Прятки с любовью

Глава 19

Светлана

Мой «Мерс» рассекая ветер несся по трассе. Пока Марк отрабатывал свои последние две недели у Нагольского, я предпочитала играть в прятки. Не отвечала на сообщения, на звонки не брала трубку.

Конечно, Солнечный думает, что между нами с Димой все давно кончено. Но я не была в этом так уверена. И все ждала того момента, когда мой мозг включится. И напомнит остальным эмоциям, что он тут главный.

Но, от одной только мысли о расставании с Марком, все внутри болезненно замирало.

Сворачиваю на проселочную дорогу, утопающую в лесу. Спустя несколько минут, уже вижу кафе моей семьи. Громко играет музыка, навес украшен разноцветными шариками.

Столько знакомых лиц! Мне даже немного затошнило. Я все же, старалась максимально разорвать контакт со своей семьей. Если бы пришлось обсудить это желание с психотерапевтом, он наверняка бы сказал что-то типа: «Вы считаете их виновными в том, что с вами произошло», и скорее всего, будет прав.

Я, конечно, ни разу не была у специалиста, поэтому смутно представляю себе, как это все происходит. Но, мысль о том, что кто-то из взрослых мог догадываться, не покидала меня.

Может поэтому Нагольский вызывает у меня такое отторжение?

Паркую машину и выхожу на свежий воздух.

Сегодня выдался прекрасный, солнечный осенний денёк. Лес всех оттенков багрянца обступил меня, и казалось, я очутилась в настоящей сказке. Аромат влажной земли, проглядывающие то тут, то там шляпки грибов.

— Света приехала! — первой меня увидела юбилярша.

Моя племянница, Ника бросилась ко мне, с широкой улыбкой. На ней был совсем не праздничный джинсовый комбинезон и мешковатая футболка пудрового цвета.

— Привет! С днем рождения, — улыбаюсь девушке, распахнув объятия, крепко ее обнимаю, после чего вручаю подарок — графический планшет.

Знаю, что она увлеклась дизайном всерьез. Вероника как то поделилась со мной, во время одного из разговоров по телефону.

— Вау! Спасибо! Класс!

К нам приближается моя сестра.

Лера выглядела уставшей. Полноватая, не смотря на то, что она младше меня всего на два года, сильно сдала во внешности. В волосах уже проступала седина, а фигуру портило мешковатое платье в убогий цветочек.

— Какие дорогие подарки, — улыбается, и цедит сестра сквозь зубы, — Это твой одноногий проспонсировал?

Я вскидываю глаза на Валерию, хочу ответить так же едко, но Ника отвлекает меня внезапным вопросом:

— А он приедет? Я надеялась получше познакомиться с Марком.

Качаю отрицательно головой.

— К сожалению, у него очень плотный график, он не смог вырваться, извини.

— Блин, жалко…

Племянницу окликнули друзья, и она еще раз обняв меня, отходит. Оставив нас с Лерой наедине.

— А где твое красное платье? Или тут некого завлекать? — едко интересуется она, пока мы бредём к столу, накрытому в центре, под навесом.

— Лер, хорош. Я приехала не с тобой ругаться, а поздравить Нику и с мамой повидаться. Где она, кстати?

Сестра молча указывает на дом, что стоял позади кафе.

— Давление подскачило, лежит.

Понимающе киваю, и молча иду в указанную сторону, а Валерия говорит мне в след:

— Постарайся не утомлять ее, слышишь?

Машу рукой надоедливой зануде, потому что мне, наверное, лучше знать самой, что и как делать.

Вхожу на крыльцо, минуя лужу у забора, и отворяю дверь. В нос ударяет характерный запах дома, еды, старого парфюма и лекарств. Все то, что характеризует мою семью.

Скидываю туфли у входа и осторожно иду в спальню. Из звуков — только тихие щелчки больших часов на стене.

Мама лежит в кровати, ее инвалидное кресло стоит рядом. Услышав мое приближение, она устало поворачивается навстречу.

Бледная. Уставшая.

— Привет, ма.

Медленно присаживаюсь с ней рядом на уголок кровати.

— Здравствуй, Светик-семицветик.

— Что, давление опять?

Мама медленно и осторожно кивает, и устало улыбается мне, сплетая наши пальцы.

