Прятки с любовью

Глава 2

Светлана

Идея устроить вечеринку по окончании суда, принадлежала Таньке. Конечно, я понимала, что не стоит появляться на людях с ней вместе. Да и кто мог предположить, что Воронин окажется в этом клубе со мной в один день?

Теперь, когда он треплет меня за плечи и орет в лицо, источая нестерпимый смрад перегара, я думаю только об одном.

Мало я с него стрясла. Ой, мало.

Учитывая, сколько геморроя от него получаю теперь.

— Убери от меня свои лапы! — я пытаюсь отнять от себя руки бывшего, когда краем глаза отмечаю движение.

Перевожу взгляд, как и все участники происходящего.

Рядом стоит здоровый мужик, с таким выражением лица, словно бы он вышибала. Но я видела его за соседним столиком. Он пялился на меня, как на торт в витрине. Что ж, за просмотр денег не беру. Пока.

Мужик буквально доминирует над Ворониным и его дружком — Травинским. Широкоплеч, подтянут, ухожен. Дорогие часы, брендовые шмотки.

Хотя, конечно, не из элитных точно. Но деньги водятся. Пусть и не великие.

Подметила я это все давно. Профессиональная привычка, сканировать потенциальных жертв. Этот, конечно, если судить по внешности, стоял не на первом месте по состоятельности из присутствующих, но он единственный, кто решил включиться в решение нашей с Таней проблемы.

— Отпусти девушку, — спокойно говорит незнакомец, и Воронин, о чудо, отпускает меня.

Я выдергиваю руку из его хватки и потираю кожу, мрачно глядя на бывшего мужа.

— Мы расстались с тобой, так что оставь меня в покое, — сварливо говорю бывшему, пока наш неожиданный защитник поворачивается к жирному приятелю Сашки и строго смотрит на него.

Травинский щиплет Таньку за грудь и говорит:

— Шел бы ты отсюда, мужик. Не мешай нам с бабами разбираться.

Мрачная аура, которую источал незнакомец, буквально обволакивала всё и вся. Я, невольно отступила за его спину, когда мужчина сделал красноречивый шаг в сторону Травинского, но ему наперерез выскочил Воронин.

— Спокойно, друг! — для пущей убедительности, скользкий политик тронул мужика за руку, — Мы уходим, уходим.

Сашка подмигивает жирдяю, тот нехотя выпускает Ларину из рук, и отходит на пару шагов.

Охрана, что спешила к нам, замедляется, наблюдая за событиями издали.

Я понимаю то, что Воронин так легко слился не значит, что он отстанет. А это действительно хреновые для меня новости. Не в его характере отступить просто так. И вдвойне удивительно, что всего лишь грозный взгляд этого парня заставил их убежать, поджав хвосты.

Слабаки.

— Ох, вы мой герой! — по-шлюшьи сложив накачанные губы, сообщает Танька, и я немного хмурюсь.

Серьезно? Она всегда пытается перетянуть одеяло на себя.

— Без проблем, — сухо отвечает мужик, — На моем месте так поступил бы любой.

С интересом вскидываю бровь, пользуясь тем, что Таня полностью заняла его внимание.

— А вот и нет! — Ларина картинно показывает рукой на весь клуб, — Никто ведь не вступился!

Мужчина мягко улыбается и кидает на меня быстрый взгляд вскользь.

— Просто не успели.

— Вы должны выпить с нами, — не унимается Татьяна.

— Я не пью, — отвечает он и вновь косится в мою сторону.

Улыбаюсь.

Прости, Татьяна, но клиент явно мой.

— Тогда потанцуем? — моя «подруга» явно не хочет сдаваться.

— К сожалению, я не танцую, — немного смущенно говорит он.

Краем глаза я вижу, как Воронин с Травинским что-то обсуждают у бара, и кому-то звонят. Значит, продолжение разборок — лишь вопрос времени. Они ждут, когда отойдет этот гигант, чтобы вновь докопаться? Ладно, вызов принят.

В этот момент клубный бит сменяется на романтическую рок балладу, и я решительно беру незнакомца за руку.

— Я научу.

Мужчина, разумеется, не ожидает такого бойкого внимания к своей персоне, и послушно идет со мной в сторону танцпола.

