Рассвет Эринии V. Воцарение тьмы

Глава 13 Эверглейт

Шаг за шагом, еле переставляя ватные ноги, я медленно приближался к дому. Мысль о том, чтобы забить на всё и рухнуть на кровать, была невероятно соблазнительной. Веки слипались, а в мышцах гудела глухая, изматывающая боль.

Но в этот момент мой затуманенный взгляд упал на баню, откуда в прохладный вечерний воздух струился густой, душистый пар, и до меня дошла простая истина: какой смысл идти в дом? Если я сейчас зайду внутрь и сяду, пусть даже на стул, то моё измученное сознание мгновенно отключится, в результате чего я просплю до самого утра, и Дарина, получается, зря старалась, договариваясь с парнями на счёт бани…

Да и вообще, если честно, мне самому до смерти хотелось не просто ополоснуться в ледяной воде, а как следует отмыть с себя всю грязь, пыль и усталость.

Решение пришло само собой. Я резко сменил курс и, спустя несколько десятков секунд потянул на себя тяжелую деревянную дверь в предбанник.

Как только я зашёл внутрь — меня тут же обволокли тепло и влажный, густой воздух, словно тяжелое одеяло. Внутри, на лавке, сидела Дарина, завёрнутая в большое банное полотенце с тёмными от влаги волосами, тяжёлыми прядями лежавшими на её плечах. На лице у девушки играла усталая, но безмятежная улыбка, и как только она увидела меня, то мягко улыбнулась, а в её глазах заплясали тёплые огоньки.

— Долго же ты возился, — сказала она тихим голосом, а я даже не нашел сил, чтобы хоть что-то ответить любимой девушке.

Всё, что произошло дальше, погрузилось в густой, обволакивающий туман блаженного истощения. Помню обжигающую ласку горячего пара в парилке, которая выжигала из мышц последние остатки напряжения. Помню ледяной удар обжигающе холодной воды из таза, от которого перехватывало дух и мир на секунду обретал кристальную ясность…

Помню прикосновения её рук, смывающих с меня грязь и усталость, и её тихий смех, смешанный с какими-то словами. Потом мы с ней сидели на полке, плечом к плечу, пили теплый травяной чай из одной кружки, и в тот момент нам не нужно было никаких слов.

Это была не страсть, а нечто большее — глубокая, молчаливая близость двух людей, прошедших через многие испытания и нашедших друг в друге опору. После этого момента туман в моей памяти сгустился окончательно, а потом наступило утро.

На утро я проснулся от солнечного луча, который как назло светил прямо в моё лицо, и когда я открыл глаза, то осознал, что нахожусь дома, в нашей кровати, и понятия не имею — как я сюда попал.

Я лежал и пытался понять, как я здесь оказался. Последнее, что я отчетливо помнил, — это вкус чая в бане и тяжесть своих век. Всё, что было после — сплошной провал. Но, что было удивительнее всего — чувствовал я себя… отдохнувшим. Не просто выспавшимся, а по-настоящему свежим, будто кто-то вынул мои перегруженные, изношенные батарейки и вставил на их место новые. В мышцах была приятная истома, а в голове — ясность, которой не было уже много недель.

Следом проснулась Дарина. Мы молча позавтракали приготовленной с вечера кашей, и это молчание было комфортным, полным взаимопонимания. После этого Дарина занялась уборкой, а я первым делом направился к своему вчерашнему творению — живой изгороди из двадцати елей.

Когда я увидел их, то чуть не ахнул. Дело в том, что за одну ночь они не просто прижились, а начали меняться! Их иглы стали темнее, насыщеннее, а сами деревца будто выпрямились и потянулись вверх с новой, неестественной для саженцев силой.

Я закрыл глаза и потянулся сознанием под землю, практически сразу ощутив возведённую вчера свою сторожевую сеть. Она была не просто жива, а пульсировала ровной, сильной жизненной силой, словно своего рода сердце участка.

Я постоянно чувствовал лёгкую, едва уловимую вибрацию — признак того, что магическая защита активна и работает. Удовлетворённо улыбнувшись, не сходя с места я послал по невидимым каналам еще один, небольшой импульс маны, просто чтобы поддержать и укрепить нашу связь. Деревья встретили его с благодарностью, и мне показалось, что их энергетический отклик стал чуть ярче.