— Жалко, конечно. Там такой праздник устроили для Ники.

Виктория Сергеевна машет рукой и усмехается.

— Думаю, что не один день рождения Никуши еще повидаю. Только эта проклятая погода меня выбивает…

Я киваю, и стягиваю сумочку через голову, вешаю на спинку кровати.

Туда же отправляю свое пальто. Мне пришлось встать. Оглядываю ленивым взором спальню матери, и подмечаю старые фото, что стоят между стекол «горки», укрывая от посторонних глаз прабабушкин хрусталь.

Приближаюсь, разглядывая снимки.

— О, я помню этот день, — показывая на карточку, — На рыбалку ездили, да?

Усмехаюсь, пока перед мысленным взором встают яркие картинки летнего, солнечного дня. Мы с Леркой тогда поймали рыбу и дрались за нее, пока не уронили в озеро.

— Да, хороший был день. Дядя Дима нас возил на своей «шестерке» новой.

Перехожу к следующим фотографиям. Там была и свадьба Леры, и свадьба родителей. И фото отца, с черной лентой на уголке.

Я замедляюсь, вглядываясь в его лицо. Обычный человек. Слесарь. Всю жизнь на заводе работал. В девяностые завод разорился, и он «потерял себя», так сказать. Запил. Тогда-то все и началось.

— Мам? — вдруг спрашиваю я, — А ты не замечала за папой ничего… такого?

Медленно разворачиваюсь, пытаясь считать ее реакцию.

— Какого? — она смотрит на меня непонимающими, широко распахнутыми глазами.

— Ну… злого?

— Злого? — мама усмехается, и качает головой, — Не знаю. Пока молодые были, жили душа в душу. А как пить начал, всякое бывало…

Я присаживаюсь с женщиной рядом, и слушаю внимательно, подстегивая ее продолжать. Но она не спешила, и мне пришлось задать вопрос.

— А как вы с ним познакомились?

— Ну, я тогда встречалась с Витькой Раевским. Красивый был, высокий, рыжий, — я медленно киваю, пытаюсь понять, к чему мне такие подробности, — Погиб в драке. Шел домой со смены, на него кто-то напал. Зарплату за месяц всю забрали. Если бы не это, я бы, наверное, за него вышла. А не за Георгия… С ним как познакомились? Да, после похорон, решила перебраться в город, нашла работу в пекарне. И случайно, на улице встретила его, односельчанина, представляешь? Разговорились, ну и все. Через месяц уже заявление подали. А еще через семь появилась ты.

— Так быстро?

Мама усмехнулась, и тяжело вздохнула.

— Ну, тогда УЗИ там всяких не было, да и Гоша тест на ДНК не делал. Но всю жизнь был уверен, что ты не его дочь. Теперь уже можно говорить, что уж. Нет в живых никого….

Она тяжело вздыхает и прикрывает глаза устало.

— Не думаю, что твоя жизнь как-то изменится от этой информации, но ты… имеешь право знать.

Я удивленно гляжу на мать, пытаясь осмыслить всю сказанную ею информацию.

— Так я… от другого мужчины?

— Возможно, — Самойлова старшая пожимает плечами, — Как теперь разобраться то.

Мама убирает волосы с лица и тяжело вздыхает.

В спертом воздухе остро пахнет лекарством, и меня скручивает приступ тошноты. Я спешно выбегаю в ванную комнату, и пытаюсь удержать все в себе.

Но ведь и правда, что это меняет? Мой отец так и останется педофилом, который растлил меня просто назло моей же матери. И ее первой и настоящей любви.

Это так жестоко…

Включаю ледяную воду и спешно умываю лицо. Никто не должен знать. Все давно мертвы. Осталась только я.

А жить с этим уже научилась.

Во всяком случае, теперь понятно, кто в нашей семье гадкий утенок. Просто птичка из другого гнезда.

— Светик, ты там в порядке? Не «залетела» от одноногого красавца?

Марк

Сижу в приемной огромного холдинга Теряевых, и задумчиво разглядываю белые стены, стеклянные панели, сквозь которые могу прекрасно изучать всех сотрудников и их рабочие места.

— Марк Солнечный? — возле меня появляется стройная блондинка в строгом черном платье, — Олег Павлович вас ждет.