Мы доходим зоны, отведенной для танцев, обнимаю его за шею, льну нежно всем телом, кидая на Воронина мстительные взгляды сквозь вспышки неона, вторую руку великана перехватываю и намеренно кладу на свою задницу, предвкушая яд, которым будет плеваться мой бывший.

Пусть знает, кого потерял. И локти кусает.

— Думаю, ему все равно, — вторгается в мои мысли незнакомец, — а вот мне — приятно.

И его тяжелая лапища слегка сжимает мою попку, сминая золото платья в пайетках.

Я удивленно на него смотрю и сталкиваюсь со спокойным взглядом. Удивительно, но его глаза такого же цвета, как и мои. Охры. Он криво улыбается, будто знает мои мысли.

Я же, молча сдвигаю его руку на более безопасную часть своего тела, и отвечаю:

— Простите, что так вышло. С бывшими всегда так, — пожимаю кокетливо плечиком, желая вскружить голову незнакомцу, но только не дать ему отойти от меня, до того момента, как Воронин уйдет.

Или уговорить громилу себя проводить до машины? А с Танькой что делать?

Оглядываюсь на столик, где моя подруга одиноко потягивает коктейль, завистливо поглядывая на нас.

— Я Марк, — вместо ответа представляется он.

— Светлана.

Красивая музыка отвлекает меня от мыслей о Воронине, вместе с горячими руками мужчины, что медленно, и немного неуклюже покачивался в такт. Смотрю на него снизу-вверх, пытаюсь понять, почему он заступился, а другие нет. Своей макушкой достигаю только его плеча. А я ведь высокая! Выше своего бывшего была. Так не привычно.

— Очень приятно, — Марк проводит рукой вдоль моей спины и ткань платья собирается складками, слегка оголяя бедро и вызывая взрыв негодования у Воронина и Лариной, что подстегивает меня еще больше.

— А как приятно мне, Марк! — кокетничаю напропалую, пытаюсь завлечь и вскружить голову мужчинке, только бы в целости и сохранности добраться до дома, — Чем ты занимаешься?

Мой партнер следит за мной неотрывно, словно бы наслаждаясь моментом и даже, в каком-то смысле, смущая меня своим пристальным вниманием.

А меня довольно сложно смутить.

Неужели настолько изголодался, бедняжка?

— Я охранник и шофер одного уважаемого человека.

Ах, как жаль.

Разочарование разлилось в душе. Так он нищий! Вот так засада, блин. А я уже решила, что нашла нового мужа.

Улыбаюсь ему, не желая показывать расстройства.

— Какого человека? — пытаюсь сменить тему.

— Разве это важно? — чувствую, как рука Марка продолжает исследовать мое тело, зарываясь в волосы, и достигая моего затылка.

Ласкающим движением гладит шею, заставляя на мгновение прикрыть глаза от удовольствия.

И как он понял, что это моя эрогенная зона?

Марк так расслаблен и уверен в себе, что я вдруг осознаю, что перестала быть хозяйкой ситуации. Воронин и его приятель давно скрылись из виду, а я тут таю в руках какого-то нищеброда, позволяя себя лапать.

— Что ж, — мягко отодвигаюсь, хотя до конца трека как минимум еще один припев, — Спасибо за помощь.

— И тебе спасибо, Светлана, — он понял все даже прежде, чем я остановила его, и словно бы не обнимал меня мгновение назад, — Ты скрасила мой вечер.

Его руки освобождают меня из сладкого, теплого плена. И мне даже становится на миг одиноко. После Марк разворачивается, и идет к своему столу неровной походкой.

А я не поняла.

Это он меня отшил или все же я⁈

Марк

Возвращаюсь к столику, и не могу перестать улыбаться.

А штучка то, горячая! Мои руки еще ощущают тепло ее тела, аромат ее кожи забился в нос, а тяжесть роскошных локонов все еще держится в моей памяти.

Сажусь за столик и перевожу дух. Улавливаю взгляд брюнетки из-за столика напротив, и салютую ей бокалом. Рыжая возвращается, подсаживается к подруге, и они начинают шептаться и смеяться. А я будто снова в школе. Мучительно ловлю взгляд понравившейся девчонки.