Вернувшись в дом, я застал Дарину за мытьем посуды, и обняв девушку со спины, произнёс:

— Ну что, рискнем? Надо проверить результат работы технарей «Альтиса»… Прошедших суток должно было более чем хватить для стабилизации Эринии.

Она вытерла руки и мило улыбнувшись кивнула, после чего её лицо стало серьезным, и она сказала:

— Давно пора! Я ещё вчера хотела предложить, но в твоём состоянии… Явно было не до Эринии.

Мы зашли в зал к нашим капсулам, и разделившись по ним начали прекрасно знакомый процесс погружения. Я очень серьёзно опасался, что наше вмешательство оказалось критичным, и восстановить Эринию не удалось, но к счастью никаких задержек после загрузки я больше не испытывал. Мир поплыл, сменился, и вот мы уже с трудом вылезали из каменной ниши в том самом ущелье, где спрятались накануне.

Первые несколько минут мы стояли на месте, прислушиваясь к собственным ощущениям, потом я начал делать резкие движения, но как бы я не изгалялся — всё было в порядке.

— Вроде всё в порядке, — наконец признал я, испытывая ни с чем не передаваемое облегчение. — Никаких лагов, отклик идеальный.

— Похоже, технари в «Альтисе» и правда не просто так едят свой хлеб, — резюмировала Дарина, оглядывая скалы. — Или Торвин сжалился над ними и помог чем смог… В любом случае, нам повезло.

Если честно — мне не очень хотелось продолжать игру, ведь пришёл я в неё исключительно ради того, чтобы поправить своё финансовое положение, и с блеском справился с этой задачей, однако Торвин, зараза, знал как на меня влиять, и квест от Аланы стал той цепью, которая надёжнейшим образом приковала меня к Эринии.

Именно поэтому мы с Дариной осторожно продолжили движение по ущелью, и совсем скоро почувствовали, что оно приобрело небольшой наклон. Ещё через час крутые склоны вокруг нас расступились, и перед нашими глазами предстала картина, от которой просто захватывало дух:

Внизу, прямо под нами, раскинулась огромная, утопающая в зелени долина, по которой змеилась широкая река, а на её берегу, вдалеке, белели стены и башни большого города. От этого города во все стороны расходилось множество дорог, похожих на тонкие нити, а вокруг него лепилось множество деревушек и хуторов. Увидев такое великолепие, мы невольно остановились, и завороженно любовались открывшимся видом.

— Как красиво, — прошептала Дарина.

— И многолюдно, — добавил я мрачнее. — Чем больше людей, тем больше глаз и тем выше шанс, что нас кто-то узнает.

Тем не менее — этот город был единственным местом, где мы могли получить ответы хотя бы на часть своих вопросов, поэтому выбора у нас особого не было и мы начали спускаться в долину.

К большому сожалению мы практически сразу осознали, что путь наш не будет тихим и мирным. Долина кишмя кишела жизнью, и не вся она была дружелюбной. Нас периодически атаковали то стаи злобных горных грифонов тридцать девятого уровня, выныривающие из-за скал, то поджидавшие в густых зарослях проворные, похожие на помесь рыси и скорпиона, скорпекоты тридцать седьмого уровня…

Эти нападения действовали на нервы, отнимали время и силы, но была в них и польза. Постоянные, хоть и не самые сложные бои, оттачивали наше взаимодействие с Дариной, и сейчас она чувствовала себя гораздо уверенней, чем раньше. Она уже мгновенно реагировала на любую угрозу, то накладывая на меня щит, то накладывая на противника дебаф. Я же в ответ рубил, колол и метал в них Теневые копья, чувствуя, как с каждым поверженным врагом мой счётчик опыта потихоньку идёт на увеличение.

И вот, в разгар стычки с тремя скорпекотами, когда очередная тварь оказалась пронзена выпущенным мной теневым копьём клинок, по мне прошел знакомый, согревающий душу до самых кончиков пальцев импульс, а перед глазами уже вспыхнула несколько позабытая табличка:

Поздравляем! Вы достигли тридцать восьмого уровня!