Киваю и спешно поднимаюсь, девушка терпеливо ждет.

Мы следуем через приемную, к дверям кабинета Теряева.

Вхожу.

Олег сидит за широким столом, и приветливо мне улыбнувшись, спешно что-от отключает в компьютере, и стремительно идет на встречу, протянув руку для пожатия.

Шрамы на его лице уже значительно зажили, и те места где они были, можно было угадать лишь по легкой асимметрии брови и века.

— Привет, рад что ты передумал, — говорит он.

— Обстоятельства несколько поменялись, — отвечаю, пожимая руку в ответ, — Чувствую себя последним мудаком из-за этого.

— Да ну, брось, — Теряев недоверчиво на меня смотрит и жестом приглашает сесть, — Ты самый порядочный человек, из всех, что я знаю.

Мне не нравятся эти слова, но не знаю что на них ответить. Сажусь на дизайнерский диван осторожно, и усмехнувшись, озвучиваю свои мысли:

— Тут все как-то сложно стало. С одной стороны, я вроде как и не в чем не виноват, а с другой…

— Ваш кофе, — меня прерывает стук в двери и появляется та самая блондинка, ставит поднос на столик у дивана, и спешно уходит, перестукивая каблучками.

— А подробнее, можно? — едва за секретаршей закрылась дверь, спрашивает Олег.

Раздумываю пару секунду, и все же решаюсь на исповедь.

— Я познакомился с женщиной, — и тут же улавливаю кивок Теряева, он вероятно, догадался и так, — Но она оказалась из тех, что ищут богатых мужей. И нацелилась на Нагольского. А я блин, запал капитально. Она вроде тоже со мной хочет быть теперь, но что делать с Дмитрием Васильевичем, ума не приложу…

Олег подносит кружку с кофе к губам, задумчив следит за повествованием, и медленно кивает. Хмыкает.

— То есть, ты состоишь в связи с новой пассией Нагольского? И решил устроиться на место Черкасова?

Я ловлю взгляд Теряева, и мы оба нервно усмехаемся.

— Какая тревожная пасхалочка… — озвучиваю в слух наши мысли и Олег лишь кивает.

Особенно, если учесть, как плохо закончил бывший начальник охраны, подпортив себе карму с бывшей женой Нагольского. Просто бумеранг судьбы.

— Ну, в любом случае, она должна сама сказать твоему шефу обо всем, — спокойно замечает мой друг и потенциальный начальник, — Просто, потому, что не разглядела тебя на старте.

Я почувствовал себя призовым жеребцом. В плохом смысле этого слова.

— От тебя это звучит еще хуже, — медленно протягиваю, в общем-то понимая, что он прав.

Если бы не все эти Светкины интриги, не было бы никаких проблем. Мы бы сошлись и жили как люди. А теперь как быть?

Теряев пожимает плечами.

— Не знаю, если честно. Ты ж в курсе, сколько я наворотил…

Киваю.

История Саши и Олега, как кусок из дамского романа. Но, как говорится, в жизни случается всякое.

Беру кружку с кофе и отхлебываю. Молчим пару минут.

— Короче, скажу тебе так, — подумав, говорит Теряев, — Если бы не вся эта ситуация с бабой, ты бы сюда не пришел ко мне?

Я согласно киваю головой. Да. Не пришел бы.

— Тогда твоя подруга — теперь и моя подруга. А с Нагольским договоримся. Он мужик порядочный, интеллигентный. Я перед ним все еще в долгу, как и перед тобой. Если бы не вы, возможно, мы бы с Сашей так и не сошлись, а может и того хуже.

— Глупости, — я отмахиваюсь от его слов.

— Ничего не глупости, — раздается женский голос у входа, под звук распахнувшейся двери, мы оборачиваемся, — Привет, Марк.

Саша Теряева стоит в дверях, удерживая на руках пухленькую малышку с невероятно голубыми глазами.

— Поздоровайся с крестным, Валерия Олеговна, — машет крохотной ручкой дочери мне жена Олега и улыбается.

Я шагаю к гостьям, с улыбкой.

Дочка Теряева тянет ко мне руки и я с удовольствием беру ее. От ребенка пахнет ангелами, так говорят? От дочери моих ближайших друзей вот уж точно.