К столику подходит Руслан, разгоряченный объятиями третьей нимфы из компании Светланы.

— А я не понял? Где все⁈

Омилаев служил в полиции, но отрывался на полную.

— Олега домой повезли, остались только мы, — я подвигаю свой недопитый мохито, и вновь ловлю быстрый взгляд брюнетки, которые она то и дело кидает в нашу сторону.

— Я пообещал Анжелике домой ее отвезти, — он кивает на блондинку, что берет сумочку со столика Светланы и что-то говорит подругам.

Склоняюсь к Руслану и, понизив голос, говорю:

— Ты, смотри осторожнее. Они какие-то мутные.

Омилаев откидывает голову и смеется. Впрочем, обычно в таких, заведениях все бояться таких как он.

— Между делом озвучь, что ты мент, — продолжаю я.

Но Рус слишком пьян, чтобы воспринимать мою информацию в полной мере. Ладно, сам разберется. Взрослый мальчик уже.

Мы жмем друг другу руки, и Омилаев уходит, подхватив свою блондинку за талию. Я остаюсь один. Оглядываю клуб и, не приметив буйной парочки, что угрожали рыжей, встаю с намерением покинуть заведение.

Девичий стол опустел, и мне тут делать больше нечего. Не то что бы я планировал служить верным рыцарем, но все же хотел проконтролировать.

Выхожу в теплый летний вечер, тянусь к сигаретам, остро желая отведать крепкого табака, перед тем, как сесть за руль и укатить в закат.

Подкуриваю сигарету, и вдыхаю дым, катая терпкий привкус на языке. На небе уже проступает предрассветное зарево, и я думаю, что, в общем-то, неплохо провел вечер.

Покуривая, двигаю к парковке, что располагается за клубом. Миную мусорные баки в узком проулке, ступаю в сумрак подворотни и слышу сдавленные стоны.

Поворачиваюсь, вглядываясь в темноту.

Отблеск золота мне как бы намекает, что там, за мусорным контейнером кто-то поймал золотую рыбку, и отчаянно хочет не дать ей привлечь мое внимание. Прикидываю, насколько велика вероятность, что Светлана, решив, что ее бывший и его друг ушли домой, отправилась на парковку, и угодила в ловушку? Довольно велика.

Что могу в этой ситуации сделать я?

Останавливаюсь, бросаю сигарету, поворачиваюсь и в тот же миг едва успеваю уклониться от пьяного удара в лицо. Перехватываю руку жирдяя, и выворачиваю ее, заставив свою жертву согнуться в три погибели, и едва не уткнуться в мокрый асфальт носом.

Брюнет, что зажимал рот рыжей, пока его толстый приятель стаскивал с нее трусы, вдруг осознал, насколько он уязвим, получив каблуком прямо в ступню, и взвыл от удивления. Но Света на этом не остановилась, вцепившись зубами в ладонь бывшего мужа. Если с двумя справится, ей было сложно, то одного она размотала потрясающе бодро.

Я швырнул упитанного в контейнер с ногами, не без труда перекинув его одутловатое тело в мусор, и развернулся ко второму участнику этой отвратительной сцены.

Тот, впрочем, не собирался вступать в равный бой со мной, предпочитая сыпать угрозы женщине.

— Я тебя из-под земли достану, сука, — рыкнул он в, пятясь от меня, — Ты еще ответишь за то, что сделала, слышишь⁈

Света кивнула. Конечно, она слышала.

Сдержанно оправив платье, и прикрыв синяки, оставленные грубыми пальцами на бедрах, она, закусив губу, опустила ресницы.

Плачет?

— Ты в порядке? — мне было неловко.

Женщина рвано кивает и поправляет макияж.

— Тебя домой подвезти? Где подруги делись?

Рыжая красавица поднимает на меня свои глаза, и я только сейчас понимаю, что они у нее такого же цвета, как мои. Удивительно. Редко, когда встретишь именно такой оттенок.

— Никакие они мне не подруги, — фыркает она устало и бредет к парковке, должно быть, принимая мое предложение подвезти до дома.

Иду следом, на ходу доставая ключи от машины и пикнув сигналкой, обозначаю Свете свое транспортное средство. Это черный ауди.