Не сказать, чтобы я ощутил какой-то серьёзный прилив сил, однако само осознание того факта, что у меня над головой теперь горит более серьёзный уровень, придавало мне какой-то новой уверенности и гордости.

Полученные очки параметров я по старой схеме не стал трогать, справедливо предположив, что из-за «Жнеца», который поднял значение моих параметров на недосягаемую высоту, мне это сейчас не критично, и было бы гораздо полезнее покопить эти очки на всякий не предвиденный случай. В мире, где каждый процент силы был на счету, это было серьезным козырем и приобретением.

Пока мы шли, то не теряли времени просто так и обсуждали нашу главную проблему:

— Как, скажи на милость, мы будем разрушать целый храм? — я развел руками. — Это же не босс в подземелье… Это охраняемая святыня, которая находится в самом центре города, под носом у стражников и, конечно, самих жрецов, которые явно не станут просто так стоять и смотреть как мы выполняем полученное задание… Нас просто в клочья разорвут, прежде чем мы хоть что-то успеем.

Дарина шла рядом, задумчиво поглаживая рукоять своего посоха, после чего произнесла:

— Я так думаю, что ты смотришь на это слишком буквально, Стёп, — сказала она наконец. — В твоём задании сказано, что нужно «уничтожить храм света», но скажи мне… Что такое храм? Это не просто стены и крыша… Это, в первую очередь, место силы, которое ничто без своего сердца — алтаря.

Если мы уничтожим алтарь, разобьем или оскверним его, то святое место перестанет быть таковым. Магия света покинет его, а храм, как структура, исчезнет. Останется просто красивое, но пустое здание. Без благословений, без силы для жрецов и без точки воскрешения для игроков.

Слова девушки были очень даже разумными, и после них задача из категории «невозможных» вдруг свелась к «сверхсложной, но выполнимой». Вместо того чтобы бороться со всей системой храма, нужно было нанести точечный, точный удар в его самое уязвимое место.

— Значит, наш план такой, — подытожил я. — Проникаем в город, определяем — в какую часть Эринии нас с тобой занесло, добираемся до одного из тех городов, где находится храм света, выясняем, где находится его главный алтарь и как к нему подобраться. И тогда… тогда решаем, как его уничтожить.

— Звучит конечно не очень, но я верю, что мы обязательно справимся! — кивнула Дарина, на что я печально пробурчал:

— Будто у нас с тобой есть выбор…

За этими разговорами, схватками и размышлениями мы и не заметили, как спустились в самую долину и вышли на хорошо утоптанную дорогу, ведущую прямиком к городу. Чем ближе мы подходили, тем более грандиозным он казался.

Высокие белоснежные стены, островерхие башни с развевающимися знаменами… Всё буквально кричало о том, что это явно не какой-то заштатный городок, и я уже мысленно настраивался на то, что сейчас придётся очень быстро отсюда сваливать.

Мы шли по утоптанной дороге, и чем ближе подходили к городу, тем оживленнее становилось вокруг. Сперва нам попадались одинокие фермы, окруженные аккуратными огородами, где паслись безмятежные стада. Потом пошли деревни — сначала маленькие, в несколько домов, потом побольше. Крыши из серой соломы сменились на черепичные, а плетни — на добротные заборы.

И повсюду, куда не кинь взгляд, мы видели игроков. В основном, низкоуровневых, тех, кого в мире Эринии с легкой насмешкой называли «нубами». Вот группа из трех человек, едва переваливших за десяток уровней, с деревянными мечами и самодельными щитами, осторожно обходит разъяренного кабана (Ур. 12).

Их движения скованы, тактика проста до примитива: боец принимает удар, пока два других бьют по бокам. Жертва для них очень кусачая, и из-за этого по округе то и дело разлетались взволнованные крики: «Держи его! Не дай прорваться! Мне нужно отхилиться!»

Чуть поодаль, на лугу, девушка-эльфийка седьмого уровня в простом цветастом платье собирала травы, сосредоточенно наклоняясь к каждому кустику.