— Что у вас за проблемы? Чего лица такие хмурые, — спрашивает молодая мама, поставив сумку с детскими принадлежностями на диван и деловито проследовав к компьютеру.

Олег провожает ее взглядом, и осознав, что собирается сделать супруга, спешит следом.

— Ты разве не должна быть дома? У няни выходной.

— Да-да, — отмахивается Саша, в девичестве Фиалкова, и плюхается в директорское кресло, с явным намерением поработать, — Но у меня тут возник спорный вопрос, который надо срочно решить.

— Ты же в декретном отпуске, — мягко напоминает Теряев.

Его жена фыркает в ответ и активирует компьютер, выводя его из спящего режима.

— Ты Марка уже пригласил? — игнорируя недовольную мину супруга, интересуется Саша, что-то там клацая на компьютере.

Услышав свое имя, я отрываюсь от созерцания пухлых щек малышки, и перевожу взгляд на парочку, что так мило пикируется. Очевидно, что Александра так и не смогла в полной мере отдать главенство в медиа-холдинге своему мужу, который был его директором прежде. Олега это, вероятно, несколько задевало. Но не критично, потому что он созерцал свою зазнобушку с легким оттенком восхищения.

— Куда? — спрашиваю, пока Валерия Теряева потянулась к моей бороде, и принялась перебирать жесткие волосы мягкими пальчиками, заливисто хихикая от щекотки.

— У Саши день рождения, — поясняет Олег, повернувшись ко мне и очевидно, утратив надежду согнать супругу со своего места, — Ты и твоя пара приглашены, — подмигивает мне с улыбкой.

— Пара? — Фиалкова тут же встрепенулась и взглянула на меня, — Ты нашел себе девушку⁈ Кто она? Почему я узнаю последней?

— Девушка, — киваю я, подтверждая догадку.

Но, она точно не парень. Проверил уже.

— И кто она? — Саша бросает свои дела, повторяя нетерпеливо, и разворачивается на кресле ко мне, — Чем занимается? Где живет? Я так за тебя рада!

— Да подожди, мама. Там пока все сложно, — с усмешкой замечает Олег, — Не дави.

— Сложно⁈ — в ее голосе столько отчаяния, а мне даже слово вставить не дают.

Я глупо улыбаюсь, пока дочка Теряевых сжимает кулачок и дергает меня за бороду. Спешно отнимаю ручку крохи от себя.

— Она замужем? Дети есть?

— Она не замужем, — продолжают разговор мои друзья, — во всяком случае пока, — поясняет Олег жене.

— Ребят, у меня не так что бы много времени, — я правда не хотел грубить, но шквал вопросов о Свете доставляет мне дискомфорт.

Кроме того, я не имел ни малейшего понятия, как она отреагирует на приглашение познакомиться с друзьями.

— О, точно, пошли, — Олег спешно берет дочку на руки, и переносит ее в игровой уголок, который родители организовали прямо у себя в кабинете, после чего, мы, наконец, отправляемся знакомиться с фронтом работ.

По сути, я все это делал у Нагольского, и даже больше. Сочетая в себе и охрану, и секретаря, и телохранителя. Впрочем, вероятно во всех этих ипостасях я был хреновым специалистом.

Позже, когда все вопросы были разъяснены, я вдруг понял, что буду делать гораздо меньше, за большую зарплату. Что несколько смущало меня.

Мы вышла на парковку, и уже прощаясь у машины, я спросил:

— Ты ведь зарплату мне назначил не из-за наших приятельских отношений? Черкасов получал столько же?

Олег удивленно на меня взглянул. И кивнул.

— Конечно, хочешь я тебе его платежки скину из 1С?

Мне вдруг стало немного стыдно.

— Не нужно, — усмехаюсь неловко, — Я просто никогда прежде не работал с друзьями. И на друзей.

— Да? Тогда тебе крупно повезло. Меня вот моя собственная жена, на которой я дважды женился, то и дело пытается вытолкнуть за борт, — усмехается Теряев, и по его интонации и взгляду понимаю, что ему это нравится, — Работать с родными и близкими тяжело, но это крутая проверка на прочность и чистоту.

Я понимающе киваю.

Что ж, время покажет.