Она молча садится на пассажирское сидение, и я замечаю, как от стресса подрагивают ее руки. Сажусь за руль, и включаю зажигание.

Машина моя, но иногда я катал на ней и босса, поэтому внутри все было безупречно. Она оглядывается, должно быть ищет какие-то минусы, но судя по ее лицу — не находит.

— Классная тачка, — деловито замечает, сложив коленки и повернувшись ко мне вполоборота.

Я невольно смотрю на ее ноги, пока мое сознание обволакивает аромат ее духов. Представляю, как было бы классно покувыркаться с этой красоткой. Но потом думаю о том, как она идет в ментовку и пишет на меня изнасилование, и весь запал разом сникает. Красочно вижу шантаж и угрозы, с обещанием забрать заявление.

Осторожность. Вот что важно.

Впрочем, я и так уже подставляюсь. Привел ее в свою машину.

Включаю регистратор, на всякий случай. Он снимает и снаружи, и салон. Она, как будто внимания не обращает.

— Где ты живешь? — я привожу ауди в движение, выводя с парковки на дорогу.

— Не хочу домой, — вдруг сообщает Света, — Воронин знает, где я живу.

Кошусь на нее, на мгновение отрываясь от дороги.

— Воронин — это который из них? Жирный?

Она брезгливо кривится, и качает головой.

— Фу, нет. Второй, который депутат.

— Так он еще и депутат! — я усмехаюсь и качаю головой, — Капец, ты бесстрашная.

Женщина хмурит красивые брови и смотрит на меня в упор, словно хочет дырку протереть.

— Ты эскортница? — прямо спрашиваю, чтобы сразу все недоразумения отсечь.

— А что, хочешь мне денег предложить? — ехидно отзывается она.

Я усмехаюсь и смотрю в ее лицо.

Блин. Вот если честно, отдал бы всю зарплату, только бы трахнуть ее. Не раздумывая. Хотя, это как-то низко что ли. Но золотая рыбка странным образом отбила у меня гордость и порядочность, заставляя низменно желать ее тела. Уловив заминку, она рассмеялась.

— Расслабься. Я не шлюха, и спать с тобой не буду. Даже за деньги.

А вот это уже было обидно.

Я резко ударяю по тормозам, едва успевая съехать на обочину. Светка чуть не слетает с сидения, но внимание рыжей мне привлечь удалось. Она напряженно следит за моими дальнейшими действиями, а я поворачиваюсь к ней и улыбаюсь.

Вероятно, она ожидала другой реакции.

Тянусь к ее ногам, но не лапаю ее, а всего лишь достаю из бардачка свой бумажник.

— Дело есть, — комментирую деловито, — Посиди.

Она следит за мной, но вероятно не понимает, что происходит. Выхожу из машины, и иду к магазину, покупаю там бутылку хорошего шампанского.

Возвращаюсь к ней, вручаю покупку, пока моя новая знакомая недоуменно следит за происходящим.

— Поедем на набережную рассвет встречать, — поясняю я, — Но ты свою идею на счет секса придержи. Вдруг передумаешь.

Подмигиваю рыжей с едкой ухмылкой и вновь гоню тачку.

Паркуюсь не далеко от набережной, и выхожу из машины. Светлана следует за мной, и разобраться в ее чувствах я пока не могу.

Держу ее за руку, во второй — бутылка шампанского, подмышкой свернутый клетчатый плед, что я прихватил из багажник. Ее ладошка прохладная, и мне кажется, что она нервничает. Но виду не подает.

Веду ее решительно к воде, минуя зеленую зону напротив Москва-Сити, стелю на землю плед. Она молча наблюдает, скрестив руки на груди.

— Да ты у нас романтик, — едко замечает рыжая, но меня так просто не проймешь, — Ты как будто подготовился заранее. Часто сюда девушек привозишь?

Я не отвечаю, деловито расправляя плед и водрузив в его центр бутылку.

— Можешь разуться, — киваю на ее туфли, на высоченных каблуках, — Мы тут посидим немного, скоро твоего бывшего выключит от всего того, что он принял, и ты сможешь вернуться домой.

Открываю шампанское, успев перехватить пробку, с легким хлопком, и протягиваю ей бутылку.