Мы прошли мимо, не привлекая лишнего внимания. Для них мы были просто двумя высокоуровневыми игроками, возвращающимися с фарма. Они даже не подозревали, что мимо них проходят те, кто недавно выпустил в их мир босса, способного отправить на возрождение кого угодно. Эта мысль вызывала странное, горькое чувство. Мы несли угрозу этому миру, даже не желая того.

Дорога становилась все шире и оживленнее. Теперь по ней не только шли, но и ехали груженные тюками товаров неуклюжие повозки, запряженные неторопливыми волами. Всадники на резвых скакунах, звонко цокая копытами по камням, обгоняли многочисленных пешеходов, а рядышком с нами шагала группа гномов-рудокопов (Ур. 25–30) в запыленных кожаных доспехах, с кирками за спиной. Они о чем-то громко спорили, и из обрывков их фраз я понял, что речь шла о новой жиле где-то в горах.

Наконец, мы оказались у самых ворот. Вблизи они были еще более внушительными, чем казалось издалека. Дубовые створки, окованные черненым железом, были распахнуты, образуя широкий проем, а над ним возвышалась массивная зубчатая башня, с которой за всеми прибывающими внимательно следили лучники.

Люди входили и выходили беспрерывно. Крестьяне с корзинами овощей и связками кур, охотники с трофеями, перекинутыми через плечо, купцы, громко обсуждающие цены на свои товары… Прямо перед нами в город зашёл отряд наемников, чей минимальный уровень был в районе сорокового, и казалось, что в этом месте гудел сам воздух от десятков голосов, ржания лошадей и скрипа колес.

И вот настала наша очередь. Мы влились в эту толпу и подошли к стражам. Рыжебородый воин с острым и опытным взглядом преградил нам путь, после чего задал нам простой вопрос, который звучал как отточенная формальность, но я чётко услышал, что за ним скрывается настоящая бдительность.

— Приветствую вас в Эверглейте, путники. Назовите ваши имена и цель визита.

Я сделал шаг вперед, чувствуя на себе его взвешивающий взгляд.

— Я Атон-Д’Арим, а это моя сестра, Ждульетта, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и непринужденно. — Мы путешествующие торговцы, и сейчас ищем новые рынки для наших товаров.

Он медленно оглядел нас крайне сомневающимся взглядом, задержавшись глазами на моей броне, которую я не догадался скрыть в кольцо, и на изящном, явно магическом посохе Дарины, после чего недоверчиво произнёс:

— Торговцы? Внешний вид и оружие у вас для обычных торговцев… довольно серьезные. Не каждый купец может похвастаться такой броней, а уж тем более посохом.

Я почувствовал, как у меня слегка похолодело внутри. Легенда была слабой, и стражник это ясно видел, но отступать было некуда.

— Дороги нынче небезопасны, господин стражник, — парировал я, пожимая плечами. — Разбойники, дикие звери… Без хорошего оружия далеко не уедешь. А что до посоха… — я кивнул в сторону Дарины, — наш отец был знахарем, и Ждульетта переняла его ремесло, а посох помогает ей в приготовлении снадобий.

Стражник явно не очень поверил моим словам, но и повода для нашего ареста у него не было. Поэтому он тяжело вздохнул, и отступая на шаг, буркнул:

— Ладно, проходите… Но помните — в Эверглейте царит порядок, а Его светлость герцог не терпит смутьянов. Никаких драк, краж и использования запрещенной магии на улицах. Если вас поймают на нарушении наших законов, то темница вам будет обеспечена. Понятно?

— Вполне, господин стражник, — кивнул я, стараясь вложить в свой голос максимальную искренность. — Мы здесь и правда только по торговым делам, так что будем вести себя смирно.

Он что-то недовольно пробормотал себе под нос и махнул рукой, разрешая пройти. Мы с Дариной, не сговариваясь, ускорили шаг и буквально проскользнули в проем ворот, растворяясь в бурлящем людском потоке на главной улице Эверглейта.

Первый рубеж был пройден, и мы оказались внутри, но самое сложное ждало нас впереди… Первым делом нам нужно было понять — в какой части Эринии мы оказались и как можно добраться до городов, где расположены главные храмы света, при чём сделать это надо было очень быстро. В этом городе было много игроков, и я больше чем уверен, что совсем скоро нас опознают, и тогда мы опять станем участниками гонки наперегонки со смертью…