

— Дело в твоем водителе, — вдруг начинает она, и это обескураживает.

Я ждал чего угодно, но только не разговора о Марке.

— О каком из них? — делаю вид, что не понимаю о ком речь.

Но, разумеется, я замечаю все эти взгляды между ними. И странное состояние Солнечного с появлением рядом со мной Светланы. Конечно, я догадывался, что, вероятно, между ними что-то происходит. Но был уверен, что у Самойловой хватит ума выбрать человека со всеми конечностями и горой денег.

Впрочем, забавно будет вдвойне, если она поступит именно так.

— О Марке, — она улыбается мне слегка, — мне кажется, он в меня влюблен. И я ощущаю себя неловко, когда он рядом.

— Он пытался… как то привлечь твое внимание? — было интересно, как далеко она готова пойти, ради достижения своей цели. И чем ей не угодил Марк? Он же абсолютно положительный человек.

Настолько положительный, что смерть Анжелы у него под носом, совершенно не заставила его усомниться во мне. Это дорогого стоит — найти столь верного человека. Да и тот факт, что он хотел поговорить со мной сегодня. Ведь точно, о Свете.

Я слежу за своими сотрудниками и затем, как они живут. И чем живут тоже.

То, что Солнечный запал на мою новую подружку, я понял в то утро, после Казани. Но меня умиляло, с каким рвением Марк противится своим чувствам. И как эта рыжая стерва играет с ним.

И со мной.

Протягиваю руку Светлане, и та послушно вкладывает свою. Сжимаю девичьи пальцы и принуждаю женщину встать.

— Нет, конечно. Но он так пугающе смотрит на меня. Я так надеялась… что мы будем в отпуске только вдвоем… — шепчет Самойлова поднимаясь.

Подтягиваю рыжую к себе, плотно прижимая ее горячее тело к своему. Чувствую, что у нее под халатом ничего нет. Интересно, это для него или для меня?

Хорошо, что я далек от ревности. А это идеальное тело достанется мне.

— Хочешь оказаться на острове только со мной? А что если…

— Ты же джентльмен, — перебивает Светлана, — с тобой я ничего не боюсь.

«Ты уже столько повидала, дорогая», — комментирует насмешливый голос в моей голове, — «Бояться поздно».

— Даже у джентльменов есть потребности, — говорю, и подцепив пальцем полу ее халата, сдвигаю смело, оголяя нежную розовую грудь соблазнительницы, — Ты ведь за этим меня позвала?

Света спешно возвращает ткань халата на место, и хмурит красивые брови.

— Боюсь, ты неправильно меня понял. Оголюсь я только перед мужем.

Смешно. Но я делаю серьезное лицо. Едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Интересно, она думает, что мне будет сложно толкнуть ее на кушетку и трахнуть так, что она потом еще неделю ходить не сможет? А еще лучше, привязать к кровати и пользовать как последнюю шлюху, срезая с нее все лишнее и трахая одновременно.

В горле пересохло от этой картинки. Что же, возможно, имея на нее права перед законом, объявить ее сумасшедшей, как Анжелу и посадить под домашний арест будет куда проще. Не хотелось бы попасться.

Касаюсь блестящих локонов рукой, глажу ее волосы нежно.

— Тогда придется сочетаться браком как можно быстрее, — с улыбкой говорю ей, — потому что я не могу больше терпеть.

И уж точно, никакой Марк не получит ее.

Сжимаю подбородок чаровницы и впиваюсь в ее губы жестким поцелуем, демонстрируя всю степень своего желания. Она замирает, словно бы боясь пошевелиться, но мне только это и нужно.

Нагло лапаю ее тело, сминая округлые ягодицы женщины, мну ее податливые груди, щипаю сосок.

Она дергается и отстраняется от меня, тяжело дыша и покрываясь красными пятнами.

— Спокойной ночи, — улыбаюсь Светлане, ощущая эрекцию.

Срочно в подвал. Иначе меня просто разорвет.

Между крупными проектами я обычно перебивался маленькими шлюшками, что сидят на сайтах знакомств. Эти однодневки служили отличным перекусом, перед пиром.

И одна светловолосая малышка как раз ждала меня распятой в том подвале. И если бы не Марк, я уже давно бы исполнил задуманное.

— Спокойной, — растерянно отвечает Светлана и прикрывает за мной двери.

Моя дорогая, спокойных ночей у тебя осталось не так уж и много.