Света с улыбкой ее принимает, и садится на плед.

— А ты решительный.

Ничего не отвечаю. Сажусь рядом с ней, вытянув ногу с протезом перед собой, смотрю на алеющее небо, и отблески солнца в небоскребах.

Она отпивает немного шипучки с горла бутылки, и тоже демонстрирует длинные ноги. Я невольно любуюсь ими вновь. И она это знает.

— Что с твоей ногой? — вдруг спрашивает.

Внимательная, надо же.

— Протез, — сухо отвечаю, — В Чеченскую потерял. Пацаном еще был.

По ее лицу пробегает странная тень, но Светлана никак не комментирует свои мысли. Я тоже не продолжаю разговор на эту тему.

— А этот твой депутат, — помолчав, осторожно спрашиваю, — Чего развелись?

Рыжая мрачно смотрит на розовеющее небо.

— Изменил с моей подругой.

— А он знал, что вы подруги? — этот вопрос возник из подслушанного в туалете разговора.

Она отрицательно качает головой, и ее волосы вспыхивают отблеском лавы в рассветном солнце.

— Что ж, сочувствую.

Света усмехается и делает жадный глоток из бутылки.

— Все мужики — кобели. Этого следовало ожидать. Какой бы совершенной не была его женщина, он всегда ищет новую, — издает она.

И я понимаю, что сам того не желая, нарвался на исповедь.

— И ты решила отомстить?

Светлана переводит на меня свой взгляд и медленно отставляет бутылку на сырую траву. Интригует.

— В каком-то смысле, — лениво говорит она, медленно подбираясь ко мне, на коленках, словно дерзкая кошечка, сияющая в рассвете.

Перекидывает одну ногу, усаживается на меня, оседлав.

— И мне будешь мстить? — жар ее тела, прижатого к моему, пробуждает во мне шквал ядерного желания, которое ударяет по шарам мощнее любого алкоголя.

Светлана буквально ослепила меня. Каюсь. Яркая, словно огонь, она лишила меня возможности рассуждать здраво, но я искренне пытался.

Мои руки сами собой оказываются на ее ягодицах, она обхватывает мое лицо руками и улыбается коварно. Не отвечает, приближаясь ко мне. Я вновь мну ее тело в своих руках, теряя все те крупицы самообладания, которые копил все это время.

К черту летит опаска, и мысли о проблемах с полицией.

Хочу ее здесь и сейчас. До одури.

Ее дыхание с примесью вина, обдает мои губы. Смотрю в хитрые глаза рыжей.

Пошло все…

Вскидываю руку к ее затылку, жадно хватаю и тяну к себе, впиваясь губами в желанный рот дерзкой аферистки. Она мягкая, и сладкая, с привкусом шипучки. Ее горячее лоно прижато к моему паху, и это единение возбуждает меня еще сильнее.

Она жмется ко мне всем телом, и сквозь свою майку, и ее платье ощущаю вершинки ее грудей, прижатых ко мне. Отвердевших от возбуждения и утренней прохлады. Наши языки сплетаются в страстном поцелуе, и мысли разлетаются, оставляя только одно, острое, пульсирующее желание.

Погружаю пальцы в роскошные волосы Светланы, пока она ерзает на мне, позволяя алчно исследовать ее влажный, теплый рот.

А потом все прекращается.

Она вдруг резко соскальзывает с меня, так же внезапно, как и забралась и, подхватив туфли, сходит с пледа.

— Ну, пока, — уголок ее губ надменно и ехидно вскидывается, — Мне пора.

— Ты серьезно?

Я встаю, ощущая, как тесно стало в джинсах, а она пятится, и смеется.

Стерва.

— Ты не посмеешь вот так вот уйти, — говорю я и тоже улыбаюсь.

Она качает головой.

— Я уже ушла.

Нет.

Балансируя со своим протезом, пытаюсь ее догнать, но рыжая бестия уже запрыгивает в такси, что стояло припаркованным совсем не далеко.

Света игриво машет в окошко, из отъезжающей машины, но ее пунцовые щеки и блеск глаз выдают ее возбуждение.

Ничего. Я найду тебя. И тогда тебе не сбежать.